Одноразовый собеседник

      После нашего воссоединения с Лангой мы действительно не могли оторваться друг от друга. Мы целовались почти до вечера и едва не перешли в горизонтальную плоскость, но решили всё-таки сначала разговоры, потом душ и секс. А чтобы соблазна было меньше — ушли в ближайшее кафе, где более-менее уютная атмосфера.       — Можем заказать выпить? — предлагаю, листая меню.       — Я не пью, Рэки, — Ланга смущённо улыбается, а я понимаю, что это логично, лекарства не подразумевают алкоголь. Киваю и предлагаю кофе и пообедать, потому что на работе я этого так и не сделал.       — Так, значит ты работаешь с Лорой? Я киваю и говорю, что да, она перевелась в мой отдел буквально на следующий день после нашего с ним знакомства.       — Значит, это она была с тобой в клубе, — Ланга задумчиво гипнотизирует чашку с капучино.       — Да, — киваю и отпиваю свой латте. Наконец-то хороший кофе.       — А значит ты целовался с моим братом. Я чуть не поперхнулся, когда понял, к чему клонится разговор. Я даже успел забыть. Рори ведь кузен Ланги, а мы целовались в пятницу. И о…       — Всё в порядке, — Ланга поспешил меня успокоить. — Это даже забавно, столько всего общего. Не в смысле, что я целовался с Рори или чьим-то братом, — он улыбнулся и посмотрел на меня. — Моя мама с Окинавы, как и твои родители, а ты работаешь с девушкой моего брата.       — Да, звучит так, будто я со всех сторон преследую твою семью, — смеюсь и смотрю на Лангу. Его взгляд такой тёплый и нежный, что я не могу не сходить с ума от рвущих сердце чувств. Я безнадёжный романтик. Ланга тянет руку ко мне через стол и мы сплетаемся пальцами.       — Я рад, что совершенно не умею нормально делать уборку и раз в месяц заказываю клининг, и благодаря этому ты украл мой номер, — Ланга улыбнулся и засмеялся.       — Я тоже рад. Мы долго общались и даже успели придти к выводу, что, раз я люблю чистоту и умею её наводить, а Ланга любит и умеет готовить, то, возможно, нам стоит объединиться в одно цельное звено. Это звучит как шутка, но Ланга как-то серьёзно настроен на то, чтобы я жил с ним. И чисто технически я мог бы, но не так быстро. Разговор плавно переходит в обсуждение того, что мы вроде как теперь в отношениях и как-то перетекает в новую ветвь откровений. Ланга рассказал мне, почему ушёл из сноубординга, и чёрт возьми, лучше бы я не спрашивал. Но Ланга заверил, что его отца не стало ещё несколько лет назад, это уже не такая открытая рана и он может говорить об этом. Но я всё же чувствую себя некомфортно из-за того, что мы не дома и я не могу просто его обнять.       — Ты говорил, что хочешь ночь ретро-ужастиков с тонной еды из Тим Хортонс — это ещё актуально? Ланга кивает и на его лице расцветает по-детски милая улыбка и его восторженный взгляд — эти вещи делают со мной что-то невероятное.       — Мы можем устроить просмотр у тебя, чтобы не ждать.       — Тогда это будет наше первое свидание? — с надеждой спрашивает Хасэгава. Киваю и крепче сжимаю его ладонь в своей.       По дороге за едой Ланга поделился тем, что успешно завершил университетский проект, он не мог заснуть и просто бросил все силы на работу и поиск ошибок в коде. А я смеюсь и говорю, что хоть какая-то от меня вышла польза. Мы ждали заказ и я почти терял разум от того, как я хочу его поцеловать, а больше только от того, что я могу его поцеловать. Поверить не могу, что мне так повезло.       По пути домой мы свернули в переулок и поцеловались. Ланга ласково сжимает пальцами мою челюсть и мягко касается моих губ, углубляя поцелуй, пока мы не касаемся языками друг друга. Я схожу с ума от того, насколько хорошо Ланга целуется, и его пирсинг — чёрт возьми, просто секс. Из моей груди вырывается стон и я первым отстраняюсь.       — Здесь холодно, давай продолжим дома. Ланга резво кивает и быстрее прежнего ведёт меня к себе. Кино — это прекрасно, просто чудесно. Но я очень хочу в душ и подготовить себя на всякий случай. Хотя кого я обманываю, я этот «случай» хочу как можно скорее. Но есть некоторые «но».       — Ты можешь пока идти домой, а я загляну в аптеку и вернусь, — неловко говорю, стараясь не выдавать себя. Ланга останавливается и смотрит на меня, склоняя голову к плечу, а потом говорит:       — У меня всё есть, если ты о вещах. Я только и могу, что выдохнуть удивлённое «ой» и нервно сглотнуть. Соберись, Кян, тебе за двадцать, ты уже четыре года в сексе, не к месту быть невинной девицей. В общем, дальше мы молчали, я — потому что неловко, Ланга — понятия не имею.       Но как только пакеты с едой были оставлены на кухонном столе, меня едва не разложили на нём же. Эти поцелуи немного другого формата, что-то близкое к тем с ночи пятницы: голодные, дикие и пошлые. Ланга толкает меня спиной к кухонной столешнице и я сажусь на неё, раздвигая ноги, чтобы Ланга встал между них и был как можно ближе. Его руки скользят по моим бёдрам, пока мы целуемся, по телу пробегают волны возбуждения и усиливаются от ощущения торса Ланги между моих ног. Я скрещиваю лодыжки за спиной Хасэгавы и едва держусь от того, чтобы не сорвать с него одежду и позволить себя трахнуть прямо здесь.       — Мне нужно в душ, — почти хныча говорю и чуть отстраняю от себя Лангу.       — Да, ладно. Хорошо, — судорожно говорит он, переводя сбившееся дыхание. И мне приятно, что причиной его состояния стал я сам. Я закрываюсь в ванной и прижимаю руку к груди, унимая громкое сердцебиение.       — Я принёс тебе полотенце, — из-за голоса Ланги за дверью я едва не получил инфаркт.       — Да, спасибо! — спешно отвечаю и открываю дверь. Ланга протягивает полотенце и кусает губу, глядя на меня.       — Всё в порядке?       — Полном, — улыбаюсь и стараюсь не выдавать волнение и нервозность. И что за вопросы, будто бы ты не понимаешь, к чему это идёт? Глупый канадец.       — Мы никуда не спешим, хорошо? Я закатываю глаза и притягиваю его к себе за ворот джемпера, замечая микродермал под ключицей. Моя новая слабость.       — Помнишь, мы говорили, что истории про одного героя скучнее? Ланга кивает, а я шепчу в его губы, ухмыляясь:       — Так вот, я хочу выйти из жанра сольного порно, понимаешь? Зрачки парня расширяются, хороший знак, он тяжелее дышит и тянется к моим губам, но я накрываю их ладонью.       — Жестокий, — надулся Ланга.       — Будь терпеливее, мы же не подростки, — подмигиваю, целую его в нос и закрываю перед ним дверь. Вот и правда. Мы оба не дети, понимаем, к чему всё идёт, могу поспорить, опыта хватает обоим.       Горячий душ смыл все сомнения, да и я же не мог разучиться заниматься сексом. Во всяком случае пассивная роль не подразумевает каких-то охрененных скиллов, а с Лангой я точно не буду в активной роли, по крайней мере сейчас. Господи, дай мне сил не кончить за секунду и не облажаться в наш первый раз.       Набравшись уверенности, выхожу из душа в одном полотенце. Ланга сидит в полумраке комнаты, что-то ищет в своём ноутбуке, я прислоняюсь к дверному косяку и наблюдаю за ним. На стене зажжены фигурные неоновые светильники зелёного и фиолетового цвета, что-то интимное в этом определённо есть, кроме того, что сам хозяин комнаты очень одет.       — Мило, но я думал, на тебе будет меньше одежды, — улыбаюсь и подхожу ближе. Ланга обернулся, его глаза широко открыты, он смотрит на меня пристально и как-будто удивлённо.       — Я думал, мы сначала посмотрим кино и, — прерываю его поцелуем.       — Хочешь посмотреть фильм? Ланга обнимает меня за пояс и усаживает к себе на колени, отвечая, что у меня сюжет интереснее. Я помогаю Хасэгаве раздеться, попутно целуя каждый участок оголившейся кожи, до которого могу свободно дотянуться. Ланга убирает ноутбук на пол, а меня опрокидывает спиной на постель, нависая сверху. Я чувствую горячие губы на своей коже, на шее, ключицах, груди, Ланга неспеша исследует моё тело, обводя языком рельеф мышц, он мягко кусает и оставляет засосы; он спускается ниже и ниже. Полотенце с меня летит в сторону, открывая вид на эрегированный член, а Ланга приподнимается и окидывает таким голодным взглядом, что в голове невольно проносится ассоциация с белым медведем, готовым съесть меня.       — Ты очень красивый, — его голос звучит так очарованно, он касается ледяными пальцами моей татуировки на рёбрах, и я вздрагиваю.       — Не тебе мне об этом говорить, — касаюсь рукой его груди и веду выше, к шее, челюсти и, наконец, губам.       — Твои глаза, аккуратные губы, вздёрнутый нос и каждая веснушка на теле — идеальны, — Ланга улыбается и покрывает поцелуями моё лицо и губы. — Ты — идеален, весь. И как я могу быть в порядке, когда парень, от которого я без ума, просто говорит такие вещи, и его взгляд, ласки и даже голос — не дают повода не верить. Я нетерпеливо сглатываю, рассматривая Лангу, веду рукой вдоль его тела и спускаюсь ниже к пряжке ремня. Ланга вздрагивает, когда мои пальцы касаются низа его живота и скользят дальше, за кромку джинс и белья.       — Не хочу рушить момент, но я не уверен, что продержусь долго, — выдохнул он, когда мои пальцы плотно обвились вокруг его ствола.       — Да, это определённо не возбуждающе звучит, — улыбаюсь и успокаивающе целую. — Но тебе не о чем переживать, мы на одной волне. Давай просто наслаждаться процессом? Ланга кивает и отстраняет мои руки от себя, поднимая мои запястья над головой.       — Ого, доминация? Мне нравится, — выгибаюсь под ним в спине, а Ланга склоняется и крепко меня целует, после резко спускаясь между моих ног. Я только и успеваю громко выдохнуть, когда горячий язык влажно касается головки члена.       — Надеюсь, тебе понравится мой пирсинг в деле, — ухмыльнувшись, Ланга возвращается к ласкам, а мой ответ тонет в стоне. Боже мой. По телу проносится жар с каждым долгим влажным касанием к чувствительной плоти, он обхватывает головку губами и берёт почти до конца, помогая себе рукой, я буквально чувствую жар его рта и даже стеночки горла. Ланга набирает темп, а я не могу сдержаться от расползающейся эйфории в теле, мои бёдра дрожат, и я двигаю тазом навстречу горячему рту и умелому языку своего любовника. Каждый раз, когда он касается уретры пирсингом на кончике своего языка, меня буквально трясёт, я чувствую, что скоро кончу.       — Подожди, Ланга! Не так скоро! — я почти кричу и просьбы тонут в стоне-всхлипе. Чёрт возьми, я кончил, а Ланга и не думал отстраняться.       — Следующий оргазм будет дольше, — самодовольно улыбаясь и стирая влагу с губ, произнёс Ланга, а я чувствую себя максимально аморфным, всё ещё слишком чувствительным после окончания.       — Ты непростительно хорош, — мой голос звучит устало и тягуче.       — Ты готов идти дальше?       — Дай мне минуту и иди ко мне, — прошу и сам тяну к нему руки. Ланга послушно ложится рядом, такой довольный и красивый.       Мы снова целуемся, долго и тягуче, я игнорирую свой вкус на его языке, желание стирает всё. Постепенно возбуждение накрывает новой волной и я непрозрачно намекаю, что лубрикант и презервативы сейчас актуальны, так что Ланга достал их из ящика под кроватью.       — Ты всегда хранишь это здесь? Я думал, ты давно один.       — Ну, я надеялся, что они нам пригодятся, так что взял всё, как только мы заговорили о встрече, — Ланга пожимает плечами и кладёт на постель смазку и блок презервативов.       — Шутишь? То есть ты?.. — я не договариваю, а Ланга уже кивает.       — Я подкатывал к тебе в открытую уже на второй день общения, а ты мастерски это обходил. И только я думал, что это твой способ отшить, как ты то одаривал меня комплиментами, то присылал сердечки. Я везде искал намёк, — Ланга перетянул меня к себе на колени и уверенно исследовал ладонями мой торс, бёдра и ягодицы, на которых остановился и сминал то легко, то довольно крепко. — Я был неправ, у тебя отличная задница.       — Так ты всё-таки флиртовал, — улыбаюсь и прячу лицо в сгибе его шеи. — Я просто не хотел себя обнадёживать. Ланга открывает смазку и, видимо, наносит на пальцы за моей спиной. Длинные пальцы проникают между моих ягодиц и я вздрагиваю от холодного лубриканта, но собираюсь с духом и расслабляюсь, чтобы первый палец легче проник внутрь. Поначалу это не очень приятно, чувствуется трение, хоть и смазки явно много, но Ланга проникает до конца и пару секунд не двигается, давая привыкнуть и убрать разницу температур. Растяжка проходит достаточно быстро, я возбуждаюсь заново и сам понемногу двигаюсь навстречу двум, затем и трём пальцам. Ланга определённо хорош и в этом, он внимателен и касается простаты достаточно умело, чтобы понять, что он находит её вовсе не случайно, но и внимание на ней не заостряет, чтобы не закончить раньше времени. Я чуть отодвигаюсь и расстёгиваю джинсы Ланги, не слишком изящно стягивая их вниз с боксёрами, движения его пальцев замедляются, когда я беру в руки контрацептивы и достаю один из упаковки.       — Уверен? Киваю и раскатываю латекс по члену Хасэгавы, предвкушая его внутри. У Ланги достаточно большой, я даже немного занервничал, но я усиленно настроен на секс, так что он случится, даже если на утро я буду хромать. Ланга наносит больше смазки и уверенно придвигает меня к себе за поясницу, я кладу ладони на его плечи и медленно опускаюсь на его эрегированный член. Прикрываю глаза и глубоко вздыхаю, когда головка упирается в колечко мышц. Стараюсь неспешно опуститься, но это слишком много, наверное больше, чем во мне бывало в принципе. Проблема. Я стараюсь взять больше, но чувствую, что как минимум в этой позе будут неприятности в виде разрыва.       — Давай ты сверху, — прошу и слезаю с колен Ланги, падая спиной на кровать. Он уверенно кивает и ложится между моих бёдер, и ощущение его тела в такой близости вновь разгоняет волну жара по телу. Ланга мягко толкается внутрь, я стараюсь дышать ровнее и не концентрироваться на распирающем чувстве внизу. Чёрт возьми, я это сделаю.       — Остановись сейчас, дай мне пару секунд, — закрываю глаза и стараюсь расслабиться, привыкнуть. Судя по всему, он внутри даже не наполовину. Я готов капризно застонать, потому что моё чёртово тело не хочет дать мне заняться сексом без угрозы травм, но я хочу!       — Может сзади будет легче? — Ланга понимающе и немного виновато улыбается и гладит меня по волосам. Я неловко киваю и мы снова меняем позицию, но перед тем, как войти Ланга успокаивающе гладит меня по спине и рёбрам, целует лопатки и мягко оглаживает ягодицы и внутреннюю сторону бёдер. В этот раз он входит почти до конца, аккуратно и медленно погружаясь в тело, а потом замирает. Я готов ликовать, что сегодня это наконец-то свершилось и я получил член. Привет, мам. Прости, но я у тебя такой гей, ты бы упала в обморок, если бы знала. Секс набирает обороты, когда я двигаюсь навстречу и Ланга берёт меня, и чёрт, так хорошо. С каждым его толчком у меня трясутся конечности, я с трудом остаюсь на месте, хоть колени и разъезжаются по постели. Мои стоны уже наверняка заставляют соседей биться в праведном гневе, но я только надеюсь, что в этом доме звукоизоляция лучше, чем в моём. Ланга сжимает пальцы на бёдрах так крепко, что, скорее всего, останутся синяки, и двигается всё быстрее и глубже, активнее задевая простату с новым толчком. Его дыхание сбито и вырываются хриплые стоны. Ланга опускает одну руку к моему члену и двигает ею в такт. От накатывающего оргазма, который я хочу, но не могу растянуть навечно, по щеке катится слеза от экстаза. Я кончаю с особо глубоким толчком Ланги и чувствую, как мышцы сокращаются вокруг его члена, и он сам, вскрикнув, кончает, замирая на месте глубоко в моём теле.       