Что я посеял, то я должен пожать

Weep for yourself, my man

You'll never be what is in your heart

Weep Little Lion Man

You're not as brave as you were at the start

Rate yourself and rake yourself

Take all the courage you have left

And waste it on fixing all the problems

That you made in your own head

But it was not your fault but mine

And it was your heart on the line

I really f*cked it up this time

Didn't I, my dear?

«Little Lion Man», Mumford & Sons

      На придворцовой площади, куда они с Нестором вышли, гулял ветерок, приносящий с собой лёгкий цветочный аромат с королевского сада. Звуки разговоров были слышны здесь куда меньше, чем внутри монаршеской обители, и гораздо тише, чем те, что доносились по ту сторону стены, что была обращена к остальному городу. Вероятно, именно поэтому Нестор, молчавший, пока они были в компании слуг и стражи, решил возобновить их разговоры:       — Так, я полагаю, что до нашего прибытия ты Андар не посещала?       Анна пожала плечами:       — Нет, но надеялась сюда добраться. — ей пришлось поправить чуть сползшую с плеча сумку с книгой по зельеварению, — На самом деле, сюда я и шла, когда встретила вас с Квестом в тех горах. И, раз приключения нашли меня сами, больше мне не нужно было никуда идти.       Она улыбнулась добрым, хоть и самую малость смущающим, воспоминаниям.       — Ну а чем же ты занималась до этого? — задал свой следующий вопрос Нестор, — Чем-нибудь помимо фокусов-покусов?       — Я проходила обучение этим самым «фокусам-покусам». — с ноткой недовольства ответила Анна. По правде говоря, ей не очень нравилось, когда он обзывал её волшебство такими незамысловатыми словами, хоть она и знала, что он делает это не из какого-то пренебрежения, а потому что просто об этом не думает. И ничего плохого не имеет в виду. — В волшебной школе Оплота Изменчивости.       …И, несмотря на все насмешки её сокурсников и выказанные сомнения некоторых особенно вредных профессоров, она успешно дожила до своего выпуска. Кажется, что они, как порой говорила ей Свит, и в самом деле не стоили её слёз. Но вот сны, в которых её, после очередного провала, отчисляют с позором, так её и не оставили. Благо, что теперь они приходили к ней гораздо реже.       — Но ты упоминала, что всё ещё находишься в обучении? — прервал её размышления Нестор.       — Только потому, что я окончила школу, не значит, что я полностью овладела магией. Это занимает гораздо больше, чем четыре года. — улыбнулась ему Анна, пытаясь отогнать прочь неприятные воспоминания. Тем более в такой чудный солнечный день! — Заучивать правильные движения, выстраивать ритмы заклинаний, развивать рифмовку на ходу, расшифровывать руническую вязь из книг заклинаний, фокусировать свою волю так, чтобы магия тебя правильно поняла… Всем этим я и другие ученики там занимались, да, но это были лишь основы!       …Да, после этого выпускникам стоило найти себе или личного наставника, или вступить в какой-нибудь ковен, круг или коллегию на позиции ученика. И она даже составляла список, к кому хотела бы попроситься! И они даже встретили некоторых из них воочию! Вот только они не были похожи на тех, кто может взять себе ученицу… Или на таких великих мистиков, какими их описывала молва. Но, может, ей просто пока не повезло!       Его Высочество скривился, провожая взглядом пролетевшую мимо них бабочку-красницу:       — Это звучит, как довольно сложная тягомотина. Я бы, наверное, после такого сразу же отправился домой и полгода не прикасался ни к каким книжкам. — он поднял глаза на Анну и приподнял бровь, — А где, кстати, твой дом?       У неё были опасения, что он пошутит о том, что, если её владение магией такое, какое оно есть, уже после изнурительной учёбы, то ему страшно представить, каким оно было до того. Но, каким-то жестоким непреднамеренным образом, этот вопрос оказался ещё хуже. Анну прошиб холодный пот.       — Эм-м-м… — протянула она, опуская взгляд на бледно-зелёный камень, которым была устлана площадь. Кажется, в подготовке к сегодняшнему балу его отмыли почти до блеска. Или хотя бы попытались это сделать. — Ну, дом у меня не то чтобы был, но… — подумав, что, если судить по его общему знанию географии, принц навряд ли слышал об этом месте, не говоря уже о том, что там произошло, Анна всё же осмелилась выдохнуть название, — Ричфилд. Я там росла, но, — она шатко улыбнулась, — Не очень хочу туда возвращаться, там для меня… эм-м… скучно.       Пресвятая Одиссия, она сейчас врала хуже Грира! Как будто её злейшим врагом в этом городе когда-либо была скука. А вовсе не неприветливые взгляды, колкие поддразнивания или тот факт, что даже после десяти лет она так и не смогла стать там своей. Кроме, пожалуй, семьи мэра Гудфела… И вот так она им отплатила. Анна отвернула голову в сторону идущих вдоль дороги цветочных клумб, скрывая от Нестора подступившие слёзы.       К счастью (хотя обычно это бывало как раз к НЕсчастью), её друг не отличался своей наблюдательностью, а потому, кажется, вовсе не заметил её нервных запинок:       — А что… с твоими родителями? — тихо спросил он, видимо, и так догадываясь об ответе. После чего его голос резко переключился на обычную громкость, — Пропустите, ваш принц идёт!       Послышался скрип колёс, и Анна перевела взгляд, пытаясь найти его источник. Им оказалась запряжённая большим шипокозобыком телега, внутри которой виднелись ящики и корзины с овощами и фруктами всех цветов радуги. Её возница недовольно скривился, но всё же, дёрнув поводья в сторону, уступил им дорогу для прохода в ворота. Похоже, в Андаре Нестора хоть иногда, да слушали.       — Вот так-то лучше! — произнёс он, гордо уперев руки в бока, — Так что там-… — судя по тому, как резко он прервался и как резко сменил тон на обеспокоенный, он всё же заметил её расстроенное состояние, — Эй-эй, если не хочешь рассказывать, то не надо! Я не наста-       — Всё нормально. — ответила Анна и сделала глубокий вздох, быстро вытерев глаза. — Они погибли, когда я была ещё совсем маленькая.       Это, наверное, было странно, но, говоря об этом, она практически не испытывала печали. Своё отсутствие родителей она всегда принимала за неопровержимый, хоть и горестный, факт. Может, ей просто было трудно скорбеть о том, чего она никогда не имела и совсем не помнила.       Больным местом это становилось, когда в него начинал острой словесной палкой тыкать кто-то другой. Например, всеми этими рассказами о том, как каждую ночь за никому не нужными сиротами и бродяжками приходит большая и страшная чёрная тень, и что когда-нибудь настанет и её черёд.       Никто из утверждавших это, разумеется, никогда не видел этой большой чёрной тени воочию.       — Ты знаешь, как это случилось? — голос Нестора, смотревшего на неё с сочувствием, снова стал тише. И весьма кстати — за воротами придворцовой площади народу стало намного больше, и Анне не хотелось обнажать душу во всеуслышание целой улицы. — Война Теней?       — Нет, это произошло ещё до её начала. Или всё же в самом её начале? — Анна помотала головой. Неважно. — Они были странствующими чужеземцами, и не должны были задержаться в Ричфилде надолго. Но у нашего фургона сломалась самодвигательная система, а ближайшего мастера можно было найти только в Алмазном Отсвете.       — Погоди. — шустро осмотревшись по сторонам, Нестор подхватил её под руку и развернул направо. Судя по появившимся в её поле зрения цветастым лавкам и доносящемуся до неё эху рекламирующих слоганов, рынок был уже близко. — Можешь продолжать, я слушаю!       — Они отправились туда вместе с доставляющей продовольствие делегацией, но из-за сильных холодов не решились взять меня с собой и заплатили кормилице, чтобы она позаботилась обо мне в их отсутствие. Но делегация вернулась через несколько дней, а моих родителей с ними не было. Её глава сказала, что они отбились, а потом, на обратном пути, остальные караванщики наткнулись на то, что от них осталось. Это всё, что мне рассказали. — Анна горько вздохнула, нервно погладив перья на застёжке. — Полагаю, что никому просто не было дела до парочки заплутавших странников.       — Но это же ужасно! Им должны были помочь! — вскрикнул Нестор, перепугав тем самым сидевшую рядом стайку голубей. Он вдруг остановился, сердито фыркнул, а затем резко развернулся к Анне, приняв самый торжественный вид и подняв над собой руку с вытянутым указательным пальцем, — Когда я стану королём, я позабочусь о том, чтобы ни один странник больше не потерялся и не был растерзан какими-то чудовищами!       «До чего же… громкое заявление».       Анна знала, что подобное обещание не по силам выполнить никому. Даже самому могущественному магу! Оно было попросту абсурдно! И заносчиво. И наивно. И-       Она смотрела на его светящееся улыбкой лицо и поняла, что, несмотря на всё это, ей хочется ему искренне верить. Ведь каких только безумных вещей ни случается! Может быть, он действительно сможет найти ключ к благосостоянию Одиссии так же, как они смогли отыскать легендарный Душеруб.       — Думаю, что твои поданные были бы очень благодарны. — произнесла она вслух, слегка улыбнувшись в ответ.       И если у Нестора это получится… То, может, и её кумиры когда-нибудь станут не недосягаемыми фигурами из рассказов, и когда-нибудь, когда-нибудь, она сможет занять своё место среди их рядов. А может, и даже однажды их в чём-то превзойти!       …Но это же, конечно, лишь её глупые грёзы. И ничего более.       — Ну вот так и получилось, что я не знаю, откуда я, и кем были мои родители. — подвела невесёлый итог Анна. Её вздох затерялся среди прочих рыночных шумов. Они всё-таки дошли.       Расспросы её друга, который сейчас активно крутил головой в поисках магической лавки, однако же, на том не прекратились, и, когда он снова повернул лицо к ней, сочувствующее выражение на нём сменилось изумлением:        — Но ты ведь, по крайней мере, знаешь, когда твой день рождения?

