Love does not exist

Артур и не помнит уже, когда он впервые познакомился с Франциском. Может, в начале учебного года, когда этот мелкий засранец пришёл в среднюю школу и неловко переминался с ноги на ногу, и стеснительно улыбался девочкам. А может, когда одноклассники играли в футбол, а он с Франциском обсуждал «Ромео и Джульетту» на трибунах. А может, вообще не знакомились, и самого начала стали друзьями. Но пятнадцатилетний Артур скажет, что это его самое лучшее время, когда он стал общаться с Франциском. Двадцатидвухлетний Артур скажет, что это самое худшее время, когда он стал общаться с Франциском. В свои пятнадцать Артур столкнулся с тем, что он боялся больше всего на свете. Гомосексуальность. Он не думал, что предпочтёт красивому женскому телу крупные, мускулистые тела мужчин. В частности, Франциска. Просто, в один момент он заметил, как каждый раз, смотря на обнажённое, после физкультуры тело друга, его лицо становилось багровым, а голову посещали не очень-то хорошие мысли. Хоть он и был с Франциском друзьями, они никогда не обсуждали эту тему. Франциск может и мог, ведь всегда комментировал, проходящих мимо девушек, и какая классная у них фигура, либо говорил парням, какие они сегодня классные, а вот Артур не мог. Его вообще считали тихоней в классе. Нет, не тот клишированный тихоня, который ходит очень тихо, ни с кем не контактирует и носит крупные большие очки и книгу, а просто никуда практически не ходит, предпочитает ходить по библиотекам или сидит дома, учится играть на гитаре и проводить время со своими близкими друзьями. А их было не так много. А скорее всего, это даже не друзья-то были. Так, знакомые. Феличиано и Людвиг обычно были теми, с кем он общался исключительно тогда, когда они вместе решатся выпить, либо составить для чего-то компанию. Вот с Франциском это совсем другое дело. Хотя, их дружба состояла из взаимных насмешек, он не жаловался. Артур никогда не жаловался на свою жизнь. Если бог дал ему возможность жить, то пусть не жалуется. Всё хорошо и прекрасно. Не считая того, что он влюблён в лучшего друга. А во время школьной вечеринки, где Франциск впервые поцапался с девушкой, Артур напился, как собака и бедному Людвигу пришлось тащить его в свою квартиру, где совместно с Феличиано он снимает. А на утро, вспомнив, зачем так напился, Артур снова захочет напиться, но нежный взгляд Феличиано напротив дивана его остановил. — Это из-за Франциска? — спросил он, а Артур внезапно вспомнил все плохие слова, которые он нахватался в детстве и почувствовал, какого это, когда у тебя красное лицо. — Что? — Я видел, как ты смотрел на него. — улыбнулся Феличиано, и посмотрел таким взглядом на него, от чего Артуру стало плохо. — Это нечего не значит! — огрызнулся тот, и встал с дивана так резко, что сразу же пожалел, когда упал обратно на диван. Феличиано — будь проклят этот добрый мальчишка — быстро встал на ноги, чтобы помочь другу, но сел обратно, так как Артур выставил руку. — Давай это останется нашим секретом. Я даже Людвигу не расскажу, хорошо? — сказал он и ушёл с гостиной, чтобы сделать завтрак им. Первый раз, когда Артур впервые кому-то признался, что он гей, было в шестнадцать лет. А позже, Артур обещает вам, что не ожидал такого, но в один из вечеров, Франциск прижал того в стене, чтобы спросить, почему Артур стал часто отказывать ему в компаниях, и просто напросто стал избегать его. А Артур испугался. Он очень сильно испугался, что Франциск не поймёт его. А кто поймёт, если на тебя встаёт член на лучшего друга. Правильно, никто. И не вините Артура, он правда не хотел, чтобы так было, но он заплакал. Как девочка, заплакал. Он рассказал. Всё рассказал. И как не хотел всего этого, и как то, что напился, узнав, что его друг переспал с девушкой, и как то, что он дрочит каждый раз на него, и как каждый раз плачет, понимая, что он тот самый противный гей, умудрившись влюбиться в лучшего друга. — Эй, эй, Артур, успокойся, прошу тебя. — обеспокоенно проговорил Франциск, потому что не в первый раз тебе