Бремя доказывания

Готовность к чему-либо определяется не мыслями,

а реальностью.

Вечером, после ухода Антона, Ник долго не мог уснуть. А на следующее утро так же долго лежал в кровати, мучительно пытаясь разлепить глаза. Мысли разбегались, и Ник отлавливал их одну за другой. Спиридонов ждет устного отчета. Сегодня утром. Еще один договор, который Ник вчера не довел до ума, тоже никуда не делся. В почте висит запрос по изменениям тендерного законодательства. Конечно, на него Илья Сергеевич будет отвечать сам, но покопаться и сделать анализ всегда полезно. Плюс новые задачи. Плюс текучка. И не думать – не думать, не думать, не думать – об Антоне. Антон старше Ника, Антон опытнее и умнее. Если Антон сказал, что ему не нужна помощь, значит, она ему не нужна. Ник мрачно хмыкнул и потащился в ванную. Антон и помощь – два слова, которые смешно употреблять рядом. Конечно, если речь про помощь ему самому. «Есть еще Игорь», - успокоил себя Ник, застегивая рубашку. С Игорем Антон дружил чуть ли не со школы, Игорь видел его насквозь, и Игорь работал где-то в органах. Где именно – Ник не знал. Но, по крайней мере, Игорь был единственным человеком, с которым Антон познакомил его за полтора года отношений. Перед выходом Ник привычно обвел взглядом квартиру, проверяя в кармане ключи и телефон. Плита, утюг, свет. Взгляд зацепился за чашки на столе, стоявшие там же, где они с Антоном их оставили. «Вечером помою, - пообещал себе Ник. – Иначе опоздаю на работу». О сообщении от Алисы он вспомнил, заезжая на парковку возле бизнес-центра. И мысленно взвыл, сильнее вцепившись в руль. Черт, черт, черт. В том, что сестра успела обидеться, можно было даже не сомневаться. Ник заглушил машину и открыл контакт Алисы. Хотелось плюнуть, отмахнуться: «не сейчас». Но Ник знал, что это «не сейчас» очень быстро превратится в «никогда». Он набрал номер и долго слушал гудки. «Вызываемый абонент не отвечает». Не заметила звонок? Не хочет брать трубку? Алиса не заслуживала такого отношения. Да, в последние недели она стала невыносима, но Ник прекрасно понимал – сестра беспокоится об отце. И действительно верит, что это лучший момент для примирения. А Ник трусит, даже поговорить нормально с ней не может. Думает только об Антоне, хотя Алисе его внимание нужно намного сильнее. Наверное. Может быть. Смирившись с тем, что успокоить совесть прямо сейчас не выйдет, Ник написал сестре сообщение. «Прости, что вчера не ответил. Перезвони мне, когда сможешь». Получилось сухо и равнодушно, но все же лучше, чем ничего. Ник закрыл машину, подергал ручку и двинулся в сторону здания. Антон и Алиса толкались локтями в голове, отпихивая друг друга и не оставляя места мыслям о работе. Войдя в офис, Ник включил компьютер и машинально перемыл вчерашнюю кучу кружек возле раковины. Очухался он, услышав неуверенное «привет» за спиной. Леночка стояла в дверях офиса и виновато смотрела на него: - Ты опять за нами посуду моешь, да? Ник удивленно посмотрел на стоящие ровным рядом чистые кружки, на свои мокрые руки и, пожав плечами, вытер их полотенцем. - Задумался, - улыбнулся он Леночке. – Не обращай внимания, вы же меня не просили. - Да все равно как-то неудобно, - вздохнула она, раздеваясь. – Хочешь, давай я тебе тогда кофе сделаю? - Если не сложно, - он потянулся, разминая плечи. – Ты что-то рано сегодня. Леночка махнула рукой, поправляя собранные в неаккуратный хвост рыжие волосы: - Не знаю, вроде все как обычно, - но взгляд ее показался Нику грустным. Он хотел спросить: «ты в порядке?» - так, как это сделал вчера Антон. Может быть, даже предложить помочь. Но не смог. С Леночкой они просто коллеги. Не стоит лезть в чужую жизнь. Получив обещанную чашку кофе, Ник устроился за компьютером и погрузился в работу. Время тянулось медленно, неторопливо. Так бывает в детстве, когда очень сильно чего-то ждешь и никак не можешь дождаться. Минус взрослой жизни: Нику было нечего ждать. На