***

      Анна хмуро вздохнула, проведя кончиками забинтованных пальцев по потрёпанной косе, которую не переплетала уже дней пять. Даже от такого лёгкого нажима и намёка на тонкую работу ожоги отозвались болезненной вспышкой, и она отдёрнула руку. Кажется, скоро ей придётся снова позвать Дорогу, чтобы она помогла ей размотать бинты и нанести свежую мазь, пока бесчувственность в ладонях не успела смениться ноющей болью, от которой хотелось лечь на землю и свернуться в комок. Как же хорошо, что она, готовясь к их встрече с одурманенным Нестором, успела вдоволь изготовить исцеляющие противоожоговые составы. В придачу к тем, которые им выдал трусливый старейшина-волшебник.       Вот только следы чёрного огня въедались в тебя сильнее, чем обычные волдыри, и не торопились отпускать даже тех своих жертв, кому посчастливилось после него выжить. И делали мучительными даже самые обыденные и повседневные вещи. Вроде смены одежды или, да, попытки привести волосы в порядок.       Магия, с её капризной непредсказуемостью, тоже не всегда соглашалась ей в этом помогать. Или не всегда так, как она хотела.       Анна подобрала колени поближе к себе и прислонилась спиной к коре лавандовой ивы, в чьей сени сейчас сидела. Её приятный запах помогал хоть немного отвлечься от дурного самочувствия и дурных мыслей. Она посмотрела вперёд, разглядывая, сквозь свисающие тонкие цветущие ветви, их неяркий вечерний костёр. К тому времени, как стемнеет по-настоящему, он должен будет погаснуть окончательно — дабы не представлять из себя маяк для рыщущих по их пятам злодеев и чудовищ. Пока что, стараниями Дороги и ночных часовых, как никогда бдительных, им удавалось от них уходить. Пока что.       Остальные члены их команды использовали последние часы света и тепла так эффективно, как могли. Дорога, взобравшись на спину Альберта, что наблюдал за всеми ними блестящими беспокойными глазами, внешним и внутренним взглядом следила за тем, чтобы никто не смог подобраться к ним незамеченным. Что, как Анна знала, очень сильно выматывало её подругу — настолько, что после пары часов такого усиленного бдения она могла безвылазно уйти в свой Кинжал на весь оставшийся вечер и ночь, и отозваться только утром, как раз ко времени, когда им нужно было продолжить путь. Гатлинг, обратив руку в набор кухонных лезвий, тихо, если не считать их постукивания о деревянную поверхность доски, нарезал холодные куски хлеба, вяленого мяса и овощей — видимо, сегодня на ужин у них снова будет салат с лёгким привкусом техномасел. В лениво побулькивающем же бидоне кипятилась всего лишь пресная вода, которую, в количестве ещё нескольких таких же больших металлических бидонов, Грир натаскал с журчавшей неподалёку от их стоянки реки. Сам же Грир сейчас громко плескался в той же самой реке, что-то, кажется, при этом распевая. Сегодняшний день было решено объявить банным — а иначе вскоре их всех можно будет найти по одному лишь запаху, и тварям Шедоусида для этого даже не понадобится особо острый нюх, коим некоторые из них, вне всяких сомнений, обладали.       Анна посмотрела на свои руки, сжав губы и тяжело выдохнув через нос. Она была следующей в очереди и слабо представляла, как будет оттирать со своего тела всю накопившуюся на нём грязь. Видимо, придётся зайти в воду и прибегнуть к заклинанию самоотмывки, надеясь, что, какие бы высшие силы ни распоряжались выдачей магии простым смертным, они поймут её с первого (или хотя бы второго) раза. Висевший на её шее самоцвет фокуса, который, по своему предназначению, должен был как раз в этом и помогать, был, как она успела выяснить, безнадёжно сломан. Попросить же помочь кого-то другого, в столь заурядной, но достаточно личной, задаче… Она попросту стеснялась.       Но мылись сегодня не только они сами, поскольку, как это часто у них случалось, банный день также совпадал с днём стирки. И, если им везло, то они проходили внутри стен дружелюбного к странникам города, там, где можно было отыскать и какую-нибудь купальню (или, на худой конец, едва тёплую бадью в каморке таверны), и какое-нибудь подобие прачечной. Сейчас им не везло, и больше, чем в одном смысле. И, разбрызгивая мыльную воду на свою сменно-рабочую футболку, перед переносной ванной сидел Нестор.       Анна вспомнила, как после своего вступления в команду наблюдала за тем, как Его Высочество пытались приучить к этому делу. Здесь, в конце концов, было принято, что каждый, кому было, что стирать, должен делать это сам. Нестор, как и, пожалуй, ожидалось от особы королевских кровей, вдобавок бывшей темпераментным юношей, всеми силами сопротивлялся этому «приучению». Прибегая, в том числе, и к заклятью преданности… Заканчивалось это именно так, как и ожидалось, и однажды Квест объявил, что, готовка готовкой, а техобслуживание Альберта — техобслуживанием Альберта, а вот штаны его оттирать никто не будет, и если хочет, чтобы они оставались белыми, то пусть берёт в руки стиральную доску и мыло. А иначе он ничего не гарантирует. Это заняло продолжительное время, но, после того, как они в поисках Меча Огня две недели не посещали никаких деревень и городов, Нестор всё же сдался. Не раньше того, впрочем, как обратился к Анне за «заклинанием чистки одежды». Его применение… не сделало ситуацию лучше.       И то, что он занимался стиркой сейчас, удивительным не было. Нет, удивительным было то, что вместо сердитого бормотания, неизменно сопровождавшего эту процедуру, от него слышалось лишь плескание воды, а лицо, обычно недовольно-брезгливое, было опущено и казалось, ничего не выражало. Но ещё более удивительным был тот факт, что стирал он за всех. И в данный момент, судя по цвету и размеру, намыливал капюшон на её майке.       Анна опустила глаза, переведя взгляд на россыпь белых, похожих на маленькие звёздочки, цветов у себя под боком. Порой ей… было больно на него смотреть. По крайней мере, в те минуты, когда ожоги на руках не напоминали ей о собственных мучениях. С самого своего возвращения Нестор будто места себе не находил и хватался за какое угодно дело, несмотря на то, насколько терпеть не мог его до того выполнять. Когда же дело не находилось, он беспокойно метался, порою так же беспокойно чиркая что-то на подвернувшейся под руку ненужной бумаге, а потом тут же её выбрасывал, предварительно порвав и смяв. Или же, наоборот, сжавшись где-нибудь возле костра или в углу хвостовой кабины, сидел там практически без движения и смотрел в одну точку невидящим взглядом. И Анна не знала, что из этого было хуже. Но, что было общего у обоих его пугающих состояний, так это то, что он практически не разговаривал, отвечая лишь на задаваемые ему вопросы, да и то нехарактерно тихо и немногословно. В тех случаях, когда не начинал внезапно извиняться.       Судя по обрывкам доносящихся до неё фраз, Гатлинг вот уже несколько минут пытался развести его на непринуждённую беседу, но у него ничего не выходило. Анна вздохнула. Оставалось только надеяться, что и она, и Нестор пойдут на поправку. Когда-нибудь.       Неподалёку раздался неприятный скрежет металла о металл, и Анна, встрепенувшись, повернула туда голову. Уткнувшись взглядом в широкую спину Квеста, или, вернее было сказать, в спину их старого-нового предводителя? Который, мрачно пробурчав что-то неразличимое, вставлял свои поцарапанные мечи обратно в надетые на себя ножны. Он, закончив мыться незадолго до того, как реку занял Грир, теперь подошёл к заурчавшему Альберту и, похлопав его по голове, ухватился за жёсткие зелёные пластины и вскарабкался на его спину, туда, где сидела Дорога. Он что-то у неё спросил, и она, кивнув, в следующий момент развернулась к нему картой. По-видимому, прокладывал их будущий маршрут, при этом, как и до того, не особенно с кем-то ещё советуясь. В обход тех селений, про которые им рассказал Нестор.       На него Анне тоже иногда — вот как, например, сейчас — было трудно смотреть. Но по совсем иным причинам.       По тем же, по которым ей было сложно находиться в компании целителя Амонда. По тем, по которым она бы не вслушивалась в слова пророка Огги. По тем же, по которым выступления шамана Реймонда, увиденные по магическому зеркалу, потеряли свою искру. По тем же, по которым она, ещё обучаясь в волшебной школе, перестала посещать класс мисс Вандервиш.       Может быть, на самом деле она сама была в этом виновата. Может быть, она попросту всегда была плоха в выборе объектов для восхищения. Может, всего лишь один проведённый ей великий ритуал и одно очищение шейда, которого не смог сделать никто в известной истории магии, ещё ни о чём не говорит, и она просто задирает нос, но…       Она думала, что момент превосходства будет ощущаться иначе. Она думала, что, если будет следовать за великими личностями, то сможет понять, как самой стать… чем-то большим, чем она является.       Единственное, что она поняла, так это то, что, по-видимому, на самом деле никто ничего не понимает, и есть лишь те, кто это скрывает более умело, и те, кто менее. И всё же… она бы предпочла быть худшей среди лучших, чем лучшей среди худших.       — Э-э-эх! — раздался над их стоянкой громкий и совсем не вписывающийся в гнетущие размышления Анны голос Грира, — Водичка, конечно, попрохладнее, чем мне нравится, но вполне себе славная! — он встрепенул перьями, посылая во все стороны водяные капли. Гатлинг, подхватив лежавшее рядом полотенце, недовольно прикрыл им себя и миску с салатом, в то время как Нестор едва ли поднял на него глаза. — Как будто заново вылупился! — Грир резво подскочил в её сторону, — Вперёд, да-а-амы! Не бойтесь, всех рачков и пиявок я переловил!       Если бы только рачки и пиявки были сейчас их самыми ужасными страхами.

***

      От количества слуг, собранных им сегодня в стенах тронного зала Моллукса, в нём царили духота, вонь немытых тел и взволнованно-испуганные шепотки. Несмотря на то, что Шедоусид уже два раза велел им исключить все посторонние звуки. Кажется, они думали, что ещё недостаточно испытали его терпение и благосклонность.       «Невыносимые кретины».       С высоты поднятой платформы черепного трона Шедоусиду было видно всех, как бы кто-то ни пытался затеряться в толпе. Его взгляд остановился на одной из говоривших, которая и сейчас нимало не стеснялась затянувшейся с его стороны паузы. Медленно поднял руку, взывая к её проросшей сердцевине. Царапающий слух хрип вырвался из её глотки следом за тем, как из спины появились и собрались обратно три костяных отростка, и искажённая упала на колени, обрызгав своих собеседников вязкой лимфой. Но она выживет, по крайней мере, сегодня. В отличие от той вереницы, что, дрожа в оковах колючих лоз, продолжала преклоняться у са́мого подножия трона.       — А теперь продолжим. — произнёс Шедоусид, когда, вынеся из этой демонстрации ценный для себя вывод, его прочие слуги свели свои шумы к неровному дыханию и шуршанию одежд. Опустил взгляд на следующую обвиняемую, — Командующая эскадрильей Диррока.       — Всегда вер-р-рна Вам! — прокаркало скорчившееся внизу пернатое ничтожество, — Ша-а-нс-!       — Шанс лишь один. — чётко и размеренно ответил он, усмиряя вскипевший от такой наглости гнев. — И он был тебе доверен.       Лёгкое движение руки, и лоза, обвившись вокруг её шеи, резко вздёрнулась вверх и избавила Моллукс от её беспрестанных взвизгиваний. Следующий.       — Надсмотрщик Кеситар.       — Мы ничего не могли сделать! — выпалила лохматая образина, пытаясь встать и поднять на него голову, — Нашей главной целью были Пять Стел!       Он смотрел в эти отвратительные вспухшие глаза и видел в них тех жалких стражников Тамарисы, что, провалив защиту своей госпожи, осмелились после этого предстать перед его глазами, и глазами их дочери. Потеряв ту, чья ценность была несоизмерима с их собственной.       — И всё же, вы снова провалились.       Приговор не будет иным и в этот раз.       Вершина лозы, обратившись клинкоподобным шипом, избавила его грузное тело от слишком маленькой для него головы. Следующий.       — Увал, Стирающий Песни.       — Я-я всё ещё могу быть Вам полезен! Клянусь, лорд Ше-!       Его тело несколько раз раздулось и сжалось в размерах, прежде чем осесть на пол бесполезным комком рогатого хитина. Расходный материал. На место одного встанут трое. Следующий.       — Хормейстер Зер’анис.       — Скр, пощадите, скр-р, о, скр-р-р, темнейший-!       «Насколько же вы все жалки».       Чёрные отростки, вырвавшиеся из оснований его конечностей и шеи, стянули их тонкой режущей нитью, разобрав на сломанное подобие его мелких летучих машин. Следующая.       — Надсмотрщица Варса.       — Но ведь вы и сами-!       Её лживый язык застрял в глотке, а затем, пробив насквозь грудную клетку, вышел наружу уродливыми мясными лепестками раффлезии.       Следующий. Следующий. Следующая. Писклявая мольба, оборванная треском костей. Дерзкий рык гнева, превратившийся в сиплый хрип. Бессловесный хныкающий вопль, перешедший в отчаянное бульканье. Следующий.       На какую только мерзость не вынуждают его идти эти бездарные выродки. Разве он не был милостен? Разве он не был щедр?! Разве он не исполнил их самые глубинные желания, такие же примитивные и мелочные, как они сами?!       «Истина. Истина, какой она только может быть».       Шедоусид лишь мрачно усмехнулся. Шепчущий Душам всё равно достаточно редко реагировал даже на самые красноречивые из его ответов. По крайней мере, не в этом месте.       Следующая. Следующая. Следующий. Кажется, когда последний из тех, что подвели его и подвели его внука, осел на пол зала бесформенным мешком, Шедоусид сам успел потерять счёт этим бестолочам. И всё же… Он знал, что некоторые из тех, что посмели укрыться от его праведного гнева, успели убежать сквозь разноцветные пески Пёстрой Пустыни. Надолго их не хватит. Уж он об этом позаботится.       Как и позаботится о том, чтобы прокля́тых паршивцев, укравших его внука, постигла кончина куда худшая, чем та, которую могло им даровать его очищающее пламя. Участь, которой они должны были подвергнуться задолго до этого момента. Ему стоило помнить, что никто из этих червей не оценит оказываемой им снисходительности.       Но ничего ещё не потеряно окончательно. Пока дышит Росток, он сможет его спасти. Пока дышит он сам, их враги не будут знать покоя.       Казни нерадивых глупцов, по крайней мере, на сегодня, были завершены. Он поднялся с трона и сделал несколько неспешных шагов навстречу краю платформы:       — Теперь, когда с ошибками прошлого покончено, настало время для постройки лучшего будущего. — пытаясь скрыть из своего голоса презрение, произнёс он, окидывая взглядом толпящихся внизу отщепенцев всех сортов и мастей. Которые, к хоть какому-то облегчению, научились держать свои пасти закрытыми во время его речей, — Будущего, о котором никто из вас даже не посмеет надеяться, пока ваш принц не будет возвращён в стены Моллукса. Любой, кто пожелает этому помешать, разделит судьбу сегодняшних бедолаг.       Он сделал короткую паузу, дав своим словам осесть как можно более глубоко в этих пустых головах.       — Тот же, кто поможет этому случиться, и приведёт его сюда живым и целым… — продолжил Шедоусид, выдавив из себя благосклонную улыбку. Как бы он ни хотел добавить «и невредимым», он понимал, что это навряд ли будет возможно. Не с этим контингентом. И не с его порывистым запутавшимся мальчиком. — Получит моё тёмное благословение и обретёт вместе с ним большую силу. А также станет моим главным заместителем.       Опасно. Опасно было демонстрировать перед этой гнилостной массой хоть какой-то намёк на уязвимость. И всё же кучка нелепых, отвратительных, бесполезных, ничтожных праздношатающихся глупцов вынудила его это сделать. Шедоусид услышал серию восклицаний — поражённых, сомневающихся, наполненных ликованием — и громкий острый вздох откуда-то совсем рядом. Ему не нужно было поворачивать головы, чтобы знать, кто его издал.              — И под «целым», — он выпустил шипящих вздох. Как же его раздражало, когда абсолютно всё приходилось разжёвывать, — Я подразумеваю, что его голова, все его конечности, и все органы останутся на своих законных местах, и никогда, даже временно, не будут от них отсоединены. Если у Его Высочества пропадёт хотя бы ноготь с мизинца, вашей наградой станет пытка. — он позволил составляющим его тело теням захватить пространство вокруг себя, — Надеюсь, у нас не возникнет недопонимания?       Сборище, разрозненно и невпопад, замотало головами, отрицательные выкрики слились в нестройный хор.       — Вот и замечательно. — произнёс Шедоусид, позволив теням вернуться обратно под плащ. А затем, взмахнув рукой, скомандовал замку опустить платформу с троном, — Приступайте, или оставайтесь и ожидайте моих дальнейших распоряжений. В любом случае — не мешайтесь под ногами и не донимайте меня-       — В-ваше Несравненное Тенейшество, — раздалось рядом лебезение, стоило только ему сделать шаг с платформы. Шедоусид перевёл взгляд на пугливо сжавшегося Корнелиуса Спайта, — Но к-как же… я?       — …Глупыми вопросами. — закончил он и нахмурился, как можно ярче показывая своё недовольство подавшемуся к нему слуге.       — Умоляю простить мою бестактность, милорд! — тут же вытянулся по струнке тот. Глаза его при этом, впрочем, продолжали суетливо бегать по плитам пола и стен, — Но… ведь у вас уже есть главный заместитель! Безгранично преданный, исполнительный и-       Шедоусид вздохнул и, отвернувшись от Корнелиуса, продолжил путь к дверям зала. Он надеялся, что у того хватит ума и сообразительности. Хотя бы в этот раз.       — Если этот «главный заместитель» хочет таковым остаться, то ему лучше бы заняться делом и добиться хороших результатов, Корнелиус.       Хоть у кого-то из этой паршивой отары должен отыскаться клок шерсти.