признаётся в чувствах твой лучший друг и потом тебе надо успокаивать его. — Не надо плакать, Артур. И обнял. Прижал к себе, и не отпускал, аккуратно погладив его по спине. Короткая истерика Артура быстро прошла, но Артур понимал, что он не хочет, чтобы Франциск прекращал его гладить. — И зачем ты плакал, глупенький? — посмеялся Франциск, теребя волосы друга. — Я же би, забыл? Я не буду от тебя уходить, ты ведь такой классный парень. Вот зачем мне уходить? Я не собираюсь, не плачь только, хорошо? — а его глубокий, такой бархатный голос нашёптывал такие важные слова для Артура прямо в ухо, от чего он весь расслабился в руках своего друга. Они конечно же не забыли об этом случае, но старались поменьше говорить о нём. Но через некоторое время Артур стал замечать на себе немного долгие взгляды Франциска. И от таких взглядов ему всего было так хорошо, но в тоже время и странно, ведь на него никто так не смотрел. Но во время от одной из вечеринок их одноклассника их отношения изменились, оставив после себя лишь пустую оболочку их прошлых отношений. На вечеринке к нему решилась подойти одна девушка из параллельного класса — Бенди Стоун — и первая же с ним заговорила. — Привет, Артур. Ты помнишь меня, я Бенди, из параллельки, в одном с тобой в классе по информатике. — сказала девушка, стоя рядом с ним. — Привет, Бенди. Конечно, я тебя помню. — ответил ей Артур, ведь, как не знать эту весёлую и достаточно популярную девушку из их школы. — Я тебе хотела давно сказать, что ты мне очень нравишься, и я хотела бы тебя получше узнать, ты ведь не против? — сейчас, когда девушка спрашивала его, она выглядила слегка неуверенно и всё время теребила бреслеты на своём запястье. И ему стало жалко её. Он собирался ей отказать, ведь разбивать сердце девушке своими ложными надеждами он хотел меньше всего, но внезапно рядом с ними очутился Франциск, и не очень радушно посмотрел на девушку. — О, здравствуй, милая леди. О чём разговаривали? — спросил Франциск, мило улыбнувшись, хотя Артур не очень был уверен, что улыбка была искренней. — Ты ведь не против, если я заберу на время своего парня? Мне надо кое-что ему сказать. — и схватив того за талию, кудато понёс, а Артур слегка недоумевал. Как это, своего парня? Когда они стали парой? Он выглядел, как Бенди, ведь у той заалели щёки и глаза стали такими большими, что Артуру стало страшно, а не выпадут ли они? Хотя, меньше всего на свете, ему было интересно, упадут ли глаза девушки или же нет. Оказавшись где-то в туалете, у кого-то дома, Артур очнулся и сразу же оттолкнул от себя парня. — Какого хрена? — выпалил Артур, смотря на Франциска. Тот выглядел очень расслаблено, улыбался, но его выдавал румянец. — А что такого? — спросил Франциск, разглядывая Артура. — Зачем ты сказал ей, что мы пара? — А тебе не нравится? Я думал, что намёк очень жирный. — посмеялся парень, и подошёл ближе, преграждая путь. Он стоял, как скала и смотрел в глаза, улыбаясь. — Артур, теперь я скажу. Ты мне очень нравишься, особенно твои брови, можно я буду с тобой встречаться. — А при чём тут мои брови? — спросил Артур, не понимая, что сказал парень, но медленно, и постепенно до него дошло, что сказал Франциск. Кровь сразу прилипла к лицу, а глаза расширились как пять копеек. Он и правда не ожидал, что его лучший друг признается ему в таком. И не зная, что ответить, он потянул Франциска на себя, поцеловав в губы. Артур не признается, что давно мечтал их поцеловать, и сейчас, в семнадцать лет он крайне не умело перебирает их в своих и тихо простонав в чужие губы, запустил пальцы в длинные отросшие до плеч волосы Франциска. А Франциск прижав его к стене, отвечает на поцелуй, положив руку на талию, придвигая, как можно ближе к себе. — Чёрт, целоваться так ахренено. — пробормотал Артур, положив голову на плечо Франциска. Тот лишь посмеялся, обнимая за талию Артура. — Жаль, что твои брови не умеют целоваться. — посмеялся Франциск, тут же получив удар по плечу. — Иди к чёрту со своими бровями, нормальные они. — оттолкнув его от себя, рассмеялся