The tragicall story of Ralph Rover and Jack Merridew.

Берег моря, несколько пальм вдали. На берегу сидит толстый мальчик в каком-то неимоверно странном наряде из разноцветных пёстрых лоскутьев, которому не хватает только бубенцов. Он с непокрытой головой и в туфлях с длинными острыми носами, в больших роговых очках, сидит, тяжело и шумно дыша.

Питер ( отдышавшись). Ох! А всё из-за того, что наш хранимый Богом государь, не при нём будь сказано, затеял войну с испанцами. И, опасаясь, что враг может высадиться на наших берегах, решил отправить нас от этой напасти подальше. Погрузили нас на корабль, и отправился он к владениям герцога Просперо, родственника короля. Так мне матросы сказали. Только налетела вдруг на корабль буря, гроза разразилась… Носило меня по волнам, носило, да и вынесло сюда, на этот берег. И где я, не знаю. Хотела моя тётушка мне счастья, настояла на том, что б я отправился в услужение к знатным господам, всё из-за моего недуга… Ох! И вот служил я, служил, и так, и этак угождал своим хозяевам, развлекал их, как мог, а всё чем закончилось? Неизвестно, чем. Хорошо, хоть жив остался. Ох!

Входит Ральф Ровер. Он высокий блондин довольно приятной наружности, с высоким лбом, правильным изящным носом, его губы плотно сжаты, что придаёт ему серьёзное озабоченное выражение. На нём синий бархатный камзол с золотыми позументами, жёсткий плоённый воротник, белые лайковые перчатки, на голове у него тёмно-синий берет со страусовым пером.

