Хищная Орхидея

      За окном уже темнело, а я с тоской думала о том, что завтра моя ставшая наконец спокойной жизнь перевернется с ног на голову. Все еще глодали мысли о том, как встретит меня хан Хулан, младшие братья и сестры принцессы Цэрэн — для них всех я предательница, и это не просто слова. Я тяжко вздохнула, следя за тем, как служанка ловко убирала пустую посуду. Как должно быть она меня ненавидит — прислуживать чужачке, ведь мне все-таки удалось поймать ее взгляд, напуганный и злой одновременно. Никогда еще на меня так не смотрели. Ах нет, смотрели — моя школьная подруга, когда я застала ее с тем парнем, ради которого бросилась в омут с головой. Параллель отчего-то меня рассмешила, и я поспешила перевести взгляд на Хирию, который терпеливо ждал, пока служанка вновь скроется за седзи. Мы говорили принужденно и неохотно, будто на скучном заседании, не меньше. Я попросила о том, чтобы со мной поехала Нума, он поинтересовался, что значит цветок орхидеи, который нарисован у меня на лбу. Должно быть он очень расстроился, когда услышал, что это символ одинокой женщины. А я ведь, дура, еще с такой гордостью это выдала. На этом светский диалог и закончился, правда, через каждые десять минут он по новой заводил шарманку о том, что не даст меня в обиду, и это приелось до такой степени, что хотелось заткнуть королю рот.       — Нам пора прощаться, — наконец выдал Хирию, когда служанка закрыла за собой седзи, а я облегченно выдохнула, прикрыв глаза.       — Вы правы, — я кивнула, готовая подняться и уйти в свою комнату. У меня миллион дел, например, необходимо пострадать о своей горькой участи. — Спасибо за Ваше приглашение, — кажется, я уже это говорила.       — Не стоит благодарности. Мне приятно Ваше общество, принцесса Хоа Лан, — он качнул головой, снова улыбнувшись, а мне даже не захотелось огрызнуться, мол, а мне нет — так уже утомило его натянутое выражение лица, что просто хотелось уйти.       Еще никогда не было так тяжко общаться, словно с картонкой, ей-богу. Я не могла угадывать его дальнейшие фразы, потому что говорить нам было не о чем. Мы застряли на какой-то мертвой точке после того разговора о персиках, словно Хирию неожиданно решил, что и так сойдет, не стоит тратить на меня время и силы, как на него — благодарности. Не то, чтобы меня это огорчало, но его молчание раздражало больше, чем говорливость. Не угодишь прямо, даже раздражает собственная привередливость. Я скривилась. Возможно, дело в том, что король Коуки просто не нравился мне ни в одном свете. Мне казалось, что я привыкну, но я смотрю ему в глаза и не вижу ничего, что бы меня заинтересовало.       — Надеюсь, мы справимся, — выдохнула я, отгоняя невеселые мысли. В конце концов, Хирию не обязан мне нравиться, ведь рано или поздно, но мы разойдемся, как в море корабли. Только вот сильные теплые руки, встряхивающие меня за плечи, никак не хотели уходить из головы. Таким он должен быть, а не делано-вежливым.       — Безусловно, — кивнул король, не отводя от меня взгляда, словно что-то хотел спросить. Но в какой-то момент передумал и просто отвернулся чуть в сторону, скривив губы. — Извините, что ничем не смогу помочь Вашей сестре, принцесса Хоа Лан.       — Нет необходимости просить прощения, — лениво отозвалась я, качнув головой. И правда, это не его дело, и если Хулан вздумает убить собственную дочь — флаг ему в руки. Эрдэнэ я, можно сказать, вообще не знаю, так что все равно… Нет, не все равно, и я это прекрасно понимала. — Я очень хочу, чтобы она была в безопасности, — неожиданно жалко прошептала я севшим голосом и сама же испугалась своих слов, отняв от лица веер. Нет, он не должен был это услышать, но поздно было уже — король Хирию поднял на меня сливовые глаза, в которых плескалось сочувствие, бессилие и злость на самого себя. — Извините, это только мое дело, поэтому…       — Я понимаю Вас, принцесса, — тяжело вздохнул он, даже подавшись навстречу, если бы не обеденный стол, уже бы стоял прямо передо мной. — И если госпоже Эрдэнэ что-то будет угрожать, и я окажусь рядом, клянусь Вам, я сделаю все, чтобы защитить и ее, и Вас.       Хотелось выдать что-нибудь едкое, хотелось усмехнуться и еще раз напомнить, что король только и делает, что обещает, но во мне взыграла совесть, ведь он старается быть честным хотя бы с самим собой. Я расправила плечи, встречаясь с ним взглядом. Я вновь увидела его настоящего, и от этого почему-то было радостно и грустно одновременно, явно не я должна была застать его в таком виде, воодушевленного и уверенного в своих словах. Таким Хирию был изображен в манге на поле боя, таким сейчас сидел передо мной. И впервые за полтора месяца я осознала, что уверена в его словах, потому что он — главный герой этой манги, и под его защитой я абсолютно точно буду жить долго и счастливо.       — Спасибо, — отозвалась смиренно, выдавив улыбку. Я никогда не была расчетливой, но здесь по-другому никак.       «На чьей ты стороне, мой ангел-хранитель? Союзника во мне искал, но не видел». Я прищурилась, глядя в яркие глаза, отражающие мое полное сомнений лицо, и сделала вывод, что мой ангел-хранитель пока что на моей стороне, но и он ищет во мне союзника. И я сделаю все, чтобы оправдать его ожидания, хотя бы ради себя.

***

      Ночь выдалась беспокойной, — которая по счету? — и я проснулась засветло, уставившись в черный потолок. Мыслей было много, но все они такие никчемные по сравнению с тем, что мне сегодня предстоит пережить. Пора прекращать заниматься самобичеванием и начинать делать хоть что-то, но я продолжала лежать и думать над тем, каким будет сегодняшний день. Цэрэн, к слову, тоже не рвалась возвращаться — чуяла, что мы с ней получим люлей? Наверняка. Но ведь Хирию пообещал, давай поверим ему, дорогуша? Хотя бы сегодня, хотя бы один раз.       Для философствования не было настроения, поэтому я только перевернулась на бок, сжавшись под одеялом, словно хотела оградиться от всего мира, но, как и всегда, это было бесполезно. Рассмешила мысль, что рано или поздно нас с Хирию обяжут спать в одной постели, это даже не стесняло — просто было забавно. Что таить, король меня не смущал, далеко нет, скорее уж это я смущала его, вспомнить только взгляды, которыми он одаривал меня первые встречи, будто бы впервые увидел человеческую женщину вблизи. Кто знает, может так оно и было? В голове вертелась надоедливая песня про весну, а я позволила себе улыбнуться. Может, он мне и не нравился, но заставить себя симпатизировать кому-либо так же легко, как и заставить разлюбить, уж я-то знаю.       «Что же такое весна-на-на-на? Что же такое весна-на-на-на? Ты всему виной, ты — звезды». Кажется, я пропустила строчку, но песни начали забываться, как и школьные стихотворения, если их время от времени не повторять. Я прикрыла глаза, тяжело вздыхая. А что если однажды я забуду свое настоящее имя? Ведь я не Хоа Лан и не Цэрэн, я — Данка Малафеева, первокурсница питерского университета, восемнадцатилетняя — уже девятнадцатилетняя! — студентка, а никак не принцесса кочевников и уж точно не невеста короля. В один миг все мое положение стало нелепым и дико смешным, будто бы я очутилась в каком-нибудь фанфике. Эти мысли были вначале и вот — снова. Похоже, я никогда не буду серьезно относиться ко всей этой ситуации.       