Patchwork

Это было впервые, когда его разбудил поцелуй, и он всегда представлял это по-другому: мягкие, полные губы, красивые изгибы, которые свели бы с ума любого мужчину от желания прижаться к ним, сладкий смех и длинные шелковистые волосы, пахнущие клубникой или чем-то еще очень приятным и экзотическим. Но вместо полных губ он получил пару тонких; вместо сводящих с ума изгибов на нем лежало худое тело с намеком на мышцы, низкий голос шептал ему на ухо («Моей принцессе пора просыпаться!»), а слегка волосатые руки и ноги переплелись с его. Никакой клубники или чего-то еще очень приятного и экзотического. Только запах бриолина и намек на лосьон после бритья, украденный у его отца. Он обнаружил себя уютно устроившимся в теплом коконе, которым было тело Джона, зевая и потираясь щекой о плечо другого. Внезапно кулак врезался ему в плечо, и он взвизгнул. — Я сказал, проснись, придурок! — нетерпеливо заворчал Джон и толкнул Пола, который в ответ только уткнулся лицом в его шею, крепко обхватив руками. — Какой сегодня день? Разве еще не суббота? — сонно пробормотал он в шею Джона, слегка целуя ее. — Нет, сегодня четверг. Шевели своей ленивой задницей. — И что с того? Обычно тебе все равно, пойдешь ты в колледж или нет. На лице Пола мелькнула гримаса, а с губ сорвался вздох раздражения. Джон с улыбкой откинул волосы с его лба. — Знаю, — сказал он и поцеловал вышеупомянутый лоб, — но старина Мак сказал мне, что если я получу еще одно замечание, он вышвырнет меня. — Что? Я думал, ты сжег последнее. Почему ты позволил отцу забрать его? — Я просто шучу, Макка, — засмеялся Джон, взъерошив и без того растрепанные волосы Пола. — Но я действительно не могу получить еще одно. Мой директор просто ждет, когда я сделаю что-нибудь глупое, и когда я это сделаю, меня просто отчислят. Я же не могу этого допустить, правда? — Нет, потому что тебе так же не хочется идти работать, — ответил Пол с усмешкой и встал, беззвучно смеясь, когда Джон стукнул его по голове. — Что? Это правда! — Да, да… А теперь пиздуй в ванную, чтобы мы не опоздали на автобус. Наполовину закончив свой утренний ритуал в ванной, Джон присоединился к нему, чтобы поторопить. Каждый раз, когда Пол начинал медлить, он хлопал его по заду и тыкал в ребра. Завтрак был таким же суматошным. Они взяли ноги в руки и быстро вышли из дома. Майк все еще спал, так как его занятия в школе начинались намного позже — им обоим пришлось проглотить свои обвинения в опоздании, потому что он не постучал в их дверь, чтобы разбудить. Конечно, ни один из них не сказал Джулии истинную причину их позднего завтрака; накануне вечером они были слишком заняты друг другом и не спали почти всю ночь, целуясь до тех пор, пока один из них наконец не заснул. Теперь, когда они сидели в автобусе, в безопасности и с облегчением, у Джона и Пола было достаточно времени, чтобы успокоиться после утреннего хаоса. Они предпочли занять самые последние места наверху автобуса, который на удивление был довольно пустым. Джон обнял Пола за плечи, когда убедился, что никто не смотрит, и коротко коснулся носом его щеки, жадно вдыхая его запах. Лицо Пола покраснело, однако его рука медленно скользила вверх и вниз по бедру Джона, то и дело дружески сжимая его. В какой-то момент Джон остановил Пола, взял его за руку, поигрывая с его пальцами. — Ты ведь понимаешь, что мы должны молчать об этом? — нахмурившись, спросил он через некоторое время тихим голосом. Пол кивнул, его взгляд был прикован к их переплетенным рукам. — Полагаю, ничего другого нам не остается. — Наверное, нет, — согласился Джон. — И… Ты так же понимаешь, что я буду продолжать встречаться с Син? Пол постарался