Артур. А свои отношения они не афишировали. И каждый был доволен, потому что для их понимания, отношения — это то, что касается вас двоих, и про них не должны знать все остальные. Изменение в характере Артура заметили Людвиг с Феличиано, но говорить про это не стали. Феличиано не рассказал Людвигу то, что узнал, но сам Людвиг заметил, как их общий друг смотрел на Франциска, но комментировать не стал. Всё же, это не его дело. Их отношения были для Артура теми, в которых ему было максимально комфортно, и даже не жаловался на них. У них всё было по обоюдному согласию, даже поцелуи. Каждого заботило личное пространство, поэтому разрешение для обычных объятий были. Хоть, и дружбе было место. Они как обычно читали по странице книги, обсуждали прочитанное, смотрели фильмы и сериалы, и в последнее время не ходили на вечеринки. Они оба поняли, что такие вечеринки, где были потные тела подростков и громкая музыка лишь раздражало их, поэтому они сидели, как какие-то старики дома, попивали алкоголь и разговоривали, как интелегентные люди. Сказав однажды такое сравнение Франциску, тот рассмеялся, сказав, что такое сравнение ему по душе. А дальше выпускной год, экзамены и поступление в университет. Оба быстро решили, что уедут за границу. Семейное положение у двоих было хорошее, родители сами летали каждое лето. Так как их родители были не местные жители Америки, то Артуру с Франциском было легко пристроется в чужой для них стране. Франциск долго мечтал жить во Франции — стране любви, искусства и моды, ведь сам был французской крови. Артура забавляло такой энтузиазм парня, ведь его притягивала Англия — страна происхождения английского языка и Англиканской церкви, так как сам же являлся англичанином. А после, как им пришли положительные ответы для поступления их университетов, то их двоих посетила одна мысль. — Мы значит будем поддерживать отношения на расстоянии. — скорее спросил, чем утвердил сказанное Артур, внимательно следя за лицом своего парня. — Все ведь так делают, значит, и мы сможем. К тому же, Англия с Францией не так далеко расположены друг от друга, может, даже увидимся. — подбодрил его Франциск, нежно поцеловав подбородок. И поддерживали свои отношения. Во время учёбы они общались достаточно часто, разговаривали по телефону, по видеозвонку и даже пытались заняться сексом по телефону. Конечно, так себе идея, но вполне сносно. Но в один день они перестали поддерживать общение, и каждый говорил, что им просто некогда, поэтому редко общались. У Артура может и были такие причины, но он не знает, такие ли причины у его парня. Ведь Франциск не раз показывал всем, какой он ветренный, а в школе он получил звание бабника. Но, Артур мог поспорить, ведь, зная Франциска достаточно долгое время, за два года их отношений тот не разу не дал усомниться в себе. Он мог пофлиртовать с девушкой, или заиграться с парнем, но черту дозволенного не переходил. Как и Артур, хоть и флиртовать-то особо он не умел. А впервые встретившись за последние два года, когда они разъехались по разным странам, то Артур очень сильно удивился, ведь Франциск стал уж слишком высоким. Он не был таким низким, но чтобы быть выше Артура на целое плечо, да ещё отрастив себе бородку, он стал слишком сексуальным. — Ты выглядишь, как педик. — сказал Артур, разглядывая парня. — Ты не понимаешь, во Франции все так ходят, и запомни, я встречаюсь с парнем, и ты тоже, Артур. — посмеялся Франциск, тоже разглядывая напротив себя парня. — Пф, слишком много говоришь, и прекрати на меня пялиться! — фыркнул Артур, а сам покраснел от взгляда своего парня. — Ты красивый. Изменился очень сильно. — ответил ему Франциск, от чего Артур покраснел и отвернулся к окну, буркнув: — Прекрати говорить ерунду. А посмотреть на Артура можно. Он тоже вытянулся, но не так сильно, немного отрастил волосы, и накачался. А такой внешний вид привлекал внимание девушек, которые всё пытались познакомиться с ним во время учёбы. В один из дней, когда они оба решили пойти на вечеринку в клубе, двадцатилетний