утреннем совещании у Спиридонова он смог ненадолго сосредоточиться. Перечислил ключевые моменты по договору, предложил несколько блоков правок, обозначил возможные риски. Илья Сергеевич одобрительно кивнул и Ника похвалил. Леночка из-за его спины показала два больших пальца. К сожалению, бодрости хватило ненадолго. Ник почти два часа промучился со вчерашним договором, но так и не нашел, к чему придраться. Поморщившись, он отметил «одобрено» и нажал «отправить». Спиридонов вызвал его к себе двадцать минут спустя. Сердитым он не выглядел, скорее удивленным. - Сомов, у тебя все в порядке? Ник неуверенно пожал плечами: - Конечно, Илья Сергеевич. А в чем дело?.. - Подойди, - позвал его тот и ткнул пальцем в один из пунктов открытого на компьютере договора. – Видишь? А теперь сюда. Он пролистал оставшиеся пятнадцать страниц и перешел к спецификации. Ник пробежал глазами указанные строчки и мысленно выругался на себя. Оба пункта, сами по себе, были совершенно обычными. Но действуя вместе, в сочетании, обеспечивали перераспределение рисков совершенно невыгодным для их клиента способом. И Ник это пропустил. - Илья Сергеевич, я… Встречался вчера с бывшим, после того как на меня из-за него наехали, и так разнервничался, что до сих пор не могу прийти в себя? Обидел сестру и теперь переживаю? - Никита, - Спиридонов с сочувствием посмотрел на него. – Все когда-то ошибаются. Но на тебя не похоже. Ник развел руками, все еще не зная, что ответить. Илья Сергеевич вздохнул и жестом разрешил ему идти. - Будь внимательнее, Сомов. Исправлять такие ошибки обычно долго и неприятно. Вернувшись за стол, Ник тупо уставился перед собой. В голове вертелось что-то про вину, ответственность и причинно-следственную связь. Причина - это Антон. Что бы не происходило сейчас в его жизни, но проблема именно Ника - в нем самом. И именно Нику с этой проблемой разбираться. Мысль позвонить Антону и поговорить, он отбросил сразу. Бесполезно. Зато почти сразу сообразил, что звонить нужно кое-кому ещё. Бросив коллегам торопливое «отойду минут на десять», Ник подхватил пальто и вылетел из офиса. Нетерпеливо потоптался перед лифтом, с трудом дождался первого этажа, выскочил на улицу. Там оказалось неожиданно хорошо. Утренняя серая морось сменилась ясным небом и пригревающим весенним солнцем. Ник невольно улыбнулся, прежде чем набрать номер Ильи. - Кого я слышу! - радостно заорал в трубку приятель. - Мистер многоделдавайвдругойраз! Такой вечер пропустил! Ник мрачно улыбнулся, с трудом удержавшись от того, чтобы рассказать про собственный вечер. - Хорошо посидели? - спросил он вместо этого. - Настолько хорошо, что в ближайшее время больше не планируем, - хохотнул Илья. - Это если ты вдруг надумал присоединиться. - Нет, я… - Ник неловко замолчал. Илья и так почти всегда звонил ему первым - просто так, потому что ему нравилось общаться. А Ник, в кои-то веки связавшийся с ним сам, собирался просить об одолжении. - Всё в порядке? - уже серьёзней спросил Илья, и Ник услышал хлопок двери на заднем фоне. - Извини, вышел в коридор. Так что случилось? - Я… Если честно, хотел попросить тебя помочь. Ты же бываешь в «Трешке», да? «Трешка» - один из самых популярных гей-клубов в городе, располагался в глубине Васильевского острова. Название по одной из легенд шло от старой трехкомнатной квартиры, в которой много лет назад встречались и общались представители местного гей-сообщества. Ник в «Трешке» бывал редко. Цены там старались держать демократичные, но за вечер неизменно набегала приличная сумма. А вот Илья заскакивал регулярно. И, учитывая его обаяние, наверняка знал весь персонал. - Неожиданный вопрос, - удивлённо сказал Илья. - Бываю, конечно. А что нужно? - Да работал там один парень, Егор, - Ник заговорил торопливо, отчаянно боясь передумать. В своей идее он был уверен далеко не на все сто. - Фамилию его не знаю, и как выглядит - тоже. Только слышал, что у него недавно