Trust me

      Стараясь всеми силами не разбудить Мёрдока, Стюарт оделся, собрал сумку, поцеловал своего, снова побитого, бойфренда в лоб, посмотрел как тот поморщился, отвернувшись лицом к стене, улыбнулся и наконец вышел из комнаты. Пройдя пару метров, он оказался в крепких объятиях со спины. Почувствовав знакомый запах духов, он сразу понял, кто их владелец.       — Паула! — Стю счастливо улыбнулся и приобнял её за плечи. Он не видел свою подругу с конца весны. И им, зная Паулу, точно будет, что обсудить. — Ты изменилась, — заметил парень. — Тебе идёт новая причёска!       Девушка приподняла брови и поправила сумку.       — Причёска у меня та же, что и раньше, — она ухмыльнулась, а Стюарт неловко улыбнулся краем губ, пытаясь понять, что всё-таки изменилось и образе девушки.       — Ты поправилась? — спросил он осторожно, но заметив недовольство на лице Паулы, исправился: — Похудела…? — не услышав ответа, он замолчал, давая слово ей.       — Я просто надела сапоги и теперь выше на пять сантиметров.       — Оу, — Стю взглядом сравнил ее рост со своим и сделал вид, будто помнит, какой у нее рост без сапогов. — И правда.       Они снова сидели за одной партой, но в этот раз Паула не пыталась подкатить к Стюарту, стала более спокойной, как ему показалось. На уроках им не удалось нормально поговорить, ведь его то вызывали к доске, то делали замечания по поводу разговоров на занятиях. В общем, в конце концов они просто молчали, но как только начиналась перемена, Паула рассказывала про свое лето во всех подробностях, требуя того же и от друга, но тот говорил лишь заученными фразами по типу «Отлично» и «Интересно». В какой-то степени это и было правдой, но только тогда, когда действительно происходило что-то интересное, а не тогда, когда он в третий раз за день идёт в душ только потому что жарко.       — Как там твой Мёрдок? — будто заинтересованно спросила она, выглядывая по пути мусорный бак, чтоб выбросить пустую банку от колы.       — Он... он на уроках, наверное… — ответил он, прекрасно зная, что сегодня Мёрдок никуда не собирался идти.

