Улыбнись

Уже наступило утро, разгоряченные Сережа с Олегом лежат в кровати в своей квартире. Через пару часов должна прийти Лера. Очередная тренировка. Этот план вызывал некоторые сомнения у Волкова, но чего только не сделаешь ради своего Лиса. Сейчас все было хорошо, слишком хорошо, казалось, что такого не бывает. Сережа говорил, что нужно наслаждаться моментом, иногда стоит жить здесь и сейчас. После всего, что они прошли это казалось почти что невыполнимым. Но Олег старался. Ведь правда, когда еще радоваться происходящему, как не в эту минуту? Завибрировал телефон на тумбочке, Сережа протянул к нему руку и что-то стал печатать. — Что-то случилось? У нас проблемы? — забеспокоился Олег и начал было вставать. — Лежи ты. У меня две новости, хорошая и не очень. С какой начать? — отложив телефон, Сережа лег головой на грудь своего мужа. — Давай с плохой. — мужчина все еще нервничал и на автомате стал перебирать рыжие волосы. — Плохая новость в том, что Лера простудилась. Лежит с температурой. — Хмм, нужно будет навестить. Хотя она же не одна живет… Можно будет потом ей чего-нибудь вкусного на ужин приготовить, — начал было рассуждать Волков, но вспомнил про вторую новость. — А хорошая? — Хорошая — мы можем так валяться весь день. Мы свободны абсолютно. — с этими словами Разумовский закинул руку и ногу на своего партнера, тем самым полностью улегшись на нем. — Да что ты такое говоришь — хитро улыбнулся Олег и поцеловал Сережу сначала в ухо, потом в шею, подбородок, нос, губы. Сережа жмурит глаза от удовольствия и смотрит на Олега, тут его глаза расширяются, он замирает на несколько мгновений. — Что случилось? Тебе неприятно? — Подожди, — Сережа вскакивает с кровати и идет к шкафу, что-то усиленно ищет и возвращается с фотоаппаратом. Олег смотрит на все эти махинации с недоверием. — Ты сейчас такой красивый лежишь. Улыбнись, я сфотографирую. — Сережа делает фотографию. Он рассматривает получившийся снимок, потом поднимает взгляд на Волкова и с улыбкой заявляет: «Знаешь, я распечатаю и в спальне повешу, оно того достойно», а потом бубнит себе под нос: «Лучше нарисую. Красками. Маслом. И повешу над кроватью!». Жутко смущенный Олег зовет своего художника обратно в кровать.