***

      Квест, напряжённо хмурясь, сверился с изображением холма, отобразившегося на полотне Дороги, и снова перевёл взгляд на этот самый холм, находившийся за её спиной. По крайней мере, он должен был быть тем самым холмом. Вот только золотой силуэт на карте не был испещрён множеством ходов, будто большой страшный термитник. С такими же большими и страшными обитателями, без сомнений.       — Чудесно. — прошипел он сквозь зубы, — Как раз то, что нам сейчас нужно.       — Гнездо кислотных ползунов? — проронил Гатлинг, который, видимо, заметил его замешательство и поднялся на их с Дорогой уступ, — Ох.       — До чего содержательное описание. — Квест мрачно хмыкнул и, жестом скомандовав Дороге свернуться обратно в Кинжал, сощурил глаза, — Ненавижу кислотных ползунов.       — Когда они где-то окапываются и помечают территорию, как свою, — продолжил меж тем тот, проигнорировав его замечание, — То могут появиться на поверхности в любой её части. Это… не самый лучший маршрут.       В этом Мистер Всезнайка был прав. Квест испустил долгий, полурычащий вздох:       — Значит, или твари, которые могут в любой момент объявиться в городе, или твари, которые могут в любой момент появиться из-под земли.       — Либо дышащий нам в спину очень и ОЧЕНЬ злой старик. Тет-а-тет. — неожиданно подключился к ним Грир, присаживаясь рядом. Видимо, воздушная разведка не увенчалась бо́льшим успехом. — И я думаю, что любой другой вариант получше будет.       Квест невольно зацепился взглядом за мальчишку, выскользнувшего из его седла.       Принц Нестор, громкий, надоедливый и своенравный, уже бы выдал кучу легкомысленных предложений, безрассудных планов, или, на худой конец, хотя бы одно бравурное заявление.       Малец, представший перед ним, понуро и молчаливо осматривал окрестности впереди. Почувствовав, видимо, его изучающий взор, нерешительно поднял на Квеста серо-голубые глаза, ожидая указаний.       Указаний, которые королевская заноза, застрявшая в его боку, начала бы непременно оспаривать, если бы вообще дослушала до конца, прежде чем убежать вперёд, собрать на свою задницу все неприятности и начать им командовать.       Юноша, продолжавший носить и отзываться на её имя, лишь послушно их выполнял и никогда не отходил от их группы дальше нескольких шагов. Так же, как и не порывался раздавать какие-либо приказы.       По всем показателям, Квесту должны были нравиться эти перемены.       Он их ненавидел.       А ещё он ожидал, что через сутки-двое венценосный мальчишка потребует своё законное предводительское место обратно. Знай Квест, как будет на самом деле, и оцени серьёзность этого заявления, в тот вечер он бы всё же нашёл для него пару ласковых, прежде, чем согласиться.       — Так что, — прервал его размышления Гатлинг, — Продолжим идти через Гребнистые Холмы, или свернём на дорогу к Вратам Акселя?       — И заодно принесём им пренеприятнейшее известие… — неопределённо протянул Грир, отведя глаза в сторону. Как оказалось, в этот раз по практической причине — на соседнем холме показалось и скрылось вновь длинное сегментированое тело ползуна, оставив после себя такую же дыру, которой изобиловал изображённый Дорогой центральный гребень.       Квест вздохнул.       — Врата Акселя. — выдавил он, наконец, из себя, и, подойдя к краю склона, съехал по нему, ближе к ждущим их внизу Альберту и Анне. — Но только проездом, и никак иначе. Все всё поняли?       Оставалось рассчитывать на то, что, даже если Дряхлая Тень решит начать своё наступление ровно в тот же день, когда они туда прибудут, сопротивление местных войск обеспечит им сносное прикрытие.       Вот только внизу его поджидали не только их верный бастионит и колдунья, бывшая в последнее время нехарактерно мрачной.       — Нас нашли! — проревел Квест, кидаясь к крутившимся вокруг Альберта летунам с мечами наперевес.       Ему даже не пришлось задумываться над тем, как достать их в полёте — часть шарообразных мерзостей сама, лишь его завидев, спикировала на него, выставив вперёд паучьи лапы. Другая часть продолжила виться над широкой пластинчатой спиной бастионита, пытаясь схватить находившуюся на ней Анну. Полученные ею ожоги могли бы помешать боеспособности любого из членов их ненормальной команды — из тех, кто не мог просто взять и вставить себе новую конечность — однако же колдунье, по иронии, они вредили меньше всего. В чём сейчас и убедилась пара уродливых творений уродливого старика, опадая на заросшую травой землю растрескавшимися мозаичными кусками.       И всё же один из летунов, подобравшись со спины, смог схватить её за плечи и, сильнее заработав стрекозиными крыльями, потащил за собой ввысь. Квест, отбросив нападавших на него тварей, замахнулся мечом, собираясь отправить его вослед «похитителю», но его опередила серия плазменных снарядов, один из которых опалил бок чудовища. Он коротко оглянулся на вершину холма и удовлетворённо кивнул, увидев там Клопа со взведённым бластером. Какая-то боевитость в нём всё же осталась.       Летун, противно взвизгнув, обронил свою добычу, которую тут же подхватил просвистевший рядом Грир. Ещё двух чудовищ, сконфуженно зависших в воздухе, сразила прошедшая по ним пулемётная очередь, а последнее, которое, осмотрев падших собратьев, благоразумно попыталось смыться, сбил и вдавил в землю замах тяжёлого Альбертовского хвоста.       — И это… Всё? — недоумённо произнёс Гатлинг, который, как и Квест, принялся оглядываться по сторонам, — Я не вижу, чтобы к нам подбирался кто-либо ещё…       Странно. Шедоусид определённо не мог надеяться, чтобы на них хватило кучки летучих облезлых страшилищ. Квест ненавидел странности.       — Тогда выдвигаемся дальше и ускоряемся, пока к летунам-… — начал было он, хмурясь больше прежнего.       — Стрекунам. — вдруг прервал его тихий голос Клопа, невесть когда очутившегося рядом.       — Что?       — Шедоусид и его лакеи зовут их «стрекунами». — пояснил тот, а затем пожал плечами и отвёл взгляд, — Не то, чтобы это имело какое-то значение.       — Пока к стрекунам не присоединились твари пострашнее. — Квесту хотелось съязвить что-то про важность этой «поправки», но какой в том был смысл, когда «поправлявший» и сам это отметил? Поэтому он лишь ухватил того за плечо и развернул по направлению к кабине — больше, пожалуй, по привычке, чем по надобности, — Дорога, проложи самый быстрый маршрут до Врат Акселя. Не ведущий через чьи-либо логова.       Дорога, снова выплыв из Кинжала, сложила руки на груди и слегка уполовинила глаз:       — Долог путь, одиночеством осенённый, но скоро́ путешествие, что на встречи щедрится. Лёгкость их — дыма и зеркал игра.       — Она говорит, что короткой безопасной дороги нет. — перевела Анна, которая, лишь мимолётно остановившись возле них, продолжила путь в кабину, — Так мы всё-таки перестанем просто бежать.       Вторую фразу она произнесла так тихо, что Квест едва смог уловить её содержимое. Он кратко вскинул бровь, но ничего не ответил — не было похоже, что он вообще должен был её услышать.       И если он чему-то и научился — или, правильнее сказать, утвердился — в ходе его путешествий с наследником одиссийского престола, так это тому, что все попытки «по-быстрому срезать» были жестоко (и поучительно) наказуемы:       — Значит, идём долгой и проторенной.

***

      «Долгая и проторенная дорога», на поверку, оказалась настолько длинной, что добираться до города им оставалось ещё полтора суток. Быстрее было бы долететь туда на воздушных змеях, но оставлять позади Альберта, особенно в их нынешнем положении… нет, это было попросту неприемлемо. Квест рассматривал вариант идти туда без отдыха и сократить время таким образом — но отбросил его практически тут же. Если даже стены этого самого города не гарантировали им ровным счётом ничего, собственные силы были единственным, на что они могли полагаться. Истощать их без крайней на то необходимости — верх безрассудства.       Тот же, кто чаще всего за него выступал, продолжал быть настораживающе сговорчивым, и сейчас отошёл в Хныкающий Лес в поисках хвороста и, если повезёт, чего-то съедобного и более сытного, чем пригоршня малиники. Отошёл, разумеется, не один, а в компании Гатлинга и Грира, которые клятвенно заверяли Квеста, что не выпустят мальчишку из-под своего надзора ни на секунду. И у Квеста были надежды, что хотя бы один из них действительно сдержит своё слово.       Итого в их сегодняшнем лагере, который они разбили в так удачно подвернувшемся им гроте, защищавшем от обнаружения с воздуха и позволившим развести нормальный костёр, который будет гореть столько, сколько им нужно, оставалось четверо. Альберт, который, лёжа на животе, тихо перегонял от лапы к лапе шарик из спутанных травы и веток. Дорога, уже отдыхавшая в своём Кинжале после тяжёлого дня составления маршрутов. Сам Квест, занимавшийся тем, что устанавливал палатки за тех, кто сейчас не мог этого сделать или так до сих пор нормально и не научился. И Анна, что, только недавно с содействием Дороги закончив свежую перевязку, грелась у костра и хмуро оглядывала висящий над ним закопчённый котелок и очищенные, но ещё не нарезанные овощи на ящике возле него. Стояла тишина, перемежаемая журчанием многочисленных ручейков Хлюпающего Леса, такая, которую в обычной ситуации Квест мог бы даже причислить к какому-то подобию уюта.       Но сейчас, по какой-то причине, она таковой не ощущалась. Закрепляя брезент меж воткнутых в землю палок и колышков, Квест мрачно усмехнулся самому себе. До́жили.       Анна тихо вздохнула и поднялась на ноги, после чего скрылась в хвостовой кабине. Однако не прошло и пяти секунд, как она вышла обратно, держа под мышкой какую-то из своих магических книжек, и уселась на своё прежнее место. Распахнув книгу и, видимо, долистав до нужного ей заклинания, колдунья неразборчиво забормотала.       Нож, воткнутый меж досок всё того же ящика, окутало бледное сиреневое сияние, и он резко поднялся в воздух и изогнулся, издав при этом похожий на зевок звон.       — Режь. — негромко произнесла Анна и указала забинтованным пальцем на овощи, другой рукой подобрав прислонённую к стенке разделочную доску и подложив её рядом. Нож, неглубоко качнувшись на манер кивка, тут же принялся за работу.       Квест какое-то время понаблюдал за ходящим вверх и вниз лезвием, оставлявшим после себя грубоватые и неровные куски, опасаясь момента, когда оно вонзится во что-то больнее картофельной мякоти. Но он так и не наступил.       — Тебе не обязательно этим заниматься. — проронил он наконец, отворачиваясь обратно к «недостроенной» палатке, — Дополнительная работа Гриру только на пользу пойдёт.       Анна фыркнула.       — Если у меня болят руки, это не значит, что я их просто сложу и не буду помогать друзьям даже тогда, когда я способна это сделать.       Квест мог не видеть её обращённого к костру лица, но тон, которым она произнесла эту фразу, заставил его непроизвольно напрячься. Слишком уж непривычно хлёстким он звучал.       — …Я так понимаю, ты на меня злишься. — произнёс он после нескольких секунд снова опустившейся на них тишины.       За его оспиной раздался протяжный выдох и глухой стук — кажется, от вдруг ударившейся о ящик сандалии.       — Ты ведь изначально и не хотел отправляться в путешествие — ни в это, ни, тем более, в предыдущее. — неспешно заговорила Анна, и её голос потерял часть прошлой остроты, — Тебя заставили, и ты, по сути, не был обязан его продолжать.       «Пожалуй, действительно не обязан», — пронеслось в голове у Квеста, но прежде, чем он успел бы произнести это вслух, девочка-колдунья продолжила:       — И ты, в конце концов, всё же вернулся. В тот самый момент, когда в тебе больше всего нуждались, и снова всех спас! — странно, но, когда она произносила эти слова, в них напрочь отсутствовало присущее её «фанатским» речам восхищение, — А сделать это раньше, по словам Нестора, ты бы всё равно не смог.       От всколыхнутого воспоминания недавних дней кулаки и зубы Квеста рефлекторно сжались.              «Пожалуй, оно и к лучшему, что вы не пришли. — сказал Нестор, подводя итог крайне краткому рассказу о своём заключении и плотнее прижимая к себе колени, — Шедоусид контролирует весь замок, он бы точно узнал о вашем присутствии. И тогда я бы так и застревал в Моллуксе, а вы бы были-… — он прервался и сглотнул, оставив жуткое окончание предложения висеть в воздухе и самостоятельно осесть в их головах. — Вы… не сделали ничего неправильного. Вся вина лежит на мне».       Среди всех слов, которые Квест ожидал от него услышать, этих совершенно точно не было. И, что ещё более абсурдно, обвинения и ругательства показались бы ему тогда более предпочтительными.       Судя по возобновившемуся негромкому бормотанию и бледным лиловым отсветам, промелькнувшим на стене грота, Анна прервалась на быстрое колдовство.       — Лезьте в суп. — услышав эту странную приглушённую команду, Квест с недоумением обернулся. Увидев, что она была дана кусочкам овощей, которые, привстав над поверхностью доски, сконфуженно озирались вокруг, он лишь изумлённо хмыкнул и отстранился от свежепоставленной палатки. Быстрый подсчёт подсказал, что она была последней. Голос Анны же вернулся на свою прежнюю громкость, теперь точно обращаясь к Квесту, — И если уж даже Нестор на тебя не злится, то зачем это делать мне?              — Н-но… — замялась на краю ящика одна маленькая картошина, испуганно таращась на своих скачущих «собратьев» и нависшую над ними колдунью. Вот поэтому Квест и ненавидел, когда у еды вдруг появлялись глаза и рот. — Я не хочу!              — Лезьте. В суп. — отчеканила Анна, выпуская слова сквозь крепко стиснутые зубы.       Картошина сглотнула и, горестно вздохнув, с криком запрыгнула в кипящую воду. Где тут же и замолчала.       — Гм-м-м. — только и смог ответить Квест, наблюдая за развернувшимся перед ним «представлением». — И это, конечно же, всё?       — Кажется, обычно тебя слабо заботит, что о тебе думают другие. — снова тем самым колючим тоном произнесла Анна, демонстративно не поворачиваясь к нему лицом, — Разве не так?       «Должно быть», — подумал Квест, но вслух этого так и не произнёс.       Впрочем, тишине всё равно не было суждено растянуться — у входа в грот послышались знакомые голоса, оповещая о возвращении «охотников-собирателей». Быстрый взгляд туда подтвердил, что вернулось их ровно столько же, сколько ушло. Анна тут же поднялась и зашагала им навстречу, попутно пытаясь сложить губы в подобие приветливой улыбочки.       Квест же по-прежнему терпеть не мог подобные сантименты и перешёл сразу к делу, приняв из рук (и лап) товарищей часть их «улова» (в случае ведра, в котором кто-то барахтался, буквального) и коротко указывая, куда распределить всё оставшееся. Когда всё было сделано и настало время ужина, на удачу, не совсем уж скудного, Квеста, отходящего от хранилища меж Альбертовых пластин, вдруг перехватил Грир, будто бы совсем невзначай загородив ему дорогу:       — Знаешь, Квест… — почти что шёпотом протянул он, обводя взглядом потолок грота над ними, — А ведьмочка ведь на тебя сердится.       — Да неужели. — сухо бросил Квест, отряхивая перчатки от скопившейся на них грязи и пыли.       — Она виду, конечно, не подаёт, и поэтому ты мог не заметить, но это правда! — Жукопёрый, после некоторых колебаний, всё же опустил глаза на его лицо.       — Горе мне. — пробормотал он, отвечая ему сердитым взглядом.       — Ну не драматизируй, дружище! — похоже, всё же поняв намёк, Грир отодвинулся в сторону, — Думаю, вам просто стоит поговорить, и-       — Я рассмотрю Ваше предложение в течение семи рабочих дней. — кинул напоследок Квест, огибая его широкий бок и направляясь к общему сборищу у костра.       Туда, где Грир мог бы найти себе куда более подходящих собеседников.

