Красно - изумрудные галстуки и совсем немного любви

Хэллоуин считается одним из самых главных и любимых праздников во всей волшебной Британии. И Хогвартс также отмечал его с размахом. В Хэллоуинскую холодную октябрьскую ночь в замке никто не спал. Профессора украшали тыквами коридоры, а в Большом зале над мрачным ночным небом парили особые зловещие свечи. Домовые эльфы готовили праздничный ужин, почти полностью состоявший из сладостей. Пироги с тыквой и патокой, карамельные леденцы в форме черепов, пряники пальцы ведьм — все это украшало стол. Призраки тоже расшалились. На Пивза не было никакой управы, и он часто злостно шутил над бедными первокурсниками, гоняясь за ними, когда те возвращались с занятий. Иногда он выливал на голову воду или того хуже чернила. Но полтергейсту регулярно доставалось от Кровавого Барона, и тогда он затихал на время. За окнами замка без конца хлестал дождь, и вечерами становилось очень холодно. Слизеринцы нередко ходили по подземелью в шарфах, а Дазай вообще никогда не вылезал из длинных шерстяных свитеров. Уже скоро должны были начаться заморозки. Близилась зима. После пары минут Хэллоуинского ужина, Акутагава очень быстро пересел со слизеринского стола на гриффиндорский, оказавшись рядом с Ацуши. Тот немного боялся мрачного праздника, потому что в его время в приюте становилось особенно некомфортно, а про разные сладости можно было забыть. Рюноске хотел подбодрить парня, крепко держал его за руку под столом и кормил печеньем. Получив несколько пинков от Чуи, Дазай тоже сел рядом с рыжим за стол, и теперь на Гриффиндор обратили внимание не только студенты, но и профессора, однако никто ничего не говорил. На ребят смотрели просто с молчаливым презрением в глазах, но им было все равно. — Дазай, Акутагава, а давайте вы после банкета к нам в гостиную пойдете? Посидим, страшилки порассказываем. Да и у вас в подземелье холодно сейчас. — предложил Чуя. — Да, давай, Акутагава, а то зароешься опять в свои книжки, хотя бы в Хеллоуин не будь занудой. — доставал брата Дазай. — Можете без меня дурачеством всяким заниматься. Но Ацуши чуть сильнее сжал руку слизеринца и тихо заговорил с надеждой: — Рюю, ну пожалуйста, мы всего часик. Я просто… просто думаю мне страшно будет сегодня заснуть. Пожалуйста. Акутагаве ничего не оставалось как тяжело вздохнуть: — Ладно, нужно чтобы кто-то смотрел за вами, пока вы сворачиваете шеи. — Да брось, хотя бы у меня и Ацуши есть мозги, — сказал Чуя, глядя на Дазая, который делал вид будто оскорблен до глубины души. — Как же так, Чуя, ты считаешь меня тупым? — Нет, я считаю тебя придурком. Хэллоуинский ужин прошёл весело, несмотря на всю мрачность праздника. После отбоя старосты отвели первокурсников по гостиным, а перед этим Дазай и Акутагава договорились с гриффиндорцами, что сразу после того, как старшекурсники уйдут, они выйдут из подземелья. Ацуши немного нервничал из-за того, что слизеринцы собрались ходить после отбоя, но Чуя успокаивал его. Хотя сам рыжий тоже переживал. — Осаму, если вас поймает Филч или вы вляпаетесь во что-нибудь, я прибью тебя, а Акутагаву оставлю на растерзание Накаджиме. В ответ на это шатен лишь хитро ухмыльнулся, и Слизерин отправился в подземелье, а Гриффиндор а башню. Добравшись до спальни Чуя и Ацуши даже если бы и хотели уснуть, все равно бы не смогли. За эти пару месяцев ребята успели наслушаться историй про Филча и его кошку Миссис Норрис, и встречаясь с завхозом в коридоре, было только желание быстро прошмыгнуть мимо, даже если ничего не натворил. Снегг по сравнению с ним был розовой феей с крыльями бабочки. А к этому ещё добавился завывающий в окна холодный ветер, и темное небо без единой звёзды. Да, в коридорах замка сейчас было поистине неуютно находится. — Чуя, как ты думаешь с ними все будет хорошо? — поеживаясь от холода спросил Ацуши. В гостиной Гриффиндора было тепло, но не для Накаджимы. — Ацу, не волнуйся, они обещали, что скоро появятся. Давай пока Трансфигурацию