Проклятие разбитого сердца, или Пособие:"Как влюбиться в некроманта".

***

Ильмир по-особому любил свою драконью ипостась. Ощущения свободы, воздуха под крыльями, полета и собственной силы — он готов был отдать многое за эти чувства раньше, поэтому искренне наслаждался тем, что мог снова летать. Далеко внизу под ним мелькали города, деревни, реки и озера, дремучие леса и бескрайние равнины, а сверху ютились облака, которые он то и дело задевал своими шипами. Он старался лететь осторожно, чтобы Мераги, сидящей на его спине, было удобно. Она восседала на нем с гордостью, расправив плечи, и с высоты драконьего полета осматривала окрестности. Они были идеальной парой — сильный, мощный дракон, разрезающий небесную твердь и воинственная огненная великанша, держащая наготове лук. Оба готовы были идти до конца и не сдаваться, двигаться бок о бок в бою и в семейной жизни. Ильмир знал, что Мераги достойная спутница, готовая разделить с ним и печали, и радость, знал, что готов на все ради нее, и был счастлив. Они летели через всю страну к острову Забвения, прихватив с собой нужные ингредиенты и надеясь, что Антраксар и Аркрес действительно находятся там. Ильмир боялся ошибиться сейчас, ведь потерянное время может стоить жизни Аркресу. Мераги перед полетом успокаивала его, вселяя надежду, что их путь верный, за что он ей был благодарен. Глянув вниз, Ильмир понял, что они долетели, и пошел на снижение, мысленно попросив Мераги держаться покрепче, чтобы не свалиться при маневре. Ветер свистел в ушах, трепал волосы, которые разметались по плечам, Местность вокруг оказалась совершенно незнакомой. Море, омывающее остров со всех сторон, накатывало на прибрежные скалы, которые словно крепостные стены возвышались по берегу, деревья росли небольшими группками, создавая впечатление Атлантов, держащих свинцовые тучи на своих могучих плечах, местами по всему острову были разбросаны каменные кучки, похожие на муравейники, с северной части поросшие мхом и лишайником. Остров казался пустынным и совершенно безлюдным, полностью оправдывая свое название. Хотелось поскорее покинуть его и никогда больше не возвращаться, забыть, стерев любые воспоминания о столь мрачном месте. — Немного не рассчитал я, когда преземлился здесь, — Ильмир уже успел принять свой человеческий облик и осматривался по сторонам. — Вон там вдалеке виднеется что-то похожее на замок, но идти отсюда далековато. — Дойдём так. Только не стоит опять перевоплощаться в дракона — привлечем лишнее внимание, если тут кто-то есть. — Я и не собирался. Как думаешь, они здесь? — Проверим и узнаем. Ты оставил ведь Адриану и Сержу свой кинжал, чтобы они смогли порталом воспользоваться? — Оставил, но сюда они не смогут все равно попасть — у них нет приглашения от Антраксара. — А как мы тогда попали? У тебя есть приглашение? — Нет, но здесь старая защита в виде стены, а сверху магического барьера нет, поэтому дракон или ведьма на метле может проникнуть на остров, минуя защиту. Хотя ведьма, наверное, не может, — добавил Ильмир после секунды раздумий, — у неё метла так высоко не поднимется. — Получается, что никто не знает, что мы здесь, так? — Не знаю, но скорее всего, никто и правда не заметил этого ещё. — Это нам на руку — можем спокойно подобраться к замку незамеченными, — Мераги завязала волосы в высокой хвост, чтобы они ей не мешали, поправила на спине лук и колчан, проверяя все крепления, потуже завязала узел на плаще, готовясь преодолеть расстояние до замка. — Надеюсь, нам повезёт. Идём, — Ильмир протянул Мараги руку — так идти удобнее.