не показывать, что это слегка задело его и возбудило в нем ревность; он быстро посмотрел в другую сторону. — Конечно, — он беспечно пожал плечами, но убрал руку от руки Джона. — Конечно, мы ведь хотим, чтобы все было как обычно. Джон приподнял бровь. Покусывая ноготь, он пробормотал: — Ты также можешь продолжать встречаться с кем захочешь. Мне все равно. — Ну, у меня, наверное, нет другого выхода. Нужно же доказать твоим друзьям, что твой сосед не педик, — Пол выдавил вымученную улыбку, вспомнив, как Стюарт, этот вычурный хрен, назвал его педиком за его спиной, прямо у всех на глазах. Джон отвернулся, чтобы посмотреть в окно, и почесал нос. — Вэл будет в восторге. Она, наверное, уже трусики намочила в предвкушении. Маккартни с возмущенным смехом покачал головой; он не понял, отчего так быстро сменилось их настроение и почему Джон сейчас такой сердитый. Ведь это было именно то, чего он хотел. — Да, я думаю, Вэл, наверняка, будет рада меня видеть… — задумчиво произнес он, разглядывая свои ногти и не замечая мрачного выражения, мелькнувшего на лице его друга. Казалось будто прошлой ночи никогда не было. Джон и Пол расстались как обычно подшучивая перед началом занятий в школе и колледже, Джон ушел вместе с Синтией, крепко обняв ее за талию, а Пол отправился на занятия — правда без Джорджа. Он не смог удержаться и скривил лицо, заметив, как Синтия поцеловала Джона, и как он в ответ засунул свой язык ей в горло. Если бы только она знала, где еще этот язык побывал прошлой ночью, кого еще целовали точно так же собственнически… Пол молча усмехнулся. Однако последней каплей стал Джон, приоткрывший один глаз, чтобы посмотреть на него, продолжая почти насиловать рот своей девушки. Румянец, вспыхнувший на щеках Пола, заставил чувствовать себя еще более неловко и неуютно рядом с ними. Пенни за возможность делать то же самое с Джоном на публике, без осуждения другими людьми… Во время занятий мысли Пола вернулись к событиям предыдущего вечера. Он попытался вспомнить ощущение веса Джона, лежащего на нем, его губы, покрывающие все его лицо поцелуями, и то, как идеально они сочетались с его губами; не забыть его руки, которые побывали во всех местах. — Привет, Маккартни, — тихий, настойчивый шепот привлек его внимание. Пол отвел взгляд от доски и взглянул на своего одноклассника Арчи, который многозначительно шевелил бровями, глядя на него. — Чего? — прошептал в ответ Пол, не сводя глаз с учителя. — Прошлой ночью с тобой была очаровательная дама? — Хм? — Сердце Пола забилось немного быстрее, его щеки залились ярким румянцем. — С чего ты взял? — Я узнаю засос, когда увижу его, — ухмыльнулся Арчи, разглядывая темно-красное пятно, наполовину скрытое под воротником рубашки Пола. Глаза подростка расширились, не доверяя словам одноклассника, его рука потянулась к шее, как будто он мог что-то там почувствовать. Он никак не мог поверить, что Джон действительно сделал это — что у него хватило наглости заклеймить его таким интимным способом. — Итак, как все прошло? — продолжал настойчиво спрашивать Арчи. Пол чувствовал, что тому хотелось узнать все грязные подробности, но предпочел промолчать и улыбнуться. Ему все равно больше ничего не оставалось. — Хорошо, — честно ответил он. — Очень хорошо. — И? — Арчи облизнул губы и бросил на их учителя короткий взгляд: — Кто это был? Как ее зовут? Это девчонка из Художественного колледжа? Я знаю, что ты, Айвен, а еще твой мелкий друг знаете оттуда кое-кого. Пол нахмурил брови, обдумывая, как ответить на этот вопрос. Он начал покусывать указательный палец, избегая любопытного взгляда парня, а затем прошептал: — Да, она из колледжа. На два года старше