Ежидзе, ты спишь?

       Лосяш натура любопытная. И ходит он часто в гости к тем, кто может ответить на его «почемучки» и ублажить — к Пину. Не смотря на то, что тот очень часто проподает на своей свалке или в гараже, вечером он всегда способен побыть со своим любимым. Лось принимает это лишь как идиальную дружбу, товарищество, что угодно! Но не любовь, о которой думает механик… — Друг вы мой, ласколюбивый, что же вы такое делаете? Ихи-мх! — посмеялся от небольшой щекотки рогатик.        Пин обнимает тесно своего любимого пушистого учёного, мягкого, с лёгкой пухлостью и всегда тёплого, не только нежется с ним, но и смеет уткнуться куда-то в шею, дышать в неё и даже гладиться о ту щекой: — Я не знаю, — без акцента он говорит, так как считает, что только его «коллега» достоин знать, что акцент — просто привычка, не иначе, — Мне просто-напросто нравится… — Ох… Неужели на едине с машинами вам становится так тоскливо? — Да, но я не против каждый вечер ждать тебя, чтоб ты скрасил мою жизнь… — Как звучит, Интригующе… Ну погуляйте немного, иногда, чтоб было не так… скучно? — Я не могу, боюсь встретить Кроша с Ёжиком… видишь ли… Они в последнее время такие агрессивные стали, — поднимает лосика, чтоб удобнее было прижаться к его груди. — Ох! Да тебе силы не занимать, боязливый вы мой! Вон, какие сильные у вас руки…

Тем временем в домике

— Нюша… Прошу, не надо так больше делать… — Да почему?! Ты… Из этих?! С кем ты?! С Крошем?! Или… С Ёжиком? — Не говори такое, — нервно дёрнулось ушко, — Я всего лишь не готов к этому… — Пф! Поэмы, романы, стихи! Это то всё важнее меня и любви! — Это не любовь, — твёрдо заявил баран, — Ты очень сильно заблуждаешься. Влюбилась в меня из-за отсутсвия выбора! — а сам думает: «А вот за мной ухаживают и тоже любит один…» — Ты идиот! Не думал о том, что я могла и из тех двух выбрать, но всё равно полюбила тебя! — Не заставляй меня тоже кричать… — Не командуй мной! Просто скажи, в чём твоя причина такой нелюбви ко мне?! — Ты сама захотела это слышать. В отличии от тебя у меня выбор лишь между «есть или нет». Так вот я выбираю последний. Всё просто, не мой вкус. — Так тебе ещё и вкусы нужны! Какой ты привередливый! — А у тебя разве нет вкуса? Такое не приятно признавать, я думаю ты согласна. И не зря же твой любимый — я. Причиной тому то, что я подхожу под твои вкусы. — Какой умный, посмотрите на него! — отходит на приличное растояние грустная.        Слёзы потекли сразу после, а за тем и вступила в действие ярость. Нюша краем глаза заметила старую шпагу, не долго думая, взяла её в руку и развернулась наконец обратно к барашку. — Ты это чего? Эй… ты же не собираешься… Нападать? — Собираюсь, — хрипло отяветила, идя на него, вытерев перед тем слёзы, — Придурок! — Не надо так из-за отказа реагир-р-ровать… Остановись! — Я столько лет на тебя угробила, а ты! — Помогите, — рационально закричал кудрявый и побежал вниз по лестнице к старшему ворону, который остался с ними там переждать ветренную ночь. — Что такое? — поинтересовался пернатый, ловя в объятия испуганного и от того дрожащего барана. — Т-там… Нюша… с ума… с… с ума… сошла! — И зачем от меня убегаешь, я и так тебя… — Поймаю! — закричал кроль, ловя бегающего по своему дому очкастого. они уже час так играют у него в гостях.       Покушали пюре морковное, поделали немного скамейку многострадальную нашу, почитали какие-то старые сказки и посмеялись над их глупостью, а вот теперь на спор играют в догонялки. Это предложил, что странно, Ежидзе. Он просто решил тактично отвлечься от всего негатива в этом мире, от многой душности и тесности их поселения. Совсем не далеко, за лесами, появилась ещё одна долина и она главенствует над ромашковой по числу жителей. Крош и Ёжик узнали о ней случайно, даже попили там чай в импровизированной кофейне и заметили, как же быстро эта «Малиновая Роща» начала развиваться. Они не говорили друг с другом о том, чтоб сбежать туда, но были уверены, что каждый из них об этом точно думал. Когда-нибудь. Эти надоедливые буквы всё тормозили и причина точно была. Они не готовы. Парнишки привыкли к такой жизни, лёгкой, открытой, но в то же время именно их отношения нуждались в обнавлении. Когда-нибудь они отвыкнут, когда-нибудь они поймут, когда-нибудь они смирятся и решат, когда-нибудь они уедут точно. Нужно только немного подождать. — Попался! — воскликнул победитель, словив иголочку свою фиолетовую. — Хэй! Не честно было перебегать по кровати! — Ой, да ладно тебе… Нам же обоим она так нравится… — И по этому ты поймал меня именно на ней? Я уверен, тебе не хватило утреннего… кхм… кхм? — Какой прорицательный мальчик, — с небольшой улыбкой и последующим чмоком за ушком. — Ещё и совращаешь меня! Но признаюсь, я сам закрыл дверь и окна, ждал этого, но так легко не дамся.        Вместо лишних слов Кролик лишь положил руки с плеч на бока своего красивого стесняшки, притянул резвым, но и с тем нежным рывком к себе, прижав таз к своему, чтоб оставалось совсем немного растояния между ними и то от одежды. Оба разогреты и весьма игривы, им кажется, что сейчас всё остановилось для того, чтобы они вновь подарили друг другу ласку и заботу, не беспокоясь ни о чём.        Прекрасная иллюзия однажды станет приятной повседневностью, ну а пока в домишке с ушками слышатся мокрые поцелуи, чувтвуется жар, запах пота и дурмана обоих, темнота с песней луны, которая тонкими нотками пляшет с тенью зановесок на полу, страдальческие скрипы от упавших геюг на бедную кровать, что вот-вот опять увидит голые тела, телесные звуки и мольбы, слова изврата и даже некую смелость со стороны Ёжика…