Ягнёнок

Голова кружится, подкашиваются ноги, само понимание что сейчас происходит, заставляет блондина вспышками бесчисленных эмоций сходит понемногу с ума. Он делает несколько шагов по инерции назад и ему в поясницу упирается кухонная столешница на которую он сразу же садиться чтобы еще хоть немного сократить расстояние между собой и Чесом, разница в росте у них была незначительной, но ощутимой. Казалось что все происходящее длилось целую вечность, и им обоим хотелось чтобы это действительно было так, но шатен отстраняется от парня поглаживая его рукой по щеке. -Только скажи мне одно, и честно. -Что именно? Мужчина сжимает незаметно край рубашки в которую был одет парень, словно пытаясь таким жестом символизировать то что он еще держит себя в руках. -У тебя кто-нибудь был? Мальчишка отводит взгляд куда-то в сторону, пытаясь скрыть свое смущение и стеснение. -Ди? Юноша отрицательно машет головой кусая собственные губы. -Ты должен понимать что я не могу. -Почему? Почему не можешь? Обиженный, буквально детский взгляд сверлил шатена пытаясь найти хоть какое-то объяснение этим словам. Неужели мужчина готов остановиться на полпути, он же не может так поступить с ним, ведь так? -Потому что я не тот кто тебе нужен, я не хочу портить тебе жизнь, не хочу портить тебя. Гитарист говорил те слова, от которых сейчас его словно животная сущность требующая обратного бесновалась, метаясь из стороны в сторону как загнанный зверь. -Ты этого не сделаешь, ничего не испортишь, я знаю что говорю. Я не прошу многого, один единственный раз, но с тобой. Неужели я прошу настолько много. Неформал все же находит в себе силы разжать руку на которой выступили все возможные вены и сухожилия, и отпустить край рубашки. -Прости меня. Такого разочарования, злости, обиды, в одном человеке и в один миг, Чес не видел еще никогда, он отходит на полшага от парня, а тот быстро слазит со столешницы пулей выбегает из кухни не проронив ни слова. Мужчина слышит что парень собирается уходить и скорее всего уже обувается. Брови сдвигаются к переносице от невидимой и несуществующей боли, а челюсть сжимается до скрежета зубов, шатен кусает кожу на собственном пальцем до побеления и делает несколько глубоких вздохов. Но в секунду все напряжение словно рукой снимает, и все становится на свои места. Он выходит в прихожую и видит парня, что мандражирующими пальцами пытается зашнуровать берц, но у него это плохо получается. Бледнокожий выравнивается и то ли с укором, то ли с обидой смотрит в карие, уже спокойные глаза. -Что? Мужчина не отвечает он лишь медленно присаживается перед парнем и неторопливо развязывает шнурки на обуви парня, что с таким трудом из зашнуровал, и снимает сначала первый сапог, а за ним второй, и отставляет их в сторону. -Что ты делаешь? Всем своим видом хоть и спокойным, но от этого и настораживающим, мужчина заставляет металлиста инстинктивно вжаться в стену. -Я не отпущу тебя. -Как… Как это понимать? Неформал приобнимает мальчишку между рубашкой и футболкой спокойно и осторожно, словно пытаясь не спугнуть его. -Позволив тебе уйти сейчас, я обману себя так как не обманывал еще никогда. Он ловким движением подхватывает легкое тело юноши зажав его между собой и холодной стеной, приближается своим лицом к лицу металлиста непозволительно близко, уже почти касаясь губами его кожи. -Потому как я хочу этого не менее твоего. Ди был растерян, растерян настолько что даже не до конца понимал что конкретно сейчас происходит, лишь действовал по первому зову своего тела. -Я не скажу тебе больше что не могу этого сделать, что это неправильно или что-то в этом роде. Только скажи, если мне сейчас стоит остановиться. -Даже не смей. Не выжидая ни минуты, не давая себе хоть пары секунд на раздумье мальчишка крепко и безвозвратно вцепляется в губы гитариста своими, настолько крепко насколько только мог. Говоря лишь только действием, что находится в полной власти мужчины и дает полное согласие на любые действия. Гитарист прижимает руками юное тело к себе и по памяти не открывая глаз несет мальчишку в комнату роняя его на смятую простынь нависая сверху массивным телом. Он целовал парня до боли на губах, вдыхая пьянящий запах его волос, запах мяты и бергамота, совершенно невинный, но такой манящий. Неформал аккуратно подцепляет пальцем резинку на хвосте пшеничных волос, и стянув ее кидает куда-то в сторону, освобождает от