меня, приятель. От Арчи не исходило ничего, кроме ошеломленного молчания; его глаза, казалось, почти вылезли из орбит, а рот образовал комическую букву «О». — Уважуха, Маккартни, — через некоторое время прошептал он в ответ и похлопал Пола по спине, пока их учитель отвернулся, отчего тот почувствовал себя еще более неловко. — Не знал, что тебе нравятся девушки постарше, но тебе действительно удалось заполучить одну… Уважаю. Пол едва заметно улыбнулся в ответ и быстро посмотрел в окно, пытаясь успокоить нервы и гадая, чем занимается его «девушка» в этот самый момент. — Стью? — М-м-м? — У меня вопрос. — Слушаю внимательно. Какой? Джон облизнул пересохшие губы, позволил своему взгляду блуждать по классу, подозрительно оглядывая своих сокурсников, прежде чем его взгляд, наконец, остановился на любопытном лице друга. — Ты знаешь парня живущего через два дома от Мими? Тот, у которого двадцать тысяч детей? Стюарт хихикнул в ладонь. — Конечно, знаю. Помнишь, как он втирал вам о последствиях курения? Что за придурок. — Ага, — Джон издал тихий смешок, хотя чувствовал, как все внутри него нервно трясется. — И что с ним? Он еще раз мельком огляделся, прежде чем прошептать как можно тише: — Знаешь, он педик. — Что? — уголки рта Стью дернулись в недоверчивой ухмылке. — Говорю тебе! Я застал его сосущимся с другим мужиком в кустах, когда в последний раз навещал свою старушку, — солгал Джон, молясь, чтобы это не выглядело настолько очевидно. — Но… Но сколько у него детей? Пятьдесят? Я думал, он счастлив в браке? — Я тоже так думал, но… он обжимался с тем незнакомцем и… и мне просто интересно… Ну вот зачем ему это? Можно ли просто — бум! — и ты гомик? — Последнее слово он прошептал очень тихим голосом, как будто оно могло ему серьезно навредить. — Это заразно? — Стью беззвучно рассмеялся. — Или так просто случается? — Я не знаю, Джон. Почему ты спрашиваешь меня? — Ты знаешь почему, — он многозначительно посмотрел на друга, приподняв одну бровь. Этим взглядом он пытался напомнить об одной конкретной пьяной вечеринке. Стью покраснел. — Отвали, придурок, — простонал он и толкнул Джона в плечо. — Ну, так это ведь правда. — Это не считается! — зашипел Стюарт; Джон тихо смеялся. — Это был просто поцелуй, ясно? — И почему же это не считается? — Потому что я был чертовски пьян и поцеловал бы даже гребаную газонокосилку! — Но со мной ты не пробовал, — нахмурился Джон, притворно надув губы. — Потому что даже у газонокосилки больше сексуальной привлекательности, чем у тебя когда-либо будет. — Заткнись! — засмеялся Джон, но почти сразу замолчал. Они продолжали работать над своим проектом, пока Стью не подтолкнул его ногой. — Так почему ты спросил меня? — Спросил о чем? — Джон был сбит с толку внезапным вопросом, казалось, он уже давно погрузился в свои мысли. — Может ли кто-нибудь вдруг превратиться в педика. Почему ты спросил? Стью не сводил глаз со своего нервно ерзающего друга, терпеливо ожидая ответа. Джон беззаботно пожал плечами. — Вдруг подумалось. Не о чем беспокоиться. Стюарт провел рукой по своим темным волосам, глубоко вздохнув. — Может быть, это из-за Пола?.. Джону потребовалось все самообладание, чтобы оставаться спокойным и не выдать эмоций. — Причем здесь Пол? Я же говорил тебе, что он не педик. Но только для тебя, напомнил ему тихий голос. Его друг поднял руки в защитном жесте: — Ладно, ладно. Я понял. Я просто волновался, вот и все. — Да нет, блядь, для этого причины. Он не делает никаких поползновений в мою сторону, и я тоже, так что хватит об этом! — огрызнулся Джон, стараясь произнести свою тираду как можно тише. Никогда не знаешь, кто может подслушать… — Я знаю, прости… — пробормотал