Созвездие дракона

[15 июня | 4563 год]

      Юнхо старался максимально сдерживать эмоции. Возможно, его могли выдать сияющие от радости глаза, но, к счастью, лица его товарищей были устремлены в сторону капитана. Ещё никогда он не был так благодарен лучшему другу. Бросив в спину Хонджуна такой взгляд, будто тот пожертвовал собой ради Чона, пират, едва не вприпрыжку отправился выполнять задание.       До деревни они добрались всей толпой. Ёсан выглядел хмуро, несмотря на то, что уже успел получить подарок от лучшего друга — Уёна и поздравления от Чонхо. В целом, Кан выглядел подавленным уже довольно продолжительное время. Юнхо может сделать предположение, что с тех пор, как они потерпели крушение и встретили Сонхва. Связано ли настроение навигатора с принцем, пока не понятно, но Чон обещает себе узнать позже. Но сейчас его мысли заняты совсем другим.       За болтовнёй они не заметили, как дошли до ворот деревни. Внешне она была похожа на маленькие деревушки в изображениях старых земных книжек, которые Чон так любил читать в детстве. Но всё же есть множество отличий. Например, крыши не из соломы и дерева, а стали, и они имели почти токсичные цвета, а не светло-жёлтые, как на иллюстрациях. Люди тоже были другими: кожа цветная, причудливый макияж и флуоресцентные узоры как декор на одежде. Вероятно, в тёмное время суток эта деревня окрашена во множество цветов, в то время как под искусственным светом всё кажется серым и мрачноватым.       Ладно, может быть, Юнхо поспешил с выводами — эта деревня совершенно не похожа на то, что он видел на Земле.       Пройдя за ворота, они дружно принимают решение разделиться. Минги и Сонхва на днях устроили уборку в подсобных помещениях, и Сон обнаружил множество неисправных инструментов, поэтому сейчас они отправляются в ближайший магазин, чтобы найти необходимое.       — О чём ты так задумался, Юю? — Минги широко улыбается. Такое обращение вынуждает сердце Юнхо останавливаться каждый раз, хотя за столь долгое время он мог бы привыкнуть.       — Детство вспомнил, — честно отвечает Чон, также широко улыбаясь в ответ.       — О, смею предположить, что оно было у тебя хорошим, — Минги деловито кивает сам себе и пристально смотрит на идущего рядом парня.       — Почему ты так думаешь? — щёки помощника капитана немного розовеют от такого внимания. Он смотрит в глаза друга, отчаянно надеясь, что тот не заметит панику.       — Потому что у таких хороших людей не может быть плохое детство, — пожимает плечами Сон. А затем снова улыбается, вынуждая бабочек в животе Чона гореть в адском пламени.       Может ли Юнхо назвать своё детство хорошим? Вряд ли. Он всегда был предоставлен сам себе, зачастую родители пренебрегали им и строго наказывали за самые крошечные проступки. Во время одного такого наказания, когда ему было десять, он и познакомился с Хонджуном. Наверное, только после этого в его детстве наступило что-то хорошее.       — Тогда я могу сказать о тебе то же самое, — Чон улыбается своим воспоминаниям, прикрыв глаза. Он не видит, как затаивает дыхание его товарищ.       — Я едва знал своих родителей. Сам понимаешь. Но я не держу на них зла, они, в самом деле, любили друг друга, и я благодарен, что они позволили мне жить, в то время как другие желали мне смерти.       Планета, на которой родился Минги, называется Некатус. Её населяют два вида: Олини — они были высокими, статными и славились своими знаниями точных наук. Олини — прирождённые лидеры, способные жертвовать даже самым дорогим ради целей нации. Они беспощадны и многие их боятся; и Мирдукилы — эта раса жила, преимущественно в горах и под землёй, имела очень маленький рост и колоссальные умения создавать всё из ничего. В отличие от соседей они придерживаются культа семьи и рода, чтят и любят всех близких. Эти две расы существуют на одной планете в тандеме, взаимно помогая друг другу, но одновременно с этим любые отношения между ними строго караются законом.       Так вышло, что отцом Минги является мирдукил, а матерью была олини. Сон не был похож ни на кого из них: высокий, умный, но больше доверяет сердцу, отлично справляется с любой ручной работой, но совершенно не умеет убеждать людей. Он был одновременно и тем и другим, и в тоже время не принадлежал ни к одной из рас. Родители скрывали его от других как могли, но в конечном итоге им пришлось заставить его покинуть планету. Несколько лет скитаний и выполнения мелких работ в мастерских, он стал довольно известным механиком на одной далёкой планете, пока не встретил пиратов. Хонджун, Юнхо и Сан прилетели на полуразбитом корабле, чудом державшемся на остатках топлива, и Минги успешно починил его. Тогда ему и предложили остаться, и, взглянув в глаза Чона, он не смог отказать.       Они покупают всё необходимое. К их счастью, им удаётся даже получить скидку за счёт того, что Минги смог починить вывеску у магазина, чему Юнхо несказанно рад, и у них даже остаётся время, чтобы прогуляться и осмотреть окрестности. Иногда они слышат пронзительный смех Уёна и спешат уйти в противоположную сторону, умалчивая желание побыть наедине подольше.       