своеобразных оков волнистые локоны, подобные бушующему океану в дикую бурю. Он спускается губами к тонкой шее осыпая ее бесчисленными поцелуями, и единственное что им мешало черный, тугой чокер что парень постоянно носил. Юноша в миг понимает что аксессуар лишний и, срывает его разорвав звенья застежки сзади, ему было не важно то как долго он его носил, сейчас ничего было не важно кроме Чеса и его действий, что сводили с ума стоило о них только подумать. Кожа покрывается мурашками частыми волнами заставляя непроизвольно содрогаться, всему виной была холодная, и даже в какой-то мере сырая постель, и непривычные, резкие, но приятные ощущения от касаний желанных губ. Мужчина забирается теплыми руками под одежду парня, оглаживая ими впалый живот, и рельефные ребра. Второй стягивает такую лишнюю сейчас рубашку с юного тела, а за ней и футболку, и все это происходило настолько быстро, что они оба не успевают опомниться, а лишь действуют по зову собственных инстинктов и желаний, которые требовали большего. Юноша в свою же очередь пытается сделать то же самое, но дрожащие от волнения, совершенно не слушающиеся руки не могут даже ухватится за ткань одежды. Видеть сцены эротики, или то же самое порно и делать это в реальной жизни, разные вещи. Там по ту сторону экрана актеры, кадры снятые не с первого дубля, а тут реальная жизнь, и второго дубля не будет. Шатен замечает неуверенные действия парня, но он не собирается от него требовать чего-либо, хотя бы по той причине, что блондин был девственником, и все происходящее для него сейчас новое и незнакомое. Чес легко улыбается потому как такое зрелище показалось ему даже милым, он нежно целует парня в щеку, убирая с его лица непослушную прядь волос. -Я сам. Мужчина снимает футболку с себя, обнажая спортивный, смугловатый, как кофе с молоком, торс который в полумраке казался еще более привлекательным, что сразу же приковывает к себе взгляд юноши, он все еще не до конца верил что это происходит действительно с ним. Блондин протягивает руку и кладет ее на грудь что вздымалась от прерывистого дыхания, немного задерживает ее на месте, а после неторопливо опускает ее ниже ощупывая каждый участок кожи что попадался ему на пути. Неформал лишь с упоением, пристально наблюдает за каждым движением Ди, наблюдает каждый его вздрог, и настолько это было завораживающе что ему хотелось сорваться и в буквальном смысле растерзать юношу, но было еще слишком рано. Он лишь подхватывает изящную руку и оставляет на ней несколько поцелуев на месте которых появляются лишь мокрые следы, которые поднимается до запястья, за ним на локоть и на плече, оказавшись уже на тонких ключицах. Блондин несколько раз вздыхает закатывая глаза от настолько приятных ощущений, это было ожидаемо, потому как он прекрасно знал о том что именно ключицы это его эрогенная зона, и любые, даже почти невесомые прикосновения к ним заставляли волну возбуждения прокатится по всему телу начиная от низа живота и заканчивая где-то в районе шеи легкими покалываниями. Чес проводит теплым, мокрым и немного шершавым языком словно у кота, по бледной груди к затвердевшим то ли от возбуждения, то ли от прохлады соскам, слегка кусая за розоватую бисеринку. Юноша издает несколько тихих стонов что до этого пытался сдержать, по после такой выходки он понимает что это бессмысленно. Щеки, что до этого были просто покрыты румянцем в миг багровеют и блондин пытается это скрыть, закрыть руками, но шатен не дает ему этого сделать. -Не скрывай свое смущение, мне нравится как это выглядит. -Я не могу… Для меня это слишком непривычно. -Это самое малое, что может тебе показаться непривычным. Мужчина проводит рукой по удивительно тонкой талии и спускает ее еще ниже слегка сдавив перед этим угловатое бедро, от неожиданно приятного ощущения парень машинально двигает бедрами вперед, все его тело говорило, просто кричало, о том что он требует большего, но за естественным стеснением это было не так явно. Гитарист кладет руку на пряжку ремня уже будучи готовым расстегнуть его, но на миг останавливается. -Ты точно не передумал, не будешь жалеть об этом потом? -Ты издеваешься надо мной? Нет, нет, и еще раз нет, и уже не передумаю. Ди просто взрывается мимолетным гневом на шатена потому как тот казалось специально тянет резину. Блондин поднимается и схватив мужчину за шею нагло целует его, пошло и грязно, облизывает и кусает