Ральф. Сломала буря славный наш корабль, Высокие, как лондонские башни, Кого куда, нас разбросали волны. И что это за берег, я не знаю. Быть может, я один и уцелел. Питер ( замечая Ральфа) Нет, не один ты. Ральф Как я рад тебе! Питер. Иногда лучше радоваться ослу, чем человеку, встретив его. Никогда ведь не знаешь, горе или радость принесёт тебе незнакомец. Ральф Как это верно! Но в тебе не вижу Я для себя такого ничего, Что было б мне враждебно. Питер С малолетства Я отличаться остроумьем должен, Вот и стараюсь я. А так… а так, Не о себе я это ведь сказал, Не о тебе, а просто я напомнил, Что встречи разными бывают. Ральф ( задумчиво) Правда. Ты друг мне, ведь у этих берегов Ты первый из людей, что мною встречен С момента кораблекрушенья. И, Быть может, нас в живых осталось двое Из всех, кто был на этом корабле. Хотя спастись ещё бы кто-то мог… По крайней мере, мы на суше. Верно, На острове. Питер. Как ты определил? Ральф. Куда я не взирал, повсюду море. Так показалась мне с высоких скал. На них взбирался я. Питер ( смущённо) Мне не взобраться. Недуг проклятый! О, моё дыханье! С трудом даётся мне мой каждый вздох, Но если б не одышка, мы могли бы Вдвоём оттуда берег осмотреть… Ты знатный лорд? Ральф Представлюсь я сначала. Все титулы – потом. Ральф Ровер я. ( Снимает перчатки и берет, утирает пот со лба). Питер ( повторяет, что бы запомнить) Ральф Ровер! ( про себя) Держится он просто, Но так, что сразу же заметно, он – Высокородный представитель знати. Меня назвал своим он другом! Может, Несчастие меня могло с ним сблизить. ( Вслух). Осмелюсь предложить тебе, Ральф Ровер, Проверить, нет ли здесь кого ещё. Ведь если мы в живых одни остались… Есть основанья полагать, что мы Здесь не одни? Ты встретил подтвержденье? Ральф качает головой. Ральф Пойдём, посмотрим… ( Ускоряет шаг). Питер. Не беги так быстро! Запыхаюсь я! Ральф А? Всё твой недуг. Питер. Да. Так уж получилось, что в округе, Где я рождён, лишь у меня недуг тот. Ральф ( останавливаясь и оглядывая его) Очки тяжёлые в оправе роговой! Питер Без них я ничего совсем не вижу, Поэтому приходится носить их. И я не помню, что бы было время, Когда б я не носил их. О, поверь, Не кажутся и мне они пристойным Для глаз моих несчастных дополненьем. Красивыми и я их не считаю, Но я… Ральф Побереги-ка силы, мальчик. ( Печально глядит в глубь сцены на море). Питер Но если жив кто, надо их собрать всех И имена узнать, и всё запомнить. Ральф Не всё ль равно? Коль нас всего лишь двое… Питер Уверен разве? Надо их собрать. А если… Понимаешь, если трупы Не унесёт обратно море их, То наш тогда конец настанет то же, Ведь может плоть гниющая весь воздух И воду здесь надолго заразить. А сколько мы здесь будем, – неизвестно! Я не хочу, что б тут была чума! Ральф Кто ты такой? Скажи мне своё имя? Питер. Наконец-то, впрочем, зови меня как тебе угодно, хоть Питером, хоть Пигвой, – мне всё равно. Лишь бы не так, как в том господском доме, где я жил. Ральф. А как там тебя называли? Питер. Хрюша, – вот как они меня обозвали. Ральф смеётся. Ральф. Хрюша! Хрюша! Питер. Ральф! Ну, Ральф же!.. Я сказал же, что не хочу… Ральф. Хрюша! Хрюша! ( Падает от хохота). Хрюша!!! Питер ( не без довольства). Ну вот, мне удалось рассмешить тебя. Только это, по-моему, не самая удачная шутка. Всё-таки я Питер. Ну, пожалуйста, Ральф. Ты только никому не рассказывай… Ральф ( поднявшись и успокоившись, показывая рукой вокруг) Унынье, как рукой сняло… Мой… Питер, Взгляни вокруг, как щедро Мать-природа Рассыпала свои дары. Вот бухта С водою тёплой. Как в венецианском Хвалённом зеркале здесь, в этих водах Лазурь небес так отразилась чудно, Что нет границы меж землёй и небом. Мне это всё напомнило картинки, Что видел я в старинном часослове, Изображающие дивный сад эдемский! Питер ( восхищённо) Роскошный часослов! Ральф Отец, бывало Клал эту книгу на резной пюпитр. Она была достойным украшеньем Просторной нашей всей библиотеки, Где тысячи томов ютились старых. Ведь мой отец – один из джентльменов, Чиновник он Адмиралтейства, сам Лорд-адмирал ценил его заслуги. И если он от герцога узнает, Что не дошёл корабль к его владеньям, Он обо всём доложит королю, А государь наш флот пошлёт за нами И экспедицию он снарядит, наверно. За нами приплывут и нас спасут. А твой отец – кто? Питер ( пробуя шутить) Мой отец – покойник. Ральф А мать? Питер ( как бы извиняясь, жалобно) Мать… Воспитала тётка Меня. Она торговлей занималась, Торговлей мелочной. Мы были небогаты, И что бы польза от меня была, Меня отправили в поместье к знатным лордам, Что б я их видом потешал своим, И остроумные вёл с ними разговоры. Ну, а потом хозяин получил мой Придворный чин, переселился в Лондон… Величество его решило челядь Всю вывезти, как началась война… Затем корабль… А нас когда спасут? Ральф Как только смогут, завершив сраженья! Питер А как они узнают, что мы тут? Ральф У герцога есть знатоки по морю, И он доложит королю, что в срок Корабль с юной челядью не прибыл. Так кажется мне. Питер. Ну, а если Лондон Испанцами уже разграблен, если Наш государь уже в плену, в Мадриде, Томится в камерах Эскориала? Тогда что, Ральф? Ральф ( думает) Нет, победят испанцев, Как побеждали при Елизавете. Питер Выходит, это остров? Ральф Вероятней Всего, что остров. Питер Если все погибли Или в плену, а мы средь океана, На острове, какое дело взрослым До нас тогда, сам посуди? Не будет Никто искать нас, ни отец твой знатный, Ни государь. Навеки здесь застрянем И будем тут, пока не передохнем! Ральф. Ты прав, Хрю… Питер, надо что-то делать, Не ясно, сколько времени мы здесь Пробудем. Если трупы там, То оттащить подальше надо в море Или похоронить. Будь здесь могильщик… Питер. А на что же нам могильщик? Разве ты сам не будешь копать? Ральф. Рытьё могил – занятие не дворянское. Питер. Ещё как дворянское. Могильщики самые знатные, потому что их род всех древнее, ведь они ведут свою родословную прямо от Адама. Куда уж древнее! А Адам был дворянином, ведь о нём говорится, что он копал землю. Как же он ещё копал? Ральф. Сделал наверно себе какие-то орудия, вроде лопаты? Питер. Да, он имел ручные орудия, а от орудий до оружия – один шаг, а их носить можно только дворянину. Ты когда-нибудь видел торговца при шпаге? Ральф. Нет. Питер. Поэтому копать будешь ты, а я – не могу, так как я племянник торговки и, кроме того, у меня – недуг! Ральф. Всё шуточки шутишь? Питер. Иначе не могу. Ремесло уж у меня такое. Каждый кормится, как может. Вернее кормился. Пока сюда не попал, а чем мы здесь кормиться будем, об этом ещё подумать надо. Ральф. Да, надо всё обдумать и решить, что дальше делать будем. Питер. Сколько человек было на корабле? Ральф. Не знаю. ( Вновь смотрит на море, переводит взгляд вниз и смотрит прямо перед собой, обнаружив какой-то предмет). Питер Что это? Камень? Ральф Раковина, Питер. ( Наклоняется и поднимает). Питер Действительно. Она на рог похожа, Коль звук удастся из неё извлечь, На этот звук живые соберутся, И мы узнаем, может быть, от них, Есть ли здесь мёртвые, и скольких хоронить нам. Вот, здесь отверстие, и надо в него дунуть, Но я из-за недуга не могу. Дай, покажу. Ральф ( гордо) Стой, я и сам всё знаю, Не раз уж мне, бывало, доводилось Леса с полями звуком оглашать Весёлым из охотничьего рога. Ведь на охоту брал меня отец. Собаки, лошади по склонам мчались, Заросшим вереском. Удастся ль мне увидеть Вновь моих гончих, скакунов моих? Питер Да погоди мечтать о псах с конями!

Ральф решительно подносит раковину ко рту и трубит. Звук получается мощный и протяжный, как на королевской охоте.

На много миль его звучанье слышно.

Из кустов появляется маленький мальчик.

Питер ( Ральфу) Гляди! ( Мальчику). Тебя как звать? Зовут тебя как? Мальчик. Джонни!

Сцена заполняется появляющимися детьми, среди них два одинаковых с виду мальчика с волосами неопределённого цвета, в коротких широких штанах с разрезами, белых чулках, и зелёных курточках с белыми широкими кружевными воротниками.