Спать больше не хотелось, и я откинула одеяло, пытаясь привыкнуть к темноте. Похоже за окном только секунду назад начало светать, я бросила взгляд через плечо, улыбнувшись раннему солнцу. Кажется, во дворце еще никто не бодрствовал. Я на цыпочках подкралась к седзи, прислушиваясь — тихо. Осторожно раздвинула, воровато оглянувшись по сторонам, и с удивлением увидела сладко сопящего Сигуна, прижавшегося к стене. Бедняга. Моих губ коснулась мимолетная улыбка, и, повинуясь приливу благодарности и заботы, я вернулась в комнату за одеялом, накрывая им незадачливого капитана. Всю ночь дежурил у моих дверей бессменно. Я ненавидела, когда люди чувствовали себя передо мной обязанными, так уж повелось. Сигун нахмурился во сне, и мне показалось, что если я буду смотреть на него еще хотя бы секунду, он мигом проснется, поэтому поспешила подхватить сандалии и нырнуть в галерею, которая, как я помнила, вела в сад.       В голове скользнула шальная мысль, что если я задержусь даже не пару минут после общего подъема слуг, то Нума точно поднимет тревогу. Но уж очень хотелось пойти на риск и полюбоваться отцветающими персиками в ранний промозглый час. Тем более, что останься я хоть на миг в темной комнате, точно бы свихнулась.       Пустые галереи отражали гул моих осторожных шагов, как бы я ни хотела красться тише. Наверное, со стороны я выглядела весьма забавно, ползущая вдоль стенок, старающаяся не разбудить обитателей замка, но ничего с этим поделать я не могла, хоть плечами пожимай. Сандалии я и так несла в руках, чтобы хоть немного смягчить звуки, так что лично ко мне никаких претензий не было. И, перебирая всевозможные фильмы про шпионов и суперагентов, я вышла на веранду, которая по умолчанию стала моим любимым местом. Кажется, именно здесь я в первый раз сознательно поговорила с Гуэном, да и недавняя встреча с Зеленым драконом произошла именно здесь. Я вдохнула морозный утренний воздух, прикрыла глаза, чувствуя, как по телу табунами бегут мурашки, но не от холода, а от сказочности момента. Я не любила вставать рано, поэтому когда такое случалось, я будто бы оказывалась на перекрестке двух миров, не меньше. Я заулыбалась, вспоминая, что именно с таким часом были связаны ранние рыбалки с дедом на берегу озера. Только вот дедушки год, как уже нет, а я давно выросла.       В полной тишине сада я услышала кого-то постороннего и тут же навострила уши, избавляясь от воспоминаний. Если сейчас произойдет очередное покушение, никакой помолвки мне не видать, это было более чем очевидно. Но оказалось, что просто не я одна здесь ранняя пташка.       — Я вижу вас, господин, Аби, — усмехнулась я, замечая меж почти нагих деревьев лазоревую драконью макушку.       — А я видел Вас, принцесса Хоа Лан, — невозмутимо отозвался Сэйрю, выходя из-за своего незамысловатого укрытия. — Вам стоит более ответственно относиться к своей жизни.       Я опешила, а Синий бодро зашагал в мою сторону, не спуская с меня осуждающего взгляда. От кого я не ожидала услышать нравоучительные нотации, так это от безразличного ко всему Аби. Тот, остановясь перед верандой, взирал на меня снизу вверх и щурил янтарные глаза, словно вздумал меня просканировать. Ну а я в свою очередь пялила на него, отмечая, что он-то при полном параде решил наведаться в сад, а я как была в спальном кимоно, так в нем и осталась.       — Я побуду здесь, если Вы не возражаете, — осведомил Сэйрю, подозрительно меня оглядев. — Я думал, король Хирию предупредил Вас, чтобы Вы никуда без сопровождения не выходили.       — Он говорил, но на момент пребывания в Золотом Ханстве, — я наконец обрела дар речи, отвечая дракону таким же изучающим взглядом. Вот он точно оказался тем же, каким был в манге, даже не разочаровал. Фанат Сэйрю во мне прямо-таки ликовал.       — А нас он обязал присматривать за Вами день и ночь, — равнодушно отозвался Аби, отворачиваясь и глядя на сад.       Замолчали. Я смотрела на персиковые деревья, слушая просыпающихся птиц; ветер трепал лохматые волосы, и мои черные, и синие пряди воина. Только сообразила, что никакого пучка у того на голове не было — только небрежный вихор лазоревых волос. Похоже, он успел нацепить на себя только свою ханьфу. Я заулыбалась, прицыкнув на саму себя за то, что опять оставила веер в комнате, совершенно не ожидая, что встречу кого-то в такой час. Правда, нисколько не жалела, что этим кем-то оказался именно Аби — с ним удобно было молчать. Про Хирию такого не скажешь — с ним ни говорить, ни молчать было невозможно, но я с удивлением осознала, что и не видеть его больше не хотелось. Хотелось сделать так, чтобы в его обществе было удобно. Опять же — заставить себя симпатизировать, нет ничего проще.       Я не хотела сближаться ни с одним из героев этой арки, но, кажется, драконы и их король сами решили стать неотъемлемой частью моей жизни. Вот Аби, тот самый Аби, который понравился мне с первых кадров аниме и с первых фреймов манги, стоял прямо передо мной, бесстрастный ко мне и ко всему вокруг. И мне не хотелось с ним говорить, мне просто хотелось смотреть на то, как ветер треплет его волосы, и наслаждаться моментом, таким хрупким, таким несправедливо спокойным.       — Ваша служанка направляется в Ваши покои, — голос Синего дракона разбил тишину и заставил меня вздрогнуть от неожиданности.       — Нума? — глупо переспросила я, уже представляя, на сколько растянутся причитания горничной.       — Думаю, Вам пора возвращаться, — Сэйрю оглянулся через плечо, а его янтарные глаза блеснули в свете рассветного солнца, на миг зачаровав. Я хлопнула ресницами, а потом спохватилась.       — Вы правы, господин Аби, — я ломанулась прочь, на последок кинув только скупое: — Спасибо за вашу заботу, — и была такова, выскочила в коридор, где меня уже дожидался заспанный и хмурый Сигун.       Мне никогда не нравилось, когда в мангах про попаданцев основные персонажи, да и второстепенные тоже, неожиданно обступали главную героиню, в большинстве случаях оказывающуюся дурочкой или мягкой ромашкой. Драконы не должны обо мне печься, а я в свою очередь не должна с ними сближаться. Третьестепенной героине хватит и третьестепенного телохранителя, а Четыре Дракона — для Алого короля, и так было всегда. Я сжала рукава кимоно, следуя за капитаном и зарекаясь минимизировать встречи с драконами — у них своя роль в этой арке, и с принцессой кочевников она точно никак не вяжется. Я ведь уже согласилась стать невестой короля? Обузой для воинов я быть не собиралась, увольте. Хотя, конечно, порой невероятно хотелось быть в самом эпицентре событий — любимая манга, как о таком не мечтать? Но я давно выросла из этого, пора бы принять тот факт, что никому не известная Хоа Лан, так и останется безликой промежуточной героиней. Я тяжело вздохнула, переключаясь на мысли о том, как бы опередить Нуму и оказаться в покоях раньше нее, ведь это должно меня заботить, а не драконы и их король.