сделаем, ты говорил, что у тебя не получается превратить перо в пергамент и наоборот. *** Под покровом темной ночи двое слизеринцев вышли из подземелья. Акутагава был очень скептически настроен по поводу всей этой идеи, в добавок с нарушением миллиона школьных правил, но парень пообещал Ацуши, что придет. Ну и теперь он понуро плелся за братом. Почти все свечи погасили и ребята передвигались практически в полной темноте, но благо Дазай хорошо помнил дорогу. Так, вот здесь налево, дальше один лестничный проём, и направо на втором этаже. Самое главное было не попасться никому из преподавателей. А то и штрафных очков получат, и перед Ацуши с Чуей потом объясняться. Но если не считать всех неприятных последствий, если их поймают, шатену очень нравилось идти по ночному Хогвартсу. Замок будто бы полностью вымер, стал каким-то другим. Забытым и потерянным. Рюноске начинал терять терпение, когда его брат внезапно останавливался, думал, а потом как ни в чем не бывало продолжал идти. — Эй, Дазай, ты хотя бы знаешь где мы? — Акутагава говорил спокойно, стараясь не выдавать своего раздражения. Ему не нравилось в этом коридоре и вообще вся происходящая ситуация ему не нравилась. — Братеец, не переживай.— будто веселясь ответил шатен. — Я правда прекрасно помню дорогу, нам сейчас ещё раз по лестнице пройти. Не будь таким серьезным. — Я вот думаю, ты опять бродишь в одиночестве по замку, потому что не можешь привыкнуть к новому месту, или ты сейчас соврешь мне и отшутишься. Дазай ты же понимаешь… — Акутагава.— резко оборвал его старший брат, дав понять, что он не хочет обсуждать эту тему. Полностью перестав шутить и разговаривать, он убрал руки в карманы мантии и ускорил шаг. — Но Дазай, я правда за тебя волнуюсь. — Я в порядке. — этот леденящий голос, будто обрубающий все мосты надежды. — Ты можешь не докладывать ничего Мори. — Но… — Нет. Пошли быстрее. Третий этаж один из коридоров. Тупик, но из него слышаться какие-то странные звуки, будто какое-то животное скребётся в дверь. Ребята не обратили на это внимание, им нужно было найти лестницу на следующий этаж. Скорее всего звук просто почудился, или это ветер завывал. Башня Гриффиндора являлась одной из самых высоких башен замка, и как бы часто Дазай не бродил по замку (да он это делал, но Акутагаве знать об этом необязательно), парень просто не мог бы за пару месяцев запомнить расположение абсолютно всех лестниц замка. И вот, обойдя часть тупика выясняется, что лестница с третьего этажа на четвертый есть либо на другом конце замка, либо в закрытом коридоре. Увидев, что лестницы нет, Рюноске уставше спросил: — Ну и куда ты нас завел? — Главное, я знаю как отсюда выйти. Хотя бы приблизительно. Скажи мне, ты готов делать ещё один круг по всему этажу? Ответ был очевиден. — Нет. Дазай будто бы и не сомневался в таком ответе: — Тогда сейчас мы сделаем кое-что неправильное. Дамблдор говорил, что в коридоре на третьем этаже ведутся ремонтные работы, но не ночью они же это все делают? Срежем по-быстрому, никто и не заметит. Путь чуть-ли не в три раза короче получается. И да, если наш правильный Акутагава хочет идти другим путем, его никто не держит. —…вот так и происходят все неприятности. Быстро вернувшись ко входу в закрытый коридор, Дазай сразу же удивился первому грубому недочёту. Кто скажите на милость, делает дверь в запрещённый коридор открытой? Туда же любой дурак войти сможет, даже заклинания использовать не придется. Зажигая Люмос на палочке, шатен первый проваливается в темноту коридора, а в шаге от него идёт брат. Первые несколько шагов тишина настораживает, но потом слышится тонкий мелодичный звук, будто кто-то тихо играет на музыкальном инструменте. Ещё два неуверенных движения вперед. Руки Дазая слегка подрагивают от напряжения, и это даже замечает Акутагава. Он тихо, едва шевеля губами говорит: — Давай, уйдем. Ещё шаг. И перед глазами ребят раскрывается удивительная картина. В углу коридора стоит арфа, сама собой играющая