***

— Кайя? — Антраксар не узнал собственный голос. Обычный вопрос прозвучал как приговор. — Здравствуй, Антраксар, здравствуй, Аркрес, — женщина у камина встала, медленно развернулась и улыбнулась вошедшим. Она больше не скрывала свою внешность под личиной. Кайя оказалась гораздо ниже ростом, с темно-русыми волосами, спадающими вдоль плеч, её высокие скулы выгодно выделялись, придавая лицу некоторой строгости, карие глаза смотрели прямо в душу, словно читали самые сокровенные мысли. Аркрес отметил их внешнее сходство с Димитрионом, поражаясь этому. Кайя завораживала, притягивала к себе взгляды. Во всем её облике отражалась ведьминская сущность, от неё веяло могуществом и спокойствием. Она никоим образом не выдавала свое истинное состояние, невозможно было понять, что она собирается сделать в следующую секунду; Аркрес почувствовал напряжение Антраксара, мельком заметил скапливающуюся магию на кончиках его пальцев — готовится защищаться, но почему-то самому Аркресу Кайя не показалась враждебной. В ней угадывалось сожаление или ему хотелось так думать. — Кайя, не подходи ближе, — Антраксар не приказывал, он просил, боясь причинить вред ведьме. — Не бойся, мне ты не причинишь вреда, — голос Кайи рассыпался десятком колючих льдинок под сводами комнаты, — и я тебе ничего не сделаю. Я не враг вам. Так получилось случайно, и я рада, что вы оба пришли сюда. Антраксар, этот замок ждал тебя все эти годы, я лишь подготовила его к твоему возвращению. Аркрес, я не хотела, чтобы так получилось, прости. — Прости? Просто прости и все? — напряжение, копившееся до этого, хлынуло потоком возмущений. Аркрес не заметил, как с его пальцев сорвались языки пламени, устремляясь на стены, взлетая к потолку. — Карвана, Кайя, или как там тебя. Ты чуть не лишила меня жизни, а теперь говоришь прости? Вот так просто, словно наступила на ногу, а не наслала смертельно проклятие? — Сердце, — к разъяренному Аркресу подошел Антраксар, обнял за плечи, успокаивая. — Если сейчас ты продолжишь так волноваться, то никакая сдерживающая магия не поможет, — он говорил тихо, практически шептал, поглажива, Аркреса по плечам, едва касаясь губами его шеи. Тот замолчал, восстанавливая дыхание, прикрыл глаза, заставляя внутренний Огонь затихнуть. — Все нормально, можешь отпускать, — выдохнул Аркрес, — эмоции отступили. — Хорошо, — Антраксар отошёл в сторону, отпуская плечи. — Кайя, у нас мало времени. Что нужно для зелья? Пыльца у тебя есть, а остальное у наших друзей, они должны скоро прийти сюда. — Нужно набрать болотной воды из гнилого дерева, — начала перечислять Кайя, — затем найти котёл, который не мыли семь лет и добавить слезу ведьмы, палец великана, траву-мураву, чешую русалки и пыльцу Амарилиса. Варить три дня, и все готово. — Какой воды надо набрать? Болотной? А по-другому никак нельзя? — Аркрес был в ужасе, услышав, что ему придётся пить зелье из болотной воды. Он окинул возмущенным взглядом ведьму, перевёл его на Антраксара, который лишь пожал плечами, мол он не имеет к этому никакого отношения. — Ксар, а ты почему сразу не упомянул это? — А если бы ты знал, то отказался бы разве? Кажется, здоровое сердце стоит того, чтобы потерпеть неприятный вкус болотной воды. — Ладно, ты прав. Конечно, я бы и земли поел с кладбища, если бы это смогло избавить от проклятия. — Пойдёте сейчас за водой и котлом или отдыхать будете? — спросил Димитрион, молчаливо стоящий в паре шагов от Кайи до этого. — Некогда отдыхать, пойдем искать воду, — ответил ему Аркрес, направляясь в сторону двери. — Ксар, идёшь? — Да, уже иду. Кайя, мы же сможем поговорить позже? Думаю, что нам четверым есть, что обсудить. — Конечно, — кивнула ведьма. — Когда я вам все расскажу, то, надеюсь, вы поймёте меня. — Может быть, — пробормотал себе под нос Аркрес, толкая вперёд дверь и увлекая за собой Антраксара. Пейзаж вокруг становился привычным и не таким пугающим. Аркрес шел чуть, отставая от Антраксара, снова погрузившись в свои мысли, которые, казалось, не покидали его голову последние несколько дней. Сейчас он пытался понять, что стало причиной, по которой Кайя нарушила обещание, данное его матери, подвергнув его жизнь опасности. Он был в замешательстве, услышав ее обыденное «прости», понимая, что она весь год жила на этом острове и даже не удосужилась написать ему или подать знак, о том, что с ним происходит. Возможно, все сводилось к тому, что она коварная ведьма, хорошо умеющая скрывать свою истинную натуру, но наложить практически смертельное проклятие из-за украденных монет — в голове не укладывалось, что кто-то действительно способен на такое. Аркрес порывался поделиться своими рассуждениями с Антраксаром, но передумал, решив, что спросит напрямую у Кайи так, чтобы она не смогла уйти от честного ответа. Он ускорился, догоняя Антраксара, который ушел достаточно далеко вперед, замечая, что они находятся в сильно запущенном саду, где уже не было четко очерченных дорожек, а корни деревьев все чаще стали путаться под ногами, затрудняя им путь. — Куда мы идем? — наконец-то поравнялся он с Антраксаром. — К гнилому дереву с болотной водой. — На этом острове действительно есть такое? Получается, что мы все равно бы добрались до него? — Есть. Такие деревья можно найти практически везде, где есть темная магия, а ее тут полно. Нам необязательно было добираться сюда, потому что они растут на различных кладбищах или недалеко от склепов, к одному такому мы как раз подошли, — Антраксар остановился перед самым настоящим склепом, оплетенным корявыми ветвями плюща, который явно не посещали уже множество лет. — Почему у меня складывается впечатление, что ты меня все же собираешься убить, а не проклятие с меня снять? На кладбище мы вдвоем оказываемся второй раз и второй раз мы ищем что-то, что я должен буду выпить. Ксар, ты уверен, что это хорошая затея? Поцелуй истинной любви точно не подойдет? — К сожалению, не сработает, — Антраксар взял Аркреса за руку, переплетая с ним пальцы, поглаживая большим тыльную сторону его ладони. — Единственный способ — зелье с привкусом мертвечины. — Печально. Ладно, где тут дерево? А, кстати, Кайя не могла сама этой воды набрать или она не знала, где тут склеп? — Знала, но это было бы бесполезно. В свежесобранную воду необходимо сразу капнуть каплю моей крови и магии, иначе зелье нет смысла даже начинать варить — не сработает. — Теперь ясно, почему только некромант может снять проклятие. Кажется, это был продуманный план с самого начала, нет? — Может и так, а может и нет, — пожал плечами Антраксар. — Если это и был продуманный план, то уж больно она рисковала, ведь я мог просто не согласиться, либо Серж с Адрианом не догадались обратиться ко мне, либо обратились бы к другому некроманту с уровнем силы выше среднего. — Тоже верно. Тогда скажи, куда идти и что искать? Просто любое гнилое дерево, в котором есть вода? — Да, оно тут такое одно, поэтому не ошибешься. Я пойду направо, а ты — налево, встретимся перед входом в склеп. — Хорошо, — Аркрес, внимательно рассматривая каждое дерево, пошел налево, надеясь, что на поиски не уйдет много времени. Антраксар обходил поляну медленно, глубоко вдыхал влажный воздух, расслабляясь, отпуская тревогу. Сколько бы он не пытался бежать от своего второго «Я», оно всегда оставалось с ним, сопровождая молчаливой тенью, которую не замечать становится сложнее с каждым разом, а прятать и вовсе бесполезно — все равно извернется и вылезет наружу, когда совершенно не ждешь. За эти почти сутки на острове Забвения Антраксар стал привыкать к ней, вновь пробовать ужиться с ней в одном теле, позволить себе не сдерживать ее. Около древнего склепа это чувствовалось в разы сильнее — Тьма здесь была полноправной хозякой, сгущаясь, питаясь чистейшей магией предшественников Антраксара, которые служили ей уже несколько тысячелетий. Она вырвалась, тянулась длинными тенями, которые теперь неотрывно следовали за Антраксаром, но не были видимы вне магического зрения. Тени признали в нем своего хозяина, слились с его второй сущностью, делая его еще менее уязвимым, а Антраксару оставалось лишь научиться управлять ими, не давая поглотить свой Свет. Прямо сейчас они тянули его в нужном направлении, но он не торопились подчиняться, останавливаясь у каждого дерева, прислушиваясь к нему, проводили руками по мокрой после дождя темной коре, по корявым ветвям, склоняющимся к нему. — Ксар, я, кажется, нашел! — прокричал где-то в метрах двадцати от него Аркрес. — По крайней мере, оно похоже на гнилое и тут вода. — Иду, — Антраксар поспешил в нужном направлении, тени довольно понеслись следом. Он ощущал их присутствие теперь постоянно, будто они были вторым плащом. Аркрес оказался прав: дерево, около которого он стоял, действительно было гнилым, а в изгибе его ствола образовалась ложбинка, заполненная мутной водой с неприятным запахом гнили и болота. Антраксар снял с пояса небольшую стеклянную флягу и зачерпнул ею немного жидкости, протянул сосуд Аркресу, вытащил кинжал Ильмира из ножен и разрезал ладонь вдоль — из раны тут же медленно потекла тонкая струйка крови, стекая вниз по ребру ладони. Аркрес поднес к руке флягу, вода в которой приобретала с каждой каплей все более насыщенный бордовый цвет. — Хватит, — Антраксар протянул пробку, которой Аркрес поспешно заткнул флягу, цепляя теперь ее уже себе на пояс. Затем перехватил кровоточащую руку, накрыл сверху своей, сосредоточился, потянулся к своему Огню, залечивая порез. Рана слабовато засветилась и исчезла, словно ее тут никогда и не было. — Ну хоть чему-то я научился за это время, — любовался своей работой Аркрес. — Спасибо, — Антраксар немного наклонился, целуя Аркреса в щеку, — ты и правда научился залечивать, хотя на мне бы и само затянулось. — Зачем ждать, если я рядом? — И то верно. Воду мы набрали. Возвращаемся? — Да. — Кивнул Аркрес, беря за руку Антраксара, уходя от дерева обратно к склепу. — Мне стало здесь нравиться, — нарушил молчание Антраксар. — А тебе? — Не особо, если честно. Здесь мрачно и сыро, неуютно, холодно как-то. Второй раз я бы не вернулся сюда еще очень долго, но понимаю, почему тебе здесь нравится. — Почему? — Твой дом, — пожал плечами Аркрес, — здесь огромная часть тебя. Я чувствую Тьму, ее на острове очень много, а в тебе ее примерно половина, поэтому неудивительно, что вы друг друга принимаете. — И тебя не смущает это? Не хочется сбежать? — Ксар, Тьма есть у каждого, — Аркрес остановился, внимательно посмотрел в глаза Антраксару, считывая в них сомнения. — У кого-то ее чуть больше, у кого-то меньше. Мы не так давно вместе, но пока ты никак не навредил мне, а наоборот постоянно вытаскивал из разных приключений, рискуя ради меня. Поверь, пока этого достаточно, чтобы принимать твою вторую сущность, да и я далеко не идеальный, ты сам знаешь. — Я и сам не знаю, на что способна Тьма во мне. Много лет я выпускал ее лишь на короткое время, когда совершал ритуалы, а теперь все чаще. На острове у меня снова появились тени. Ты их видишь? — Такие серо-синие и за тобой тянутся постоянно? — Да. Получается, видишь. И как они тебе? — Похожи на второй плащ, — улыбнулся Аркрес, подходя вплотную к Антраксару и кладя свою руку ему на правое предплечье, слегка сжимая. — И мне они тоже нравятся. Я мало что знаю о тенях, но они не кажутся мне враждебными. — О, они могут многое. Например, могут скрыть меня и того, кого я захочу от внешнего мира, могут быть моим оружием в бою, могут схватить любого, на кого я им укажу, и удерживать его, пока я не прикажу отпустить, они могут утянуть на сторону тьмы, поглотить, возможно, убить, но я надеюсь, что это преувеличение. — Ты боишься их? — Не их, а того, что они могут сделать. Я сильный маг, а значит и они сильные, поэтому их сложнее контролировать. — И есть вероятность, что ты их не удержишь? — Есть, — кивнул Антраксар. — И даже я не смогу помочь? — Не знаю. С тобой я магически связан, но это не значит, что моя Тьма будет подчиняться тебе так же, как и мне. — Антраксар с надеждой и благодарностью смотрел на Аркреса, осторожно сжимая его ладонь на своем предплечье свободной левой рукой. Ощущение тепла на нем позволяло поверить, что он сможет не подчиниться Тьме, пока Аркрес с ним рядом, пока он чувствует его руку в своей, пока связь между ними крепнет с каждым днем. Он подался вперед, обнял Аркреса, кладя голову ему на плечо, закрыл глаза, позволяя ему вплести пальцы в свои беспокойные кудри, провести от затылка к шее подушечками, а потом вернуться обратно. В объятиях супруга тревоги отступали, страх исчезал, не успев укрепиться, а Тьма послушно свернулась на своей половине, подчиняясь огненным искоркам, которые успели проскользнуть к ней. Аркрес прижал Антраксара за талию второй рукой, легкими поцелуями покрывая его скулу, щеку, переходя на шею. Они стояли вдвоем напротив древнего склепа, слушая лишь сердца друг друга, разрешая себе не думать ни о чем, отдаваясь эмоциям.