Стью и решил сменить тему. Джон становился слишком чувствительным и легко расстраивался, стоило только сделать несколько тонких намеков на Пола и его сомнительную ориентацию. И все же Джон бросал на него странные взгляды каждые несколько секунд, покусывая большой палец. Еще через несколько секунд такого странного поведения он, наконец, прошептал: — Ты так и не ответил на мой вопрос. Стью отложил карандаш и раздраженно потер лицо. — Ну, не знаю, Джон. Может быть, ты родился таким, или, возможно, в какой-то период своей жизни ты осознаешь, что вообще-то тебе просто хочется сосать члены. Но, пожалуйста, перестань приставать ко мне по этому поводу, как будто я знаю каждый чертов ответ, ради всего святого. Джон снова на мгновение замолчал, собираясь с мыслями. — Но… можно любить и то, и другое, не так ли? Я имею в виду девчонок и парней. Стюарт повернул голову и странно посмотрел на него. — Я полагаю, что можно, — медленно сказал он. — Но тебе-то это зачем? Ты обычно не спрашиваешь о чем-то только из-за любопытства. Джон посмотрел на свой рисунок, хрустя костяшками пальцев, игнорируя вопрос, который все еще висел в воздухе. Стюарт продолжал задумчиво смотреть на него, пытаясь прочесть выражение лица своего друга, надеясь в нем найти ответ. С раздраженным вздохом он сдался, покачав головой. — Если бы не знал тебя лучше, подумал бы, что ты сам хочешь попробовать… Все эти гейские штучки. Внезапно нога Джона с силой ударила его по голени, заставив его поморщиться от боли, а на глазах выступили слезы. — Перестань нести такую чушь. Ты не хуже меня знаешь, что я никогда не превращусь в гребаного гомика. — Или переспишь с одним из них, если уж на то пошло. Довольная улыбка появилась на губах Джона, когда его сообщение, казалось, достигло до тупой башки собеседника. Однако он чувствовал, что должен четко все прояснить, и как только урок закончился, он разыскал свою девушку, взял ее за руку и потащил прочь из колледжа. — Не хочешь съездить в Нью-Брайтон? Сначала она пыталась протестовать — и ее просьбы и мольбы оставались неуслышанными, — но как только Джон привел ее на пляж после их прибытия, она прекратила. Джон действительно четко все прояснил. Несколько раз. Однако его мысли возвращались к Полу всякий раз, когда он был недостаточно осторожен… Полу, который остался в школе и который весь обеденный перерыв бегал по обоим школьным дворам, пытаясь найти Джона, и с каждой минутой все больше расстраивался. Пол сидел в гостиной и молча делал домашнее задание, а тревожный шум мыслей создавал в его голове непреодолимую стену звуков. Он не мог перестать думать, и мысли сводили его с ума. Сходил с ума от гнева, сходил с ума от беспокойства, сходил с ума от замешательства… Он вздохнул и перевернул следующую страницу своего учебника, аккуратно сделав несколько заметок. Так где же он сейчас, в плане отношений с Джоном? Может быть, они просто дурачились или, может быть, это было чем-то более серьезным, в чем ни один из них не мог признаться? Неуверенность заставила Пола забеспокоиться и отправила его в нескончаемую гонку эмоций на американских горках. Прямо сейчас он хотел причинить Джону физическую боль, хотел показать свое уродливое лицо, и одновременно все, чего он хотел, — это просто быть с ним и никогда больше его не отпускать. Пол довольно быстро сообразил, что Джон, должно быть, куда-то уехал с Синтией, поскольку никого из них не было в колледже. Что ж, Джон определенно позаботился о том, чтобы все оставалось как обычно, к большому огорчению Пола. Может быть, ему следует поступить точно так же — встречаться с девушками, да. Ему было интересно, чем Вэл занималась все эти