Вот только не долго им пришлось пребывать в хорошем настроении. Они завернули на одну из улиц, и только чудо уберегло их от столкновения с большими белыми роботами, которые сопровождали людей в чёрных костюмах. Юнхо и Минги мгновенно узнают стражей HALA и спешат укрыться от них за углом. Те проходят мимо затаившейся парочки, небрежно кидая на землю несколько цветастых информационных листовок. Дождавшись, когда враги уйдут достаточно далеко, Юнхо подбирает с пола листовку. Его лицо тут же мрачнеет, стоит глазам бегло пройтись по тексту.       — Вот чёрт, — тихо ругается он. Вдалеке снова слышится смех Уёна и им остаётся надеяться, что стража не поймает их, — нужно срочно возвращаться на корабль. Найдём остальных и уходим, — приказывает Юнхо.       От былой лёгкости не остаётся ни следа. Они возвращаются к вечеру, с ящиками полными продуктов, инструментов и медикаментов, на которых настоял Сан.       К их возвращению уже был накрыт стол, а Сонхва и Хонджун неловко улыбались, приветствуя именинника. Ёсан, замер как вкопанный в дверях столовой, ошарашено смотря на капитана.       — С днём рождения! — Кричат все хором, хотя та часть команды, которая была с ним в деревне, тоже не ожидала такого сюрприза.       Пока все рассаживаются, параллельно поздравляя Кана, Юнхо уходит на капитанский мостик, захватив с собой Кима на серьёзный разговор. Чон не глядя пихает тому в руки листовку и запускает двигатели корабля, отправляя его на автопилоте по заданному маршруту. Когда он заканчивает, он обращает внимание на злого капитана, который со всей силой сжимал листовку в руках, буравя взглядом буквы на ней.       — Ты должен рассказать обо всём Сонхва, больше нельзя тянуть, — Чон скрещивает руки на груди, строго смотря на друга.       — Знаю, — отзывается капитан, — после праздника я поговорю с ним. Давай вернёмся и подарим Ёсану его подарок, пока это несчастное животное не сошло с ума.       Кан плачет. Трепетно держа в руках маленький пушистый комочек, он плачет от счастья, не найдя слов, чтобы отблагодарить друзей.       — Я назову её Миссис Мяф, — торжественно заявляет навигатор. Остальные решают не оспаривать это решение.       — А это Кутузов, — говорит Хонджун, являя на свет свою кошку. У той на глазу уже красовалась повязка, и животное явно было этим недовольно, поскольку, вырвавшись из рук новоиспечённого хозяина, она спрыгнула на пол и стала усердно избавляться от украшения.       Суматоха сразу же наполняет столовую. Голодные пираты — это нечто страшное и дикое, как отметил для себя Сонхва. Но он уже привык и почти не обращает внимания на летающие продукты, громкий смех и теперь ещё попытки замучить животных. Кутузов, проявляя упёртый характер, избавляется от повязки и усаживается поодаль, с интересом и явным осуждением рассматривая людей.       Празднование завершилось ближе к утру. Пьяные пираты медленно разбредались по своим комнатам, только Ёсан задерживался. Он сидел за столом, задумчиво вертя в руках бокал, наполовину наполненный вином. Он выглядел печально и Сонхва не смог проигнорировать это.       — В чём дело, тебе не понравился праздник? — Пак осторожно присел рядом, виновато смотря на парня. Тот, почему-то со страхом, посмотрел в ответ, а затем завертел головой.       — Нет, я… Всё было чудесно, весело и вкусно. Спасибо, что сделал это для меня, — он сам не заметил, как вновь расплакался.       — Почему ты плачешь? — Сонхва запаниковал, боясь, лишний раз прикоснуться к парню.       — Прости меня… Я… Я так виноват перед тобой, — вдруг сказал тот.       — Я не понимаю, — Сонхва судорожно пытался понять, что плохого для него мог сделать Ёсан, но ничего в голову не приходило.       — Я жил на планете Улмири, — шмыгая носом, говорит пират.       — Это же… — Осознаёт принц.       — Да, это вторая планета в Созвездии Дракона. Наш правитель, он… Он столько раз нападал на вашу планету… Я был простым фермером, но во время второй волны меня призвали. Я был вынужден сражаться, хоть и не умел. Я так старался, старался никого не убивать, но… Одна девочка, она так внезапно… — Ёсан обрывает речь, срываясь на рыдания. Сонхва невольно прижимает его к себе, желая успокоить. Сердце Пака билось со всей силы от боли, которую пережил его собеседник.       — Ты… Ёсан, ты не виноват. Никто из вас никогда не был виноват в том, что ваш правитель был безумен, — уверено заявляет он.       Сонхва помнит те многочисленные уроки политики, когда он до хрипоты спорил с учителями, пока не осознал, что поведение народа зависит от действий правителя. Он действительно ненавидел соседей, но ни его родители, ни кто-либо из управленцев их страны никогда не обвиняли улмирцев, только их короля.       — Знаешь, согласно нашей вере, все невинные дети, погибшие случайным образом, перерождаются в местах, о которых всегда мечтали, которые видели в своих снах. Дети на нашей планете всегда воображали чудесные места, и я уверен, что та девочка сейчас счастлива там находиться, — Сонхва немного покачивается, убаюкивая притихшего пирата. Тот не мог поверить в то, что Пак успокаивает его сейчас, ведь, по мнению Кана, он должен ненавидеть его.       Хонджун отлип от стены, к которой прижимался спиной некоторое время. Он хотел забрать свою кошку, уснувшую на стуле, и невольно стал свидетелем откровенного разговора. Вернувшись в комнату, он много думал, уснув лишь спустя час.