Сладкий сон ♡

На улице стояла дивная, давно не прибывавшая в этих местах погода. Совсем недавно закончился быстрый ливень, земля пахла чудным запахом свежести. Дул небольшой ветерок, именно он был причинной лёгкой дрожи в теле, что не ощущалась до этого момента. Как бы то ни было, пора возвращаться домой. Быстрым движением я спрыгнула с качели, что медленно качалась со стороны в сторону, и направилась прямиком к пешеходному переходу, дабы успеть прийти домой до темна. Солнце уже садилось, лишь редкие его лучи достигали верхушек деревьев, что покачивались. Их движение напомнило мне качелю, с которой я недавно слезла переборов детское желание насладиться чувством полёта чуть дольше обычного. Шагая по дороге быстрым, но довольно умеренным шагом, в голове играла спонтанная мелодия, что была услышана совершенно случайно при просмотре телевизора вчера утром. Птицы не пели, потому появлялось ощущение того, что все они вымерли. Неожиданно я услышала странный звук, исходящий за углом чужого дома. Страх сковал мои ноги, однако непреодолимое любопытство вновь взяло бразды правления в свои весьма ненадёжные руки. Сколько раз это любопытство приводило меня в крайне умопомрачительные ситуации? Думаю, раз я снова иду на поводу у глупого интереса, недостаточно уж и много. Притаив сбитое от волнения дыхание, я медленными шагами приближалась к злосчастному дому, чтобы наконец покончить с этим и удовлетворить своё любопытство. Конечно, рассудок я не потеряла, сломя голову нестись весть знает куда совсем глупо, потому в качестве некой страховки я сжала в руке недавно приобретенный канцелярский нож. Он был закрыт, в плане, ведь пока угрозы нет, а это могут посчитать за сумасшествие, что крайне непозволительно, особенно в деревне, где все суют свои носы в дела другого. Рука с ножом была в кармане, это ещё одна маленькая подстраховка. По моему приближению странные звуки лишь усиливались, долго не думая и не растягивая этот момент я мигом выглянула за угол и обомлела. Высокий, немного худощавый мужчина в своих руках сжимал шею девушки, что была прижата к стене сего дома. Мужчина был светловлас и на вид казалось, что ему около тридцати лет от роду. Девушка же задыхалась в конвульсиях и из последних сил своих пыталась убрать руки мучителя со своей шеи. Пусть мужчина и был худощав, но в силе девушку превосходил во много раз. Уже чуть помутившийся взгляд девушки упал на меня, он был таким жалобным, молящим. Эти глаза смотрели не на меня, а куда-то вглубь моей души, словно искали спасение, что подарит свободу и устранит причину утекающей жизни. В её голубых глазах, мокрых и опухших от непрекращающегося потока кристальных слёз я увидела самый настоящий страх. Страх за самое дорогое, что есть у каждого человека, страх за свою единственную и неповторимую жизнь. Прочувствовав на себе всю глубину и боль этого взгляда, будто на месте этой особы находилась я, меня будто бы окунули головой в омут. Теперь мне было страшно куда сильнее. Эмоции бушевали, во мне поднялась буря их страха и желания помочь. Мне стало так жаль эту девушку, что не сдержав порыв нахлынувших сильной волной эмоций я бросилась на этого мужчину. Я оттолкнула его со всех имеющихся сил, которых пусть и немного, но явно достаточно для того, чтобы тот приземлился на землю. Он хлюпнулся на землю, его руки слетели с шеи девушки, та упала на землю и жадно глотала воздух всё ещё продолжая задыхаться, но уже в своих слезах. Я подбежала к ней, и быстрым рывком руки подняла с земли на ноги. Я хотела убежать с ней подальше от этого чокнутого, как вдруг девушка начала судорожно и совершенно не разборчиво что-то бормотать. Я не могла понять ни слова, она находилась в дичайшей стадии шока. Её ноги дрожали, как и вся она. О беге не было и речи, даже ходьба давалась ей с огромным трудом. Внезапно в моих глазах потемнело. Мой затылок заныл от тупой боли, я пластом повалилась на землю. В глазах плыли картинки, ощущение было такое, будто мою голову раскроили топором. Больно, очень больно. Так сильно хотелось плакать, но слёз не было, лишь немой крик. Неожиданно раздался уже реальный крик, что привёл меня в чувства. Переосилив это мерзкое ощущение боли и сонливости я с