***

      «Хочешь надо мной смейся, режут облака рейсы, я считаю путь за цель. Забери меня в Сантандер!»       Кажется, горничная решила превзойти саму себя, колдуя над моей прической уже добрые полчаса, пока я грустно мечтала о том, чтобы и меня кто-нибудь забрал в загадочный Сантандер. Но этого явно никогда не произойдет, а вот в провинцию Нуур мне попасть все-таки удастся. До отъезда остался лишь час — я слушала, как по ту сторону седзи беспокойно сновали слуги, готовясь к отбытию короля. На кого он решил оставить Коуку и дворец, я не знала, авось на того типа с косой, — как то бишь его? — господина Цзянь. По идее, когда Хирию женится (по-настоящему женится), на время своих походов за главную в замке он будет оставлять королеву, и эта мысль показалась мне невероятно лишней в этот момент, когда Нума закалывала скрученные жгуты резными заколками. Все-таки пока что я, Хоа Лан, невеста короля Хирию, а та, кто будет потом — будет потом.       — Я закончила, принцесса Хоа Лан, — прервала ход моих размышлений служанка, придирчиво оглядывая проделанную работу. — Остался последний штрих, — торжественно объявила она, беря в руку тонкую кисть и чарку с красной краской. — Царским цветком испокон веков считалась хризантема, — начала Нума, прикасаясь мягкой щетиной к моей коже и вырисовывая на ней узор.       — Как она могла считаться царским цветком, если король Хирию правит Коукой без году неделя? — буркнула я, но обратилась вслух — все-таки, об этом я давно хотела спросить.       — Король Хирию не первый правитель этих мест, — невозмутимо отозвалась горничная, не отрываясь от своего занятия. — Вам должно быть прекрасно известно, что раньше эти земли были пустошью, где обитали редкие племена. Я застала такую жизнь, но была слишком маленькой. А потом явился король Хирию. Принцесса, он не сразу стал государем Коуки, — с придыханием поделилась служанка, от напряжения поджав губы и сосредоточенно глядя на мой лоб. — Наша страна раньше была разрозненными племенами, из которых потом появились Дома. Это было страшно, госпожа, когда селения сражались друг с другом и с королем, снизошедшим на землю. Я помню, что в тот день люди выходили на площадь, чтобы казнить Алого короля, но потом появились Четыре Дракона… Принцесса Хоа Лан, Вы слышали легенду о том, что кровь всех четырех богов окропила куст хризантем, росший прямо рядом с плахой? Они стали красными и расцвели в тот день, когда король Хирию ознаменовал начало истории Коуки. А раньше, когда еще не было ничего, именно хризантему нашел первый вождь племени, провозгласив ее цветком власти. Вот такая сказка, принцесса Хоа Лан, а я уже закончила, — победно заявила Нума, отнимая кисть от моего лба и оценивая выведенный узор, пока я переваривала сказанные ею слова.       Ну вот, теперь более менее все становилось на свои места, мне будто туманную завесу отодвинули. До Хирию были племена, когда он спустился с небес на землю, они воевали, а потом стали теми самыми Домами, которые иногда собирались на совет, чтобы обсудить насущные вопросы. Я готова была спорить, что потом из этих самых Домов появятся известные мне Кланы. Я сморщилась от обилия новой информации и глянула на себя в зеркало. Размалеванная кукла, ей-богу. И не то, чтобы Нума была плоха в макияже, просто для Цэрэн, такой суровой и воинственной, цветок хризантемы на лбу — дикость. Ей бы меч да в поле на вороном коне, обгоняя ветер. «Хочешь надо мной смейся, я лечу прямым рейсом, с каждым взмахом ближе цель. Забери меня в Сантандер!» — настойчиво играла в голове песня, а мысль о том, чтобы обучиться верховой езде стала более навязчивой. Может повезет, и я смогу начать заниматься уже в Золотом Ханстве, чтобы не терять даром целый месяц? Останется только убедить саму себя, что сидеть в отведенной комнате целыми днями будет необязательно.       — Принцесса Хоа Лан, — голос Сигуна был приглушенным и уставшим, а я пометила галочкой момент, чтобы проследить за его режимом сна, а то если он свалиться от бессилия, когда Хулан вздумает придушить меня своими дряхлыми ручонками, будет невкусно. — Если Вы готовы, позвольте проводить Вас до экипажа.       — Я готова, капитан, — отозвалась я, тоскливым взглядом скользнув по комнате, которую мне придется оставить может ненавсегда, но на месяц-то точно. — Нума, ты же поедешь в другой повозке?       — Следом за Вами, — кивнула горничная, попутно убирая непригодившиеся заколки обратно в шкатулку. — Не беспокойтесь.       Я молча кивнула, шагнув к седзи и подавив внутренний позыв укутаться в одеяло и засеть под пологом со словами, что я никуда не поеду. Но выбор уже сделан, и отступать было поздно — это я прекрасно понимала. На меня многие надеялись, и тут дело не в отношение к королю Хирию и драконам, а в чувстве ответственности, которое у меня, к сожалению, было привито.       Я скупо усмехнулась, лениво глянув на врученный Нумой веер, и раскрыла седзи, не дожидаясь, пока это сделает Сигун. Как только мы вернулись из сада, капитан королевской гвардии вернул мое одеяло с самым невозмутимым видом, но когда я заметила его бегающий взгляд, зареклась больше так не делать — мало ли. Это вам не современность, где грани между рангами и положениями почти стерлись, это древняя азия, где невестам короля вряд ли дозволительно проявлять заботу к собственным телохранителям. Если об этом узнают… Я тихо вздохнула, следуя за капитаном. Сколько бы времени ни прошло, мне никогда не освоится здесь. Это еще ладно мне приспичило принцессой переродиться, как известно, богачам прощаются их причуды, а если служанкой или деревенской девушкой? Меня бы со свету сжили в первые две секунды. От мыслей передернуло, и я постаралась сосредоточиться на нынешнем своем положении.       Только вот и это выходило у меня плохо.       Когда мы вышли, у главных ворот замка уже дожидалась вереница королевских повозок, около которых столпились драконы и не знакомые мне люди. Наверняка советники или главы Домов. Я шумно сглотнула, вжимая в лицо веер, и едва удержалась от того, чтобы вцепиться в руку шагавшего рядом Сигуна — стало страшно. Через каких-то шесть часов я окажусь в провинции Нуур, гиблом для меня месте, и в сказку о добром короле Хирию, который защитит от всех напастей, верилось все меньше. Где, кстати, моего героя носит? Я глянула поверх веера, но красных патл не увидела, только разноцветные макушки драконов. Ладно, не будем вспоминать о том, что опаздывать имеет право только дама. Я порадовалась капельке хорошего настроения и более уверенным шагом двинулась вперед, чувствуя свежий ветер на своих щеках. Приблизительно было девять утра, а я уже на пути к очередной передряге.       — Принцесса Хоа Лан, — при виде меня Гуэн учтиво кивнул. — Как Вы себя чувствуете?       — О, хорошо, спасибо, — я мимолетно улыбнулась, исподтишка взглянув на Сю-тэна, явно не собиравшегося обращать на меня внимание. А недавно рта было не заткнуть — так и рвался задеть. Но на сей момент не он был моей целью на следующие пару минут.       Убедив Гуэна, что со мной все в порядке, я оставила Сигуна проверять повозки, а сама в несколько шагов оказалась рядом с Зэно, развлекающегося себя тем, что он шаркал носком ботинка по мощеной камнем дороге. Выходил скупой шуршащий звук, приглушаемый ветром. При виде меня мальчишка вздрогнул, поднимая голубые глазенки, а у меня сердце отчего-то сжалось в болезненных судорогах.       — Доброе утро, Зэно, — бодро поздоровалась я, не отнимая от лица веера. Все-таки недомолвка со дня покушения между нами осталась, а с кем, с кем, но с Орю иметь напряженные отношения я никак не хотела.       — Доброе утро, госпожа Хоа Лан, — очнувшись от минутного наваждения, мальчишка учтиво кивнул в знак приветствия, опустив взгляд и сжав полы туники. Все еще дика мысль, что здесь ему всего семнадцать, и он не повидавший жизнь воин, а — ребенок, такой же, как и я. — Прошу простить меня, госпожа, что Вы пострадали, — выпалил Зэно, пока я разглядывая неестественно золотые волосы. Незаметно скривилась, а потом отняла от лица веер, сунув его за пояс и широко улыбаясь.       — Глупенький. Ты не должен меня защищать, слышишь? — повинуясь порыву, я опустилась перед драконом на корточки, взяв того за руки. — И не извиняйся, не люблю я этого, — я сморщилась, наблюдая за блеском в лазурных глазах, как у принцессы из мультика, ей-богу. — Вины здесь твоей нет. Береги свой дар для короля Хирию, Зэно, а не для кого-либо еще.       — Но Вы важны для короля Хирию, — попытался возразить мальчишка, а я лишь мотнула головой, выдав упрямое:       — Это не твоя обязанность — печься обо мне.       Мной двигала жалость. Я хотела оттянуть тот миг, когда Орю поймет свою силу, когда весь его мир в одну секунду перевернется с ног на голову. Было так непривычно глядеть в детские еще глаза, ведь в манге нам показали так мало того Зэно, каким он был рядом с королем Хирию и первородными драконами. А мне повезло, и если платой за это будет поездка в Золотое Ханство, я согласна. Подавив улыбку, я крепче сжала тонкие пальцы и опустила его руки, рывком вставая с корточек и вновь прикрываясь веером, словно ничего и не было.       — Не рискуй собой так бездумно, — добавила я, хмыкнув. — И… спасибо, Зэно, что пытался меня защитить.       Дракон с секунду хлопал глазами, а потом широко улыбнулся, явно счастливый от того, что добрая женщина решила избавить его от чувства вины. Ну а я торопливо зашага прочь, чтобы не выдать чего-нибудь еще. Сердце за него болело. Я разозлилась на саму себя — он всего лишь герой манги, так с чего я волнуюсь о нем? Но где-то в глубине души я прекрасно понимала, что теперь все будет иначе, теперь Четыре Дракона не просто картонные персонажи, которых я видела краем глаза, пока жила во дворце. Теперь, хочу я этого или нет, но они будут рядом со мной, и мне придется относиться к ним как к живым людям, а не как к персонажам японского комикса.

***

      Во дворце провинции Нуур было тихо — вот тебе и гостеприимство Золотого Ханства. В полном одиночестве я шагала по золоченым полам, скептически оглядывая вычурную лепнину на стенах и колоннах. Явно, что хан Хулан десятилетиями наживал свое добро, здесь все было не так, как в замке Хирию, не обустроенном еще, но ставшем более родным. Сквозь окна проглядывали скупые лучи света, освещая мне дорогу в неизвестном направлении. Куда идти, я не представляла, но прекрасно знала, что продолжать шагать необходимо, иначе… Что иначе? Я застыла, тряхнув головой. Что-то во всей этой ситуации не вязалось — одиночество. Хирию велел ни на шаг от него не отходить, и где он сейчас? Я остервенело заозиралась по сторонам, а в голове молотом стучала одна мысль: нужно найти Хирию, любой ценой найти.       — С возвращением, дочь.       Вздрогнув, я замерла, медленно обернувшись на голос. Благодаря воспоминаниям Цэрэн, я знала, как выглядел Хулан, но сейчас, увидев его воочию, почему-то отступила на пару шагов, раскрыв от ужаса глаза. Высокий седобородый мужчина стоял, оперевшись на одну из колонн, и смотрел на меня, пронзая черными глазами тело насквозь. Хотелось бежать, но я и шага сделать не могла, все смотрела в исчерченное морщинами болезненное лицо, холодея от ужаса. Вот и все, Данка, ты сгинешь под одной из резных колонн, где тебя даже с собаками не найдут.       — Ты привезла отличные новости, верно? — продолжил хан, нервно усмехнувшись, и метнулся за пазуху. — Помолвка старшей принцессы Золотого Ханства… Но ты немного ошиблась, это совсем не то, что я тебе поручал.       — Это не моя вина, отец, — мой голос был хриплым и словно чужим. Вопреки собственным желаниям я согнулась в поклоне, едва не касаясь лбом пола. — Я все исправлю, я убью короля Хирию…       — Уж постарайся, — громыхнул Хулан, невесть как оказавшись прямо надо мной. — Если подведешь меня, дочь, я убью тебя. Я люблю тебя, Цэрэн, уж воспользуйся вторым шансом, который я тебе даю…       Я подняла глаза, с немым криком наблюдая за тем, как хан замахнулся кинжалом, наотмашь рубанув по моей шее. Боли не было, только глупая обида на Хирию за то, что не защитил. Он обещал! Перед глазами все поплыло, а я почувствовала, как по моим щекам заскользили слезы. Вот так я и закончу, убитая собственным отцом. Какая глупая смерть для злодейки промежуточной арки. А потом все неожиданно закончилось.       Меня тряхнуло, и я открыла глаза — это повозка подскочила на одной из многочисленных кочек.       Кажется, я умудрилась заснуть, потому как прекрасно помнила, что, когда мы садились, Хирию умостился на противоположном сидении, а сейчас сидел возле меня, заботливо позволив мне уснуть на его плече. Я отшатнулась, со злостью замечая, что опять уляпала его кимоно своими слезами. Не соплями, так ими. Как же стыдно.       — Мы почти прибыли, принцесса Хоа Лан, — улыбнулся король, словно бы не замечая ни моего встревоженного вида, ни потекшую тушь. Нума меня убьет.       — Да, — растерянно отозвалась я, переведя взгляд в сторону окна. За ним раскинулся дворцовый комплекс, к которому мы стремительно приближались.       Вспомнился недавний сон, и мои плечи непроизвольно задрожали, но я хотела верить, что от горного холода, а не от страха. Главное, взять себя в руки, главное, быть осторожной и никуда не уходить одной. Главное… Все это чушь, я дрожала как осина от липкого ужаса смерти, я страшилась встречи с Хуланом, сестрами и братьями треклятой Цэрэн, боялась всего на свете. Ну же, Данка, это же просто сказка, и все сказки заканчиваются хорошо. Словно сквозь пелену я ощутила чьи-то руки на моих дрожащих плечах и прикрыла глаза, поджимая губы. Я не доверяла людям, я не чувствовала никакое тепло, кроме родительского, я жила по принципу Екатерины Яшниковой, так с чего мне сейчас доверять Хирию? Но отчего-то очень хотелось, чтобы жар его рук еще немного, самую каплю, согревал озябшее от страха тело. Еще совсем немного.       — Я защищу Вас, принцесса Хоа Лан, любой ценой, — уверенно доложил Хирию, тем самым приводя меня в чувства. Я отстранилась, опять же слишком грубо, чем могла бы, и чуть ли не прилипла лицом к оконной раме.       — Я доверяю Вам, — отозвалась сухо, чтобы не молчать, и прерывисто вздохнула, прикрыв глаза. По ту сторону раскинулся величественный дворец Нуур, словно бы ознаменовывая начало новой арки.       «Наша с ней основная задача — не застуканными быть на месте», — напомнил Високосный год, а моей основной задачей было не умереть, хотя бы в этом гребаном дворце. О сне, в котром я пообещала Хулану убить Хирию, я предпочла не думать. Все-таки жизнь третьестепенной героини манги не стоит жизни первого короля Коуки, поэтому приоритеты уже расставлены. Против канона не попрешь.       Нужно будет словить Нуму, чтобы она по-быстрому привела меня в порядок. Если уж и сражаться за свою жизнь, то при полном параде, верно? Я через плечо глянула на Хирию, который тоже очень сосредоточенно наблюдал за сменой пейзажа за окном. А потом, видимо, почувствовал мой взгляд и ободряюще улыбнулся. Что за чувства пронзили меня в тот момент — презрение или брезгливость — я не смогла разобрать, зато прекрасно почувствовала, как зардели мои щеки, от злости, судя по всему.       «Все позиции заняты… я держу тебя за руку... Я держу тебя — раз, я держу тебя — два, я держу тебя — три!» — вспомнилась песня совсем не в тему, и я торопливо отвернулась, понимая, что Хирию продолжал меня раздражать, даже больше, чем до этого. Но безумно хотелось, чтобы он держал меня, особенно сейчас, когда наш экипаж заезжал в главные ворота дворца Нуур. Держал за плечи, напоминая о своем обещании.       «Защити меня, король Хирию…»