***

— Получается, что дошли, — указала Мереги на каменный мост с головами грифонов, ведущий к замку. — Как думаешь, они и правда там? — Не знаю. Какой смысл гадать? Надо идти и проверить. — А если перелететь эту стену? — А это возможно? Если да, то полетели. — Тут, кажется, тоже нет сверху защиты, так что должно получиться. Мераги пожала плечами, отходя в сторону, чтобы Ильмир не задел ее крылом или лапой после перевоплощения. Мгновение и перед ней оказался дракон, чьи чешуйки в сером свете промозглого дня казались глубокого синего цвета с редкими проблесками изумрудных бликов, которые теперь напоминали море перед штормом. Дракон расправил серебряные крылья, которые теперь казались темнее, опуская одно чуть ниже к земле, чтобы Мераги было легче на него забраться. Она аккуратно, чтобы не повредить кожу на них, (хоть Ильмир и уверял, что она настолько плотная, что выдержит несколько огромных валунов, а уж тем более великаншу, которая в своем обычном обличии была в разы меньше и легче дракона) уселась между шипами, поправила одежду, проверила крепление лука и колчана со стрелами и мысленно сообщила Ильмиру, что к полету готова. Дракон кивнул, на секунду замер, напрягая мышцы, и взлетел, поднимая в воздух жухлые листья, нападавшие с ближайших к мосту деревьев. Они летели медленно, каждый внимательно всматривался в то, что происходило внизу. Ильмиру это было куда проще делать, так как одним из преимуществ драконов всегда было особое магическое зрение, позволяющее им видеть даже через полог невидимости, если уровень магии был выше среднего. Они перелетели мост, не заметив под собой ничего подозрительного, лишь почувствовав, что воздух будто бы стал более вязким, неприятно облепляя открытые участки кожи. Мераги привстала на колени и подползла ближе к краю драконьей спины, рукой держась за один из самых длинных шипов. Она рассматривала проплывающие под ней кроны деревьев и хищные шпили стены, оглядывалась по сторонам, ища кого-то из друзей или врагов. Вдруг дракон стал снижаться, почти цепляя лапами верхние ветви — он кого-то увидел и намеревался вовсе приземлиться, о чем предупредил Мераги, прося держать заряженный лук наготове, она последовала просьбе, снимая со спины оружие и кладя стрелу на тетиву, слегка натягивая ее, готовясь в любой момент вступать в бой. На поляне, куда они спускались, высилось странное сооружение из серого старого камня, поросшее плющом и мхом, а недалеко от него стояли двое магов. Дракон завис над ними в воздухе, перешел на магическое зрение, вычисляя по ауре, кто под ним; через время он кивнул чешуйчатой головой, передавая Мераги то, что они нашли Антраксара и Аркреса, которые сейчас стояли обнявшись и совершенно не подозревая, что прямо над ними завис огромный крылатый ящер. Ильмир тихо, стараясь не привлекать внимание магов, спикировал прямо перед ними, снова поднимая вверх опавшие листья. Первым его заметил Антраксар, встретившись нос к носу с его мордой, улыбнулся, отпуская из объятий Аркреса и показывая на дракона. — Привет, — поприветствовал Ильмира Аркрес, дотрагиваясь до морды, словно собирался погладить кошку. — Мы тебя заждались. О, и Мераги тут! — радостно воскликнул Аркрес, помогая великанше спуститься. — Спасибо, — улыбнулась она, ступая на землю. — Вы тут как? Помощь нужна? — Справляемся, — успокоил ее Антраксар, — мы только что добыли воду для зелья и собираемся возвращаться в замок, чтобы поскорее приступить к приготовлению зелья и выяснить у Кайи некоторые подробности. — Она все же здесь? — Ильмир уже принял свое привычное человеческое обличие и теперь стоял подле Мераги, приобнимая ее за талию. — Получается, что вы по случайности порталом попали именно на твой, Ксар, остров и тут нашли ведьму? — Ага, — кивнул Аркрес. — А еще ее помощника, который был когда-то нашим с тобой однокурсником. — И Димитрион здесь? — Да. Мы сразу его и встретили, когда пришли на территорию замка, — продолжил рассказывать Аркрес. — Я, конечно, и понятия не имел, кто это, но Ксар сразу его узнал. — Его сложно не узнать, — Ильмир сжал свободной рукой рукоять меча, висевшего у него на поясе. — Что он сказал? Почему был с ведьмой? — Сказал, что она попросила присматривать за нами, чтобы мы не натворили чего, — ответил Антраксар. — Уверял меня, что не все рассказывал Кайе, а лишь докладывал, что с нами все хорошо, ну и за советом обращался, если надо было. — И ты ему веришь? — Верю. Сначала злился на него, да и сейчас, наверное, все еще продолжаю, но верю. Я не уверен, но, кажется, Кайя вовсе не хотела зла никому из детей своих друзей, которых она потеряла за время войны и после нее. — Ага, и поэтому прокляла меня, — вмешался в диалог возмущенный Аркрес. — Знаешь, что она мне сказала? Прощение попросила. За практически смертельное проклятие просто сказала «прости». Ксар, я не могу никому из них доверять. Извини, но даже твоему Димитриону я не верю. — Аркрес, — Антраксар быстро нащупал рядом с собой ладонь мужа, цепляя ее пальцами и слегка поглаживая, — я проучился бок о бок с Димитрионом пять лет и за все время он не сделал мне ничего плохого. — И за эти пять лет ты так и не догадался, что это не юный студент Академии, а взрослый ведьмак, который в этой самой Академии преподавал. О каком доверии может идти речь? — Аркрес отдернул свою руку, освобождаясь от пальцев Антраксара на ней. — Все. Прекратите! — повысила на них голос Мераги, которой явно надоела перепалка между ее друзьями. — Верите вы оба Димитриону или нет сейчас никого значения не имеет. Пойдемте к Кайе, и все разузнаем, раз вы воды набрали. Вечереет. Не хочется по темноте добираться до замка. Антраксару и Аркресу на это возразить было нечем, поэтому они замолчали, соглашаясь с Мераги. На улице действительно темнело, и скоро без пульсаров будет ничего не видно, лишь некромант, который прекрасно видел ночью, мог спокойно передвигаться в полной темноте. Вчетвером они покинули поляну, спеша поскорее в замок.