губы Чеса, нахально переплетаясь с ним языком. Шатен недоумевает от такой резкой самоуверенности парня, но именно это в блондине нравилось ему. Его самоуверенность, наглость, а такое дерзкое и пошлое поведение, учитывая его неопытность вводило в настоящий шок, что кружил голову. Гитарист толкает парня обратно на кровать не отрываясь от поцелуя с ним и уже без какой-либо опаски расстегивает мешающий аксессуар, и если до этого он совершенно не хотел торопиться и как следует подготовить мальчишку к такому необычному и даже в какой-то степени болезненному опыту, то сейчас ему уже хотелось как можно быстрее сорвать одежду с бледного, желанного тела, собственного что он и делает. В пару рваных движений неформал стягивает с металлиста всю оставшуюся одежду, оставив его совершенно обнаженным, от каждого действия юноша краснел так что даже кончики ушей горели, и чтобы проучить парня за его хоть приятную, но наглость, он резко разводит его ноги в стороны и сильно прижимается к нему бедрами демонстрируя свое полное доминирование, от чего парень и вздрагивает вновь кусая свои губы, рядом с которыми уже были несколько размазанных капель крови. -Что мы уже не такие смелые? Гитарист иронично, с издевкой приподнимает одну бровь довольно улыбаясь. -Почему ты так думаешь? Но мальчишка не собирается отступать, он показательно облизывает верхнюю губу, слегка запрокидывая голову назад. Именно в этот момент азарт вперемешку с возбуждением заставлял юношу показывать себя с самой пошлой стороны, что безусловно заводило и его и шатена. -Вот значит как мы заговорили. Гитарист тянул слова, словно мурлыкает кот, гипнотизируя парня своим поведением, голосом, и это отлично работало. Он проводит большим пальцем по мокрым, уже искушенным губам металлиста, а после аккуратно разомкнув их проникает в теплый рот слегка надавив на язык, он хотел застать его врасплох, но Ди тоже не промах. Он обхватывает влажными губами палец и несколько раз проводит по нему языком напоследок укусив за кончик пальца. -Что такое Дядя Чес? Это было похоже на игру в карты, когда ты готов отдать Джокера лишь бы ввести противника в смятение, разрушить все его планы, ожидания, и выйти победителем с шестеркой. Таких действий гитарист явно не ожидал от парня, все что угодно, но убедиться в том что он готов пойти на все, забыть о стыде и смущении лишь бы идти с ним наравне. Он втягивает воздух сквозь плотно сжатые зубы, садистской желание искусать, исцарапать, запятнать юное тело было сильнее его выдержки, и самоконтроля, потому забыв о каких либо попытках быть на данном этапе осторожным, уходят на второй план, мужчина не сдержавшись кусает мальчишку где-то между грудью и ключицей. Блондин шипит от некой боли, но ловит себя на мысли что ему подобные ощущения нравятся, и пусть на теле не останется живого места, но он хочет испытать его еще раз. Он рукой пробирается в темные волосы на затылке неформала и сжав их до треска насильно прижимает его голову сильнее к собственной груди. Чес понимает к чему клонит этот неугомонный мальчишка и кусает его еще несколько раз, оставляя за своими губами шлейф впадин и покраснений от зубов. -Маленький мальчик оказался тем еще извращенцем. -А что ты ожидал от меня? -Наверное что-то подобное, но я не думал что ты так сразу на это осмелишься. -О поверь, я еще и не на такое могу осмелиться. И мужчина чувствует, как юноша протискивает руку между их телами и дотянувшись ею до паха несколько раз слегка сжимает возбужденный орган сквозь плотную ткань. Неформал сдавленно стонет упираясь лбом в шею блондину, он делает пару движений навстречу руке металлиста, понимая что больше таких игр не выдержит. Он по-хозяйски закидывает одну ногу блондина себе высоко на бедро, а вторую резко отодвигает в сторону, гитарист чувствует как все тело юноши вмиг напряглось, но он понимал что такая реакция вызвана далеко не его выходками, а чем то иным. -Ты боишься? -Страх, это слишком грубо сказано, но в любом случае он есть всегда, перед чем то неизведанным. Но я доверяю тебе. И неформал верил этим словам, он видел что Ди совершенно не закрывается от него как в самом начале, то что его уже не остановит никакой страх, и никакие сомнения. Мужчина облизывает кончики указательного и среднего пальца и медленно, стараясь не делать лишних движений, проводит ими между бледных ягодиц, и аккуратно вводит внутрь средний палец. Блондин