Часть 2
25 марта 2023 г., 15:56
Билл измученно растянулся на застеленном диване, задрав спальную белую футболку и просунул туда руку, почёсывая грудь ногтями, глубоко зевая.
По привычке нащупал на подлокотнике дивана пакетик, да секунд двенадцать наощупь пытался его открыть, как наконец почувствовал на пальцах бархатную поверхность чего-то на запах экзотического.
Не глядя, Хейдер закинул сушеный фрукт в рот, да причмокивая стал медленно и со всей любовью рассасывать сладкий манго, зажмуриваясь от моментального удовольствия.
Как сказал ему психотерапевт, которого мужчина посещал раз в месяц: «У тебя есть еда, которая тебе очень сильно нравится? Возможно, она слишком дорогая и ты не всегда сможешь её себе позволить, но ... Возьми в привычку засыпать с мыслями о том, что на утро ты её съешь. Всё остальное время даже не думай к ней прикасаться.»
Билл тогда ещё пошутил, что и так не сможет пережить утро, если не хлебнёт глоток свежего Cash и Виктор (психотерапевт) тут же запретил ему употреблять алкоголь на то время, пока длились их недолгие сеансы.
Возможно, этот метод с едой не был таким эффективным. Точнее, Билл был в этом уверен. Однако, это даже смешило мужчину, ведь насколько дерьмовое его состояние может быть, чтобы сам психотерапевт посоветовал своему клиенту встать на путь РПП-шника.
Хотя, наверное, это имело смысл. Но, во всяком случае, данный метод пока что помогал — ежедневный ритуал с кусочком засушенного манго срабатывал, жить хотелось, пускай и не так сильно.
Утро только началось, а парень чувствовал себя на максималке выебанным этой бессмысленной жизнью, даже двести миллилитров крепкого эспрессо не помогали сосредоточиться на работе — близорукие очки в чёрной оправе съезжали с носа, пока Хейдер калякал замысловатые завитушки в своём отчёте по работе, проснувшись заранее в без десяти пять утра. А ведь он еще не заполнял КТП, на что требуется как минимум часа два, а как максимум — сутки.
Билл подошел к окну, чтобы проверить надевать ли ему зимний дряхлый пуховик или порванная джинсовка всё ещё катит под январьскую погоду, а если бы не второй этаж, то мужчина давно бы уже сиганул, демонстрируя свои величайшие умения вписываться в окружающий коллектив, то бишь — снежинки.
Судя по его накопленным долгам, за квартиру в этом месяце платит Тихон. Его лучик света с коготочками и розовыми мягкими лапками.
— Тишка, твою мать, не дери моё кресло! — вскрикивает парень, а после устало цокает, — Безмозглое животное.
Пушистый друг не повёл и ухом, хлыстнув хвостом по ноге своего глупого кожаного человека, да удалился на кухню.
Резко раздаётся звонок забытого будильника и Билл мрачно вздыхает, да отправляется отрабатывать свои занятые часы и сквозь боль, пот, кровь и слёзы мужчина надевает свой повседневный лук из бежевых свободных брюк, белой рубашки и галстука, сверху набрасывает цвета хаки пиджак и впопыхах добирается до остановки.