были какие-то проблемы. С… эээ… другим мужчиной. То ли не поделили что-то, то ли ещё что. - Становится все интереснее, - пробормотал Илья. - Ты говори, говори. Я слушаю. - В общем, мне нужно этого Егора найти. В смысле, его контакты. И так, чтобы он сам о моих поисках не узнал. - Как скучно я живу, - задумчиво сообщил Илья, и Ник при всем желании не смог определить, что сейчас происходит у него в голове. - Есть смысл спрашивать, на кой черт тебе все это сдалось? Ник промолчал, и Илья тихо рассмеялся: - Понятненько, вопрос снимается, как неактуальный. Интересные дела. Ладно, Ник, я тебя понял. Попробую разузнать, хорошо? Но ничего не обещаю. - Спасибо, - выдохнул в трубку Ник, даже не пытаясь скрыть облегчение. - Спасибо, Илья, правда. Я у тебя в долгу. - Сходишь с нами как-нибудь в «Слона», угостишь пивом. Подожди… - Ник услышал неразборчивые голоса, короткую фразу Ильи: «сейчас, две минуты», чьи-то громкие шаги. - Всё, Ник, надо идти. Напишу тебе, если что-то узнаю. Ник едва успел ещё раз сказать «спасибо», как Илья повесил трубку. Убрав телефон в карман, он с наслаждением подставил лицо полуденному солнцу. Какая-то часть него - более трусливая - надеялась, что Илья не сможет найти Егора. Но права голоса ей, к счастью, никто не давал. Вернувшись в офис, Ник задумчиво посмотрел на телефон. За три года в должности младшего юриста железное правило отключать всё лишнее на работе он не нарушал ни разу. Теперь, кажется, время все-таки пришло. Ник раздраженно активировал уведомления в телеграмме и мрачно посмотрел на пустой стол перед собой. Машинально открыв ежедневник, он пролистал его на чистую страницу. Устало вздохнул. Если не думать об Антоне не получается, остается только подумать о нем всерьез. Предположим, его проблемы связаны с работой. Доказательств нет, но и других равноценных версий - тоже. Антон сказал, что ничем серьезным его фирма сейчас не занята. Мог ли он преуменьшить значение вопроса? Ник закрыл глаза, представляя себе Антона в его рабочем образе - безупречный костюм, начищенные туфли, дорогие часы на запястье. И уверенно кивнул: мог. Далее. Неизвестно, кто стоит за историей с Егором. И выяснить это прямо сейчас не представляется возможным. Но если попробовать осторожно прикинуть цель? Уголовное преследование Ник отбросил сразу. Он прекрасно знал, как работает система, и что факты, при необходимости, легко подгоняются под результат. Но Антон - не парень с улицы, у него есть связи и собственные зубы. Да, их можно перебить, но пока неизвестные противники не выглядели настолько крутыми. Оставались испорченная репутация на пару с банальным шантажом. И то, что вчера к Нику приходили, говорило об одном: какой бы ни была цель, средства заготовлены не до конца. А значит, есть время вмешаться и скорректировать результат. Ник покачал головой и перечитал короткие записанные в столбик слова: работа, шантаж, репутация, время. У каждого стояло по жирному вопросительному знаку. Вырвав лист из ежедневника, Ник порвал его на мелкие кусочки и выбросил в мусорное ведро. Кто бы и что конкретно не замышлял, каких действий после вчерашнего он ожидал от Ника? Молчания? Звонка Антону? Предупреждение или просчет? Ник помотал головой, отгоняя ненужные сейчас мысли. Чем сложнее конструкция, тем больше шансов ошибиться. Простые доказательства сложнее оспорить. К простым аргументам подобрать убедительные возражения. Нужно с чего-то начать и посмотреть, куда это приведет. И было еще одно, о чем ни в коем случае не следовало забывать. Ник грустно улыбнулся и постарался честно признать: Антон вовсе не просил его о помощи. Он вообще не хотел втягивать кого-то в свои проблемы. А значит все, что Ник сейчас делал, он делал только для себя. Антон застрял в его голове и отказывался оттуда уходить. Разобраться в ситуации - единственный способ вернуть свою жизнь на место. Антон, конечно, будет в ярости. Но Ник чувствовал, что он к этому готов.