всё ещё мыльными глазами попыталась пошевелить рукой. Первые две секунды ничего не выходило, однако после некоторых усилий я смогла пошевелить всеми частями тела. Встала я медленно, чтобы вновь не упасть. Голова кружилась, казалось, будто вот-вот стошнит своими же внутренностями. Я пощупала затылок, по пальцам правой руки покатились горячие капли крови. Я огляделась и заметила кирпич. Теперь всё ясно, этот хмырь меня ударил кирпичом. Как я вообще встать смогла. Из раздумий меня вывел истошный крик той девушки, доносился он из дома, за углом которого все события и происходили. Внезапно нахлынули все воспоминания и я пулей ринулась в дом. Двери были на распашку, голос девы затих, что не на шутку напугало меня, мой мозг уже представлял страшные картины. Я быстро оглядела комнату и переступила её порог. Коридор был невелик, в углах виднелась чёрная плесень, обои с цветочным узором облазили. Обувь была раскидана. Осколки зеркала, что явно висело в коридоре, валялись на полу, они были в крови. Долго рассматривать интерьер я не стала, сейчас счёт шёл на секунды. Прямо напротив меня была гостиная, по разным сторонам гостиной были две комнаты. Из одной комнаты донёсся хриплый, сорванный многочисленными криками женский голос. Долго не думая, я побежала в ту комнату. Я лицезрела не самую приятную картину. Мужчина схватил девушку за волосы и таскал по комнате. Он был в ярости, мужчина явно пытался что-то найти, потому чтобы дева не сбежала, он тащил её за собой. Заметив меня, мужчина кинул взгляд на девушку и со всей силы ударил бедную лицом в стену. Послышался хруст и жалобный вопль. Девушка упала на землю, белая стена окрасилась в красный, а мужчина начал подходить ко мне. Ноги сами унесли меня в другую комнату. Конечно, я бы могла убежать, но как я могу оставить её одну? Он ведь убьёт её раньше, чем приедет полиция или скорая. Я огляделась по сторонам. Было понятно, что я забрела в кухню. В голове промелькнула спонтанная и мало обдуманная идея. Времени долго думать не было, потому я пошла на риск. Я отскочила от двери, еле как заперев её стулом. Я начала рыться в ближайших шкафах в поисках ножа. Мой канцелярский, похоже, выпал во время толчка либо удара по голове. Даже если бы он был при мне, в любом случае он был бы бесполезен. Мужчина ломился в дверь. Я спешила как могла. Открыв очередной шкаф, я увидела кухонные ножи различной формы и длины. Схватив первый попавшийся нож я обернулась к двери и именно в этот момент дверь выбили. Мужчина побежал на меня, я спрятала нож за спиной и медленно стала отходить. Спина уткнулась в стену, ещё мгновенье и он ударит меня. Но он упал. В последний момент, я сделала шаг вперёд и выставила нож. Мужчина напоролся прямо на лезвие кухонного ножа. Он что-то прошипел сквозь зубы и рухнул мешком на деревянный пол. Я взглянула на него, он истекал кровью. Он пошевелил рукой и попытался дотронуться до моей ноги. Я отошла и только сейчас одарила вниманием свои руки. Они были в крови. По кистям обеих рук стекали капли свежей крови, нож, что до сих пор находился при мне, блеснул своим остро заточенным лезвием. Я пошатнулась. На меня накатилась волна осознания. Я убила человека. Что я ощущала? Страх. Было очень страшно. Что будет со мной дальше? Однако, долго раскисать я не стала, я вспомнила про девушку. Я кинула нож в мойку и побежала в другую комнату. Девушка держалась за лицо и плакала. Я подошла к ней и стала успокаивать. Она окинула меня своим взглядом. Девушка была напугана куда сильнее, чем я. Вдруг её взор ухватился за мои окровавленные руки. Она вопросительно посмотрела мне в глаза. Я отвела взгляд и та без слов всё поняла. Она залилась ещё большими слезами. Я присела рядом с ней и прижав ноги к себе, положила на них голову. Я устала. Голова болела, думать не хотелось ни о чём. Неожиданно я почувствовала лёгкое прикосновение. Она обняла меня. Её светлые локоны упали мне на лицо, также падали и её горячие слёзы, что обжигали кожу лица и рук. Мы молчали около десяти минут и просто сидели вместе прижавшись друг к другу. Я ощутила чувство тревоги. Я встала и села на стул, что был напротив девушки. Кстати о самой деве. Она была одета в лёгкое белое платье, что