музыку, а в середине помещения лежит огромное нечто. Присмотревшись поближе они не поверили своим глазам. Перед ними лежал огромный трехголовый пёс около четырех метров в высоту и спал. Дазай не любил собак, причем любых и это чудище не стало исключением. Пёс загородил дорогу и в закрытом коридоре ничего нельзя было сделать. — На выход, живо. Длинный путь так длинный путь. — четко сказал Акутагава и старший брат неожиданно с ним согласился. Шатен не горел желанием общаться с псом. Ребята начали медленно двигаться в сторону выхода, когда арфа внезапно стихла, и вдруг откуда-то издалека послышалось два мужских голоса. В одном из них слизеринцы узнали их декана. Только Снегга им для полного счастья не хватало. — Мы в полной…— констатировал факт Дазай. — Ццц, к двери и смотрим откуда они идут. Остановившись около входа в закрытый коридор они начали присматриваться по сторонам, ища глазами профессора. Но какого же было их удивление, когда голоса послышались где-то за их спиной. Акутагава и Дазай действовали быстро и не сговариваясь. Лишь на миг обернувшись шатен увидел люк и двух учителей выбирающихся из него. Снегга и… Квирелла. Но времени думать не было и за несколько минут ребята добежали до дальней лестницы на четвертый этаж. Ноги гудели и болели от быстрого бега и лишь в каком-то темном повороте на четвертом этаже они остановились без сил. Акутагава тяжело дышал и с трудом пытался не закашляться, а Дазай приходил в себя. Что они сейчас видели? И как это возможно в школе? —Так я сразу предупреждаю. Все, что мы сейчас видели и слышали прямым текстом нас не касается, и косвенно касаться тоже не будет. Тебе ясно, Дазай? — строго сказал Рюноске. А шатен в ответ на это лишь засмеялся. —Конечно, братец, мне все предельно ясно. Ну подумаешь трехголовый пёс в коридоре, с кем не бывает. А да и ещё два профессора в этом замешаны. Вот так «безопасная» школа магии. Ничего не скажешь. — Ты, не забывай, что мы все ещё на четвертом этаже, и тут сейчас будут ходить учителя.— отсудил его Акутагава. — Это вряд-ли, Снегг точно сразу пойдет в подземелье, вообще странно, что он в этом замещан, обычно разные авантюры его не интересуют. А вот Квирелл персона интересная… Внезапно Дазай замолчал и посмотрел за угол коридора около лестницы. В его сторону смотрела пара жёлтых кошачьих глаз. Миссис Норрис. Только её не хватало. Акутагава обернулся и понял, почему шатен замолчал. В коридоре второго этажа послышался ворчливый голос Филча. У них ещё есть немного времени. Ребята как можно быстрее и тише рванули по четвертому этажу. Кошка медленно шла за ними, будто за добычей. Поворот, ещё один поворот, настолько Дазай помнил около библиотеки была какая-то незапертая кладовка. Не хватало сегодня ещё и на старого завхоза нарваться, им тогда точно не жить. Маленькая деревянная дверь была прямо перед ними, и Дазай и Акутагава влетели в нее, как ошалелые и сразу закрыли дверь. Лишь тогда они решили перевести дух. Почти задыхаясь шатен проговорил: — Чуя меня прибьет. Не меня тяжело дыша констатировал Рюноске: — А меня Ацуши. — Вы кто такие и что здесь забыли, придурки? — внезапно послышался шепот вглубтне кладовки. — ЧТО ЗА? — Акутагава и Дазай вздрогнули от неожиданности. В небольшой комнате кроме них оказалось ещё два человека. Слегка прищурившись можно было разглядеть двух слизеринцев, которые были где-то на год старше. Первый брюнет, чьи волосы даже немного отливали фиолетовым, с умными глазами, но очень худощавым и болезненным видом. В руках он держал несколько книг, которые были явно не предназначены для второкурсников. Стоящий рядом был же полной его противоположностью. Блондин с длинными волосами, заплетенными в лохматую косичку, а галстук был вообще непонятно как завязан. Дазай с лёгкостью предложил, что именно он назвал их придурками. И вот блондин вновь заговорил: — Вы что тут вообще делаете, ночь на дворе. — Я могу задать вам тот же вопрос. Почему вы не в гостиной Слизерина? — спокойно говорил Дазай. — Не дерзи старшим, а то я тебе… — Коля, держи себя в руках.