***

       После окончания ужина большинству из них не понадобилось много времени, чтобы разойтись по палаткам и попытаться урвать хотя бы несколько часов сна. Квесту же, оставшемуся в ночном дозоре, выпало и того меньше — как и Гатлингу, который должен бы его сменить… где-то, кажется, ещё через полтора часа.       С одной стороны, иногда подобное времяпровождение было ему даже по душе. Тихое (если не считать храпов некоторых его товарищей, которые, впрочем, можно было легко остановить лёгким тактическим пинком) и спокойное, оставляющее простор для собственных мыслей. Иногда, если у него было желание, а у костра и лун — достаточно яркости, ему даже удавалось полистать какое-нибудь умеренно-дурное чтиво.       Но то было при условии, что в но́чи до этого его никто не тревожил. Сейчас был совсем не тот случай, и когда ему таковой вообще в следующий раз предоставится, ему было неведомо. Квест ненавидел неопределённость. Даже больше, чем любил одиночество.       Изнутри одной из палаток раздался слабый скулёж, и Квест, нахмурившись ещё больше, отнял голову от бока Альберта, где он только-только успел её поудобней расположить. Предоставь Клопу всё испортить.       Следом за скулежом послышалось тихое шуршание, и Квест, вздохнув, поднялся на ноги и зашагал в сторону источника беспокойства. Это происходило уже не первый раз, и каждый раз его голову забивал один вопрос.       Просто что нужно было сделать с мальчишкой, который, будучи днём пожёванным, проглоченным и переработанным, ночью засыпал без задних ног до самого полудня, чтобы заставить его барахтаться, как выкинутую на сушу рыбу?!       Клоп же, который мог бы значительно помочь в решении этой загадки, вдруг стал ужасно немногословным.       «После того, как он разорвал заклятье преданности, Шедоусид ничего со мной не делал. До того, как… обратил. — ответил он на все взволнованные расспросы членов команды, особенно встревоженных его состоянием, — Мы просто разговаривали, и всё».       Квест поднырнул под брезентовые своды, и, привыкнув к темноте под ними, смог разглядеть скорчившуюся в спальнике фигуру принца. Как раз в момент, когда тот снова что-то плаксиво пробормотал. Сердито выдохнув, он слегка пихнул сапогом в пробивающиеся сквозь ткань очертания ног:       — Клоп.       Мальчишка завертелся ещё сильнее и неразборчиво проскулил. Кажется, что-то про то, как он не хочет что-то делать.       «Просто разговаривали» они, как же. Квест, раздражённо прорычав, наклонился ближе и с силой потряс его за плечо:       — Клоп!       Тот, наконец, открыл глаза и тут же вскочил, приняв сидячее положение. Тяжело дыша, он принялся оглядывать поднятые к неровному свету ладони, а затем резко начал ощупывать своё лицо, всё это время будто бы и вовсе не замечая опустившегося возле него Квеста.              Все ногти и зубы, как Квест смог проследить ещё задолго до этого, были у мальца на месте. Даже тот приращенный протез, который он себе заимел после того, как шокзиллы изъели настоящий без шанса на восстановление. Обнаружить иные следы пыток ему тоже не удалось — по крайней мере, не такие, которые не были бы больше похожи на последствия их куда более недавней драки. Так что, возможно, здесь Клоп ничего не утаивал.       Его панически метавшийся взгляд, в конце концов, всё же остановился на Квесте, и мальчишка моментально отнял руки от головы:       — Какого цвета у меня глаза? — спросил он дрожащим голосом.       — По мне похоже, что я научился видеть в темноте, Клоп? — съязвил Квест в ответ на этот нелепый вопрос. Тихо вздохнув, он всё же смягчился, — Не светятся они.       Не нужно было быть регулярным посетителем Архива Червия, чтобы понять, что же ему такое снилось.       — Хорошо. Хорошо… — прошептал Клоп, мелко-мелко закивав. Судя по снова отстранившемуся взгляду, самому себе. После чего продолжил уже чуть громче, — Извини, что потревожил, Квест.       Список вещей, которые Квест не ожидал услышать от наследника одиссийского престола примерно никогда, и всё же услышал, продолжал пополняться день ото дня. Вопреки ожиданиям, забавляло это его ничтожно мало.       Клоп отвернулся и, вместо того, чтобы улечься обратно, обвил руками колени и, сжавшись ещё больше, уставился куда-то вниз. Между ними воцарилось молчание.       Квест знал, что делать, когда некоторые надоедливые подростки слишком зазнавались (дать отрезвляющего пинка по мягкому месту). Знал, что делать, когда они, вопреки его намёкам, вовремя не затыкались (впихнуть в рот свёрнутые грязные носки. Возможно, их собственные). Знал, что делать, когда в их голову приходит очередная взбалмошная идея (позволить бежать вперёд бастионита и выставить себя на посмешище). Знал, что делать, если они опять заметили каких-то бродяг в беде и требуют им помочь (поспорить для вида и смириться с неизбежным). Знал, в конце концов, что делать, если их схватило очередное чудовище (дать тому поиграться столько, сколько нужно для поучительных целей, а потом, тяжело вздохнув, спасти неблагодарную задницу).       Что делать с пожираемым внутренними демонами незнакомцем, что сидел перед ним сейчас, Квест не знал. Но кое-что другое знал наверняка:       Он вобьёт Шедоусидову светящуюся ухмылку так глубоко в глотку, что его теневые зубы воткнутся в его теневые кишки.       «Спасение», если это вообще можно было так назвать, пришло к нему в виде шумного шуршания и глухих порыкиваний, послышавшихся снаружи. Никому из спящих точно не принадлежавших.       — Вовремя же ты проснулся, Клоп. — произнёс Квест, подхватив с земли наручи-бластеры — целый и погрызенный — и кинув их ему в руки, а затем выскочил из палатки с мечами наперерез, — ВСТАВАЙТЕ, НА НАС НАПАЛИ!

***

      Когда солнца, одно за другим, поднялись из-за горизонта, команда уже как пару часов находилась в движении. Ночное нападение, устроенное на них десятком разномастных уродищ Шедоусида, может, и не оказалось слишком опасным само по себе… Но означало, что, раз их смогла найти одна их группа, найдёт и другая. А потому у них не оставалось иного выбора, кроме как быстро сняться с только-только «насиженного» места и отправиться в путь. Те, кто могли досыпать в ходящей ходуном кабине, именно этим и занялись, вповалку расположившись на её полу.       Нестора среди них не было. Даже несмотря на усталость, грозившую повалить его с ног, то, что могло (и будет) ожидать его во сне… Какая вообще разница, спит он или нет, если всё равно просыпается таким же разбитым, каким ложился?! Кому-то всё равно нужно было продолжать нести дозор, так почему бы ему не принести какую-то пользу.       Сейчас, впрочем, подошёл конец даже такому подобию отдыха, и его друзья, как и он сам, завтракали, перебивая поглощение каши громкими и не очень зевками. Кашу успели сготовить ещё вчерашней ночью — как знали, что более удачного момента им не предоставится.       Она была безвкусной, словно пепел. Как и прочая еда, которую он, со времени своего возвращения, впихивал в себя почти что насильно.       — Грир, ты что, опять посолить забыл? — донёсся до ушей голос сидящего подле него Гатлинга.       — Так это… Закончилась! — послышался следом неуверенный голос Грира, бывшего напротив, — Соль-то. И сахар. О, перчику могу предложить!       А ещё каша была холодной. Несмотря на все свои попытки призвать огонёк — единственное, на что он, казалось бы, был действительно годен — в руке Нестора возникало лишь его бледное зеленоватое подобие, неспособное согреть даже державшие его пальцы. Просить же разжечь огонь Анну… Нет. Точно не сейчас. Не после того, что он натворил.       В конце концов, Гатлинг использовал свою горелку. В результате каша была пригоревшей снизу, и всё такой же остывшей сверху.       — Спасибо, но я, пожалуй, отка-       Прервав киборга на полуслове, раздался звон — из рук Анны выпала ложка. Недовольно поморщившись, его подруга потянулась за ней, но ту уже успела поднять Дорога, которая, улыбнувшись визором и обтерев ложку о посудную тряпку, протянула её обратно. На самом деле, столовые приборы выпадали у Анны довольно часто. Как и любые другие предметы, которые ей приходилась брать обожжёнными, скрытыми под бинтами пальцами.       И он был в этом виноват. Виноват. Виноват. Виноват в произошедшем, виноват в происходящем-       Из охватившего его разум леденящего омута Нестора вырвал лёгкий тычок в плечо, сопроводившийся веселым:       — Эй, Нестор, у тебя всё… — Грир замялся, а затем перешёл на более встревоженный тон, — Более-менее?       «Нет».       — Да. Я в порядке.       После всего, что Нестор натворил… Ему стоило быть благодарным уже за то, что они вообще приняли его обратно. Он не имел право на что-то жаловаться.       — Ну, если ты так говоришь… — пожал плечами Грир, вернувшись к своей трапезе с прежним аппетитом.       Он не будет для них обузой.       Нестор почувствовал на себе чей-то тяжёлый взгляд и, повернув голову, встретился глазами с Квестом. Он приготовился услышать в свой адрес издёвку — наверняка, заслуженную — но его телохранитель (хотел ли он им быть?) практически сразу же, зачерпнув остатки своей каши и освободив миску, поднялся из их круга и зашагал к окнодвери, так ничего и не сказав.       Нестору приходилось оттирать с себя сопли мерзких чудовищ, плавать в их слюнях и, пару-тройку совершенно унизительных раз, залететь в кучи их помёта. Даже тогда он не чувствовал себя настолько… осквернённым, как после того, как попал под чары Шедоусида.       Если это было, хоть самую малость, похоже на то, что чувствовал Квест, выполняя его королевские команды… Не удивительно, что он настолько его ненавидел.       — Видишь там кого-нибудь, Квест? — спросил Гатлинг, также покончивший со своей порцией.       Квест, ставший за все эти дни, пожалуй, ещё угрюмей обычного, поднял стекло и высунулся наружу.       — Только стаи мошкары, если они тебя интересуют. — фыркнул он наконец, развернувшись обратно к остальной команде. Из открытого окна потянуло прелым болотным запахом. — Пока что. Заканчивай посиделки, Грир, нам нужны твои глаза.       — На твою удачу, дружище, я как раз думал о том, чтобы размять крылышки. — не очень-то, впрочем, и довольно отозвался Грир, потягиваясь. — Ну, полетит со мной кто?       — Да-да, я сейчас-! — затараторил Нестор, поспешно вскакивая на ноги. Как бы он ни боялся отдаляться от их основной группы и как бы уязвимо ни чувствовал себя снаружи бронированной кабины верного Альберта… Было время принести хоть какую-то пользу.       — Я отправлюсь с Гриром. — вдруг перебила его Анна. Поднявшись на ноги, она прошагала мимо, попытавшись ему улыбнуться. И уже одного только этого хватило, чтобы у Нестора болезненно сжались внутренности.       — Тебе не нужно-! То есть, тебе и без того сейчас трудно, а мне-… Мне совсем не сложно, правда! — не выдержав, он отвёл взгляд прочь от её лица.       «Великолепно. Даже слова в предложения нормально сложить не можешь».       — Даже если я буду просто сидеть и ничего не делать, быстрее они не вылечатся. — ответила Анна и слегка повела руками. — К тому же… ты взял на себя остаток дозора. Будет только справедливо, если я возьму на себя разведку.       Его… Анна иногда была слишком добра. В том числе к нему.       «И вот к чему это её привело».       — Обещаю не делать никаких кульбитов! — без каких-либо возражений принял её предложение Грир, опуская седло как можно ниже, — Тем более, что у меня как-то живот немного прихватило…       — Могут ветра́ к вам быть благосклонны. — подала голос приблизившаяся Дорога, — Но не позволяйте их шёпоту себя увести.       — Сразу же повернём обратно, если кого-то заметим, — кивнула ей Анна, забравшись на грифонью спину. Напоследок, перед самым вылетом, она снова к нему обернулась, — Отдохни.       Нестор лишь отрешённо посмотрел им вослед, после чего прошаркал до выдвижной панели, попутно прихватив из другой несколько мятых и исписанных с одной стороны листов.       Для таких, как он, не могло быть отдыха. А может, и не должно было быть.

