Созвездие дракона

[17 июня | 4563 год]

      Весь прошлый день пираты благополучно проспали. Празднование дня рождения Ёсана действительно затянулось. Только Сонхва чувствовал себя бодрым, ведь он не пил так много. Однако он позволил ребятам отдохнуть. Они с Чонхо — киборг не пьянел в принципе, — убрали всю кухню и столовую, помогли Сану найти обезболивающие и Пак даже приготовил всем чай из тех трав, которые ребята прихватили случайно, спутав со специями.       Принц находился в хорошем расположении духа. Он сидел на кресле в комнате отдыха, почёсывал уснувшую на его коленях Кутузов за ушком и читал книгу. Ничто не могло испортить его день, кроме хмурого лица капитана, внезапно ворвавшегося в его личное пространство. Нет, тот не прижимался к нему, не трогал, а лишь буравил взглядом издалека, но этого хватило, чтобы почувствовать нарастающее раздражение.       — Ты забрал мою кошку, — обвинил Пака Хонджун.       — Она сама пришла. Может, я ей нравлюсь больше, — самодовольно парирует Сонхва, не поднимая глаз от планшета с литературой.       — Отдай её, — Ким подходит ближе и едва касается кошки, как та начинает ворочаться, пока не оказывается на спине. Она удобно разместилась на коленях розоволосого, подставляя белое пузико под руки капитана.       Хонджун замирает, сдерживая звуки умиления, и осторожно гладит животное, на что то отзывается приятным мурчанием. Сонхва вынужден всё-таки оторваться от сюжета романа, чтобы лицезреть столь комичную картину.       — Ладно, возможно, мы нравимся ей оба, — соглашается принц.       Ким всё-таки не может сдержать улыбку, а Сонхва, не понимая почему, не может оторвать глаз от лица пирата.       — Не хотелось бы прерывать столь интимный момент, но, капитан, тебя Юю зовёт, — низкий голос Минги, заставляет обоих вздрогнуть от неожиданности.       Сонхва и Хонджун сталкиваются ошарашенными взглядами, запоздало понимая, в какой момент их застукали, от чего у обоих алеют щёки. Ким отдёргивает руку и резко отстраняется, находя единственное верное решение — ретироваться, а Пак прячет смущение, уткнувшись в книгу. Кутузов, махнув хвостом, тоже убегает, лишая принца тепла.       Спустя несколько минут, осознав, что он пытается безуспешно прочитать абзац, Сонхва откладывает книгу, издав разочарованный вздох. Окунаться в удивительный романтический мир главных героев больше не хотелось, вся голова была забита мыслями о пиратах и тем, что принц, почему-то уже не испытывает ни к кому из них никакой неприязни. Отнюдь, узнав ребят получше, он, отчасти, стал им даже сочувствовать. Почему-то их истории о путешествиях и сражениях со злодеями перестали казаться чем-то пугающим и аморальным, а наоборот, заставляли душу принца трепетать, будто он слушает не реальную историю, а пересказ фильма о благородных супергероях. Оказывается, большинство людей, убитые пиратами — преступники ещё более грязные и опасные, чем они, даже если с виду кажутся хорошими. Это, в самом деле, заставляет переосмыслить многое, и это не даёт покоя. В любом случае, он уже давно принял решение, что когда вернётся домой, то всеми силами убедит отца выделить его спасителям награду.       Поняв, что в библиотеке делать более нечего, Сонхва возвращается в комнату, но по пути его перехватывает Ёсан, сообщая, что Хонджун хочет поговорить. Кан всё ещё неловко мнётся и избегает взгляда Пака, но, по крайней мере, уже не хмурится и не витает в облаках.       Ему не хочется идти к Киму. В голове невольно всплывают воспоминания обо всех неловких моментах с капитаном, включая одно ночное происшествие. Пальцы начало покалывать от волнения, и Пак трёт ладони о штанины, желая избавиться от фантомных ощущений. Щёки горят от стыда за свой поступок и короткой мысли, что ему понравилось видеть поверженного пирата под собой.       