***

Кайя сидела на прежнем месте перед камином, когда они появились в дверях комнаты. Она повернулась к ним, улыбнулась, кивком поприветствовала Мераги и Ильмира. Аркрес пошел вперед, отцепляя от пояса флягу с водой. — Вода здесь, — протянул он флягу Кайе. — Нужно приступать к приготовлению зелья и посокрее покончить с моим проклятием. — Не мне нужна вода, — покачала головой Кайя, отодвигая протянутую руку, — зелье это сварить может только некромант, а у меня даже нет нужного котла. — А у кого есть? — нетерпеливо спросил Аркрес, цепляя флягу обратно на пояс. Глаза его сверкали обжигающими искрами, которые готовы были испепелить любого, на кого посмотрит их хозяин. Злость снова охватывала его, забирая контроль над разумом. От неконтролируемой вспышки магии его спасло прикосновение чуть влажной ладони Антраксара к запястью и невесомый поцелуй в щеку. — У Дарины есть такой котел, верно? Я читал в твоем дневнике, что этот артефакт переходит от одной Верховной ведьмы к другой, — Антраксар обращался к Кайе, но взгляд не сводил с профиля Аркреса, продолжая держать того за руку, крепче переплетая пальцы, словно он мог сбежать в любую секунду. — Да. Сможешь призвать его? — Смогу. Отойди подальше к камину, — попросил Антраксар Кайю и сам отошел на пару шагов назад, увлекая за собой Аркреса. Пришлось отпустить руку, чтобы отпустить магию, которая заструилась по каменному полу, застилая его полностью. Глаза Антраксара стали совершенно черными, с пальцев срывались искры, отскакивающие вверх от пола. Он напрягся, зашептал какое-то заклинание на древнем языке, который даже Кайя, судя по выражению ее лица, понимала с трудом. Некоторое время ничего не происходило, лишь магия продолжала клубиться у его ног, наполовину скрывая фигуру некроманта. Но в одно мгновение черный дым рассеялся, а на его месте оказался обычный ведьмовский котел, покрытый толстым слоем грязи и подтеков каких-то зелий, о предназначении которых Аркрес боялся даже догадываться. Антраксар опустил руки, медленно выдохнул, расслабляя плечи. Его глаза вернулись к своему обычному цвету увядающей травы и больше не пугали. — Это он? — с опаской покосился на котел Аркрес. — Скажите мне, что это не он, пожалуйста. — Придется тебя огорчить, — Кайя подошла к котлу, разглядывая его со всех сторон и даже проводя по его стенке пальцем, — это именно тот самый котел, который не мыли семь лет. — Фу, — скривилась Мераги. — Аркрес, мне жаль тебя. — Ну хоть кому-то в этой комнате жаль меня, — съязвил Аркрес, дотрагиваясь концом указательного пальца до котла. — И его нельзя помыть перед началом приготовления? Ну хоть водой из речки сполоснуть… — Нет, — раастроил его Антраксар, — такие правила варки зелья. — Ладно. Все же сердце мне живое дороже. Буду пить вашу болотную жижу из грязного котла, — смирился со своей участью Аркрес. — Магия все нейтрализует. Я постараюсь по крайней мере, — заверил его Антраксар. — Надо только найти место, развести огонь и поставить на него котел, ждать три дня, постоянно помешивая и готово. — Давайте здесь и разведем огонь, — предложил Ильмир, — я могу за дровами сходить, если надо. — Идет, — согласился Антраксар, — но никуда ходить не придется: тут дров полно, — он указал на внушительную стопку поленьев, плотно уложанных рядом с камином. — Осталось распределить, кто и как будет поддерживать огонь, — Ильмир обошел вокруг котел, прикидывая, как его лучше разместить. — А если огонь магический, то его надо только подпитывать время от времени магией, так? — Аркерс зажег на кончиках пальцев небольшое пламя, любуясь ораежево-желтыми бликами. — К сожалению, ты не сможешь этого сделать, — Кайя подошла ближе к Аркресу и положила ему руку на плечо. — Если ты будешь неприрывно все три дня использовать магию, то сердце не выдержит. Пока проклятие сдерживает пыльца Амарилиса, которую ты вдохнул. — Я могу вдохнуть еще этой пыльцы, — возразил Аркрес, гася огонь. — Нет, — покачала головой Кайя, — не можешь, потому что ее осталось ровно столько, сколько необходимо для зелья. — Понятно, — Аркрес снова почувствовал себя уязвимо, хотелось выпустить огненный столб вверх, показывая Кайе, что она ошибается, но голос разума, пробивающийся сквозь пелену бессилия, твердил, что так он сделает хуже только себе. — Я могу первая остаться около котла, — вмешалась Мераги, — а вам всем стоит сесть и уже нормально все обсудить, пока вы тут не подрались и не спалили замок. — Он под защитой, поэтому не сгорит, — уточнил Антраксар, но столкнувшись с грозным взглядом Мераги, замолчал, понимая, что она права. — А я согласен, — поддержал Мераги Ильмир. — Раз ничего не нужно приносить, то давайте уже варить зелье. — Хорошо, — согласился с ним Антраксар и подошел к дровам, выбирая поленья покрупнее. Он сосредоточенно осматривал каждое полено, выбирал нужное и откладывал в сторону на пол. К нему присоединился Аркрес, перетаскивал и укладывал в центре комнаты дрова в виде колодца. Ильмир поднял котел, перенес его на нужное место и закрепил в воздухе с помощью магии. — Ксар, что дальше делать? — спросил Ильмир, проверив, что котел надежно левитирует. — Вам всем уйти и не мешать мне. Пусть останутся только Кайя и Аркрес. Мераги, раз ты решила первой остаться около котла, то я позову тебя позже. Мне нужно четко настроиться только на их ауры, поэтому все остальные будут мешать. — Дмитрион, ты не проводишь нас в какие-нибудь более жилые комнаты? — спросила Мераги у ведьмака, который все это время стоял около стены, молча наблюдая за приготовлениями и не вмешиваясь в ход ритуала. — Конечно, — поспешно кивнул Димитрион, покидая свой пост. — Идите за мной. Мераги и Ильмир пошли за ним, оставляя Антраксара, Аркреса и Кайю около котла. Как только дверь за ними закрылась, Антраксар попросил Аркреса открыть флягу с водой и медленно вылить содержимое на дно котла. Мутно-бордовая жидкость тоненькой струйкой полилась, брызгая на стенки, от которых вверх стал подниматься серый пар, хотя огонь еще не горел. Аркрес закончил и закрыл флягу, отложил ее на стол позади себя и отошел, уступая место Антраксару. Тот развязал кожаный мешок, который передал ему Ильмир, достал оттуда флакон со слезой, осторожно вытащил из него пробку, выливая ее в котел. Слеза упала в воду, вспыхнула серебряными искорками, на мгновение ослепляя, и растворилась. Антраксар вскрикнул от боли в запястье, отбросил на пол фалкончик, руку жгло, а на том месте вспыхнули татуировки в виде языков пламени, которые до этого момента оставались невидимыми и о которых он уже успел позабыть — магическая клятва, заключенная с Иркадой, сработала и теперь он свободен от обещания. Дав знак Кайе и Аркресу, что с ним все в порядке, Антраксар достал из мешка мешочек поменьше, раскрыл его и высыпал на ладонь чешуйку русалки, переливающуюся перламутром. Бережно он смахнул ее в котел, заглянул в него, наблюдая как от чешуйки отходят светящиеся круги — завораживающее зрелище. Следующим ингредиентом оказался великаний палец, который источал запах гнили и смерти. Кайя отвернулась, прикрывая нос рукой, Аркрес последовал ее примеру. Антраксар осмотрел палец со всех сторон, сморщился от неприятного запаха и побыстрее кинул в воду, обтер руку о свой плащ. Оставалось добавить траву-мураву и пыльцу Амарилиса. Антраксар достал двумя пальцами сухие веточки, смял их в кулаке, превращая в порошок, и высыпал в зелье. — Кайя, дай пыльцу, пожалуйста — попросил он. Ведьма сняла с пояса маленький серебряный мешочек, медленно и аккуратно развязала его, передавая Антраксару. Он вытряхнул содержимое, и маленькие частички пыльцы закружились в воздухе, оседая на поверхности зелья, мерцая и переливаясь. — Все ингредиенты там. Теперь мне нужно от каждого из вас частичку ауры, чтобы зелье сработало как надо, — Антраксар закрыл глаза, настраиваясь на магическое зрение, протянул руку к волосам Аркреса, осторожно провел по ним вниз и резко выдернул один волосок, забирая вместе с ним частичку ауры. Повторил тоже самое с Кайей, прочитал заклинание и бросил оба волоса в котел, они вспыхнули и тут же погасли. Антраксар снова закрыл глаза, переходя уже на обычное зрение. — Я могу поджигать? — Аркрес зажег на пальцах огонек, ожидая разрешения Антраксара. — Да, поджигай. Аркрес присел на корточки перед котлом, вытянул вперед руку, на которой разгорался огонь, и метнул пульсар в дрова. Те с радостью приняли его и затрещали. Аркрес полюбовался работой, встал, заглянул в котел, но кроме мутной жидкости ничего в нем не увидел. — И что теперь? — спросила Кайя, тоже заглядывая в котел. — Теперь надо позвать Мераги, чтобы она следила за огнем, а нам лечь спать. Утром все обговорим. — Я пойду позову ее, — сорвалась с места Кайя и поспешила уйти. — Это оказалось так просто, — с легким разочарованием проговрил Аркрес, наблюдая за огнем. — Мы столько времени добывали каждый ингредиент, пару раз ты был на грани между жизнью и смертью, я пролежал несколько дней без сознания, а в итоге просто побросали в котел все и подожгли. — Ты просто не увидел, сколько магии я влил в это зелье, пока вытаскивал частички ваших аур, — Антраксар сел в кресло перед камином и вытянул вперед ноги. — Со стороны и правда кажется, что все это так легко, но даже для сильного мага это зелье очень много энергии сжирает. — Извини, я не знал, — Аркрес положил обе руки на плечи Антраксару, провел от шеи вбок, разминая напряженные мыщцы. — Казалось, что ты ничего особо не сделал, а оно вон как на самом деле, — он вернулся обратно к шее, пальцами погладил ее, провелл вверх, а затем вниз. Антраксар откинул голову назад, прикрыл глаза, растворяясь в приятных ощущениях. Аркрес продолжал массировать его плечи и шею, вливая капельку магии в свои прикосновения. Ему нравилось, как расслаблялись мышцы под его руками, как разглаживалась складка между бровей Антраксара, а губы складывались в улыбку. Он почувствовал, что тени тянутся к нему, ластятся к рукам, словно домашние кошки, окутывают тело — сейчас они отражали внутреннее состояние своего хозяина. Аркрес будто и сам почувствовал, как впадает в какой-то транс, пальцы его продолжали надавливать, сжимать, гладить, массировать теплую кожу, забираясь под плащ и рубашку Антраксара. — Я вам тут не помешаю? — раздался от двери голос Мераги. Он заставил Аркреса прервать массаж, тени тут же скрылись, отпуская его тело, Антраксар открыл глаза и обернулся на дверь. — Да, проходи, — ответил он Мераги. — Тебе нужно будет только время от времени помешивать зелье и подкидывать дрова в огонь. Как устанешь, то позови кого-нибудь другого. — Хорошо. Вы идите, поешьте там чего-нибудь и отдыхайте. Антраксару явно нужно отоспаться. — Сильно заметно? — Антраксар оглядел комнату в поисках зеркала, но ничего не нашел. — Заметно, что ты отдал много магии и тебе необходимо восстановить резерв. Все, идите отсюда. Аркрес потянул Антраксара за руку в сторону выхода, слушаясь Мераги. Они вышли в коридор и теперь уже Антраксар шел впереди, показывая дорогу до кухни.