Франциск достаточно долго отлучился в уборную с какой-то девушкой. Нет, Артур не маленький, понимает, что творится там, но ревность иногда странная штука. Он даже не заметил, как выпил уже четвёртый коктейль, когда рядом сел Франциск и с довольным видео заказал виски. — А говорил, не любишь перепих в туалете, аристократ. — усмехнулся Артур, следя за движением парня. — Эта леди настаивала на минете, так что мне стало жаль её. — ответил Франциск, попивая виски и рассматривая лёд на дне стакана. — Ты конченный ублюдок, знал это? — он отставил стакан парня подальше и приблизился к губам, выдохнув: — Сосёт лучше меня, не так ли? — Не сравнивай себя с другими, это тебе не к лицу. — и поцеловав губы, Франциск сказал: — Не хочешь ли попробовать? — Поищи других, я не в настроении. — усмехнулся Артур, и заказал себе ещё алкоголь, почувствовав, как что-то тянет у него в груди. Наверное, это и называется, разбитое сердце у парочек. Каждый вечер, они играли на гитаре, и Франциск всё чаще начал петь песни Нирваны. В его исполнении песня Курта звучали даже лучше, чем в оригинале. И каждый раз их вечера заканчивались тем, что они лежали на разных сторонах дивана и дымили в потолок дешёвые сигареты. То, что их отношения были свободными, и что они оба могли с кем угодно спать и флиртовать, не делало кого-то расстроенным, потому что они сами сказали, что отношения на расстоянии будут легче протекать, если будут получать наслаждение не только от грязных разговоров по телефону и мастурбации, но и от других людей. Артур мог сказать, что это решение было достаточно умным, ведь они два взрослых человека со своими потребностями, а так хотя бы недопонимания не будет. Но его всегда раздражало, как Франциск прижимает к себе очередную какую-нибудь девушку или парня и что-то шепчет им в ухо. Но он понимал, что только к нему, у Франциска были чувства. Ну, надеялся. А когда Артуру в его двадцать два года мать предложила поработать в библиотеке в их городке, Артур согласился. Он пока не мог найти работу по профессии, а ведь говорили ему, не идти на литературный, но не послушал же. Хотя, Франциск пошёл на повара, и сам он работает в достаточно хорошей кондитерской. — Тоесть, ты поедешь домой? — спросил Франциск по телефону, когда они в очередной раз разговаривали. — Ага, это оптимальный вариант из всего, к тому же, рядом родители, так что я считаю, это достаточно хорошим решением. — ответил Артур, рассматривая плакаты на стене. — Не думаю, что найду хорошую работу по профессии. — Не загоняйся, и всё будет хорошо. — подбодрил его парень, от чего Артуру стало намного лучше, ведь взаимные усмешки иногда надоедали ему, а такие разговоры всегда давали стимул. Наверное, это самое лучшее в их отношениях. — Я люблю тебя. — тихо сказал Артур, надеясь, что Франциск не услышит его, ведь они редко когда говорили это друг другу, но каждый раз так хотелось сказать, что Артур иногда позволял себе такие вольности. — Я тебя тоже, Артур. — ответил Франциск, и в его голосе слышно та самая искренность его чувств. А как только он приехал домой, его ждала новость, что Франциск приедет на следующей недели к родителям, и они смогут увидеться, так что Артур, позвонив по телефону, кинулся на Франциска с обвинениями. — Я не понял. Как это понимать твою выходку, Франциск? — крикнул он в трубку, гневно буравя стенку взглядом. — Я подумал, тебе будет скучно там одному, плюс, с родителями повидаюсь. — усмехнулся он, от чего Артур вздохнул. — Чего тебе в своём Париже не сидится? — А что тебе в своём Лондоне не сидится? — подколол Франциск, и Артур рассмеялся. Умеет же атмосферу портить. Так и протекали обычные будни у Артура: работа-дом-разговоры с Франциском-работа-дом. Даже когда Франциск приехал домой, ничего не изменилось. В библиотеке ему очень понравилось, ведь с детства он любил атмосферу, в которой было это здание. Он любил помогать посетителям с книгами, перебирать историю записей, читать на перерывах книги, разговаривать с другими библиотекарями или людьми, которые прочли