***

      Судя по очереди из фургонов, телег, нескольких вычурных карет, неопределённого количества разношёрстных, разнопёрых и разночешуйих ездовых животных и даже трёх бастионитов, не говоря уже о пеших толпах, дорога во Врата Акселя не только лишь квестерам показалась предпочтительной. Удивительным это не было, поскольку высокие, укреплённые металлическими пластинами стены отделяли дикие земли от… чуть менее диких практически с самого дня, когда был возложен их первый бетонный блок. Разница, однако, была в том, что, в отличие от большинства народу, застрявшего возле них, их горе-отряд не рассчитывал найти за стенами этой твердыни надёжного убежища.       — И этим доходягам тоже бы не стоило. — произнёс Квест, закончив осмотр всего этого столпотворения и подведя итог размышлениям, — Плывём в обход. Река отсюда должна как раз уходить вниз.       — Но погоди, — возразил Грир, стоявший на спине Альберта рядом с ним, — Ты хочешь сказать, что мы специально свернули к городу, да ещё и такому немаленькому… И даже не заглянем туда за припасами?! — он наклонился ближе к его уху и зашептал. Всё ещё громко, — Ты вообще видел, что у Гатлинга с запаской, после сам-знаешь-чего? А у ведьмочки с аптечкой. А у мальца с оружием-       — Я-то видел, — скрипнул зубами Квест, — А видел ли ты, что у нас с остатками королевских дипломатических грантов?       — Даже если отбросить все материальные потребности, чего мы сделать не можем, — включился непрошеным третьим лицом Гатлинг, — Разве мы не должны хотя бы предупредить лорда и леди Аксельских о готовящейся на них атаке?       — Ну хорошо. — сухо пробормотал Квест, сложив руки на груди. — Тогда, я полагаю, хотя бы у кого-то из вас есть план, как нам пробиться сквозь эту толпу?       — Мы… попросим Нестора использовать его королевский авторитет? — предложил Грир, глупо улыбаясь.       — Это никогда не работало.       Квест, пожалуй, не ожидал, что ответ Клопа мало того, что прозвучит раньше, чем он успеет хлопнуть рукой по лицу, так ещё и будет дословно идентичен его собственному. Всё веселей и веселей.       — К тому же, мы не знаем, насколько безопасным будет объявлять о его присутствии. — произнесла Анна. В его сторону она не смотрела — видимо, была слишком занята созерцанием близлежащих полей, — Не всех ищеек Шедоусида легко отличить даже от обычных людей.       — А ещё старик провёл Его Высочеству знатное турне-… — вклинился Грир, но тут же смолк от нарочито-громкого покашливания Гатлинга и сердитого взгляда Анны. Понурый мальчишка, беспокойно теребивший рукав над наручем, кажется, каким-то странным образом стал ещё более мелким.       — Не думаю, что его кто-либо узнает. — сказал Гатлинг, опустив руку на плечо Клопа. Тот малость встрепенулся, но ничего не сказал и каких-либо действий не предпринял. — Шедоусид, может, и не специально, но об этом позаботился. Он ведь даже не называл твоего настоящего имени, Нестор?       — Никогда. — последовал тихий ответ.       — Не то, чтобы народ и до того своего принца в лицо узнавал. — Грир шатко улыбнулся.       — Вижу, что нервы у вас ещё не окончательно расшатаны. — бросил Квест, нехотя, но сдавшись. «Во всяком случае, не у всех». Тяжело вздохнул и направился к изогнутому «горкой» хвосту, — Идём. Покончим с этим побыстрее.       — …Я был почти уверен, что ты предложишь разделиться. — произнёс, приподняв одну тёмную бровь, Гатлинг.       Квест презрительно фыркнул.       — И упростить нашим преследователям работу? Что за идиотское решение.

***

      Команда успела пробиться (при помощи где грозного взгляда, где меткого слова, а где и грубой силы) примерно на треть расстояния до ворот города, когда Анна, которая, как и Нестор, сидела на спине Грира, чтобы ненароком не затеряться в толпе, вдруг удивлённо воскликнула:       — А они здесь что делают?       Остальные члены команды с интересом и некоторым опасением обернулись посмотреть на загадочных «них», и увидели рядом большую, с целыми двумя этажами, парящую карету. Окрашенную в тёмно-синие и фиолетовые тона, увешанную маленькими серебристыми звёздочками и периодически испускающую из себя тонкие сгустки ароматного пурпурного дыма. На её ко́злах сидел облачённый в короткую синюю мантию молодой парень с синими же волосами, большими округлыми ушами и длинным хвостом с кисточкой, который нервно подёргивался из стороны в сторону. Как и полагалось, запряжённых скакунов у парящей кареты не было, поэтому было не ясно, зачем ей нужен был кучер… Вернее, было бы, если бы этот самый «кучер» не пытался заниматься тем, чем занимались сейчас и квестеры — продвинуться ближе к Вратам Акселя. Почему именно «пытался», было понятно по его неуверенному и запинающемуся голосу, который, похоже, не все впередистоящие даже слышали. Опечалено вздохнув и начав мести́ хвостом ещё активнее, парень нервно заозирался по сторонам. Встретившись взглядом с Анной, он слегка прищурился, а потом его уши удивлённо взметнулись:       — Анна Махт? Это ты? — парень шатко улыбнулся, — Д-давно не виделись, наверное…       — Я тоже не ожидала увидеть тебя здесь, Дженкис. — Анна коротко переглянулась с Гриром, подзывая того подойти поближе к повозке. — Ты же собирался так и оставаться при школе, а до неё отсюда неблизко?..       Дженкис отвёл взгляд, прижимая уши к голове, а руки и хвост — к туловищу. От взгляда на него у нескольких членов команды возникли стойкие ассоциации с тушканчиком. Высоким, тощим и человекоподобным, но тушканчиком.       — Оплот Изменчивости пал неделю назад от чёрной магии лорда Шедоусида. — он чуть выпрямился и выставил перед собой руку с поднятым указательным пальцем, — Но посередине осады он вдруг куда-то исчез, и бо́льшая часть из нас смогла ускользнуть! Рассеялись, правда, кто куда… Свиткочеи вот, кажется, куда-то в библиотечное подпространство, а-       — Он один из учеников твоей волшебной школы? — вдруг подал голос Нестор, обрывая его сбивчивую речь.       — Да, — кивнула Анна. — Хотя он уже был выпускником на тот момент, когда я туда поступила. Дженкис Хоппер, младший ассистент старших профессоров. Хиромант.       — Уже старший! — поправил её Дженкис, всё так же шатко улыбаясь, а потом снова понурился, — Теперь уж точно…       — Мне… очень жаль. — выдохнула колдунья. При этом, кажется, тихо шмыгнув носом.       — Хиромант — это тот, кто… — Грир воздел глаза к затянутому облаками небу и почесал когтем в голове, — Героям заклинания раздаёт?       — Кажется, это тот, кто по рукам гадает. — с сомнением посмотрел на него Гатлинг.       — Он специализируется на призыве магических рук. — развеяла их догадки Анна. — И придания вещам формы рук.       — И других конечностей тоже! — Дженкис повёл рукой, и в воздухе перед ним возникла её полупрозрачная лиловая копия, которая затем приняла вид когтистой лапы, ставшей вытянутым щупальцем, растворившейся потом в воздухе. Он снова улыбнулся, чуть растопырив уши, — Но погадать я т-тоже могу! На кофейной гуще, например!       — Я думал, вы хотели побыстрее завершить поход по магазинам. — громко оповестил остальных товарищей Квест, направляясь к ним широким сердитым шагом. Видимо, он всё-таки заметил, что за его спиной, разбивавшей толпу по обе стороны точно айсберг — флот неудачливых кораблей, подозрительно долго никто не следует. — А не потратить ещё два дня на попутные разговоры.       — Кажется, пару часов назад профессора сказали мне что-то похожее. — Дженкис невесело усмехнулся, прижимая уши к голове, — Во Вратах Акселя ожидают нашего прибытия, и мне доверили довезти нас туда…       — Полагаю, карету занимают именно они? — спросил Гатлинг, и получил в ответ скромный кивок.       — Дженкис… — протянула Анна, вздыхая сквозь сомкнутые зубы, — Почему профессора отправили на это дело тебя?       — Больше некому. — хиромант расправил уши и повёл ими вверх и вниз, — Они отобедали и спят. Кажется.       Окружающие людские (и не только) шумы почти полностью его перекрывали, но, сосредоточившись, кое-кто из команды всё же смог расслышать доносящийся из кареты храп. Анна осторожно, едва касаясь, прикрыла лицо ладонью:       — Разумеется.       — Эй, я тут подумал, — кажется, от возникшей в его голове идеи Грир даже чуть подпрыгнул, — Если вашу колдовскую компанию там ждут, то стража же не станет вас долго на воротах трясти, да?       — …Да? — Дженкис повернул голову чуть набок, не совсем улавливая нить разговора, — Но до этих ворот мне ещё добираться и добираться…       — Так а я о чём, мой юный приятель! — если бы Грир мог, он бы, пожалуй, хлопнул паренька лапой по плечу. Но тянуться ему было далековато. — У нас есть большой и очень пробивной здоровяк, а у вас есть пропускной билет! Может, поможем друг другу?       — Я думаю, что… — Дженкис замялся, перебирая руками кисточку хвоста, но всё же выпрямился и кивнул, — Наверное, профессора бы не стали возражать.       — Вот и здорово. Или, может, лучше сказать… волшебно? — хохотнув собственной шутке, пусть его и поддержал только смущённо улыбающийся колдун, Грир повернулся к Квесту, — Вот видишь, старина, мы не просто так болтаем!       — Как угодно. — буркнул Квест, и отправился к загораживавшей путь впереди телеге, — Отстающих ещё раз ждать не буду.       — В интересной компании ты путешествуешь, Анна. — произнёс Дженкис, послушно выдвигаясь следом за командой. — Но… кажется, среди вас нет старших магов? Разве ты не должна была отыскать себе наставника?       Анна тихо фыркнула и пожала плечами:              — Знаешь… Я обнаружила полевой опыт более наставляющим.