Хонджун ждал его в своей комнате. Сонхва никогда не был в ней и оказывается удивлён увиденным: в целом эта спальня ничем не отличалась от других, но стены были украшены рисунками разных мест, схемами кораблей, портретами команды. Неужели капитан занимается рисованием в свободное время? Это было удивительным открытием, и Пак с огромным интересом расспросил бы его, если бы не мрачное лицо Кима. Тот кивком головы приказал сесть на стул, что Сонхва и сделал. Так он оказался напротив кровати пирата, на которой тот сидел, скрестив ноги по-турецки.       — О чём ты хотел поговорить? — первым нарушает давящую тишину принц.       — Вот. Посмотри на это, — Хонджун протягивает ему листовку.       Сонхва пристально впивается взглядом в текст. Прочитав первые пару слов, он посмотрел на Кима так, словно всё происходящее — шутка. Но тот не выглядел как шутник, даже намёка на это не было. Поэтому Пак возвращается к тексту, и, дочитав до конца, сминает лист в руках.       На листовке его фотография. Он помнит тот день хорошо: это был его день рождения, когда ему исполнялось двадцать лет. Его волосы уложены, открывая лоб, белый костюм сидел на нём идеально. Фото сделано было случайно: репортёр испугался того, что наступил какой-то даме на туфли. Ругань тогда стояла громкая, поэтому Сонхва запомнил. Но фотография вышла безумно красивая. А теперь поверх неё было объявление: «Найти живым или мёртвым».       — Что это значит? — тихо спрашивает он, злобно смотря на Кима. Будто тот лично создал эту листовку.       — Все планеты Созвездия Дракона с недавних пор подчиняются HALA. Твой отец подписал договор в прямом эфире. Мы знали об этом, когда брали тебя на борт, но не ожидали, что дойдёт до такого…       — Почему вы не сказали?! — Пак вскакивает и кричит, готовый ударить пирата в любой момент.       — Это бы ничего не изменило! Ты бы всё равно хотел вернуться домой, не так ли? — Ким кажется непоколебимым, потому что знает, что он прав. Сонхва хмуро кивает, и садится обратно, — вот только не думали мы, что они захотят тебя разыскивать.       — Почему «или мёртвым»? — Сокрушается принц.       — Не знаю, — Хонджун пожимает плечами, — может они не надеются, что ты жив, а может, они захотят убить тебя, когда ты вернёшься?       — Мой отец не позволит! — Возмутился Пак.       — От HALA можно ожидать чего угодно. Они могут убить тебя до того, как ты встретишь родителей и сказать им, что тебя убили мы. Но если они узнают, что ты хотя бы просто видел нас, то они могут пытать тебя до самой смерти, — мрачно заключит Ким. Сонхва в ужасе распахнул глаза.       — Но… Что теперь делать? — Его голос дрогнул, выдавая отчаяние.       — У тебя есть три варианта: остаться с нами, вернуться домой и принять неизвестность или, — он сделал паузу, взглянув принцу прямо в глаза, — через месяц мы прибудем на планету Традус — это нейтральная планета, на которой HALA не имеют власти. Ты можешь остаться там, если пожелаешь. У тебя есть время принять решение.       Закончив говорить, Хонджун покидает собственную комнату, оставляя Сонхва одного. Тот уходит в себя, глубоко задумавшись, но ему не удаётся сосредоточиться на размышлении. Он переводит взгляд на стены, украшенные рисунками. Он лениво разглядывает их, подмечая детали, пока не натыкается на схематичное изображение человека с розовыми волосами. На этой картинке восемь человечков, семь из которых расположены близко друг к другу и все они тянут руки в сторону розоволосого. Пак горько усмехается. Он срывает рисунок и спешно покидает каюту капитана, чтобы вернуться в свою. Он даже игнорирует зовущего его Сана.       Дойдя до комнаты, он устало плюхается на кровать. Он должен принять решение, которое изменит его жизнь: остаться с пиратами и навлечь на себя клеймо преступника, вернуться домой и, возможно, умереть или, забыв о титуле, начать жизнь с нуля на неизвестной планете? Ни одна из этих перспектив не радовала его.