жмурится, и схватив гитариста за плечо сжимает руку врезаясь в кожу короткими, но острыми ногтями. Чес склоняется над телом мальчишки и отрывисто целует его губы, щеки подбородок, он пытается переключить его внимание от очевидно неприятных ощущений. Металлист приглушенно стонет и шипит, боль и неприятное жжение казалось покрывало собой живот и бедра, хотелось отпрянуть и прекратить любые подобные манипуляции, но он терпит, терпит потому что понимает что возможно другого шанса у него не будет, тем более он прекрасно осознавал что с самого начала будет невыносимо, он лишь крепко обнимает шатена, прижимая его к себе словно пытаясь протиснуться сквозь грудную клетку внутрь и остаться там же, спрятавшись где-то между ребер. Лоб в считанные секунды покрывается испариной, а уголках глаз собирается влага, и так длится несколько, казалось безумно долгих минут, и напряжение с болью начинают утихать, давление в мышцах спадает и наконец тело может расслабиться. -Все в порядке? Шатен растерянно смотрит в аквамариновые глаза и даже почти в полной темноте он может разглядеть разводы от еще свежих капель слез что так и остались под ресницами, и от такого вида внутри что-то сжимается перекрывая дыхание. -Сейчас да. -Прости меня, иначе нельзя, я могу навредить тебе. -Я понимаю, но уже все в порядке, не извиняйся. Блондин выравнивает сбитое дыхание, и прижимает мужчину к себе еще ближе насколько только он мог это сделать, оглаживая сильную спину и руки, целуя припухшие от укусов и поцелуев губы. Гитарист видит что его старания и аккуратность не пропадают даром, и чувствует что тело юноши расслабляется, буквально тает в его руках, но с каждой секундой наблюдения за молодым, нежным образом металлиста, становилось понятно что держать себя в руках становиться все труднее. Он не торопясь вводит следом за средним пальцем указательный, проникая до упора, аккуратно и медленно подгибая их раз за разом, понемногу наращивая темп, давая мальчишке привыкнуть к новым и необычным ощущениям чего-то инородного внутри собственного тела. Металлист неожиданно для себя понимает что все те мешающие стереотипы о «правильном» и наоборот в его голове уходят куда-то далеко, в тот момент когда он непроизвольно начинает чувствовать непреодолимую тягу к греху разврата, и это ему нравилось. Он чувствует как собственное тело, совершенно не слушаясь своего хозяина, самовольно идет навстречу ласкам мужчины, что кстати скорее всего знал что ему стоит делать раз юноша в миг от его манипуляций забывает совершенно обо всем, а здоровый рассудок заставляет помутиться. Каждое движение, каждое нажатие, заставляют начать то задыхаться, то давиться воздухом из-за переизбытка чувств и ощущений, и начать прилагать усилия к тому, чтобы сдержать стыдливый стон, но в момент когда кислорода действительно стало не хватать из приоткрытых бордовых губ раздаются первые мольбы тела и самых темных участках его души, о том чтобы это никогда не кончалось. Блондин уже намеренно и осознанно, но все еще немного неуверенно подается тазом вперед ближе к мужчине тем самым слегка ускоряя его темп, он закрывает глаза чтобы намного лучше почувствовать то как возрастающее возбуждение завязывает в узел мышцы внизу его живота. Он тянется дрожащей рукой к пряжке ремня на штанах шатена, в судорожных, резких движениях поддевая метал, вытягивая кожаную ленту из шлейки, и расстегивая его полностью. Свободной рукой гитарист помогает юноше и не отрываясь от уже саднящих губ, и избавляется от остатков собственной одежды, оставив на себе ничего кроме наручных часов, но на них уже было как то плевать. Чес одним рывком поднимает худое, и бледное, словно покрытое бархатом, тело блондина и усаживает его на свои бедра, придерживая его за тонкую талию, он чувствует как руки Ди обвиваются вокруг его шеи и плеч в крепких объятиях. -Если я сделаю тебе больно ты должен будешь мне об этом сказать. Голос звучал где-то на уровне шепота, почти сливаясь с шумом крови в ушах, но его все же было возможно услышать. Металлист ничего не отвечает, лишь прижимается к горячему телу шатена грудью и животом, осыпая его губы, подбородок и скулы частыми поцелуями, то и дело натыкаясь на темные пряди волос, что путались на языке, но он не обращал на это внимания. Шатен приподнимает блондина над своими бедрами, и помогая себе рукой проникает в еще девственное тело, в котором было настолько тесно, тепло