***

      Народу по внутреннюю часть Врат Акселя, куда Нестора с командой всё же смогли провести колдовские знакомые Анны, было значительно меньше. И на него здесь практически никто не смотрел — он, должно быть, выглядел для окружающих лишь ещё одним беглецом от зловещих тёмных сил, захлестнувших эти земли. Который, конечно же, никак не был причастен к этому ужасающему бедствию.       Вот только Нестор знал правду. С каждым новым шагом, что он делал по мощённым улицам этого города, его желание отыскать самый тёмный в Одиссии угол, забиться туда и, вероятно, больше никогда не попадаться никому на глаза, только росло.       Но он не может уйти. Где бы он ни прятался, его найдут. Обязательно найдут. И снова, и снова заставят его же руками-!       Нестор вдруг обнаружил, что идёт совсем не в ту сторону, в которую идут его друзья и парящая рядом колдовская карета. А по направлению к воротам наружу, через которые они только недавно прошли.       Резко похолодев, он развернулся и едва ли не бегом кинулся следом за спиной Гатлинга, замыкавшего командную вереницу. Тот уже как раз начал оглядываться в его поисках:       — Вы кого-то увидели, Ваше Высочество?       — Н-нет. Ничего такого. — ответил Нестор, пристраиваясь впереди него. Даже после этого шум сердца у него в ушах не стих. — И… мог бы ты меня так не называть?       Гатлинг вопросительно поднял бровь. А потом понимающе кивнул:       — Ах да, я забылся. Мы ведь пытаемся не привлекать лишнего внимания, да?       Нестор тоже кивнул и, развернувшись от него к направлению их общего движения, тихо вздохнул. Это не было истинной причиной, но… пусть будет так.       На некоторое время он позволил себе думать только о пыльных следах идущих впереди товарищей и просто слепо идти за ними, пока их разговоры сливались в единый пустой шум Врат Акселя.       И всё же бодрый голос Грира сумел прорваться даже сквозь него:       — О, а вот и рыночек! — Нестор чуть вздрогнул и поднял голову, увидев сборище ярких навесов и броских вывесок, раскинувшееся на площади неподалёку. — Что, делимся, как и договорились?       — …Делимся? — кажется, он всё же пропустил что-то важное. Дурья голова.       — В городе, пожалуй, это будет делать всё же безопаснее. — прозвучал над его головой голос Гатлинга.       — И позволит нам быстрее продолжить путь. — буркнул Квест, оглядываясь на них через плечо.       «Путь куда?» — хотел, как и многие разы до этого, спросить Нестор, но, отведя взгляд, промолчал. Должно быть, это они уже тоже обсуждали, а он, как и сейчас, прослушал. Или, может, после всего, что произошло, они ему больше не доверяли, и он не мог их в этом винить.       Квест знает, что делать. Нестору просто не нужно ему мешать.       — Тогда встречаемся у ворот через час. — сказала Анна, покидая седло Грира. Он успел заметить, как она, схватившись за «поручень», мимолётно скривилась, — Если леди Дирая или лорд Фьотар тоже сообщат нам что-то интересное, я обязательно передам.       После чего забралась на парящую карету, заняв место возле подвинувшегося Дженкиса. Та тронулась и продолжила своё движение, видимо, туда, куда сбежавшие из Оплота изначально и направлялись (и куда, скорее всего, ещё в недалёком прошлом отправился бы сам Нестор) — в резиденцию правителей города и близлежащих земель.       От внезапной мысли о том, что Анна может захотеть остаться с другими волшебниками и покинуть ег-… команду, Нестора пробила дрожь. Но для неё самой это было бы безопаснее. Лучше.       Он всё равно больше не имел никакой власти, чтобы кого-то удерживать.       — Так, ну мы за продуктами! — объявил Грир уже на ходу, пытаясь поспевать за молча ушедшим в сторону продовольственных лотков Квестом, — Кстати, а мы мешки-то с собой взяли? Глядя на то, сколько здесь баулов таскают, я начинаю волноваться, что у торговцев могла закончиться упаковка-       — Говоря о забытых вещах… — Гатлинг, единственный (не считая отдыхавшей в Кинжале на поясе киборга Дороги) из членов команды, кто ещё остался рядом, поравнялся с Нестором, — Твоя секира у тебя с собой, Нестор? — он рассеяно кивнул, и киборг, чуть улыбнувшись и подцепив его с собой, тоже зашагал в сторону рынка — только в противоположный от Квеста с Гриром ряд, — Я подумал, что раз уж мы всё равно в сторону кузниц идём, то, возможно, кто-нибудь из мастеров возьмёт её починить?       Нестор потёр наруч на правой руке, усеянный следами зубов крадучих-в-ночи с того самого леденящего вечера, когда он первый (но, увы, не последний) раз столкнулся с этими тварями. Змеебластер из него разворачивался через раз, а если и разворачивался, то после выстрела-другого начинал натурально чихать. Другой, полностью рабочий, вместе со своей парой по-прежнему валялся где-то в вонючих закромах Моллукса.       Да. Иметь при себе хотя бы целый топор было бы… хорошо.

***

      …Но не слишком-то им по времени. Или карману. Не тогда, когда руки оружейников, а вместе с ними и бронников, были и без того заняты заказами для местных войск, а реже — для странников и беженцев, тех, что ещё могли себе их позволить. Какая-то часть Нестора, услышав очередной отказ уже от четвёртого кузнеца, вспыхнула перед глазами белой вспышкой, требуя выступить вперёд и заставить проявить уважение к его статусу принца… Но он затушил её практически тут же.       Его людям не нужно было бы так отчаянно пытаться себя защитить, если бы не он.       Каким-никаким утешением было лишь то, что спрос на запчасти для роботов, киборгов и мехазверей, в отличие от многого другого, предложение не превышал, и с этой частью закупок проблем у них не возникло.       — Может быть, у меня самого получится что-то сделать… если случай представится. — сказал ему Гатлинг, потирая шею и натянуто, будто бы виновато, улыбаясь.       — Тогда пойдём за оставшимся в списке? — бросил Нестор. Как бы он ни пытался хотя бы приподнять уголки губ в ответ, у него это не получалось.       — Да. Да, конечно. — тут же подхватил Гатлинг, сверяясь с откуда-то вытащенным списком, — Тем более, что нам уже и возвращаться скоро надо…       Его старший товарищ пробормотал под нос что-то ещё, а затем, окинув усиленным линзой взглядом идущие вдоль улицы магазины, зашагал вперёд. Нестор, как и до этого, поспешил следом — видимо, слишком сильно, потому что тут же врезался в тележку, вынырнувшую из окружающей толпы ему наперерез. Тележка, практически доверху забитая какими-то свёртками, качнулась, но её грузная владелица всё-таки смогла выровнять её до того, как та успела свалиться набок:       — Смотри куда прёшь, шпана подзаборная! — огласила она, напоследок сверкнув на него злыми глазами и вернулась на свой прежний курс.       — Извините. — тихо произнёс Нестор, более чем уверенный, впрочем, что она его всё равно не услышит, и приготовился последовать её примеру… Как вдруг, поддавшись неожиданному и неясному порыву, сделал резкий рывок в сторону, оттоптав при этом чьи-то ноги.       Но сожаления об этом, как и сердитое ворчание «пострадавшего», моментально поблёкли на фоне того, как Нестор, обернувшись, встретился глазами с закутанной в тряпки с невидимых ног до блестящих жёлтых глаз фигурой. Одна её тощая и замотанная рука была вытянута по направлению к нему, будто собираясь тронуть за плечо… а другая сжимала мутную тёмную сферу. Слишком хорошо ему знакомую.       В груди Нестора болезненно похолодело. Ещё бы чуть-чуть, и-!       Незнакомец что-то проскрежетал — кажется, растерянно, или, быть может, возмущённо. Для Нестора это не имело никакого значения, когда он, пошатнувшись и подчиняясь тому же инстинктивному порыву, направил на него заряженный змеебластер.       Переносящая тенесфера, на миг вспыхнув голубым, с шипением раскололась на части, опав вниз мелкими чёрными осколками. Ладонь, её держащую, выстрел только едва-едва опалил, но и этого было достаточно, чтобы её владелец, скрежечуще причитая, прижал её к себе. Жёлтые глаза Шедоусидовского прихвостня сузились, а из его здоровой руки на свет появились длинные красные шипы. Которые в следующий момент оказались уже перед самым лицом Нестора. Вокруг раздались чьи-то испуганные вскрики и хлопки захлопнутых в спешке дверей.       Но прежде, чем заострённые отростки успели его коснуться, нападающего отбросило назад шквалом стальных пуль.       — Кажется, мы всё же переоценили безопасность этого места. Вот ведь Квест обрадуется. — Гатлинг, выскочив вперёд него, принял защитную стойку, после чего коротко обернулся, — Ты в порядке, Нестор?       — Он хотел нас телепортировать. — произнесённые слова практически царапали резко высохшую глотку. Он не вернётся. Он не вернётся. Он не вернётся. Он не-       — В таком случае, придётся его жестоко разочаровать. — слуга тёмного лорда, выскочив из недр сложившейся внутрь торговой палатки, устремился к загородившему его Гатлингу, и тот снова обдал его пулемётной очередью. На сей раз, однако, тот уворачивался куда ловчее.       — Замок Моллукс близко. — продолжил Нестор, добавляя к выстрелам товарища свои собственные. Безуспешно. Прокля́тые дрожащие руки! — Телепортирующие сферы не переносят на слишком большое расстояние.       — Вот оно как, значит. — нападающий скрылся за в спешке покинутым хозяином прилавком — которыми стали почти все лавки в их ближайшем окружении. Гатлинг, оглянувшись, попятился назад, призывая и его делать то же самое. — Хм. А «слишком большое» — это сколько?       — Не знаю. Лиг двадцать?       — А я не знаю, радоваться ли мне, что зловещее логово может и не находиться за следующим холмом, или ужаснуться радиусу-       Из-за ещё нескольких лавок появились такие же закутанные незнакомцы, двинувшиеся на них, и Гатлингу пришлось прерваться для новой серии выстрелов. Двое нападавших упали, перевернув своими телами прилавок с тканями и полную колёс тележку, но ещё один, из тех, что избежали атаки, вдруг размотал закрывавший лицо шарф. Обнажив скрывавшиеся за ним уродливые жвалы, он выплюнул в Нестора с Гатлингом мерзкий и липкий на вид комок, показав, что не один только киборг может использовать свои челюсти как оружие.       — Продуктовый сектор должен быть недалеко отсюда, — выпалил Гатлинг, подхватив его за ворот и убрав тем самым с линии огня. Комок, врезавшись в колодец позади него, покрыл его каменную кладку бледными паутинными нитями. — Квест и Грир могут всё ещё там быть!       — Бежим. — почему-то практически прошептал Нестор, совершив ещё один выстрел в сторону плюющейся твари. И даже в неё попав — несмотря на то, что с левой руки он всегда мазал чаще.       Преследуемые плевками паутины и свистящими в воздухе шипами, они уже почти успели добраться до переулка, когда Нестор увидел нависшую над ним большую вытянутую тень.       — Осторожно!       Следом за вскриком последовал болезненный толчок, и Нестор, пролетев пару футов, распластался по земле. Как следует вытерев лицом дорожную пыль, он вскочил на ноги и оглянулся по сторонам в поисках Гатлинга и нашёл его позади — в том же положении, в каком он только что был сам… за исключением того, ни одна из его ног не застревала в вязком, похожем на многократно прожёванную жвачку, паутинном коме.       — Игнитус! — выкрикнул Нестор, тут же подбежав к павшему товарищу и вытянул руку.       Вперёд вырвался небольшой огненный шарик — бледный, жёлто-зелёный и абсолютно бесполезный.       — Я разберусь с этим, Ваше-… — начал было Гатлинг, преобразовывая руку в огнемётное орудие…       — А, так вот ты где, Росток. А я ведь уже начал волноваться.       От одного только звука этого голоса мир вокруг будто бы разом потерял все краски и замедлился. Нестор не хотел оборачиваться. Он обернулся.       — Как хорошо, что слуги иногда всё же выполняют свою работу, не так ли? — продолжил, как ни в чём не бывало, голографический образ Шедоусида. Такой чужой среди этого яркого места, что, если бы не тихое «о нет», раздавшееся со стороны Гатлинга, Нестор бы подумал, что окончательно сошёл с ума и видит несуществующие вещи. Может, так было бы лучше. — А твои всё ещё не свели тебя в могилу. Впрочем, пора и-       Звуки начали исчезать вслед за цветами. Нестор видел, как двигается привычно-ухмыляющийся рот тёмного лорда, но за заполонившим голову биением собственного сердца не услышал ни слова. Шедоусид протянул к нему руку и, кажется, что-то спросил. Удивлённо приподнял брови, не получив ответа. Спросил снова, сделав к нему размеренный шаг.       Нестор не стал ждать, пока он сделает второй.       Он повернулся к переулку, обратившемуся в серый размытый туннель и сорвался прочь.

***

      Анна молча и без особого интереса провожала взглядом группу старших колдуний и колдунов, покидавших поместье правящей четы Врат Акселя вместе с ней. После пары формальностей, которыми они обменялись после их первой за почти два года встречи, разговоров между ними было не так и много, и она обнаружила, что, несмотря на то, как часто она проворачивала этот момент в своих грёзах, ей даже и не хочется похвастаться успехами перед своими старыми учителями. Слишком уж к тому не располагали обстоятельства их встречи… Да и они не сказать, что слишком ей интересовались.       Что не помешало Дженкису сделать это за неё. Или, по крайней мере, попытаться. Он, в конце концов, потратил почти весь их совместный путь до поместья на всё более оживлённые расспросы о её «послевыпускном обучении» и, кажется, был искренне ими впечатлён. Настолько, что, когда он дошёл до «а ещё Анна поступила на службу к само́й коро-», ей пришлось как можно незаметней пихнуть его локтем в бок. В нынешней их ситуации чем меньше народа знало о том, где и с кем сейчас Нестор, тем было лучше. Неважно, ассоциировали ли они с ним принца Блейзспраута или нет.       Старший ассистент профессоров не проигнорировал её и сейчас, приблизившись нерешительными шагами и почёсывая пальцем большое синее ухо:       — Знаешь, Анна, я подумал… — он смущённо улыбнулся и мимолётно опустил взгляд на собственные сандалии, — Может, тебе с нами остаться? М-может, Оплота больше и нет… Но мы, его волшебники, ещё остались! Нам стоит… вместе держаться!       — А я считаю, что мастерам волшебных таинств не пристало прятаться по норам. — отрезала Анна. Чуть жёстче, чем бедняга Дженкис того заслуживал (да и иметь ввиду он мог совсем другое!), поэтому она, вздохнув, смягчила свой тон, — Жителям Одиссии сейчас как никогда нужна наша помощь. Как и моей команде и мое-… нашему принцу. И я их не оставлю. Прости.       — Да ничего… — пролепетал Дженкис, сгорбившись, кажется, ещё больше, — Тебе не за что из-       Его негромкий голос заглушил звон колоколов, зазвучавший вдруг будто бы со всех сторон разом.       — Чудовища проникли в город! — донёсся до ушей Анны взволнованный вскрик в тот короткий момент, когда их шум чуть стих, — Храни нас Её Светлость!       Сердце Анны успело провалиться куда-то в область голых пяток, прежде чем она устремилась в путь, потратив слова на заклинание попутного ветра, но не на расспросы.       Она и так знала, куда эти самые чудовища отправятся в первую очередь.

