Пролог.
31 января 2022 г., 21:56
***
— Кровавые тучи затянулись над небом, найду ли я в себе силы для восстановления людской надежды в лучшее.. Еле ощутимая, словно песочная фигура, что может принять любой вид, Венти легко качнулся в сторону обрыва, надеясь найти глазами проблеск света. Горячий воздух вокруг него становился холоднее, дышать можно было хоть в несколько полных станов. Дыхание архонта выпускало столь нужный кислород, каждый вздох приносил плодородность земле, по которой он ступал. Он сосуд жизни для тех, кто её ищет, бог, способный даровать весь мир для кого угодно. Он тот, кто первый помог человеку разобраться в чувствах. В это время, кажется, только Барбатос служит моральной поддержкой для всего мира. Все братья и сестра сражаются, являясь физическим щитом и мечом. Венти их отдушина, чаша, в которую можно опустить голову и почувствовать вольный ветер. Счастье, ради которого они так бьются. Всё прежнее и будущее можно увидеть в нем.***
— Ах!.. Бедный взгляд любимого всем миром бога, дрогнул. Разлом всех мечт и дюжин душ. Прощальная в настоящем и тепло встречающая в загробном, песня, объединяющая два мира. Очи архонта прикрылись, а лира начала изливать колыбельную богов. Земля встрепенулась, птицы, лежавшие мертвыми тушами на алой земле, ожили, стоило хрустальному, будто солнце, голосу, достичь их слух.***
В низших слоях экватора, где даже и этого неба не было видно, место, куда смог попасть только истинный пленник своих чувств и желаний, защитник Якса, забитый раскаленными углями преисподни, приподнял голову, слыша чудесный голос попутного ветра. Эхо слез и поминаний отдавалось по всей пещере, камни, что были вбиты в тело Адепта, в те же секунды раскрошились и освободили мученика. Сяо почти выбрался из этой пучины ада, слыша вокруг себя только голос Барбатоса. Серая и пустая земля приняла на себя тяжёлое падение ницом от адепта, громыхая. — Бедняга..как сильно боролся ты за жизнь..я так счастлив, что надежда на спасение и победу вдохнули в тебя здоровый вид блеска глаз, - Венти прижался к Яксу, одаривая поцелуем, который сполна заполнил одиночество и самокрушение защитника. Слабая рука ухватилась за локоть самой свободы, говоря о том, что отпускать его он не намерен.