рекомендованные Артуром книги. Пока однажды в один из дней не появился один из знакомых и обрадовавшись встрече, предложил парням сходить на одну вечеринку, который устроил один из нынешних старшеклассников. Артур хотел было отказать, но Франциск согласился, сказав потом парню: — Послушай, мы давно не ходили на такие вечеринки, и просто расслаблялись в таких компаниях, к тому же я не против, посмотреть на новых старшеклассников. — Мы дружим около десяти лет, встречаемся пять, и ты прекрасно знаешь, что я не люблю такие компании и вечеринки. — усмехнулся Артур, перетаскивая книги с коробок на полки в своей съёмной квартире. — Поэтому и говорю, что пошли. Я хочу, чтобы ты расслабился. — сказал Франциск и встал с кровати на которой сидел и обнял со спины Артура. — Вау, вот это я расслаблюсь. — посмеялся парень. — Пока я буду сидеть, попивать какое-то дешёвое пойло и смотреть, как мой парень флиртует с какими-то левыми людьми и клеить им свои яйца. Всегда об этом мечтал. — и вывернулся с чужих объятий. Он посмотрел на Франциска и улыбнулся. — Так ты это себе представляешь? — А ты ревнуешь? — усмехнулся Франциск, сев обратно на кровать. — Нет. В отношениях ревнуют одиоты. — и в это самый момент он соврал самому себе и своему парню. А говорили, что чисты в своих отношениях. В итоге, Артур согласился, поэтому сидя на этой гнусной вечеринке, не понимая, что раньше в этом находил привлекательно. Франциск решил познакомиться с новой молодёжью, поэтому оставив его одного, ушёл к компании трёх девушек и двух парней. — «По любому ушёл с одной из них, бедная девочка.» — подумал Артур и усмехнулся своим мыслям. Как он понимал ранее, алкоголь был до ужаса дешёвым, но он всё равно продолжал пить прямо из бутылки пиво, рассматривая ребят. Все лица были ему незнакомы, а энтузиазма знакомиться с кем-то не было. — Привет! — рядом с ним оказался какой-то парень, на котором была одета обычная чёрная рубашка и обычные джинсы. На его лица были прямоугольные очки, а волосы светлые, как пшеница. Он улыбался, и был похож на обычного старшеклассника. — Ты кто? — задал вполне логичный вопрос Артур, ведь он не знал этого парня, и вообще, видел в первый раз в своей жизни. — Я Альфред Джонс. Десятиклассник. — ответил парень и в его голосе были слышна радость, и Артур не понимал, почему этот парень был рад от какого-то знакомства с незнакомцем старше его. Внезапно на его плече оказалась чья-то рука, оказавшаяся Франциска, и была перекинуть через плечо. Франциск рассматривал этого Альфреда и усмехнулся. — Артур, к тебе что-ли десятиклассник хочет в штаны залезть? — спросил он, а Артур хотел было ударить парня, но передумал. — Заткнись, ублюдок. Вдруг ты ему сердце разбил? — рассмеялся Артур и посмотрел на Алфьреда. — Ты чего хотел? Или попутал кого-то? — Познакомиться нельзя? — усмехнулся Альфред, а на его лице было недоразумение, поэтому Артуру стало жаль, и сказал ему:   — Слушай, тут много девушек, иди, познакомься. Мне как-то не хочется знакомиться с малолетками. — оттолкнувшись от стенки, на которую он облакотился, он взял из рук Альфреда пиво и улыбнулся. — Либо потому что я уже занят, так что уйди по-хорошему, пока у меня настроение есть. — и разворачиваясь лицом к Франциску, откликнул его. — Франциск, ты идёшь или нет? Почему он отказал знакомиться с парнем, ведь у них же свободные отношения — наверное из-за того, что он любил Франциска и не хотел ни с кем встречаться, либо просто Альфред не выглядел совершенолетним, а проблем себе не хотел. Но ушли они после этого «знакомства» сразу же домой. А дома, Артур не ожидал, Франциск прижал его к стене и спросил: — Кто это за парень? — и в его голосе была слышна ревность, от чего Артур рассмеялся в голос. — Альфред Джонс. Десятиклассник. — и посмотрел в лицо напротив себя. — А что? Мне нельзя знакомиться с людьми? Только ты у нас можешь, так ведь? А Франциск ни слова не сказал. Он просто поцеловал его, грубо проведя руками по телу Артура. Артур ничего не сказал, просто отвечая на поцелуй. Всё-таки, он