***

      — Заканчивается здесь путь паники и боли. — изрекла Дорога, подойдя к тенистому закоулку и словно не решаясь за него зайти.       Гатлинг окинул окрестные здания внимательным взглядом. Не заметив в этом, по всей видимости, старом и малонаселённом квартале никаких подозрительных движений, а на припорошенной песком земле — следов недавней борьбы, он, однако же, со вздохом опустил сумку с недавними покупками на полусгнившую крышу чьего-то погреба. На случай худшего лучше держать руки свободными.       — Спасибо, Дорога. Дальше… я сам разберусь. — он протянул вперёд руку с пустым Кинжалом, — Чувствую, скоро нам снова понадобится твоя помощь, так что отдохни, пока можешь.       Дорога, кивнув, в нём скрылась. Гатлинг, наконец, шагнул в закоулок, по пути случайно зацепив ногой обломок кирпича, укатившегося куда-то в груду рассохшихся ящиков.       За которой тут же послышался резкий вздох и тихое шебуршание. Заглянув туда, Гатлинг увидел там то, что увидеть и надеялся — прислонившуюся к стене, по которой она будто бы до того съехала, фигуру Его Высочества. Остекленевший пустой взгляд, которым тот одаривал противоположное здание, был выражением всё таким же пугающим, но, увы, больше не новым.       Гатлинг печально вздохнул. Нет, конечно, они и не ожидали, что от всего с ним случившегося Нестор отойдёт так же быстро, как и обычно, и начнёт весело и без умолку болтать уже на следующий день, но…       …       Кого он пытался обмануть. Именно этого они и ожидали, не так ли?       — Нестор? — увидев, что на его призыв никак не отреагировали, Гатлинг попытался снова, уже погромче, — Нестор!       К его облегчению, это всё же подействовало, и принц, кажется, очнулся от своего жуткого оцепенения. Его неровное, видимо, после скорого бега, дыхание тоже стало тише, и он медленно перевёл взгляд на Гатлинга.       — Г-гатлинг? Где-? — в его, наконец, сфокусировавшихся зрачках будто что-то сверкнуло, и на бледном лице проявился ещё больший испуг, — Я тебя оставил. Я… убежал и бросил тебя одного с чудовищами!..       — Всё не так плохо! Главное, что тебя не поймали, — поспешил успокоить его Гатлинг, протягивая к нему руку, — А ко мне практически тут же подоспела стража! И к тому же, ищейки Шедоусида сразу же побежали за тобой, а тех, что остались, мы без труда-       — Я всё ещё тебя бросил. — потерянно пробормотал Нестор, уронив взгляд на согнутые колени, — Как последний трус.       — Я не думаю, что Вы трус, Ваше Высочество. С учётом того, что Шедоусид Вас активно разыскивает-       — Я же просил не называть меня так! — вдруг почти что рявкнул принц, но моментально потерял запал, перейдя практически на шёпот, — Прости.       «…Значит, не только в скрытности дело было, да?»       — Как я уже и говорил, ничего страшного. — произнёс Гатлинг вслух, и слегка пошевелил всё так же протянутой рукой, — Но нам действительно не стоит сидеть и дожидаться, пока за нами снова придут!       Будто ради лишнего подтверждения его слов, по Вратам Акселя снова прокатился звон сигнальных колоколов. Нестор заметно вздрогнул и, воспользовавшись-таки предложенной ему помощью, вскочил на ноги.       — Вот и хорошо. — быстро кивнул ему Гатлинг, и поспешил к выходу на основную улицу, — Уверен, остальные уже дожидаются нас у ворот. Если только вдруг нас не ищут. Не разойтись бы-       — Что сказал Шедоусид? — перебил вдруг его размышления бегущий рядом принц.       — Он со мной не сказать, что разговаривал, — пожал плечами Гатлинг, — Прикрикнул на своих слуг, чтобы они непременно тебя разыскали, пробормотал что-то под нос и исчез-       — Нет… до того, как я убежал.       — А ты не услышал? — а он ведь успел здорово испугаться, пока Дорога не указала ему на истинные перемещения Нестора! — Он сказал тебе «перестать потакать их глупостям и идти домой». — Гатлинг опустил голову и перешёл на сердитое бормотание, — Хотя, как мне кажется, у нас было бы куда меньше проблем, если бы он своим не потакал.       Нестор ничего не ответил. Как и не проронил ни слова до самого выхода из города и воссоединения с остальной командой.       

***

      — Ну что, все довольны? — презрительно бросил во всеуслышанье Квест, стоило им только немного отступить от городских стен. Покидать которые им пришлось сквозь расширенное магией окно стражеского поста, поскольку по случаю тревоги никого не только не впускали, но и не выпускали. — За что боролись, на то и напоролись.       — Ну, вообще да. — сказал Грир, ненароком проверяя свисавшие с седла мешки, — Мы всё купили.       — Почти. — нерешительно добавил Гатлинг.       Квест тихо прорычал что-то невразумительное и оттолкнул в сторону очередных беженцев-зевак. Сейчас ещё более недовольных.       В остальном же ситуация снаружи Врат Акселя изменилась мало, и это было к лучшему. Маячь на горизонте замок Моллукс, искать Альберта, пожалуй, было бы практически бесполезно. Если только им не пришлось бы кого-то затоптать.       — Я вот подумал, — снова подал голос Грир, — Может, нам прибиться к кому? Некоторые ребята тут выглядят довольно грозно… Ну, под определённым углом. Сила в количестве, и всё такое…       Квест бросил быстрый взгляд по сторонам.       — Исключено. — подвёл он грубый итог, — Единственное, что они нам сделают — замедлят.       — И им с нами будет слишком опасно. — включилась Анна.       — Ну, моё дело — предложить…       — А иногда — просто помолчать. — отрезал Квест, даже к нему не оборачиваясь. За спиной светло-синего бастионита, мимо которого они прошли, показалась, наконец, спина их мехазверя. И кое-кого ещё. — Только посмотрите на это, к нам уже кто-то присоседился.       Под боком Альберта обнаружился небольшой металлический фургончик, на крыше которого сидела, болтая ногами, группка зеленокожих и длинноухих людей с носами-хоботами. Завидев приближение квестеров, один из них приветственно махнул им рукой и спустился по вбитым в стену фургончика скобам:       — Не волнуйтесь, добрые сэры… и дама, мы всего лишь хотели спросить, не найдётся ли у вас кварты-другой тёмного топлива? Господа поблизости сказали, что видели среди вас киборга, вот мы и подумали, что у вас-       Говорящий вдруг опустил глаза на стоявшего позади Квеста Нестора и резко замолчал, невпопад закрыв и снова открыв рот. Его и без того большие глаза округлились:       — Клянусь летучими носками! Это ты!       Нестор тут же поднял опущенную голову и встрепенулся, будто от пощёчины. Теперь, вглядевшись в странников повнимательнее, он тоже их узнал. Аэмирцы. Одни из тех многих, что…              — Мне жаль. — забормотал он, неосознанно отступая назад, — Я… я не хотел-       Бровь аэмирца крайне выразительно взлетела вверх:       — Ты извиняешься за то, что нас спас?       — А?.. — всё так же непроизвольно вырвалось у Нестора. Его товарищи, уже приготовившиеся к… более враждебному столкновению, застыли, бросая недоумевающие взгляды кто на него, а кто на его «собеседника».       — Но, наверное, немного странности для того, кто может так бесшабашно броситься на здоровую химеру ради горстки незнакомцев — это даже нормально! — аэмирец широко улыбнулся, а затем запрокинул голову и крикнул своим попутчикам, оставшимся на крыше, — Я же вам говорил, что то чёрное страховидло не настоящий принц! Настоящего я в Моллуксе видел! — он повернулся обратно к Нестору, — Рад видеть, что ты тоже смог выбраться из этой жуткой песчаной дыры, парень!       — Да, — помрачнел Нестор, отведя взгляд и сжав кулаки, — Выбрался.       — Только у тебя, кажется, тогда… поменьше чёрного волоса было-?       — Не были бы Вы так добры пояснить, — вышел вдруг вперёд Гатлинг, — О чём вы говорите?       — А, ну да. Его Высочество уже, наверное, нас и не помнит! Мы же так толком и не познакомились. — аэмирец прокашлялся в кулак, — Меня зовут Джефо, и меня с ещё несколькими добрыми господами захватили в плен генерал Огун со своей чудовищной сворой…       Джефо принялся рассказывать о своих злоключениях и пересказывать обстоятельства их первой встречи с Нестором. Нестор же, слушавший вполуха, по мере его речи вдруг ощутил, что сквозь грызущий стыд и воспоминания, которые он бы сто раз предпочёл забыть, пробивается что-то ещё.       «Они знали, что их принц остался в Моллуксе. Почему они никому не рассказали? Почему даже не попытались помочь в ответ?!»       Прикусив губу, он запихнул эти мысли в дальний угол своего сознания. Где им и было самое место.       — …И вот я решил не испытывать судьбу и покинул Аэмир. Первую атаку Подавителя Сердец и Умов мы, конечно, выдержали, но он заработал репутацию того, кто никогда не сдаётся. Где сейчас мои товарищи по несчастью и пришли ли они к тому же выводу, я не знаю — после нападения я с ними не пересекался. Ну, в общем-то, и всё. — Джефо развёл руками и снова улыбнулся Нестору, — После такого мне теперь даже как-то неудобно просить вас об ещё одном одолжении, но если вдруг вы всё же пожелаете помочь нам заправиться…       — Думаю, что… — Гатлинг задумался, — У меня была одна начатая канистра, которую я мог бы вам отдать.       — И майку с себя сними и доложи. — проворчал под нос Квест, которого порядком утомила эта болтовня, в то время, как им нужно было как можно быстрее убираться отсюда. Не дожидаясь её окончания, он отправился к Альберту — готовить его к скорому отбытию. И помоги Одиссия тому, кто не запрыгнет на него в течение пяти минут.       — Вы очень благородны! — прямо-таки просиял Джефо, а с ним и его менее болтливые попутчики, — Не знаю, смогу ли я когда-нибудь отплатить и вам должным образом, но я обязательно попытаюсь!       «Или вот этот тип».       — Уверен, что не хочешь произнести для этих ребяток, ну, какую-нибудь воодушевляющую речь? — Грир легко тронул когтем за плечо Нестора, который уже было собрался молча последовать за Квестом, и так же легко ему улыбнулся, — Как ты любишь, и всё такое!       Нестор посмотрел на группу аэмирцев, следившими за ним с заметным интересом. Сжал и разжал кулаки. Чуть прокашлялся. Открыл рот.       «Со стародавних времён в сердце Одиссии, будто мерзкие черви, пробрались раздор и хаос, заняв в нём место единоличных правителей», — отозвался внутри него его собственный, и вместе с тем совершенно чужой, голос.       «Своими действиями вы лишь кормили этих червей, отсекая пальцы монархов, пытавшихся их извлечь».       «Поклянитесь мне в разорванной вами верности».       Он почувствовал, как к горлу подступает рвота, и закрыл рот, стиснув зубы.       — Желаю вам хорошего путешествия. — наконец, тихо произнёс Нестор, — И больше никогда не угодить в его лапы.       После чего тут же отвернулся и зашагал к хвостовой кабине.

