Освободи меня.

***

Сильный ветер, вольный ветер, ищет деревцо вблизи.

Не оставил корня древу, вихрем жизнь унёс, лишь ты

Сможешь жизнь ему спасти.

По пути тебе помогут крылья фей, чей свет утих.

Нет души и клич не слышно, лишь сосуд в глуши стоит,

Отыскать его по зову прежней радостной росы не получится, увы.

Если небо горько плачет, то и лес вокруг дрожит,

Ты попробуй потрудиться, красоту небес спасти.

И дарует день и ночь, крылья фей под твой запрос.

Но сама ли здесь природа что-то может даровать?

Нет, она ведь неразумна, а чужак творцом у нас.

Сам пришёл, изгнав свободу, недоволен он теперь.

Вечно ищет бог восставших, но найдёт тебя ль теперь?

Гея прячет сына в тени, из чрева боясь забрать,

Но теперь настало время все вернуть в круги своя.

Ветру силу и обличье той свободой даровать.

***

Пепел и запах гари приземляется рядом с Барбатосом, в ту же секунду закручиваясь маленьким вихрем. Архонт немного поникший, покачивает ножками над тем же привычным обрывом. Земля здесь попрежнему мёртвая, едва уловимая признаками жизни до войны. И юноша не просто так сидит здесь каждый день, он насыщает почву кислородом, старается сделать искусственное дыхание своей матушке.

Слёзы снова наполняют хрустальные и светлые глаза Анемо архонта, хватает пару дуновений, чтобы хрусталики разбились о землю, словно лёд. Голая и серая почва начала шипеть, а в воздух поднялся пар. Слёзы сострадания всегда вводили в замешательство.

К беззащитному Барбатосу обратился новый защитник этих земель. Якса никогда не скажет убираться своему самому яркому свету в этом мире.

— Стоит бросить эту затею. Даже под маской ни один мускул не дрогнул, он знает, что Венти привязан ко всему, к этому месту особенно. Его силы теряются в таком большом пространстве, Сяо ждёт момента, когда Барбатос оставит все свои силы в месте, где спас его. Ему нравится сама идеология того, что Венти хочет отдать всего себя для восстановления этой убогой пустоты.

Чем дальше заходит девственно-чистый в своих верах архонт, тем крепче становится его связь с Яксой, а значит, что он всегда будет заполнять его пустую душу. Даже, если ветер врезается в легкие с той же скоростью, что и опустошает их.

***

Хоть что-то, хоть один живой организм должен показаться на глазах маленького Венти. Это должно помочь ему чуть медленнее сходить с ума.

— Ты худ и бледен, в твою святую голову не приходила мысль о том, что твоя смерть будет ещё более сильным ударом для земли и неба, чем продолжение жизни?

Юноша начинает злиться, но сразу же успокаивает себя своим знанием принадлежности Барбатоса к нему.

— Я готов поддерживать баланс всех временных отрезков, данных этому миру, а ты? Впервые за два месяца символ музы и поэзии раскрыл свои сухие губы для пения.

***

«В деле помощник, о друг для людей в безвыходных бедах, Ты — языка величайшая сила, столь чтимая в людях, Внемли к жизни моей благое пошли окончанье – Быть на ногах, в наслажденьях ума и в памяти твердой!»