***
Чёртовы проверки, кто их вообще придумал. Артур с самого детства терпеть не мог археологические музеи, а теперь он ненавидел их вдвойне. Как только генерал-полковник заикнулся о внеплановом патруле по случаю приказа Губернатора сопровождения гражданских на Международной выставке, Семецкий тут же подумал про Московский Музей Изобразительного Искусства, поэтому безоговорочно подался в добровольцы. Ему всегда нравилось любоваться старинными картинами неизвестных художников, которые хранились столетиями. Однако стоило Артуру ступить на порог здания, как тут же все его шансы насладиться культурой великих мастеров не обвенчались успехом, и парень уставился на искусственный скелет динозавтра под истеричный хохот Аарона, который тоже записался в добровольцы ради денежной премии. — Обожаю видеть это выражение на твоём лице, — звонко хлопнул Пайпер коллегу по спине, — Не хватает пи-ива и чи-ипсов. В принципе, всё было не так уж и плохо, помимо нудной приветственной речи главного жреца. Люди мотали головой из стороны в сторону, пытаясь рассмотреть роскошный интерьер с экспонированными предметами, где даже стены казались произведением искусства. Семецкий надеялся, что эта выходка хотя бы как-нибудь отразится на его практике для вышки, всё-таки Министр обещал написать каждому сопровождающему благодарственное письмо. Получив его, Артур спокойно сможет пойти в ВУЗ на бесплатное обучение и принять предложение одной юридической фирмы, к которой уже как полгода присматривается, а потом получить однокомнатную квартиру, оплачиваемую ею же. Не жизнь, а сказка. После открытия двусторонних дверей, в глаза сразу бросаются приглушенное освещение, небольшой полумрак, что в компании с огроменной люстрой обогощает прекрасной атмосферой. Кстати, работает кондиционер — приятное преимущество музея. Пришедшие поглядеть на археологические откопки тут же столпились у медной подставки со статуей Геракла, огороженной красной ленточкой, а внутри стояли двое мужчин — один, как по образцу, в обычном смокинге, а второй выглядел так, словно ошибся дверью. И, возможно, так оно бы и было, вот только именно он сделал пару шагов к публике. — Дальнейшие пятнадцать минут я — Ваш экскурсовод! Итак, отсюда Вы можете наблюдать за статуей Геракла, многим она известна по историческим произведениям, другие же, возможно, могли вспомнить фильм режиссёра Бретта Ратнера «Геракл», а кто-то тут увлекается древнегреческой мифологией? — мужчина выдержал трёхсекундную паузу, слыша возгласы увлечённых зрителей, а после с мягкой улыбкой пробежался глазами по заскучавшим детям и подросткам, — Ну, лично я узнал о Геракле из комикса, а вот моя племянница наткнулась на мэм нецензурного содержания, — в зале послышался согласный гогот и редкие аплодисменты заинтересованных детей. Последующая информация была довольно занимательной, пускай и звучали в основном из уст экскурсовода одни научные факты, поданные в шуточной форме. По скромному мнению Артура, этот парень совершенно не подходил этому скучному месту. Он не заметил, как улыбнулся, успев за недолгие полчаса хождения по залу обчесать каждую ниточку на одежде мужчины, осмотрев его с головы до пят более, чем семь тысяч раз. Несмотря на продолжительность экскурсии, Семецкий был удивлён заинтересованности публики на такой длительный промежуток времени, лично он всегда ко второй минуте объяснения истории уже зевал и пятился ото всех, ища глазами стул или диванчик, чтобы присесть (ещё лучше — прилечь). — Добро пожаловать на археологическую экскурсию! Спустя сорок минут прогулки по музею Артур остановился между рядами древних высоченных экспонатов, да принялся читать табличку с фрагментами мирного договора между Египтом и Хеттским царством. Занимательно… не более. Тем временем его коллеги подшучивали друг с другом над обнажённым Александром Македонским, и именно в такие моменты Семецкий думал, что в случае наступления зомби-апокалипсиса, эти придурки умрут первыми. Вернувшись глазами к публике, парень сразу же заметил отсутствие полюбившегося ему экскурсовода, вместо