Мы валяемся на кровати, потные и липкие, первые пару секунд даже без слов. Я поворачиваюсь на спину и кладу голову на грудь Ланги, устало касаясь пальцами микродермалов под ключицами.       — Я хочу ещё, — говорю, но в противовес этому чувствую, что нужно передохнуть, мышцы внизу определённо неприятно раздражены, до ссадин вряд ли дошло, но скорее всего натёрты. Но я действительно всё ещё хочу секса.       — Ты действительно идеален, — Ланга смеётся и тянет меня лечь сверху. Мы обнимаемся, обмениваемся касаниями, то невинными, то не очень; целуемся и снова возбуждаемся. Я сверху и это даётся не так тяжело, как в первую попытку. Собравшись, я опускаюсь до конца и отчаянно двигаюсь на члене Ланги, опираясь руками о его бёдра сзади себя. Ланга двигает бёдрами и почти рычит, когда я не даю ему контролировать темп, уверенно перенимая доминирующую роль. Наша общая возбуждённость не давала обоим покоя. Секс длился всё дольше и становился всё жёстче, что единогласно принято с восторгом. Уверен, в будущие разы мы обязательно поиграем более изощрённо. А пока мои ноги с трудом съезжается вместе и я безумно хочу в душ.       — Потереть тебе спинку?       — Секс-террорист, — недовольно скулю и сажусь на кровати, ахая от болезненных ощущений. Ланга взволнованно тянется ко мне, но я отмахиваюсь, говоря, что в норме. Хорошо, я всё-таки перестарался. Мои бедра, поясница и особенно задница — болят. Болят не нестерпимо, но без мата садиться пока не смогу. И даже так я рад, потому что нет ничего лучше, чем заняться любовью с человеком, которого ты хочешь, в которого влюблён и не можешь думать ни о ком другом на его месте. Может это слащаво, но я доволен. Когда я вернулся, плед уже был заменён другим, а салфетки и презервативы убраны.       — Голоден? Киваю и обнимаю Лангу со спины.       — У меня есть корпоративная скидка на химчистку, — киваю в сторону пледа и смеюсь.       — Прекрасно. Потому что я понятия не имею, как его чистить, — признался Хасэгава.       — Ты такой милый, — прижимаюсь крепче и шепчу. — Мне нужно переодеться, и да, я хочу еду и обещанного вечера кино.       — Сейчас половина третьего ночи, — Ланга изворачивается лицом ко мне, — Уверен, что не хочешь спать?       — Ни за что! Кино, Ланга, и сэндвичи, — настаиваю и капризно кусаю его за подбородок.       Мы валяемся и смотрим уже второе кино, теперь это мюзикл с поющими тараканами в гетто Нью-Йорка и парнем, который отрицает уборку всеми силами. Ланга морщится от рыжих друзей на экране, но это не мешает ему вдыхать огромные порции еды, словно это было ничто. Этот парень просто монстр. А когда за окном понемногу начинает светлеть, мы просто валяемся в тишине и держимся за руки, пока я не говорю:       — Представляешь, как было бы здорово, если бы мы встретились раньше? Какими бы мы были? — я смотрю сначала в потолок, потом на Лангу.       — Если бы ты жил в Канаде? — он смотрит на меня.       — Ну, у меня ведь никого здесь нет. Но ты мог бы переехать на Окинаву с мамой, — улыбаюсь и всплескиваю руками, представляя, как бы это могло быть. — Представь, встретились бы старшеклассниками, я был ещё не таким неуверенным, ты не был бы болен. Не было одиночества взрослой жизни и граблей в виде бывших. Может, мы бы подружились, я бы научил тебя кататься на скейте, сделал тебе доску и нарисовал на ней мультяшного белого медведя. Конечно, есть неточности в этих фантазиях, но ведь это просто фантазии.       — Я бы точно влюбился в тебя, и всё это в гомофобной стране, где мы бы были как герои из мелодрамы — двое против всех. Я хмыкнул, решив, что это мило и, будь так в реальности, то кризис ориентации бы однозначно застиг меня раньше выпуска.       — А потом мы бы приехали в Канаду вместе, учились бы в одном университете и жили вместе, — смеюсь и прижимаюсь к его боку.       — А потом поженились, — Ланга делает паузу, когда я смотрю с явным удивлением. — Что? Я бы определенно женился на тебе, тем более после всех лет вместе, — Ланга мечтательно улыбнулся и обнял меня за плечи. — Но я счастлив, что ты есть у меня сейчас, что ты вообще есть. А всё остальное несложно воплотить в жизнь.       — А если не получится и мы поссоримся?       — Значит постараемся быть умнее и будем мириться и становиться лучше друг для друга. Моя мама говорила, что даже если есть большая любовь, то нужно научиться уживаться вместе, идти на компромиссы и вместе стараться. По началу не бывает легко, но если хотим — мы справимся. Вздыхаю и говорю, что это слишком умная речь для парня, который не может разобраться с уборкой без посторонней помощи. А он надулся в ответ. Милый глупый медведь.       — Хорошо. Обещаю говорить с тобой честно и не сбегать от конфликтов.       — Звучит как брачная клятва. После такого ты обязан переехать ко мне. Или трусишь? — Ланга щурится и держит ехидную улыбку. Готов поспорить, такое же лицо он строил, когда шла речь о видеочате и встрече.       — Ты что, на слабо меня берёшь? Думаешь, не перееду? Дай мне месяц и готовь полки в шкафу!       На такой ноте прошло ещё какое-то время: мы дурачились, смеялись и представляли, какой будет наша совместная жизнь. Это прекрасно, но я ужасно хотел спать, тем более рядом с Лангой тепло и уютно. Я просто провалился в сон, пока он говорил, что даже если я не научил его кататься на скейте, то сам Ланга может научить меня кататься на сноуборде. А потом мне снился сон, где он и я — старшеклассники на Окинаве. Ланга перевёлся в мой класс из Канады, был молчаливым и отстранённым. Мы подружились, я научил его кататься на скейте, сделал доску со странной конструкцией колёс, чтобы сделать её похожей на сноуборд. Но сон неожиданно прервался звонком в дверь. Я со стоном открываю глаза, а Ланга, раздражённо ругаясь, пошёл открывать.       — Тебе действительно, — Ланга произнес это чётко, — совершенно точно, не стоит приходить ко мне без предупреждения. Я сонно сажусь на кровати и иду на звук голосов.       — Твой телефон выключен, второй день. Я имею право волноваться, — настаивал кто-то, притом знакомый.       — Ланга? — зеваю и выглядываю из-за спины своего парня. Как же приятно его так называть, даже не вслух.       — О, — выдохнул парень, в котором я узнаю Рори, а рядом с ним Лора, и эти двое молча стоят и пялятся на нас. — Тогда ясно.       — Рэки, блин, хоть бы сказал, что всё получилось! — возмутилась Лора, но потом схватила за руку Рори, на лице которого росла улыбка, — боже, они такие родственники с Лангой — и оттянула его от двери. — Ладно, вижу, все живы и любимы, мы уходим. Девушка бодро помахала и потянула Рори за собой, который грозился объявиться снова и обо всём нас расспросить.       — Что за семейка, — выдохнул Ланга закрывая дверь.       — Хорошая, заботливая. Мы смеёмся, а потом Ланга говорит, что я попал, Рори обязательно нас поженит, растрепит всей семье, и они будут планировать свадьбу даже без нас. — На самом деле они все сумасшедшие, и Лора в банде, нам нужно срочно собираться и бежать.       — Тогда поехали ко мне! Мои тоже психи, но я придумал конструкцию идеального скейта для тебя, так что мы можем укатиться от них всех, — улыбаюсь и держу Лангу за руки. А он с безумным восторгом хвалит меня и спрашивает:       — Навсегда вместе?       — Бесконечно.