***

Серое утро не радовало. По стеклу стекали крупные капли, серое небо заволокло тучами, а ноги зябли, ступая по холодному полу. Аркрес, стараясь не разбудить Антраксара, тихо передвигался по спальне, собираясь одеться и найти Кайю. Проснувшись, он отчетливо понимал, что дальше откладывать разговор нельзя, поэтому, пока Ильмир сменил Мераги около котла, а Антраксар еще не проснулся, у них есть время разобраться в том, что Аркрес не мог до конца осознать: почему Кайя прокляла его, если обещала матери заботиться и присматривать за ним, защищая. Внутренне он был спокоен и готов услышать ответы на свои вопросы, понимая, что проклятие не может быть просто прихотью ведьмы. Он почему-то доверял ей, хотя еще вчера сомневался в каждом ее слове. Возможно, что подсознательно он знал, что она для него не враг, а, возможно, это был самообман, чтобы успокоить тревогу и не допустить выброса магии: за короткое время с момента пробуждения дара он еще не до конца научился контролировать его и не осознавал силу своих способностей. Аркрес обул сапоги, завершая все приготовления, мельком глянул в зеркало рядом с дверью, отмечая залегшие под глазами тени и отросшую щетину, и махнул на отражение рукой, решив, что после снятия проклятия приведет себя в порядок перед встречей с отцом. Он понимал, что не сообщить отцу об этом невозможно, как и оставаться долго на острове Забвения. Поздно вечером прилетел магический вестник от Гардии-старшего, в письме он писал, что переживает за сына, спрашивал о самочувствии и о проклятии. Аркрес читал строчки, написанные красивым ровным почерком отца, понимал, что соскучился и действительно хочет уже все рассказать, успокоить, порадовать — за эти пару месяцев он на себе прочувствовал какого переживать за кого-то. За размышлениями Аркрес не заметил, как дошел до спальни Кайи. Он остановился перед дверью, надеясь, что ведьма уже не спит и захочет поговорить. Собравшись с мыслями, выдохнув, Аркрес постучал и сделал шаг назад, ожидая ответа. Пять минут он простоял в коридоре, прежде чем дверь открылась и на пороге показалась Кайя. Судя по ее внешнему виду, она уже давно бодрствовала: волосы ее были собраны в сложную высокую прическу, выгодно подчеркивающую скулы, миндалевидные глаза, подведенные черной краской, смотрели прямо в душу, оглядывая Аркреса сверху-вниз, хотя он был выше. Она поправила длинный рукав темно-синего платья, которое сидело безупречно по фигуре, спускаясь до пола тяжелым подолом, расшитым мерцающими в тусклом освещении коридора мелкими камнями, создающими иллюзию ночного неба. — Извини, что так долго, — улыбнулась Кайя. — Я знаю, зачем ты пришел. Пойдем в гостиную? — Да, идемте, — кивнул Аркрес, не понимая, как вести себя с ведьмой. Казалось, что именно она виновата в его проклятии, но от нее совершенно не веяло виной или желанием раскаяться в своем поступке. Она была уверена, что сделала все верно, что совершенно не укладывалось в голове Аркреса. Оставалось идти следом за ней и ждать объяснений. Кайя с помощью магии открыла какую-то дверь, ведущую, как оказалось, в небольшую гостиную. Аркрес зашел за ней, оглядываясь по сторонам: помещение вторило общему стилю замка — серые стены, устремляющиеся вверх и соединяющиеся под потолком стрельчатые арки, повторяющие форму арок узкие окна, создающие полукруглую нишу, в которой разметились две низких тахты, на которые Кайя жестом предложила сесть, по пути разжигая магией огонь в камине у противоположной стены. Аркрес только и успевал с интересом следить за тем, как ведьма ловко владела магией, не задумываясь ни на секунду перед каждым своим действием. Она осторожно опустилась на тахту, расправляя подол платья, Аркрес занял свободное место подле нее. — Ты знаешь, что я хочу услышать, так? — Аркрес уверенно смотрел на Кайю, скользя взглядом по ее лицу, пытаясь считать ее эмоции, но не мог понять их. — Да. Я расскажу, — мелодичный голос Кайи эхом разлетался по помещению, проникая в сознание. — Тебе придется поверить мне, даже если покажется, что я тебя обманываю, потому что то, что я скажу, может показаться оправданием, но я не сожалею о проклятии. — Не сожалеешь? — прошептал Аркрес, понимая, что ему не показалось, что ведьма не испытывает вину перед ним. Кто же такая эта графиня Кайя Презерианская? — Мне не оставили выбора в ту ночь, и проклятие — выход, чтобы сохранить тебе жизнь, — Кайя жестом прервала попытку Акреса задать вопрос. — В ту ночь меня нашел демон, который охотился за мной после окончания войны. Я знала, что рано или поздно он найдет меня, но не могла сразу исчезнуть, не убедившись, что ты в безопасности и дар твоей матери не навредил тебе, я ждала, когда он проснется, чтобы оказаться рядом и помочь справиться. В первый раз всегда страшно, когда ощущаешь мощь, заключенную в теле, когда не можешь контролировать ее, когда впервые приносишь разрушение одним взмахом руки. Практически каждый маг, не знающий о том, кем он является, сталкивается с подобным. Не успела немного, — улыбка слетела с лица Кайи. Аркрес почувствовал, что она говорит честно. Ведьма не желала ему зла. — Почему не успела? Демон нашел тебя раньше? — Да. В ту самую ночь, когда ты пришел ко мне за монетами и Амарилисом. Думаешь, я бы прокляла сына своей близкой подруги за какой-то цветок? — Мелковато для тебя, — теперь улыбался Аркрес. Кажется, напряжение между ними слегка спало. — Верно. Вечером ко мне пожаловал демон. Сразу отвечу на твой вопрос, который ты не задал, но я знаю, что спросишь: я не вижу свое будущее и не знала, что он уже так близко ко мне. Демон пришел под личиной Димитриона — знал, что его я подпущу к себе близко, — Аркрес заметил промелькнувшую нежность во взгляде Кайи, когда она упомянула имя ведьмака. — Сначала я действительно подумала, что это он, но быстро сообразила, что меня обманывают. Демон скинул личину, предстал передо мной в своем истинном обличии, и тогда я по-настоящему испугалась. Он схватил меня за руку и впечатал в стену, удерживая навесу. Рассмеялся мне в лицо, довольный своей победой. — Но ты жива. Что он предложил? — Сказал, что ему не нужна такая быстрая победа, что просто убить меня ему недостаточно, потому что моя душа тогда не достанется ему, потому как во мне много Света, но я знала, что это все слова и просто так он меня не отпустит. Видишь эту метку? — Кайя отодвинула вверх ткань рукава, показывая запястье, на котором виднелась бледная татуировка в виде ядовитого плюща, обвивающего руку. — А так и не скажешь, что это дьявольская метка, — Аркрес аккуратно держал запястье Кайи, рассматривая переплетение стеблей на коже. — Пугающе красиво. — Этого у них не отнять, — усмехнулась Кайя, — в своей человеческой ипостаси демоны и демонессы притягательно красивые. Ладно, об этом позже. Он показал мне тебя, пробирающегося по лесу в сторону моего дома и предоставил выбор: либо я убиваю тебя сама, либо он медленно и мучительно вытягивает из тебя магию вместе с жизненными силами. Теперь понимаешь? Я не могла допустить, чтобы он исполнил свою задумку. Ему неинтересно было просто убить меня, а посмотреть на мучения от бессилия, насладиться ими, насытиться моей и твоей болью. Или он хотел склонить меня ко Тьме, зная, что обратно к Свету вернуться будет очень сложно. Антраксар тебе, наверное, рассказывал, что маг, который убил однажды, попадает во власть Смерти и Тьмы: заключает с первой договор, а от второй пытается бежать, чтобы не быть ею поглощенным. Некроманты почти всегда темные. Они смиряются со своей участью, изредка прибегая к Свету, но чем сильнее дар, тем разрушительнее магия, поэтому Антраксару приходится постоянно балансировать между. — Да, он много говорил про это, — Аркрес почувствовал холодок, пробежавший вдоль позвоночника и поежился, стараясь отгонять неприятные мысли. — Есть вероятность, что он перейдет полностью на сторону Тьмы? — Нет, — уверенно ответила Кайя, — этого не произойдет. Антраксар, конечно, учится сейчас принимать свою Тьму, уживаться с ней, привыкать к Теням, но это для него не опасно. Я видела его будущее. — Мне остается только поверить твоим словам и положиться на благоразумие Антраксара и его верный выбор. Давай вернемся к той ночи. Ты же не убила меня. Как демон поверил тебе? — Сколько бы демоны ни гордились своей силой, их можно обмануть. Ведь проклятие Разбитого Сердца действительно долгое время считалось смертельным. Те ведьмы, что использовали его, не знали о зелье, что варится в котле на этом острове. Когда я училась, то потратила уйму времени, изучая все упоминания о нем, и нашла то, что считалось утерянным и забытым. — Откуда о нем узнал Антраксар? — Все просто — про него ему рассказал на уроках Димитрион, первым введя в курс «Азов Темной Магии» лекции по редким и древним проклятиям. — Я запутался. Получается, что ты знала о том, что Антраксару потребуется рецепт зелья еще тогда, когда он учился, но мне ты сказала, что не знала о приходе демона и о том, что он предложит тебе? — Нет. Просто я не хотела, чтобы открытый мною рецепт зелья, пропадал где-то на полках пыльных архивов, а еще мне не нравилось, что маги так пренебрежительно относятся к знаниям о разного рода проклятиях и методах их снятия, считая, что это удел ведьм. — Понятно. И, получается, обманула демона, сказав, что наслала на меня смертельное проклятие? И он даже не стал проверять? — Решать пришлось за считанные секунды. Я вспомнила про это проклятие, умолчав, что его можно снять. Сказала демону, что прокляну тебя так, чтобы ты медленно умирал и страдал — сыграла на его слабости к чужой боли, а он согласился, сказав, что если бы не обстоятельства, то женился бы на мне, потому что его поражает моя жестокость, присущая демонессам. — Какой ужасный флирт, — скривился Аркрес. — Да, — согласилась Кайя. — Поэтому я и прокляла тебя, зная, что рано или поздно проклятие можно будет разрушить, а ты останешься жить. Как только я наложила проклятие, демон отпустил меня, пообещав через пару лет вернуться за моей душой, которая теперь была ближе ко Тьме, чего он пытался добиться долгие годы после войны, чтобы овладеть ею, что не получилось сделать с душами Марианелл, Аверилиана и Реттингора. — Аверилиан и Реттингор погибли, защищая границы и спасая магов, а Марианелл пожертвовала собой ради меня, поэтому распорядиться после смерти их душами демоны не могли, так? Поэтому и отомстить тоже не могли, решив, что ты — их последний шанс на месть. — Все так. Пришлось воспользоваться приглашением отца Антраксара и переместиться на этот остров. — Кайя сняла с пальца тонкое кольцо и протянула его Аркресу. — Что это за кольцо? — Мы вчетвером обменялись кольцами, вложив в них частичку своей магии. С помощью них мы могли почувствовать друг друга на расстоянии и перемещаться порталами в те места, которые были связаны с кем-то из нас. Я знала, что не смогу переместиться на остров Золотого Дракона, не привлекая к себе внимания, так как знала, что он не пустует: Реттингор оставлял там Иржи, который присматривал за замком. — Тогда ты решила переместиться к отцу Антраксара? — Аркрес вернул кольцо обратно Кайе. — Да, потому что не могла появиться в замке твоего отца, а на острове Забвения меня никто из демонов бы не достал. — И даже кто-то посильнее того, что нашел тебя в Саркасе? — Да. Защита специально создавалась так, чтобы посланники из Ада не могли ее преодолеть. — И ты все это время подсказывала нам, подписываясь «К.»? — Да, помочь вам я была обязана, но не хотела лишний раз привлекать к себе внимание. Ну а дальше ты и сам все знаешь. — Знаю. Это странно, наверное, но я понял тебя. Выход и правда был один. Спасибо. — Я рассказала тебе все и надеюсь, что ты простишь меня за то, что мне пришлось сделать. — Теперь это сделать гораздо проще, — тепло улыбнулся Аркрес. На мгновение ему даже показалось, что стекло меньше сдавливает сердце и дышать стало будто бы легче. Он понимал, что не злится на ведьму, что она сказала правду и спасла ему жизнь. — Давно вы тут? — в гостиную зашел Антраксар. — Около часа точно, — Аркрес встал ему на встречу. — Присоединяйся. — То есть вы тут общались целый час, и никто не пострадал, замок стоит цел и невредим? — Антраксар недоверчиво прищурился, переводя взгляд с Аркреса на Кайю. — Поразительно. — Представь себе. Кайя спасла мне жизнь, наложив проклятие, иначе бы меня медленно убивал демон, — коротко пересказал суть разговора Аркрес. — Что? А какие-то подробности будут? — Это уже без меня, — поднялась Кайя со своего места, — второй раз я это не буду рассказывать. — Я сам расскажу, — поддержал ее Аркрес. — Отлично, пойду тогда сменю Ильмира около котла, чтобы он отдохнул, — Кайя покинула гостиную, вновь оставляя Аркреса и Антраксара вдвоем. — Рассказывай про демона и проклятие, — попросил Антраксар, укладывая голову Аркресу на коленки. — Ну тогда слушай, — начал пересказ Аркрес, зарываясь пальцами в мягкие кудри Антраксара, слегка оттягивая их.