***

      Когда Мёрдок проснулся, он обнаружил, что находится в комнате один, а на часах около трёх часов дня. Когда он попытался оторвать голову от подушки, то сразу почувствовал острую боль в висках. Но самым неприятным оказалось то, что он помнил всё, что происходило за ночь. От начала до конца. То, что он говорил Ганнибалу, то, как он встретил отца. От осознания этого он ударил себя по лбу внутренней стороной ладони, смотря будто в никуда. Внезапно он встрепенулся, вспоминая, что ему нужно покормить Кортеза, но вскоре успокоился, ведь ворон мог дать понять соседям по комнате, чтоб те выпустили его полетать, а там он и сам сможет найти себе пищу. Для такой маленькой птицы Кортез оказался слишком умён, но так же и прожорлив, что не слишком радует его хозяина, ведь если забыть поделиться с ним своим обедом, то будь готов к тому, что у тебя оторвут несколько волосинок на голове.       Хотелось валяться в кровати весь день, но головная боль давала о себе знать очень неприятным способом, из-за чего ему пришлось встать и поискать в шкафчике Стю что-нибудь, что может ему помочь. А он знал, что у парня этого навалом. И не ошибся. Пока Никкалс искал нужные ему таблетки, было ощущение, что боль в голове куда-то исчезла. Стюарт точно не будет доволен тому, что в его шкафчике кто-то рылся. Хотя не кто-то, а Мёрдок, страдающий от головной боли! Но на всякий случай он постарался как-то вернуть всё на место, чтоб, если что, Стю мог сразу найти то, что ему будет нужно.       Приняв такое необходимо сейчас лекарство, он лег обратно, предварительно закутавшись в одеяло. Завтра ему нужно будет снова отвезти товар, но, по правде, он уже жалеет, что согласился на это дело. Занимает слишком много сил, хотя даже думать особо не нужно. В какой-то момент ему казалось, что его наконец-то отчислили, потому что он уже успел забыть, когда его трогали по поводу пропуска занятий. Мёрдок был бы даже рад, ведь какое-то время он мог бы пожить у тёти, не беспокоясь о том, что его может ждать нагоняй от директора. А нужна ли ему эта учеба вообще? Он свободный, мать его, человек. Единственное, что его беспокоит, так это то, что даже если он и покинет это место, Стю с собой он забрать не сможет, ведь тот ещё слишком привязан к родителям и учёбе. Мёрдок много думал о том, каково это иметь понимающих и заботливых родителей. И в доме Пота он чувствовал себя так комфортно, как не чувствовал даже в доме у тёти. Несмотря на то, что парень был для них совершенно чужим человеком, они видели, каким счастливым становился Стю, поэтому и позволяли ему чувствовать себя как дома. В любом случае, Мёрдок и сам привязан к Стюарту. С ним его жизнь начала иметь смысл. Он понимает, что это розовые сопли, но другого объяснения и быть не может, ведь кроме этого голубоволосого парня его здесь больше ничего не держит.       Его раздумья прервало лёгкое касание холодных пальцев на щеке. Он и не заметил, как начал проваливаться в сон, так что открыв глаза, он увидел перед собой обеспокоенное лицо Стю. Тот присел на кровать, поглаживая его по голове и мягко улыбаясь. Мёрдок раньше и мечтать не мог о том, что кто-нибудь когда-нибудь будет смотреть на него с такой любовью, как смотрит этот парень. Никкалс вытащил руку из одеяла и, взяв ладонь Стюарта в свою, поцеловал её.       — Как ты себя чувствуешь? — мягко спросил Стю, усаживаясь поудобнее, облокачиваясь на чужое бедро. — Ты выглядишь так, будто с крыши упал.       — Можно и так сказать, — Мёрдок был уверен, что выглядит он так, как описал его Стюарт, да и чувствует он себя так же. Но давать поводов беспокоиться о себе он не хотел. — Но я поспал. Мне хорошо, — добавил он.       Пот кивнул, продолжая смотреть на него. Он был слегка напряжён, но старался не подавать виду. Парень нервно дёргал ногой, будто хотел что-то сказать. Мёрдок положил свободную руку на его бедро и сжал его, поднимая одну бровь, ожидая ответа. Но Стю продолжал молчать, будто надеясь, что Мёрдок и сам прочитает его мысли.       — Говори.       — Я...я…       — Ну?       — Недавно придумал текст для следующей песни, — проговорил Стю на одном вдохе так, будто сказал своей маме о том, что разбил её любимую вазу. — Я не слишком хорош в написании песен, но я старался, — добавил он виновато. — Правда старался.       Мёрдок хрюкнул, от чего ещё больше засмеялся. Стю спрятал голову в плечи, не понимая, как ему на это реагировать.       — Ты говорил это так, будто сделал что-то плохое, — смеясь, ответил Никкалс, принимая сидячее положение и целуя Стюарта в висок. — Показывай, — он хлопнул в ладоши, с интересом ожидая, что ему покажет Стю.       Тот счастливо улыбнулся и принялся рыться в сумке в поиске листочка, на котором он пытался написать песню. Найдя, он отдал его Мёрдоку, волнительно ожидая реакции.       Никкалс читал внимательно, вникая в каждую строчку. Со стороны это могло выглядеть как набор слов, но в этом был определенный смысл. Стюарт часто думал об экологии и всей той фигне, о которой Мёрдок и не задумывался в повседневной жизни.       — Стю, эта песня про пакеты…       — Полиэтиленовые пакеты.       — Ладно, песня про полиэтиленовые пакеты… Звучит странно, не находишь?       — Мне приснился остров из мусора, — Стюарт нервно перебирал пальцами, смотря куда-то себе под ноги. — И я подумал… подумал, что…       — Я понял, — Мёрдок аккуратно обнял его за плечо, притягивая ближе к себе. — Мы можем это записать. Попозже, — добавил он, замечая на лице парня облегчение. — Для начала нам нужно закончить ту, над которой мы работаем. Это точно будет хит.       — А ты придумал название? — спросил Стюарт, не припоминая, чтоб они думали над тем, как назвать их первый трек.       — Как насчёт… Magic for me? Не, тупо, — он задумался. — Не знаю.       — На самом деле не могу поверить, что Нудл сама предложила исполнить бэк-вокал, — Стю хихикнул. — Я не знал, что она так может, даже её акцент пропал.       Мёрдок кивнул, продолжая думать над названием. Он был согласен, что без Нудл эта песня получилась бы не такой, какой она есть сейчас. Её голос действительно смог сделать песню ярче. Если бы не её настойчивость и желание, он бы и подумать не мог, что девочка может стать их бэк-вокалисткой.       — Похер, пусть будет 5/4, — решил Мёрдок, ссылаясь на то, что это вполне неплохое название.       — Почему 5/4? — Стю нахмурил брови, пытаясь найти в этом какой-то смысл.       — Гитарный рифф, — почему-то устало ответил Никкалс, наконец вставая и потягиваясь. — Хочу курить.