***

      — Честно сказать, я удивлён, — произнёс, потирая стальной подбородок, Гатлинг, стоило Альберту с командой на борту зайти в огибавшую город реку, — Что ты не рассказал о том, что помог кому-то сбежать из Моллукса, Нестор.       — Пожертвовав собственным шансом… — добавила Анна, тепло улыбаясь принцу, — Это… было очень благородно.       «И до одури глупо», — хотел было вставить Квест, но что-то его остановило, и он ограничился только тяжёлым вздохом.       — Ага, обычно ты таким хвастаться любишь, и всё такое. — добавил Грир.       Нестор, который, стоя ко всем спиной, облокачивался о раму окнодвери, даже не повернул к ним головы, вместо этого ещё больше её свесив:       — А потом я пришёл в их город и разрушил жизни куда большего количества народу, чем я «спас». Хвастаться здесь нечем.       — Это был не ты. — тихо ответила Анна.       Нестор подёрнулся и издал какой-то странный звук. Если это должен был быть смешок, то звучал он… сломанным.       — Как это мог быть не я, если я всё помню?! — вырвалось у него неожиданно резко и громко, а затем вернулось обратно к тону, ставшему за последние дни пугающе привычным, — И даже будь оно не так, это я выпустил его на свободу.       Он замолчал, с силой вцепившись в края рамы.       — Мне жаль. — прошептал он, наконец, еле слышно и непонятно, к кому обращаясь.       В голове Квеста, протиравшего один из своих мечей от вязкой… субстанции сегодняшних недругов, вдруг что-то, практически на грани слышимости, щёлкнуло. Не убирая оружия в ножны, он медленно поднялся со своего места.       И как он только раньше не подумал! Странные слова, странное поведение, странная забывчивость таких, казалось бы, важных событий… Чудесное и такое удобное возвращение того, на чьё возвращение уже и не надеялись… В самой его податливой и послушной форме…       Им всем стоило выучить этот урок ещё с самого первого раза.       — Какой Меч Силы хранился у тварей Грозового Высокогорья? — процедил Квест. Увидев, что мальчишка по-прежнему к нему не обернулся, он выплюнул, — Клоп.       Тот встрепенулся и обратил на него вопросительный взор… И тут же испуганно отпрянул, увидев обращённый в его сторону клинок:       — Квест? — совсем не по-принцевски затравленно пискнул он, и от этого Квест вскипел ещё больше.       — Тебе задали вопрос. — он угрожающе приблизился ещё на пару шагов. — Отвечай, Твоё Нижество.       — Ты что делать собрался?! — выпалила Анна, подскочив к нему чуть ли не под руку. Квест её проигнорировал.       Не отводя от него поражённого взгляда, Нестор попятился вбок, частично скрывшись за крупом непонятливо вертящего головой Грира:       — Но… зачем?..       — Так ты знаешь ответ, или нет? — продолжил свое неспешное, но неумолимое наступление Квест.       — Воу-воу, приятель! — испуганно вскрикнул Грир, пятясь, в свою очередь, за спину застывшего рядом Гатлинга. Вместе с Нестором. — Полегче!       — Прекратите его прикрывать! — рявкнул ему Квест, — Пусть он ответит-!       — Тогда, может быть, — перебил его Гатлинг, нахмурившись и выставив перед мечником стальную ладонь, — Ты всё же сначала пояснишь, что происходит?       — Так какой Меч, Клоп?! — рявкнул Квест снова, выцепив взглядом сжавшегося юношу.       — Я не знаю! Не знаю, о чём ты говоришь! — выкрикнул тот наконец, выпрямившись, будто струна, — Мы даже никогда не были в Грозовом Высокогорьи!       Квест ещё некоторое время продолжал буравить его взглядом, который тот, к своей чести, каким-то образом выдержал. А затем неторопливо убрал меч за спину:       — Правильно. — его взгляд стал непроницаемым, и он сложил руки на груди, — Не были.       — Это… — нервно улыбнулся Грир, всё ещё готовый в случае чего сорваться прочь, — Что-то вроде внезапной викторины?..       — Ты… проверял меня? — подал голос Нестор, осторожно выйдя из-за своего «убежища». Затем на его лице внезапно сверкнуло озарение, — Ты думаешь, что я… засланец?       — Какая удивительная проницательность. — пробормотал Квест, — Которая вовсе не добавляет тебе доверия.       Нестор испуганно сглотнул, сжав руки в кулаки:       — Я — это я. К счастью или к сожалению. — прежде, чем кто-либо успел зацепиться за его последнюю фразу, он продолжил, — Но, если вам нужно подтверждение… я готов.       — Но если бы к нам специально подослали «ненастоящего» Нестора, — с явным сомнением в голосе заговорил Гатлинг, — То зачем бы Шедоусиду пытаться вернуть его обратно?..       — Да к нам его даже не подослали! — сердито объявила Анна, — Мы сами за ним пришли! И если бы его облик был иллюзорным, он бы рассеялся после ритуала!       — Может, это и не было изначальным планом. Может, Дряхлой Тени и не нужны иллюзии, чтобы сотворить чью-то копию. Может, его зверюшки не просто так постоянно нас находят. — всё так же угрюмо ответил Квест, — Похоже, что я, или кто-либо из нас, разбирается в психологии или силах безумных стариков-чернокнижников?!       — Ты хочешь сказать, что это я призываю нападающих на нас монстров?! — потрясённо выпалил Нестор, стремительно побледнев.       Видимо, их громкие волнительные разговоры оказались достаточно громкими и волнительными, чтобы привлечь внимание таившейся в Кинжале Дороги. Выскользнув наружу чёрно-золотой тенью, она прислонилась к стене кабины, молча наблюдая за суматохой.       — Я всё ещё нахожу это очень недостоверным, но… — Гатлинг задумчиво поскрёб подбородок и повернулся к Нестору, — Что мы искали в тех руинах укротителей молний?       — «Ядро». По заданию от мастера Хромеуса. — тут же ответил Нестор, а затем опустил взгляд, — Только Шедоусид тоже об этом знает. Он… очень много спрашивал о наших приключениях, — вцепившись одной рукой в предплечье другой, он смял ткань рубашки, — И я на всё отвечал. Так что, можно сказать, он знает о них практически всё, что я помню. Он пытался выведать и другие важные вещи, но… — он вдруг выдавил из себя болезненно-фальшивую улыбку, — Как хорошо, что я никогда не знал ничего важного, правда?       — Ой-ёй. — Грир издал неловкое шипение, — Ты же понимаешь, что ты сейчас себе почти что в ногу выстрелил, малец?       Нестор пожал плечами:       — Если бы я был засланцем, зачем мне говорить, что пославший меня тёмный лорд знает всё от настоящего Нестора?       — Ну, вообще звучит логично… Если только засланец бы не хотел, чтобы мы думали, что засланец не станет так делать-… — кивнул Грир, и тут же сморщился, приложив когти к вискам, — Ай! У меня от всего этого думанья уже голова разболелась!..       — Ты хочешь что-нибудь у меня спросить?       — А… Ну… О, знаю! — Грир приблизил к Нестору клюв, к которому с одной стороны приложил лапу, и прошептал, — Где у тебя хранится заначка с шоколадками?       — На полке за сборниками законов Одиссии, которые никто даже не листает. — отчеканил в ответ принц, — Но там давно ничего нет, так что ты ничего не найдёшь.       — Эх. — возвёл очи горе Грир, тихо бросив себе под клюв, — Ну, попытка — не пытка…       — Я знаю, чего Шедоусид точно не стал бы у тебя спрашивать. — бросив на Квеста мимолётный сердитый взгляд, подошла к принцу следующей Анна. После чего быстро шепнула ему что-то на ухо и так же быстро отступила.       — Кри… Кроса… Кроксаны… — Нестор смущённо отвёл взгляд и, кажется, чуть покраснел, — Не могу вспомнить название. Похоже на «круассаны».       — Достаточно близко. — кивнула Анна и снова посмотрела на Квеста, чьё лицо в ходе этого разговора стало совсем нечитаемым, — Тебе нужны ещё какие-то вопросы?       — Всего лишь один. И он даже не будет проверочным. — удивительно ровным для того, кто начал эмоциональные разборки, тоном произнёс Квест, — Ты знал, что ты должен был уже давно вернуться домой?       — А? — от внезапной смены темы Нестор оторопел, но через пару секунд всё же смог взять себя в руки, — Полагаю, что вы всё же не рылись в моих вещах, да? Помимо передатчика… и книги.       — Это ты к чему?.. — непонятливо поднял бровь Гатлинг, следя, вместе с остальной командой, за тем, как Нестор подошёл к панели хранилища, достал оттуда свою сумку и, выудив на свет несколько бумажных карточек, задвинул её обратно.       Затем он развернулся к ним лицом и, выпрямившись, чуть прокашлялся. А затем поднёс карточки ближе к глазам:       — Дорогие мама и папа, я понимаю причины, по которым вы хотите, чтобы я оставил свою миссию и вернулся к вам, но я вынужден ослушаться. — он открыл следующую карточку, — Как принц, я являюсь третьей по важности фигурой в Одиссии, — Нестор насмешливо фыркнул, прежде чем вернуться к чтению, — И мне не полагается прятаться за высокими стенами в то время, как… — он снова сменил карточку, — Завтрашний день будет ярче с тобою рядом, В моих словах уже не видна пустота, Потому что ты сейчас читаешь-       Нестор застыл, уставившись в стену позади команды пустым взглядом с настолько каменным лицом, что ему позавидовали бы даже сами ожившие камни:       — Это не моё.       После чего моментально убрал тонкую бумажку под низ стопки.       — Хо-хо, — тихо хохотнул Грир, прикрыв лапой клюв и наклонив его к Анне, — Какое любопытное-              Опустив на колдунью глаза, он обнаружил, что её лицо было скрыто за крепко прижатыми к лицу ладонями. Несмотря на боль, которую, вероятно, ей это действие причиняло. Неопределённо хмыкнув, грифон замолчал.       — …Как во мне нуждаются мои подданные и моя команда. — продолжил тем временем чтение Нестор, видимо, уже с правильной записки, — В противном случае я буду являться никем иным, как несчастным трусом, скидывающим свои обязанности на других, и это не то, кем я должен быть. — он опустил стопку и вздохнул, — Дальше я не успел придумать. Но, как видите, вы бы всё равно от меня не отделались.       — Это… звучало на удивление взросло. — подал первым голос Квест, в котором даже не звучало привычного сарказма. — Для тебя.       — Я полгода писа́л и подписывал половину всех видов документов, которые только можно найти в Одиссии. — Нестор пожал плечами, но глаза на него так и не поднял, — Я не хотел, чтобы оно звучало как обычный детский каприз. Но, в конце концов, это не имело значения. — скривившись, Нестор ухватился за края карточек обеими руками и порвал их все разом пополам. Затем ещё раз и ещё. После чего, подскочив к окнодвери, выкинул обрывки в раступавшиеся перед Альбертом речные воды. — А сейчас и подавно!       — Держу пари, ты жалеешь, что не согласился, да? — с характерным для него уровнем тактичности бросил ему Грир. Нестор ничего не ответил.       — В отличие от многих других вещей, эта ещё исправима. — мрачно произнёс Квест. «Может, с неё начать и нужно было».       Нестор резко развернулся, и в его широко распахнувшихся глазах читался неподдельный ужас:              — Я не могу вернуться. Не… таким. — быстро забормотал он, переходя на всё более высокие тона, — И… И что если Шедоусид ждёт того, что я вернусь во дворец, и… в этом и состоит его план, чтобы сотворить там что-то ужасное?!       — Только пепел лишь останется, коли Нестор в стены ему близкие совершит своё возвращение. — вдруг произнесла свои первые за этот долгий разговор слова Дорога. Моментально оказавшись объектом всеобщих потрясённых взглядов.       — Ч-что? — только и смогла выдавить из себя Анна.       — Меня… сожгут? — тихо выдохнул Нестор, и продолжил ещё тише, — Наверное, это будет справедливо…       — Ты уверена, Дорога? — осторожно поинтересовался Гатлинг, — Мне кажется, это звучит как-то слишком… сурово?       — А, типа, пепел метафоричный, или буквальный пепел-пепел? — включился Грир.       — И откуда же у тебя такие видения? Ты же вроде не пророчица? — пробормотал Квест, такой же нескрываемо удивлённый, как и окружавшие его товарищи.       — Что оком увидено, то речью обращено. — отрезала в ответ на все их расспросы Дорога, прищурив визор и сложив руки на груди, — Не бо́льшее количество и не меньшее.       Квест задумался. Если Клоп и в самом деле был собой (насколько это сейчас было к нему применимо), и его поведение не было притворством даже и на одну жалкую унцию…       «Матерь жемчужья, да его же можно брать и без соли жрать. И лишь вопрос времени, когда это кто-то сделает».       От одной мысли о Клопе, окружённом высокородными стервятниками, готовыми с радостью обвинить его во всех бедах, в то время, как этот мальчишка примет даже то, что это из-за него случился неурожай брюквы, причём прошлогодний, Квеста внутренне передёрнуло.       — Всё ясно. — произнёс он вслух, — Значит, остаёмся все там, где находимся.       Как бы ему ни было неприятно это признавать, но… Может, Клоп и был прав. И, если даже в его суждениях он мог здо́рово сомневаться, про суждения Дороги такого сказать было нельзя. И ему уж точно будет лучше оставаться там, где Квест сможет его, по крайней мере, видеть.       Нестор облегчённо и чуть подрагивающе выдохнул. А с ним, хоть и не так явно, все остальные присутсвующие.       — Спасибо. Я… я правда-       Толчок, прокатившийся по кабине, оборвал его и без того сбивчивую речь. Альберт покинул русло реки, взобравшись обратно на измытый крутой берег.       Бессловесно рассудив, что на сегодня эмоциональных встрясок их всем хватило, квестеры постепенно разбрелись по своим прежним местам (и Кинжалам). Однако, перед тем, как Анна успела уйти на своё, к ней неожиданно приблизился Нестор:       — Раз уж сегодня зашла речь… — начал он всё тем же тихо-разбитым голосом, — Оказалось ли «Ядро» хоть чем-то значимым?       — Да. — тут же энергично закивала она, — Очень. Хромеус извлёк из него-       — Не надо. — резко перебил Нестор и отвёл взгляд в сторону, — Этого достаточно. Пожалуй, будет лучше, если я не буду всего знать.       Постояв в неловком молчании ещё несколько секунд, он отстранился и, не поднимая головы, отошёл в самый дальний ото всех угол.