него на пьедестале расхаживал молодой парень в смокинге. — Здесь вы можете наблюдать за первой в истории вариацией очков для зрения. Близорукость в Средневековье была абсолютно нормальным состоянием, она была практически у всех. Потом с появлением хорошего освещения, медицины и нормальных условий жизни проблемы со зрением отступают и встречаются в основном у стариков, но за последние пятьдесят лет проблема близорукости снова стала актуальной. По предположению некоторых исследователей, к 2050 году половина мира будет близорукой, — монотонно пересказывал парень, уставившись вперёд, словно видел в своей бездне что-то своё, особеное. — Как в средних веках жили с плохим зрением? — озвучил свою мысль Артур, качая головой, обращаясь к Эдику. Склонив к его плечу голову, парень добавил, — Это же пиздец. Когда в его отдел пришли самые первые практиканты, с только-только обсохшим молоком на губах, Василий Дмитриевич — главный хрен местного участка полиции по делам несовершенолетних, — скинул всю документационную работёнку по малышам-сотрудникам на Артура. Понятное дело, Семецкий отказаться не мог, пускай и зарплату ему за это не поднимут — да, изнурительно писать отзывы по проделанной работе, следить за тем, чтобы ребятки не просыпали и приходили вовремя, предупреждать о тридцатиминутном обеде, каждый раз давать ключ от туалета и потом разбираться с тем, куда же он пропал. Одна из практиканток, — Артур не удосужился запоминать её имя, — отвечала за заполнение информированных номеров, поступающих в участок. Видимо, девушка надеялась, что никто не заметит, как она втихушку подменивала свои разговоры с молодым человеком, подмечая галочкой «ложные», свободно рассиживая на линии экстренных ситуаций. Когда Артуру сделали выговор за ненадлежащий надзор — он стал контролировать каждый шаг своих отпрысков, засекал поминутно кто сколько работает и отпускал домой только в случае полной проверки всего персонала. Во втором нашествии студентов-новичков Артур и познакомился с Эдиком. Тот нервно сидел на стуле со сжатыми коленями, да обеими ладошками держал трубку проводного телефона — на его лице можно было заметить весь спектр эмоций от паники, страха и облегчения, когда их глаза встретились. Семецкий нахмуренно подпрыгнул к пареньку, тот смотрел на Артура, как на своего долгожданного спасителя, и шёпотом промямлил: — Кажется, тут человека в прямом эфире убиваю-ют. После всей случившейся заварухи мальчишку вместе с Семецким здорово так отчитали и второй всё-таки решил пойти по взрослому пути решения всех существенных проблем — наебашиться прям в дерьмо. Эдик, словно прочитав мысли своего начальника, прямым текстом заявил, что хочет искупить свою вину и предложил угостить выпивкой. Артур согласился. Тот малыш значительно так вырос за год, поднахватался уверенности, подкачал своё тело до неузнаваемости, но так и остался коротышкой. Качком-коротышкой. И, возможно, именно этот факт значительно и подставил Семецкого, и тут же поставил на место, — ведь только после своего замечания Артур заметил, как тихий смех Эдика звучит где-то в стороне проходящей выставки, а чужое плечо кажется выше, чем в принципе голова Эдика. Артур дёрнулся в сторону от незнакомца, вставшего на место друга, а после с расширевшими глазами стал разглядывать человека напротив, его брови, казалось, достигли самой макушки — настолько были высоко подняты. Низкий смешок, от которого хотелось провалиться сквозь землю, и такое же удивленное лицо. — А как жили с плохим зрением во времена палеолита, когда люди пиздились с мамонтами палками? Там же только сам Бог знает мамонт это или твой жирный приятель с соседней хижины, — прокомментировал незнакомец. Семецкий принялся искать оправдания, останавливаясь на обычном извинении — всё-таки имея приличие почувствовать стыд за непотребство на работе, однако увидя знакомый уверенный в себе профиль, следующая фраза вылезла из его рта исключительно случайно. — Вы носите очки, Вам лучше знать, — внешне спокойно улыбнулся Артур, вжимаясь в стоящую позади стенку, не