***

— Готова? — прокричал Антраксар. — Готова. — ветер заглушал голоса, приходилось перекрикивать его порывы, сильно напрягая связки. Антраксар подошел к ведьме, которая стояла спиной к бушующему морю на краю острой скалы. Волосы ее растрепались, подхватываемые мощными потоками холодного воздуха, платье намокло от постоянно попадающих на него брызг и теперь прилипало к коже, но она не обращала на это внимание, думая лишь о том, чтобы поскорее закончить ритуал. Некромант взял ее за руку, откинул мокрый рукав, обнажая татуировку в виде ядовитого плюща, обвивающего запястье. В свободной руке блеснуло длинное острие клинка, ведьма дернулась назад, но Антраксар не отпустил руку, удерживая ее от падения. Резким взмахом кинжала он полоснул по светлой коже, оставляя на ней тонкую царапину, из которой потекла ярко-алая кровь, а затем татуировка вспыхнула и исчезла, рассыпаясь пеплом. Порез в считанные секунды затянулся, не оставляя даже намека на то, что кожа была когда-то повреждена, Антраксар отпустил запястье, обтер концом плаща кинжал и убрал его в ножны. Ведьма осторожно провела пальцами по месту, где до этого была дьявольская метка, улыбнулась и опустила вниз рукав — теперь она не связана с демоном и ему будет практически невозможно навредить ей. — Спасибо, — она позволила себе коротко обнять Антраксара. — Повезло, что этот клинок вернулся ко мне тогда, — Антраксар отогнул край плаща, демонстрируя рукоять кинжал, украшенную рубинами, — если бы не он, то я бы не смог разорвать связь с демоном. — Все равно спасибо. — Надеюсь, что тебе не придется больше обращаться с чем-то подобным ко мне. — Я тоже.