никогда не поймёт этого парня. А через несколько недель он встретил этого самого Альфреда у себя на работе. Нет, он понимал, что Альфред всё ещё школьник, ведь он сам так сказал, и что ему по любому надо ходить в библиотеку, но он не думал, что просто один раз поможет, Альфред станет его навещать каждый день. Ясно дав понять, что знакомиться с этим парнем он не намеревается, Альфред не перешагивал начерченную черту, но ходить не переставал. А узнав, что тот прочитал одну из любимых его работ «Над пропастью во ржи», заинтересовался. Он думал, парень серьёзно воспримет роман, но оказался обычным парнем, слишком легкомысленным. А Альфред не походил даже на бисексуала. Он был обычным парнем, в котором заинтересован лишь в играх и комиксах, и в будущем обязательно встретит такую же обычную девушку. Он не считал Альфреда чем-то серьёзным, просто потому что ещё не повзрослел. Но иногда, в библиотеке он замечал на себе тот самый взгляд, с которым он сам смотрел на Франциска. Но, может быть, он просто забыл о том, чтобы только на него смотрели, и поэтому ему так кажется, но Альфред своей настойчивостью интересовал. А однажды, сидя в парке вместе с Франциском и обсуждая планы на следующие выходные и просто наслаждаясь компанией, он заметил Альфреда, который смотрел на них, как поверженный, и так грустно посмотрел на Артура, что самому Артуру стало просто невыносимо смотреть на парня, поэтому он просто отвернулся, чтобы снова слушать, о чем говорил его парень. Но, в один из дней, возвращаясь домой, он увидел Франциска в парке в компании какой-то красивой девушки. Франциск играл на гитаре этой девушке песню Polly — одну из песен нирваны, а девушка мило улыбалась парню. А по их виду Артур понял, что оба были влюблены в друг друга и обоя выглядили как парочка. Сжав губы в тонкую полоску, Артур поспешил домой. А вечером, сидя посередине кровати, и услышав, как открывается входная дверь, быстро вытерев заплаканные глаза, встретил Франциска. — Она тебе нравится? — просто и прямо спросил Артур, как только Франциск вошёл в комнату. Его умиротворённое лицо тут изменилось. Его глаза расширились, а сам он обескураженно посмотрел на парня. — Я видел тебя парке с той девушкой. Красивая она. Если она тебе нравится, то давай расстанемся. Зачем мучить сразу троих людей. — голос его был спокойным, и Артур сам был в шоке, что не расплакался позорно прямо перед Франциском. Тот ничего не ответил. Он всё ещё стоял на месте, смотря на Артура, но потом кивнул и просто ушёл из квартиры. Да, ночью Артур жалел, что вообще знает такие вещи, как Нирвана, игра на гитаре, разочарование, Франциск и разбитое сердце. А, когда он подметал на крыльце около библиотеки, Артур не заметил Альфреда, который стоял около него. — Вытери ноги, когда будешь входить внутрь. — пробурчал он и снова стал работать. — Ты ведь сегодня вечером не будешь занят? — спросил Альфред у него. — А если я скажу да, то что случится? — усмехнулся Артур, выпрямив спину. — Ничего, но я хотел, чтобы ты сыграл мне на гитаре. И, научил немножко играть. — сказал Альфред, и улыбнулся. Артур оторопел. Его ещё никогда не просили научить играть на гитаре, а если и просили, то он не соглашался. Учителем он не намеревался быть, сами могут научиться. Но, смотря на то, как искренне и с надеждой смотрел на него Альфред, он подумал, что этому парню он хотел помочь. Конечно, повредничал сначало из-за принципа, но всё же согласился. А Альфред улыбнулся, заходя внутрь здания. Всё-таки, он был таким ребёнком. А ночью, идя по улице с гитарой за спиной, он чувствовал себя подростком, боясь, что его запалят родители, не увидев своего чадо в кровати. Артур не знал, зачем привёл Альфреда в своё место, где он обычно сидел, когда ему было одиноко, но наверное, заброшенный парк, который закрыли сразу после открытия, был самым лучшим вариантом. — Ты сначало научиться хочешь, или чтобы я сыграл? — спросил Артур, внимательно следя за своими пальцами. — Если хочешь, ты можешь сначало сыграть. Мне всё-равно. — ответил