отрывая глаз от собеседника. Тот лишь поджал губы сквозь улыбку и сам себе кивнул. — Пожалуй, ты прав. С моим-то минусом, в случае нападения на меня палкой, я, скорее всего, подумаю, что на меня совершается набег объятий. Эта манера речи кого-то сильно напомнила Семецкому. — Ваш голос кажется мне знакомым, — озвучил свою быструю мысль Артур и тут же пожалел, краснея от усмешки Уильяма, судя по надписи на бейджике, да мысленно давая себе щелбан. — Это такой банальный способ познакомиться? Если да, то моя смена заканчивается в семнадцать тридцать. Семецкий хотел сказать что-то в свою защиту, но даже не успел продумать ответ, как экскурсовод-пингвин попрощался с гостями и настоятельно порекомендовал осмотреться самостоятельно. Артур кинул растерянную прощальную улыбку, да быстро ретировался к подопечным.***
— Нет повести печальнее на свете, чем повесть об Артуре и Джульетте, — хмельным голосом пропела его подруга детства. — Этот ресторан такой дорогой, ты уверен? — кивнула Лиза на чек, — Я всё ещё не против разделить счёт пополам. — Кушай, ты заслужила, — простонал Артур, не отрываясь щекой от скатерти их столика. Артур не считал себя гением, но это была точно самая его худшая идея всей жизни — после корпоратива с коллегами пойти на встречу с подругой, пускай та и пригласила его по уважительной причине. — Пообещай мне, что когда я в следующий раз решусь пойти на свидание с очередным мудаком из Tinder, ты дашь мне кулаком по лицу, — мурлыкнула Лиза в свой стакан, в котором за этот вечер побывало столько разного количества алкоголя, сколько Артур постеснялся спросить. — Тогда мне придётся бить тебя каждые три дня. Звучит заманчиво, — хихикнул Артур, очередной раз проверяя свои сообщения в телефоне. — Ты кого там высматриваешь? В последний раз ты с такой же гаденькой улыбочкой ждал свою первую зарплату, а это было лет шесть назад. Давай, колись, с кем переписываешься? — икнув, девушка нагнулась через весь стол и заглянула в чужой телефон. — Никого, — Артур резко положил смартфон экраном вниз, — Это... мой клиент. По работе. Когда Артур подрабатывал в зоомагазине, эта уловка безоговорочно срабатывала, однако сейчас Лизу явно что-то смутило, она даже задумчиво нахмурилась. Вот только девушка была слишком пьяна, чтобы понять что именно. — Хорошо, тогда... ладно. Через полчаса Артур вызвал подруге такси, но вместе ехать категорично отказался. Вместо этого он решил ещё немного подремать на мягких сидушках родного Авиньона и послушать французскую музыку. Почему-то это заведение всегда действовало на парня сродне лавандовому чаю, успокоению. Здесь пахло домашней едой, ароматным кофе и, если внимательно внюхаться, можно было заметить отголоски цветочного вина, которое официанты разливали чаще, чем обслуживали гостей. — Молодой человек, мы закрываемся, — легонько потрепали его по руке, когда Артур окончательно уснул, — Мне жаль это говорить, но ваша спутница ушла, э-э, минут сорок назад? Не может быть, Артур точно ставил будильник за полчаса до закрытия ресторана, чтобы не попасть в неловкую ситуацию! Семецкий сначала открыл один глаз, затем второй, а после и вовсе поднял голову и посмотрел на нарушителя своего сна. Однако Джульетта в его крови всё ещё не выветрилась, а тошнота заменила собой мигрень. Парень успел заметить только униформу и понял по ней, что разговаривает с официантом. — Извините, сколько сейчас времени? — Артур пару раз попытался разблокировать свой телефон, однако тот включаться отказывался, поэтому парень громко простонал и снова принялся извиняться, пока не услышал красивый низкий смех мужчины напротив. — Ну что ж, полагаю, ты меня дождался. Пойдём? То ли неформальная речь заставила Семецкого окончательно проснуться и открыть глаза, то ли предложение куда-то пойти, но уже спустя пару секунд Артур увидел перед собой высокого парня, протирающего тряпкой соседний столик, а затем снимающего через голову свой фартук. — Что? — всё, что сумел возразить Артур перед тем, как незнакомец обернулся к нему лицом и мило улыбнулся, засовывая одну руку в карман, — О! Ты! Мамонты! — Долго соображаешь, шевелись, — мужчина открыл входную дверь нараспашку и выключил свет, — Моя смена закончилась, а сейчас мы идём гулять. Последнее слово знакомый незнакомец сказал так весело и по-детски, что Артур фыркнул сначала от удивления, а затем от смеха — давно его не приглашали гулять ночью. Это предложение показалась полупьяному Артуру слишком привлекательным, а кто он такой, чтобы отказываться?***