***

Аркрес сидел около котла, наблюдая за движением огня под ним. Красные, оранжевые и желтые всполохи словно танцевали свой быстрый танец, сливались вместе и разлетались искорками. Они трепыхались, притягивали, прожигали, завораживали. Аркерс совершенно не понимал, сколько времени он вот так сидит и смотрит, не пытаясь оторвать взгляд. Огненный танец успокаивал его, был будто отражением его души и сознания, огненные языки повторяли его беспокойные мысли, которые он игнорировал, но они не переставали кружить, проносясь беспорядочным вихрем. Сегодня третий день, и через полчаса зелье будет полностью готово, а потом проклятие рухнет, и он станет свободным, его сердце снова забьется, оживет, рассыпятся стеклянной крошкой осколки. Осознание накрывало волнами, вторя тем, что бились с одной стороны о внушительную каменную стену замка. Он будет свободным. Разве не ради этой свободы он проделал этот сложный и запутанный путь от Саркаса до острова Забвения? Несколько глотков мутной и, скорее всего, неимоверно горькой жидкости в обмен на жизнь. Аркрес на мгновение даже загрустил: успел привыкнуть к проклятию, уже почти перестал замечать, как с каждым днем оно все сильнее сдавливало сердце, привык к мысли, что долгая жизнь не для него, что она может оборваться так легко, словно тоненькая паутинка на ветру. Он постарался прогнать эту грусть, напомнить себе, что ему есть ради чего и ради кого жить дальше, сломать стеклянную корку, освободиться от проклятия. — Аркрес, ты здесь? — голос Антраксара нарушил его уединение, выдергивая из размышлений. — А? Что? Что-то случилось? — Аркрес поднялся с пола и растерянно посмотрел на супруга. — Я задумался немного и не заметил тебя. — А я пришел к тебе с радостными новостями. Во-первых, удалось разорвать связь Кайи с демоном, и теперь он до нее не доберется, во-вторых, зелье готово. Ты как? — Антраксар заметил промелькнувшую грусть на лице Аркреса. — Я в порядке, — улыбнулся Аркрес, — просто немного боюсь пить зелье. А за Кайю я очень рад. — Почему боишься? — Не знаю. А если не сработает? Ты, кажется, говорил, что такое возможно. А если проклятие рухнет, но не до конца? Знаешь, я уже как-то ведь даже привык к нему. Оно стало весомой частью меня. — Твои страхи понятны, — Антраксар взял Аркреса за руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони и слегка сжимая. — Расстаться с чем-то, что даже приносит страдания, но уже давно существует с тобой бок о бок, бывает сложно, но ты и сам прекрасно понимаешь, что это необходимо. Я буду здесь, рядом, буду следить, чтобы все прошло как надо, и сразу вмешаюсь, если зелье подействует как-то не так. — Спасибо. Хоть немного стало легче, — Аркрес действительно ощутил спокойствие, которое осторожно боролось с его тревогой, пробираясь от кончиков пальцев, которые сжимал Антраксар, вверх по руке к самому сердцу. — Это будет больно, так? — Так. Тебе будет какое-то время больно, но это быстро пройдет. И я все еще буду рядом с тобой. — Хорошо. Уже можно пить зелье? Или что-то еще надо сделать? — Больше ничего не надо, — Антраксар достал из кармана пустой флакон из тонкого стекла, наклонился над котлом, опустил в него руку, зачерпывая зелье. Наполнив флакон мутновато-зеленой жидкостью, он протянул его Аркресу. — Ты уверен, что оно должно выглядеть именно так? — Уверен. А теперь пей. Аркрес поднес флакон к носу, но оказалось, что запаха зелье не имеет. Сделал глубокий вдох, медленно выдохнул и осушил залпом содержимое флакона. Голова закружилась, очертания комнаты поплыли, тело тряхнуло, он почувствовал, что падает, но у самого пола его подхватил Антраксар, прижимая к себе и осторожно укладывая. Сердце сдавило с силой, оно превратилось в цельный кусок стекла, от боли перехватило дыхание, и Аркрес провалился в темноту, теряя сознание. Антраксар сидел рядом с ним, ощущая, как пальцы до побеления сжимают его руку, терпел и ждал, когда Аркрес очнется. Тело его выгнулось вверх, затем резко опустилось вниз, послышался звон разбивающегося стекла — проклятие рушилось. Аркрес замер неподвижно, не приходя в сознание, Антраксар почувствовал, что хватка на его руке ослабла и осторожно высвободил ее, разжимая пальцы Аркреса. Нагнулся над ним, проверяя дыхание — дышит, а значит скоро очнется. Сознание Аркреса привело его к огромному, в три раза выше него самого, зеркалу, поверхность которого была темно-рубинового цвета. Он смотрел на свое отражение в нем, видел себя обнаженным, по телу хаотично расходились от сердца вниз кроваво-красные линии, переплетаясь друг с другом, создавая пугающий рисунок. Аркрес прикоснулся к себе, провел пальцами по линиям — они оказались выпуклыми, похожими на тонкие шрамы от сотни порезов. Он рассматривал их, пытался понять, где они заканчиваются, рассматривал свое тело, не веря, что действительно видит себя. Подошел ближе к зеркалу, положил ладонь на гладкую холодную поверхность, провел по ней вверх, а потом вниз, надеясь, что что-то поменяется, но отражение оставалось прежним. Новый приступ боли заставил упасть на колени, ударяясь об пол, обхватить себя руками и согнуться. Линии лопались, из них брызгала алая кровь, заливая зеркало и пол. Аркрес с трудом распрямился, посмотрел на себя в зеркало, разозлился, размахнулся и ударил по нему кулаком. По стеклу побежали паутинки трещин, но оно осталось стоять. Тогда Аркрес продолжил бить по нему, выплескивая ярость, не обращая внимание на порезы, которые образовывались на костяшках, не чувствуя боли. Его руки покрывал огонь, вырвавшийся из-под контроля, он бушевал, усиливая каждый удар, пока стекло не рассыпалось в мелкие осколки, разлетевшиеся в стороны вместе с брызгами крови. Аркрес обессиленно рухнул назад, ударяясь головой о пол. Сознание вернуло его во тьму, а где-то издалека доносился тихий голос Антраксара, звавший его. Аркерс потянулся к голосу, который приближался и становился громче. Он ухватился за него и очнулся. Над собой увидел обеспокоенное лицо Антраксара, почувствовал родные руки на своем теле, которые мягко поглаживали предплечья, попытался улыбнуться, получая улыбку в ответ. — Ты вернулся, — Антраксар наклонился ниже, шепча ему в губы. — Я предполагал, что ты потеряешь сознание от боли, но не думал, что так надолго. Испугался. — Проклятия, кажется, больше нет, — прошептал Аркрес. — Там было страшно и мне казалось, что я уже не выберусь. — Но ты выбрался. Ты молодец. — Без зелья бы это не получилось, так что тут заслуга не только моя. — Можешь встать? — Антраксар подал руку. — Постараюсь, — Аркрес схватился за протянутую руку, напрягся и встал. Его слегка вело с сторону, но Антраксар тут же подхватил, не давая упасть. Дверь в комнату открылась, вошел Ильмир, а за ним Мераги, Кайя и Димитрион. Они поспешили подойти к Аркресу, не скрывая своей радости и облегчения. — Как себя чувствуешь? — Мераги бегло осматривала его на наличие повреждений, выдохнула и осторожно обняла, убедившись, что все в порядке. — Гораздо лучше, чем несколько минут назад, — поспешил успокоить собравшихся Аркрес. — Со мной все хорошо. Спасибо за вашу помощь. — Надеюсь, ты больше не полезешь ни за какими неизвестными цветами, — подколол Аркреса Ильмир. — Я подумаю, — похлопал его Аркрес по плечу. — Вдруг мне однажды захочется заняться разведением редких растений. — Неплохая идея. Я даже готова присоедениться к тебе, — подхватила идею Кайя. — Хорошая мысль, — поддержал ее Димитрион, — я в деле, если соберетесь этим заниматься. — Ну еще бы ты не был в деле, когда что-то предлагает Кайя, — засмеялась Мераги. — Ты такой же, как и Ильмир, который готов подхватить любую мою идею. — Это плохо? — удивленно поднял брови Димитрион. — Нет, это очень даже хорошо. — Кстати, совсем забыл, — Ильмир достал из-за пазухи сложенный лист бумаги, — тут пришло письмо от Адриана и Сержа. Они пишут, что если проклятие мы уже сняли, то стоит поторопиться с возвращением в Саркас и рассказать все отцу Аркреса. Они уже отправились туда порталом, воспользовавшись кольцом Аланы. Сказали, что заодно отдадут ей его. — Я готов отправиться туда хоть сейчас, — Аркрес высвободился из объятий Антраксара, демонстрируя, что он окончательно пришел в себя. — Давай хотя бы утром? — предложил Антраксар. — Я тоже за утро голосую, — подняла руку Мераги, — надо хорошо отдохнуть после этих трех дней около котла с зельем и спокойно переместиться в Саркас. — Переместиться? — переспросил Ильмир. — Ну да. У Кайи же есть кольцо, что отдала ей Марианелл. Кто-то из вас откроет портал, и мы окажемся в Саркасе. Или я не права? — Права, — кивнул Димитрион. — И так гораздо быстрее. А нам тоже надо возвращаться в Саркас? — Как хотите. Можете и дальше оставаться в этом замке, — пожал плечами Антраксар. — Я все равно пока планирую пожить в Саркасе, если Аркрес согласен на это. — Естественно, я согласен, — Аркрес поцеловал Антраксара в висок, приобнял за талию, притягивая к себе. — Спасибо за предложение, мне нравится на острове, да и здесь безопаснее. Антраксар хоть и разорвал мою связь с демоном, уничтожил метку, но я бы не хотела возвращаться в Саркас. — Хорошо, что существуют порталы, а то снова бы меня оседлали, будто я лошадь какая, — проговорил Ильмир. — Я все хотел спросить. А как ты преодолел барьер? — Ксар, а ты знаешь про дыру в защите твоего острова? А она там есть. — Где? В каком месте? Ты нашел разрыв? — Ага. Только не разрыв, а полное отсутсвие защиты. Остров обнесен магической стеной, а сверху никакого барьера нет. Залетай, кто хочешь, забирай, что хочешь. — Раньше и драконы не летали так свободно, как ты сейчас, — парировал Антраксар. — Зато сейчас летают, и барьер бы обновить. Кайя, сможешь? — Если Антраксар будет не против, то сделаю. — Я не против. Перед нашим перемещением пойдем к барьеру, и я вплету твою магию в него, чтобы ты могла усилить защиту, инче магия острова не примет тебя. — Раз всё решили, то, может, пойдем уже ужинать? — предложил Аркрес. — Не знаю, как вы, но я очень хочу что-то съесть. Знаете, избавление от проклятия забирает много сил. — Да и я бы не отказался, — поддержал его Антраксар. Все вместе они потушили огонь под котлом, Антраксар магией вернул его обратно Дарине, хоть мертвая ведьма вряд ли хватится пропажи, но хранить у себя его не хотелось.

