Встреча

*** Оля чувствует себя так, будто всё, что происходит — происходит не с ней. Какая же нелепица: врач в возрасте сорок плюс находится в интересном положении, ещё и узнаёт об этом случайно. *** Неделю назад Оля заглянула к гинекологу, всё-таки перебои с циклом её настораживали. – Добрый день, Ольга Кирилловна, какие у Вас жалобы? – Аменорея в течение двух месяцев. Я думаю, это климакс, всё-таки, не девочка уже. Глядя на Арефьеву, никак нельзя было сказать, что климакс стучит в её двери. Кто-кто, а эта дамочка ещё тридцатилетним фору даст. Безупречная кожа, отличная фигура, роскошные ноги. – И всё же, дата последней менструации? – С 10-го по 15-е марта. – Половой жизнью живёте? – Да. – Проходите за ширму, раздевайтесь. Оля забралась на кресло и замерла в ожидании вердикта врача. – Судя по тому, что я вижу, климакс свой Вы увидите месяцев чрез шесть-шесть с половиной. Ольгу будто полным мешком огрели. Такого исхода она никак не ждала. – Я что... кхм, беременна? – Одиннадцать недель. Поздравляю Вас. В растерянных чувствах Ольга вышла из кабинета и всю неделю пыталась "переварить" услышанное. Она даже консультировалссь с другими докторами, но вердикт был одинаков — беременность. *** – Это же планировать как-то надо, вы оба медики – отзывается в подсознании Ольги. Досмеялась. Сама не лучше, а Тартакову ругала. В комнате царит молчание: женщины просто друг на друга смотрят, они в мельчайших жестах видят всё то, о чём обычно принято говорить. – Отвезти тебя к Паше? – Я не хочу одна. Я не смогу. – чуть истерично говорит Оля. Ещё не успокоилась до конца. Душа её о чем-то печалится. – Не одна, со мной. Со мной нестрашно? Удивительно, но рядом с Мариной было удивительно спокойно и нестрашно. Правильно что ли... – Нестрашно. Только, пожалуйста, давайте поедем к Паше. *** – Паш, что с тобой такое? – Неспокойно как-то. Оля сорвалась посреди дня, куда-то помчалась. Не позвонила ни разу. Вот что с ней делать? Ольга, что услышала обрывки фраз, подошла ближе. – Ничего со мной делать не нужно. Рыков, ко мне в кабинет. – произносит строго, даже мороз пробивает по коже. – Удачи! – сжав ладони говорит Араш. Павел и Ольга проходят в кабинет, где их уже ожидает Аверина. *** – Здравствуйте, госпожа!– Павел театрально кланяется в пол, – Вы б сказали, я бы подготовился к визиту столь высоких гостей. – Паш. – Марина перевела взгляд на Олю. – Несносный колючий Рыков. Как обычно: сначала делает, потом думает. – думает она. – Рыков, Марина Леонидовна здесь по делу. – строго говорит Оля, а сама еле сдерживается, чтобы не вспылить. – А что, когда-то было по-другому? – ехидно ухмыляется он. – И как с ним разговаривать!? – с надрывом уточняет Оля и вылетает из кабинета за дверь. Обомлевший от выходки жены Павел, понимает, что явно сделал что-то не то, но что именно, ещё не осознаёт. – Спасибо, Паша. Я её только успокоила. Grand merci! – Мам, да чё случилось-то? – Ничего. Марина выходит в коридор, а недоумевающий Рыков недвижимо стоит в кабинете заведующей. – Заебись... Я ещё и виноват. *** Ольга стоит около окна и смотрит в пустоту. – Олечка, это же наш Пашка, он всегда так себя ведёт. Пойдём назад, и всё ему расскажем, м? – Марина держит Ольгу за руку и смахивает слёзы. – Какой-то абсурд. Ну не дура ли? Вылетела из кабинета, стою тут, слёзы лью. Не хочу, а они катятся... Там, наверное, Пашка волнуется. – Во-о-от, пойдём к тебе в кабинет? – Марина Леонидовна, Вы же будете рядом? – Буду. Оля поправила макияж, Марина взяла её под руку, и они прошли в кабинет. *** – О, вернулась, блудная жена... – Паша! – Мать воинственно сверлит его взглядом, давая понять, что последняя фраза была явно лишней. – Рыков, я вот сейчас обижусь и передумаю рожать твоего ребёнка. – выпаливает Ольга и замирает. Услышанное доходит до Павла не сразу, спустя пять минут, в голове отчётливо звучит столь родной голос и такое желанное "твоего ребёнка"... – Олечка, любимая моя, ты что... ты сейчас не шутишь? – всегда многолословный Рыков сейчас с трудом складывает слова в предложения. – Да, куда уж? Мы с тобой три месяца назад пошутили... Оля улыбается так широко и искренне, что Паша не сводит с неё глаз и замечает, что улыбчивая Олечка чем-то всё-таки взволнованна.