Артур мог назвать молчание, возникшее по пути к самой ближайшей остановке, достаточно неловким. Однако, складывалось ощущение, что неловкость чувствует только Артур, ибо парень рядом с ним лишь широко зевал и потягивался, не особо обращая внимание на своего спутника. В какой-то момент Семецкий даже подумал, что на этом их пути и разойдутся, поэтому дал себе поблажку и внимательно рассмотрел Билла (Артур не был уверен его ли это имя, ибо бейджик мог и соврать, вдруг это погоняло или внутренние правила заведения — называться английскими именами). Его волосы оказались намного длиннее, чем Артур успел разглядеть в Музее, после роспуска хвостика в месте резинки они выглядели немного примятыми, но всё ещё слишком кудрявыми. В некоторых прядках парень заметил искусственную седину, которая приковывала к себе внимание, отражая свет полной луны. В целом, в профиль мужчина был вполне симпатичным, разве что глубокие синяки под глазами и частичная щетина немного ухудшало его великолепие. Чёрт, Артур бы его трахнул. Билл резко обернулся и с широко раскрытыми глазами посмотрел на Семецкого, словно услышав его развратные мысли, и Артур с таким же удивлением стал учащённо моргать, мысленно приказывая бешеному биению сердца заткнуться. — Что? — быстро спросил Семецкий, чувствуя себя пойманным матерью за мастурбацией. Сияющие в свете фонарей зрачки Билла были расширенными настолько, что почти покрывали его родной цвет глаз. — Я забыл, что ты здесь, — с открытым ртом проговорил мужчина, тут же хлопнув себя кулаком по лбу, — Извини, ах, дурья башка. На Артура снова нахлынуло дикое смущение. — Не волнуйся, ты не первый, кто говорит мне это,— нервно хихикнул парень, складывая руки в карманы осеннего пальто. — Нет-нет, я просто... Ты никуда не торопишься? — Нет? — О, ладно. Посидим на лавочке? — Да, давай. Билл шмыгнул носом и достал из кармана пачку Malboro, вытягивая сразу две сигаретки, одну из них протягивая Артуру. Тот молчаливо её принял. — Сколько у тебя работ? Три? — спросил Семецкий, наклонившись к мужчине, когда тот искрил зажигалкой, не с первой попытки зажигая сигарету. — Три? Ты видел только две, — подозрительно дёрнул бровью Билл, облокотившись шеей об лавочку. — Ну, ещё ты играешь в гольф, — утвердительно кивнул Артур. — Что? Ты сталкер что ли? — усмехнулся Билл, но выглядел заинтересованным. — Нет! Твоя рука. Я заметил, что у тебя отметина в форме рождественского леденца. Билл вопросительно ждал продолжения, хмуро бегая глазами по своим конечностям. — Ну, это профессиональная отметина. У меня тоже она есть, — Артур закатал рукав правой руки, показывая кожу, но тут же понял, что яркость света не доходит до того места, где он сидит. — О, вау. Да, я настраиваю оборудование в гольф-клубе и иногда играю. А ты, судя по форме... — Билл наклонил голову, да задумчиво потёр подбородок, — Охранник? — Боже, нет, — посмеялся Семецкий, пускай чужое предположение и не было забавным, — Я... — парню до одури не хотелось раскрывать свои погоны и статус, люди обычно с опаской реагируют на профессию Артура, сравнивая со стереотипным обычным русским ментом, однако знакомство с этим мужчиной не совсем походило словно «обычное», да и Артуру не до конца понятно было — что именно от него хотят, — Я работаю в МВД. Хейдер резко остановился, недоуменно оглядывая Артура с ног до головы с нечитаемым выражением лица, можно было невооружённым глазом увидеть крутящиемя шестеренки в его зрачках. — Черт, я должен был догадаться, что Вы не случайно уснули у меня на работе, — устало пробормотал Билл, в недоверии уставившись на фонарь у лавочки.