было запачкано грязью, кровью и слезами. Она выглядела примерно одного со мной возраста. Я не стала расспрашивать об этом мужчине и о том, кто он ей приходится. Но одно я спросила, жалеет ли она о моём поступке? Осуждает ли она меня? Аня лишь тихо промолвила, что благодарит меня. Легче мне от её слов не стало ни на каплю. Я начала разговор о трупе и о том, что с ним стоит сделать. Нам нужно, чтобы все думали, будто он пропал без вести. Самый лучший способ схоронить его, это по частям. Дело грязное, мерзкое, но результативное. Конечно, для начала мы умылись и вычистили свою одежду. После, мы переоделись и приступили к делу. Аня совершенно бесчувственно разрезала его плоть. Мы решили по частям избавиться от него, как я и предлагала. Часть сожгли в печке, что в доме Ани. Зубы смыли в унитаз, а остальные части решили раскидать по самым тихим местам деревни. Во время процесса расчленения, меня не раз тянуло тошнить, но я сдерживалась. Я всё удивлялась, как Ане удаётся спокойно отрезать голову человеку. Кухонный нож для разделки мяса идеально подходил для этого дела. Мне было жутко, чертовски неуютно, но я сделала это. Руки снова окрасились в красный. Самое сложное это было разделать живот. Там находилось много чего, особенно кишков. Мерзко, да, очень мерзко. Казалось, что я вся пропахла кровью. В комнате стояла угнетающая атмосфера. Мы вместе с Аней спрятали большую часть улик. По моему совету, мы протёрли в доме все места, где была кровь, сделали мы это перекисью водорода и после ещё раз промыли водой с хлоркой. Мы тщательно отмыли каждый уголок, и дома, и на улице. Я была в плаще, потому мы легко убрали все пятна с него. А вот со штанами пришлось повозиться. Обувь также быстро очистилась. Мы постарались на славу. Улики уничтожили и возле дома тоже. Осталось лишь выбросить остатки тела. При мне был мой рюкзак, я поклала в него небольшой чёрный пакет. Я хотела сжечь его в печке у себя дома. Внутри пакета были руки. Мне было неприятно, мерзко, противно. Но что поделать, нужно завершить дело до конца. Одежду этого мужчины мы сожгли, как и некоторые части тела, а оставшийся пепел закопали в огороде. Но этого недостаточно, да и если сжечь здесь всё тело, придётся слишком много возиться, к тому же это опасно. Проблема заключалась в соседях. Они не раз вызывали полицию и теперь они точно взяли этот дом под своё внимание. Именно это стало причиной, почему я взяла этот пакет с собой. Уже было поздно, почти 8 вечера, мне нужно было быть дома в 7. Мой телефон, к счастью, пока не разрывался от звонков. Мой дом и дом Ани находились не далеко, потому я могла довольно быстро дойти до дома. Аня обняла меня на прощание и ещё раз поблагодарила. Я ушла, когда было темно. Шагая в темноте по пустой улице, меня охватила паника. Как теперь жить осознавая, что я лишила жизни человека? Если эта тайна узнает свет, то мне даже страшно представить, что будет. Страшно. Я подошла к дому. Я постаралась успокоиться и медленно, как ни в чём не бывало зашла в дом. Я весело улыбнулась родителям. Они, разумеется, отругали меня за поздний приход. Я же не задумывалась об этом. Я лишь желала быстрее избавиться от тела. Однако, тут меня осенила очень важная мысль. У нас везде чёртовы камеры. А если придёт полиция и по камерам увидит, что я какой-то чёрный мешок кидаю в печь? Это же так подозрительно. Я решила дождаться утра, а сам пакет спрятала в самый дальний угол, на шкаф. Закончив, я подумала, не будет ли он неприятно пахнуть к утру. Я упала на пол и заплакала. Осознание вновь нахлынуло волной. Я начала паниковать. А что, если утром приедет полиция? Меня посадят. Но вмиг эти мысли прервала другая, более трезвая мысль. Я вспомнила произведение Достоевского "Преступление и Наказание". Я вспомнила участь Раскольникова, его поведение, потому сравнив наши ситуации пришла в ужас. Я наступаю на те же грабли, что и он. Он был слишком подозрителен, накручивал себя. Он получил наказание ещё до каторги. Я вздохнула и промолвила "сделанного не воротишь". Я встала и направилась в кровать. Я уснула с мыслью, что стала убийцей. Я поняла, что жалеть уже поздно. Как же я удивилась, когда открыла глаза и поняла, что всё случившиеся было сном.