дни. У него был ее номер телефона, но он стеснялся ей позвонить. Да и что он должен был ей сказать? «Привет, не хочешь сходить в кино, чтобы я мог доказать своей тупой влюбленности в парня, что все в порядке?» Покачав головой с безрадостным смешком, Пол пролистал последние оставшиеся страницы, которые ему предстояло прочитать, и застонал от того, сколько еще осталось. Он посмотрел на свои записи и заметил, что половина из них состояла из бесчисленного количества вариаций Леннона и Маккартни. Леннон/Маккартни, Маккартни/Леннон, МакЛен, МакЛеннон… Господи, он действительно превращался в девчонку, да? Звук внезапно открывшейся двери испугал Пола, и он выпрямился. Если бы это был его брат, Джулия или даже его отец, ему пришлось бы быстро спрятать бумагу. Если бы это был Джон, что ж, тогда… — Привет, Пол, — поприветствовал его Джон, когда он вошел, сияя довольной, вымученной улыбкой. — Привет… — смущенно ответил Пол и быстро опустил глаза к своим заметкам. — Дома больше никого нет? — спросил Джон и подошел ближе. — Нет. — Странно, — Джон рассеянно почесал внутреннюю поверхность бедра; песок адски чесался и был просто повсюду. Несколько секунд он наблюдал за Полом, как его тонкие пальцы осторожно переворачивали страницы книги, как он сосредоточенно нахмурил брови, не потрудившись поднять взгляд. Он пожал плечами и отвернулся. — Пойду, приму ванну, — объявил он и неторопливо вышел из гостиной. Пол внимательно прислушивался к звуку его шагов, затаив дыхание. Когда он больше ничего не услышал, то вздохнул. Обычная жизнь. Это было то, чего они хотели, верно? Вести себя нормально, как будто ничего не случилось… И Джон очень хорошо справился с этим. Щеки Пола вспыхнули, когда он представил себе, что делали Джон и Син; у него было предположение, если судить, как Джон почесался там внизу, улыбаясь, как придурок. Живи дальше, подумал Пол про себя с тихим вздохом, как будто, блядь, ничего не случилось. Знакомое желание чего-то темного и сладкого, также известного как шоколад, внезапно вторглось в сознание Пола, и у него потекли слюнки. Шоколад. Это было мгновенное счастье. Его отца не было дома, чтобы ударить его по рукам, и Майка не было рядом, чтобы подкрасться к нему незаметно. Хитро улыбаясь, он быстро поднялся и направился на кухню, что-то напевая себе под нос. Довольно скоро он вновь ощутил разочарование. Весь шоколад пропал. Так что последний батончик, украденный его братом, действительно был последним. Ну разве не чертовски чудесный день? Чувствуя себя еще хуже, Пол вернулся бы к своей дурацкой домашней работе, если бы не заметил что-то блестящее. Горячий шоколад. Джулия купила горячий шоколад. Это было чудо, как быстро поднялось его настроение. Как только он приготовил себе кружку и сел за кухонный стол, он не мог чувствовать большего блаженства. Он сделал несколько глотков напитка, думая, что это просто настоящий оргазм для его вкусовых рецепторов, но затем случайно вдохнул немного горячей жидкости. Он сильно закашлялся, пытаясь вытолкнуть ее из легких. — Ты в порядке, приятель? — в поле зрения появилась мокрая голова Джона, когда он выглянул из-за угла, и его глаза расширились от шока, когда он увидел, что его друг почти на грани смерти. Потребовалось меньше мгновения, чтобы Джон оказался рядом с Полом и с силой похлопал его по спине. — Давай, Пол! — подбадривал он своего задыхающегося друга и выдохнул с облегчением, когда Пол, наконец, пришел в себя. — Спасибо, — хрипло прошептал Пол. Только сейчас он заметил, что на Джоне было только полотенце, плотно обернутое вокруг бедер. Если бы его лицо уже не было красным от попыток спасти свою жизнь, он бы сейчас яростно покраснел. Джон