Альфред. Артур не ожидал, что Альфред захочет услышать, как он играет, на пальцы сами сложились в начальном аккорде, на котором начиналась Polly, а губы сами запели. — Крошка Полли хочет печеньице, а я думаю, что сначала должен получить огромное удовольствие. — а в голове пронеслось воспоминания, как эту строчку спел Франциск для той девушке. — «Иди к чёрту с той девушкой». — подумал Артур и продолжил петь. — Пожалуй, ей бы не помешало немного воды, чтобы погасить мою паяльную лампу. — пронесённая мысль о том, как та девушка положила голову на его плечо, заставило со злостью сильно ударить по струнам. — Она — не я; прими моё семя, позволь мне обрезать твои грязные крылышки. Позволь мне проехаться верхом, рассеки себя, я хочу, чтобы ты помогла мне развлечься... Почему? Почему он выбрал эту песню. Зачем? Ведь Артур понимает, что сейчас, прямо перед Альфредом, он плачет. Тихо выдохнув, Артур попытался дальше спеть. — «У меня есть веревка, — я уже говорил тебе...» — осталось строчка недопетой, потому что он почувствовал, как ладонь парня оказалась на его затылке и притянули к себе для поцелуя. Альфред нежно целовал его. Даже неумело, а Артур ожидал, что в таких вещах Альфред окажется не силён. Он не отвечал на поцелуй, просто сидел неподвижно, чувствую, как по щекам бегут слёзы. Артур положил руки ему на плечи и оттолкнул от себя. Лучше бы не целовал. — Прекрати. — тихо прошептал Артур.— Уходи, Альфред. — Я не... — хотел было оправдаться Альфред, но его перебили. — Не надо! — у Артура шёпот перешёл на крик.— Не надо, уходи. Не надо целовать меня,  уходи просто. Уходи! И Альфред послушал его. Он просто встал и ушёл. А Артур раздрыдался, потому что не мог понять Франциска. Почему он просто не сказал ему, что нравится другая. Они ведь были не только партнёрами, но и друзьями. Почему не поговорили спокойно, почему Франциск не стал оправдываться, а ушёл. Артур такой плохой человек, что ему можно сделать больно? Тут Артур понял, что потерял он не только парня, но и лучшего друга. А утром, попросив у главной библиотекарши отгул, сказав, что он плохо чувствует себя, Артур весь день и последующую неделю сидел дома и не выходил. В сети он появляется редко, также редко он отвечал на звонки и сообщения от родителей. От Франциска не было ни слуха, ни духа. Артур другого не ожидал, ведь знал, что первым тот точно не прибежит, и больше вообще не появится перед его глазами. А, через неделю, придя на работу, та самая библиотекарша посмотрев на бледного Артура, поинтересуется, всё хорошо с ним, Артур ответит, что да. Эта женщина была очень доброй, а её улыбка наводила на мысль, что всех своих коллег она любит всей душой. К обеду Артур встретился с Альфредом. Тот стоял прямо перед ним, стеснительно улыбаясь. — Тебе чего? — спросил Артур, но старался не смотреть на лицо парня, ведь ему было стыдно, что расклеился прямо перед малознакомым человеком. — Это тебе. — и тот вытянул руку, в которой была зажата шоколадка. Обычная, молочная с миндалём и изюмом. — Сладкое помогает от грусти. Съешь, полегчает.— и улыбнулся так искренне, что Артуру засосало под рёбрами, и взяв шоколад из рук парня, посмотрел на него. — Ты читал Гарри Поттера? — и сам смутился этого вопроса. Прямо сейчас, он показывает Альфреду, что считает его слишком легкомысленным, ведь каждый второй читал эту серию книг. — Это моя первая книга, которую я прочитал самостоятельно. — Альфред почесал затылок. — Я хотел попросить у тебя прощения за тот вечер. Я не знал, как успокоить тебя, поэтому подумал, это то, что надо. Извини, я дурачок, но я не хотел обижать тебя и расстраивать ещё больше. Надеюсь, ты простишь меня и дашь в коем-то веке стать твоим другом, Артур. И посмотрел с надеждой, что Артур понял, что он не может отказать ему. Просто потому что он верил этому парню, что он искренне хочет стать его другом. И что, что поцеловал? Запаниковал просто, с кем не бывает. И он улыбнулся. Впервые улыбнулся Альфреду. — Я согласен. И спасибо тебе за шоколад. Наверное, этому парню пора бы дать шанс.