***

Сандрэ стоял у окна замка, выходящего на площадь. Он всматривался в прохожих, ища взглядом среди них знакомую фигуру. Час назад прилетел магический вестник от Аркреса, в письме сообщалось, что проклятие снято и он с Антраксаром, Ильмиром и Мераги скоро вернется в Саркас. Сандрэ не видел сына два месяца, но ему казалось, что прошло гораздо больше времени. От Адриана и Сержа он знал о том, что происходит с Аркресом, но предстоящая встреча заставляла волноваться. Казалось, что они стали еще дальше друг от друга, хоть и не были особо близки ранее. После смерти Марианелл Сандрэ старался окружить Аркреса заботой и вниманием, но чем старше тот становился, тем больше отдалялся от отца, и только наложенное ведьмой Карваной проклятие стало причиной, чтобы вновь сблизиться, а теперь проклятия больше нет и, возможно, Аркрес вновь вернется к той сдержанной вежливости, царившей между ними раньше. Сандрэ признался себе, что не хочет этого, что ему не хватает общения с сыном. — Папа, ты тут? — Сандрэ обернулся на голос сына, не веря, что слышит его по-настоящему. В дверях кабинета стоял Аркрес, не решаясь сделать шаг навстречу. Он выглядел иначе, чем в день отъезда из дома. Волосы отрасли и теперь волнами лежали на затылке, открывая высокий лоб, взгляд стал спокойнее, но вместе с этим от Сандрэ не укрылись блеснувшие искорки, которые раньше он замечал в глазах своей жены. Аркрес будто стал выше и немного старше, от него веяло уверенностью и какой-то силой, но не той безудержной и сносящей все на своем пути, а той сосредоточенной, истинной, непоколебимой. — Ты вернулся, — Сандрэ быстрыми шагами преодолел расстояние между ними и обнял сына, прижимая его к себе. — Устал? — Нет, мы перенеслись порталом. — Порталом? Интересно. И откуда? — С острова Забвения. Я все расскажу потом. Рад тебя видеть, папа, и прости, что редко писал. — Главное, что проклятия больше на тебе нет и ты вернулся обратно домой. Кажется, ты теперь не один? — указал Сандрэ на брачные татуировки, видневшиеся из—под рукава рубашки. — Да, у меня теперь есть муж, — спокойно отвечал Аркрес. — Муж? Познакомишь? — Ты его знаешь. Это Антраксар Ротенборг. — Некромант, который должен был снять проклятие? Нет, ну я подозревал, что ты ему понравился, но не думал, что все так быстро произойдет. — Сандрэ удивлился, услышав имя избранника своего сына. Он внимательно посмотрел на Аркреса, который вот так спокойно рассказал об этом, который не перевел разговор на другую тему, не стал ничего скрывать. Кажется, то хрупкое доверие, приобретенное ими за время проклятия, не исчезло, а стало гораздо крепче. — Как это ты подозревал, что я ему нравлюсь? Он что-то сказал? — Аркрес внутренне выдохнул, когда отец принял его новость о браке с Антраксаром. Он надеялся отложить этот разговор, но раз судьба решила иначе, то и утаивать от отца ничего не хотелось. — Нет, он ничего не говорил. Я просто заметил, как он смотрит на тебя, и все стало понятно. Такое не скроешь. Глаза всегда выдают, — улыбнулся Сандрэ и похлопал Аркреса по плечу. — Если ты с ним счастлив, то и я рад за тебя. Ты счастлив? — Кажется, счастлив, — смущенно улыбнулся Аркрес. — В любом случае наша связь магическая, а значит искренняя и добровольная. — За два месяца твоя жизнь изменилась так, как не менялась за предыдущие года… Ты стал взрослее и не только внешне. — Пока я замечаю только внешне, — усмехнулся Аркрес, проводя рукой по своему лицу, — возможно, пробудившийся дар так действует. — Как у твоей матери? — Да, Огонь. Оказалось, что она отдала все силы мне, проведя темный ритуал. — Я знаю. Она рассказала мне перед своей смертью и просила не говорить тебе, пока ты сам не узнаешь, — признание далось Сандрэ сложнее — он боялся, что Аркрес разозлится на него. — Вот как, — задумчиво протянул Аркрес, — жаль, что ты не рассказал мне раньше, но я не сержусь. Ты поступил так, как она просила. Спасибо. — Я думал, ты будешь злиться. Прости, что не рассказал. — Возможно, скажи ты раньше, то так и случилось бы, а потом неконтролируемый выброс магии, и половина Саркаса бы сгорела. — Нет, такое нашему городу точно не надо. Тебя там друзья не заждались? Пойдем к ним. В эту ночь никто в замке не спал. К ужину собрались все, кроме Кайи и Димитриона, пожелавших остаться на острове. Неожиданным было появление Адриана в сопровождении Лавретты, а также Максимилиана и Серджо. Длинные разговоры о том, что произошло за время путешествия Ильмира, Антраксара и Аркреса перетекли из столовой в уютную гостиную поближе к камину. Сандрэ с удивлением слушал все, что пытались ему скопом рассказать гости, не переставая восхищаться каждым из присутвующих и благодарить за спасение своего сына. Он понял, что нуждался в таком вечере, в общении, что его достаточно уеденинный образ жизни пора менять, а в жизнь города вносить больше ярких красок и веселого смеха. До войны между магами и демонами Саркас славился пышностью своих праздников и яркостью салютов, потом стало не до этого, а последние двадцать лет Сандрэ не готов был возвращать ушедшие традиции. Теперь, когда его сын больше не на грани между Жизнью и Смертью, когда он обрел свое счастье, хотелось сдуть пыль с парадного сюрко и выйти на главную площадь танцевать с горожанами. Сандрэ улыбался, наблюдая за Аркресом, который сидел в объятиях Антраксара, положив ему голову на грудь, улыбался, смотря на Ильмира и Мераги, которые то и дело бросали друг на друга взгляды полные нежности и любви, улыбался, когда замечал, как смущается Ларветта, слушая пылкие комплименты Адриана, улыбался, когда Максимилиан и Серджо подкалывали друг друга, улыбался, когда его придворный маг Серж покинул гостиную, сказав, что его ожидает ведьма Зельда, пожелавшая лично познакомиться с прибывшим магом. То, чего он так боялся перед встречей с Аркресом, не случилось, и сегодня Сандрэ был по-настоящему счастлив.