***

      Когда на следующий день Мёрдок вернулся с работы, его начали терзать сомнения по поводу своего здоровья. Не смотря на вполне себе хороший сон, самочувствие стало ещё хуже, чем было раньше. И это не выглядело, как обычная усталость, к которой он уже успел привыкнуть. Учитывая, сколько времени и сил он тратит на работу, практику на гитаре, а по настоянию Стюарта даже на занятиях иногда соизволит появиться, любой человек мог бы загнуться от такого, когда нет времени даже на банальный отдых, не считая сна. А Мёрдок не всесилен, как бы ему этого не хотелось. Поэтому, лёжа в своей кровати и попивая горячий чай с малиной, заботливо заваренный Стюартом, он на время отказался от всех важных дел. Опять же, по настоянию голубоволосого мерзавца, который заставил Мёрдока отдыхать, пока тот не поправится. Но он и не против. Хорошо весь день ничего не делать и играть в телефоне, несмотря на неприятные ощущения во всём теле. Он был полностью уверен в том, что подхватил заразу в доме отца. Других вариантов он не разглядывал.       — Что тебе нужно? — с неприязнью произнёс Никкалс, отвлекаясь от телефона, где только что потерпел поражение в Пакмане, от чего стал ещё более раздражительным.       — Ты не рад меня видеть? — с наигранной обидой в голосе произнесла Паула. Игнорируя болезненное состояние Мёрдока, она плавно подошла к нему и села рядом, обнимая его руку.       — Представь себе, — оскалившись, ответил он, пытаясь оттолкнуть её от себя.       — Помнишь, как нам было хорошо вместе? — продолжила она, кладя голову ему на плечо. — А, Мёрдок?       — Чего пристала? Съебись, мне неприятно.       — А раньше было приятно, — она ухмыльнулась. — Неужели нашел себе девушку получше?       Паула хитро улыбнулась, наблюдая за Никкалсом. Тот отвернулся и нахмурил брови. Девушка напрягала его ещё тогда и он знал, что отношения с ней были ошибкой. Но та либо просто не признавала этого, либо просто насмехалась над ним. И Мёрдок видел, как открыто она к нему подкатывает ни с того ни с сего, что раздражало ещё больше.       — Мне с тобой никогда не было и не будет приятно. И если ты потеряла свои мозги где-то в борделе, что не можешь этого понять, то мне тебя жаль, — Мёрдок пытался её оттолкнуть и, к его счастью, та наконец отстранилась. — Хотя нет, не жаль, иди нахуй.       Паула хмыкнула и повела плечами. А отстранилась она только для того, чтоб спустя пару незамысловатых движений устроиться у него на коленях, взяв его лицо в свои ладони. Мёрдок не успел послать её, как та поцеловала его прямо в губы. От неожиданности Никкалс даже не успел среагировать, оставаясь в немом ступоре до тех пор, пока не понял, что в дверном проёме стоял Стюарт с чашкой чая в дрожащих руках. На негнущихся ногах он подошёл к письменному столу и поставил на него чашку, сказал что-то таким голосом, что Мёрдок мог по одной лишь интонации понять, что всё слишком плохо, и быстро вышел, закрыв за собой дверь.       Мёрдок с силой оттолкнул Паулу, что чуть не упала на пол от такого толчка. Её самодовольная улыбка вызывала у Никкалса лишь презрение. Он схватился рукой за голову, не зная, что делать. Мёрдок панически пытался найти взглядом что-то, что может исправить ситуацию, но кроме как направится на поиски Стюарта, другого выхода не оставалось. Он не знал, что чувствует сейчас Стю, но его нужно было поскорее найти и всё объяснить. Когда парень наскоро накинул на себя кожаную куртку и начал обуваться, Паула струси́ла с себя невидимую пыль и направилась в сторону выхода.       — Так и знала, что у вас не просто дружба, — хихикнув, сказала она, прежде чем покинуть комнату.