— холодный голос брюнета пообирал до костей, но Дазая этот человек только сильнее заинтересовал. — Мы видели кошку того завхоза, так что спрашивать, что вы здесь забыли смысла нет. — А вы похоже пробираетесь ночью в запретную секцию библиотеки, потому что книгу «Все темные проклятия 14 века» точно не на обычной полке, я прав? — шатен решил откровенно поиздеваться над умным собеседником, а тот неожиданно поддержал диалог: — Федор Достоевский. — и брюнет протянул руку. — Дазай Осаму. — с ухмылкой пожал её шатен. Блондин несколько подождал, но потом сухо представился. — Николай Гоголь. Акутагава ответил с неменьшей сухостью и презрением в голосе. — Рюноске Акутагава. — Приятного знакомства, давайте так, вы в данный момент не видели нас, а мы не видели вас. В противном же случае нам всем будет это невыгодно.— заговорил Достоевский. — Мы смотрим, когда уйдет это несчастное животное, чтобы спокойно пройти по коридору. — А нам ещё эти книги на место вернуть нужно, иначе Мадам Пинс нас найдет и закопает. Она поистине страшная дама.— в разговор начал включаться Гоголь. Около десяти минут слизеринцы ждали пока станет чисто на этаже, и попутно изучали друг друга. Федор Достоевский, Дазай понял что это очень необычный человек. Есть в нём что-то темное, странное и холодное, но на удивление это и манило. А Гоголь и не такой дурак, как может показаться на первый взгляд, иначе бы его тут в помине не было. Похоже факультет Салазара Слизерина не так прост, как может показаться на первый взгляд. Акутагава сначала просто пребывал в молчаливом шоке от жизни, а потом начал рассматривать книги, которые были у Достоевского. Безусловно это была очень темная магия, но если смотреть с чисто научной точки зрения то там были очень интересные и древние ритуалы и зелья. Таких материалов не было даже в их семейной библиотеки, а ее Рюноске перечитал ещё в детстве (конечно осталась часть, к которой Мори запретил даже подходить, но даже там не было этого). Гоголь стоял у двери, и всматривался в щель между досками. Потом он отошёл в глубь тесной кладовки и проговорил: — Чисто. Похоже кошка спустилась вниз к своему хозяину. Акутагава подошёл в плотную к Дазаю. Тот уже сам слегка высонулся из двери и посмотрел. Вроде спокойно. — Надеюсь больше не встретить ни вас, ни кого либо ещё сегодня.— холодно сказал Достоевский, помолчал, а затем продолжил.— но в принципе вы ребята адекватные. И на этих словах с обменом «любезностями» все распрощались. Первокурсники быстро рванули на лестницу и дальше добрались быстро и без происшествий. У входа в гостиную Гриффиндора они сняли галстуки и даже кое-как растолкали полную даму. Она была этим очень недовольна, но после пароля с неохотой впустила ребят. До спальни мальчиков они добежали в мгновение ока, но вдруг остановились у двери. Чуя и Ацуши явно не обрадуются их замученным тушам. И просили же в неприятности не лезть. Дазай слегка постучал в дверь и она тут же открылась. Кто-то молниеносно взял шатена за руку и почти собирался ударить. Да, интуиция не подводила, Чуя был не очень рад настолько долгому приходу, и пока Дазаю прямо в глаз смотрел внушительных размеров кулак. Да простит его Коё, но он задал Дазаю прямой вопрос на французском: — Où avez-vous été putain? — Чуя, я все расскажу, только пожалуйста не бей. Я же сломаться могу. — даже в такой ситуации шатен продолжал шутить, но в ту же секунду в него полетело несколько предложений отборных французских ругательств. Ацуши же не пытался никому набить морду, но это не значит, что он был менее в бешенстве. — Вы идиоты, вы хоть знаете как мы за вас волновались? Потрудитесь пожалуйста объяснить, где вы были? —…это очень долгая история. Рассказать— вы точно поверите, но это не значит, что не убьете нас.— заговорил Акутагава. — Ничего.— уже успокоился Чуя, но Дазай по-прежнему держался от него в стороне.— У нас ещё есть время. Аж до рассвета.