сел рядом с ним на стул и покачал головой. — В следующий раз будь осторожнее. — Я прекрасно это знаю, спасибо, пап! — огрызнулся Пол, взял кружку и осторожно поднес ее к губам. Словно демонстрируя, что он действительно способен пить, как нормальный человек, он сделал два глотка и многозначительно посмотрел на Джона. Леннон тихо усмехнулся и посмотрел на него с удивлением, возможно, даже с любовью. Пол почувствовал, как кровь снова прилила к его лицу, когда он заметил, что взгляд Джона задержался на нем. — Что?! — раздраженно спросил он, отставляя кружку. — У тебя усы, — засмеялся Джон. Он протянул руку, и прежде чем мозг Пола успел осознать происходящее, ладонь Джона легла ему на щеку, а большой палец вытер след от горячего шоколада над верхней губой. — Видишь? — ухмыльнувшись, он засунул палец в рот. Пол сглотнул и изо всех сил старался не пялиться на него, загипнотизированный его действиями. Вместо этого он выглянул в окно и попытался избавиться от дурацкого яркого румянца на щеках — что было практически невозможно, учитывая, что Джон придвинулся ближе на стуле и снова протянул руку, обхватив лицо Пола. Не говоря ни слова, он наклонился и поцеловал смущенного подростка, нежно и сладко. Несколько капель воды стекли с его мокрой челки на лоб Пола, заставив его тихо захихикать. Джон улыбнулся одними губами, и большим пальцем мягко погладил парня по щеке и слегка приоткрыл его губы. Пол тоже охотно открыл рот, и вскоре они слились в медленном, глубоком поцелуе, от которого у них затрепетало в животе. Пол захныкал, когда Джон отстранился, чтобы перевести дыхание, прижавшись лбом к его лбу. — Шоколад очень вкусный, — тихо сказал он, смеясь. — Ты мог сказать. Я бы и тебе приготовил чашку. — Нет, — Джон слегка покачал головой и снова поцеловал Пола. — Я предпочитаю этот способ. На вкус намного лучше. — Намного лучше, чем Синтия? Забавно, как быстро можно испортить такой момент. Но этот вопрос вертелся на кончике ревнивого языка Пола с тех пор, как Джон вернулся домой. Леннон, однако, воспринял это не очень хорошо. На самом деле Джон откинулся назад с раздраженным взглядом и пронзительно посмотрел на Пола, заставив того внутренне сжаться. — И какого хера это должно значить? — прорычал он, сложив руки на груди. Но Пол не собирался сдаваться и мог быть таким же грубым засранцем, как и Джон. — Ты точно знаешь, о чем я говорю. Тебя не было в гребаном колледже, потому что ты был слишком занят, трахая ее где-то в другом месте. — И что? В чем, блядь, проблема? У меня есть на это право, Пол, и это не изменится, понял? Да твою ж мать, хоть раз перестань вести себя как чертова ревнивая подружка и вытащи свою голову из задницы! Обычно полные, манящие губы Маккартни были сжаты в жесткую, уродливую линию, из-за которой его лицо вместе с темными глазами казалось намного жестче, чем было на самом деле. — Прекрасно! Но знаешь что, Джон? — прошипел он. — Меня тошнит от этих гребаных игр, в которые ты пытаешься играть со мной. Он встал со стула, чуть не опрокинув его, и пошел наверх, оставив свою чашку с горячим шоколадом и сердитого Джона Леннона позади. Все тело Джона дрожало от ярости, но как только он услышал, как открывается входная дверь, ему пришлось взять себя в руки — как бы трудно это ни было. — Дорогой? С тобой все в порядке? — спросила Джулия, войдя на кухню с приятной улыбкой. — Почему ты сидишь полуголый на кухне? Она могла быть удивлена и в равной степени смущена этим зрелищем, но Джон не хотел ничего объяснять. Он просто встал и прошел мимо нее, избегая встречаться с ней взглядом, и пробормотал: — Я в порядке. Как только он снова оказался в ванной, он захлопнул дверь.