Странность зашкаливает, когда минимум на пределе

***       У Каскадёра сломанная нога.       Он ковыляет в сторону бункера. И Боец, встретив его по пути, только качает головой и спрашивает, как это произошло. — Я упал с дерева, — виновато отвечает Каскадёр.       У Бойца сломана рука, в другой перебинтованые пальцы — и те и те адски болят, хотя он знает, что сломанные ноги не менее адские по ощущению, но всё равно позволяет Каскадёру закинуть себе на плечи руку, а более или менее здоровой, он обнимает того за талию.       И так они идут вперёд, Каскадёр судорожно прося прощения и постанывая от боли, а Боец фыркая и закатывая глаза на каждое нытьё Каскадёра. ***       Боец разбивает себе нос.       Каскадёр ошеломлённо смотрит на струйку крови, стекавшую вниз с кривого носа к сухим губам. — Чё такое?       Ответа не следует — её просто нет. Каскадёр не может заставить себя ответить, с ужасом наблюдая за лицом Бойца: с резцами, со шрамами и с пришитой щекой. И к этим приблудам присоединился разбитый нос.       Он не мог даже выдавить хоть какой-то звук. Оставалось просто стоять и смотреть. Просто стоять и долго смотреть.       А потом выйти за дверь и уйти.       Плохо. Всё очень плохо.       У Каскадёра дрожат колени, его тошнит. Он с трудом добирается до уборной и судорожно кашляет, оперевшись об унитаз.       Всё. Ебать. Как. Плохо. ***       У Каскадёра вывихнутая рука.       Он случайно упал с лестницы, споткнувшись об собственную ногу. Слава богу, так сказать. За пятнадцать ступенек он мог сломать себе всё.       Его руку умело вправляет Боец, а Эль нежно обматывает конечность бинтом и закрепляет на плече. — Где ты так научился? — спрашиват Каскадёр у Бойца.       Довольно глупый вопрос. Сумбурный, жалкий. Такой глупый-глупый! Каскадёр закусывает щёку и шипит мысленно.       На удивление, Боец отвечает: — Сам научился.       Каскадёру становится страшно на такой ответ. И он сильнее кусает щёку, чувствуя привкус крови на языке, и чертыхается.       Страшно от того, из-за чего Боец мог научиться. Он мог... — Сам? — Ну да, — Боец пожимает плечами. — Инстинкт, так сказать. К тому же, Джеймс часто ломал единственную руку. — О, — говорит Каскадёр.       "Брехня", — думает он. Молчавший Эль тоже так подумал. ***       Боец разбивает себе лоб.       На сей раз крови с размером водопад. Она падает вниз к подбородку, капая на голую грудь, и едут дальше вниз к голубым шортам.       И Боец пьяно улыбается — зубы у него красные-красные, потом сплёвывает сгусток тёмной крови прямо на землю, и продолжает улыбаться.       На сей раз, Каскадёр не убегает. Он смотрит, у него кричит душа, и приближается к осевшему на пол Бойцу; присаживается рядом, опирается затылком об стену и смотрит вперёд. — Почему ты это делаешь?       Боец пожимает плечами — Каскадёр чувствует это и просто мычит в ответ, потом слепо шарит рукой в поисках чужой ладони и крепко сжимает. — Это неправильно. — Я — неправильный... — Это не так. ***       У Каскадёра сломанное сердце.       Боец смотрит ему в ответ и улыбается, отчего сердце Каскадёра бьётся ещё быстрее.       Боец бьёт себя в нос, всё ещё улыбаясь, отчего сердце Каскадёра трескается на куски. ***       Боец разбивается.       Любовь — когда ты паришь на небесах, не найдя себе ни одной преграды.       А Боец разбивается об потолок, когда Каскадёр снова получает пулю в живот. ***