и влажно, что только от первых миллиметров внутри него уже закатывались глаза, обильное количество смазки, выделяющейся за долгое время прелюдий, очень облегчает задачу, и всего лишь в пару движений гитаристу получается войти не только головкой члена как ожидалось, а немного больше. Бледнокожий был готов к тому что испытает то же что и изначально, но стоило ему ощутить внутри себя истекающий смазкой, возбужденный, наполовину вошедший орган, он понимает что только от самой мысли не говоря уже об ощущениях был готов кончить. Его тело вновь рвало нить между желаниями и мозгом, и совершенно забыв о приличии он громко выдыхает вперемешку с протяжным высоким стоном, голова опускается на рельефное плече шатена, юноша он упирается лицом в его шею кусая загоревшую кожу, втягивая ее в рот и оставляя на ней бордовые с фиолетовым отливом следы, он пытается хоть немного выгнуться, опуститься ниже, почувствовать больше, но руки неформала, что крепко держали его за ягодицы не давали этого сделать. Мужчина чувствует эту самовольность со стороны Ди, и прерывает любые попытки сделать что-то самому, сейчас уже разговор шёл не о господствовании над телом друг друга, а о банальной осторожности. Посаженным голосом, Чес шепчет куда-то в потолок, пытаясь держать в узде свою животную натуру, которая требовала самого настоящего насилия. -Не двигайся. Где-то у его уха рядом с которым горел новый укус, слышится немного раздосадованный голос металлиста, что пытался подавить в себе очередной стон. -Почему? -Тебе еще слишком рано самовольничать. -А тебе уже слишком поздно говорить об осторожности. Мальчишка переключается с уже багрово-синей шеи на губы неформала, он так как и в самом начале беспощадно цепляется за них, кусает, чувствует как с нижней губы к нему в рот попадает соленая, с металлическим вкусом жидкость, но и сам кареглазый не отставал от него в ответ вталкиваясь длинным языком в рот парня. Он несколько раз осторожно приподнимает и опускает юношу над собой не давая ему полностью опустится на бедра и член потому как это может быть чревато последствиями. Шатен кладет обратно мальчишку на кровать, оставаясь на весу над изящным, хрупким телом. -Замкни ноги у меня за спиной. Юноша беспрекословно действует инструкциям неформала, и на секунду поняв в какой позе он сейчас находится, совершенно без одежды, в укусах, тело блестело от пота, его щеки вновь становятся красными, словно ему кто-то дал несколько пощечин, но он не мог не признать что это не возбуждало не меньше чем смущало. Чес пропускает свою руку под голову металлиста, придерживая ее ладонью и приподнимая, сокращая расстояние между их лицами еще меньше, зарывается пальцами в пышные как облако блондинистые волосы, что на свету отдавали серебром. Он уже не так сильно переживает за сохранность тела мальчишки потому как чувствовал, что может войти в него еще глубже, до самого конца, но что-то его еще останавливало от этого, потому дойдя до половины, его движения становятся более быстрыми и уверенными, с каждым проникновением он ощущал как мышцы вокруг его члена сжимаются и сокращаются. Худые руки Ди обхватывают его спину словно цепляясь за нее, его глаза то закрывались, то открывались, то заказывались от удовольствия, все происходящее, все что он ощущал, до каждой мелочи, казалось что он буквально чувствует как биоток блуждает под его кожей отдавая покалываниями в конечностях, все вместе, в пошлом и развратном коктейле, заставляло стонать все громче и громче, но по какой-то причине юноша не хотел допустить этого, единственное что он позволял себе так это частые вздохи и еле слышные постанывания, но когда сдерживать это стало практически невыполнимо, но зажимает собственный рот рукой. Гитарист замечает этот жест и если раньше когда он спал с бывшими девушками его действительно раздражали их слишком громкие крики, и ему самостоятельно приходилось закрывать им рот, то сейчас он требовал обратного, ему хотелось заставить парня верещать от удовольствия. Он отдергивает руку от лица голубоглазого ненадолго прижимая ее своей к постели. -Не смей себя сдерживать, я хочу слышать тебя. Голос гитариста мешался с глубоким порывистым дыханием и редкими, тихими постанываниями, в своих движениях он становится более резким пытаясь заставить мальчишку действительно кричать и просить еще, и ему действительно это удается. Спустя несколько более грубых чем ранее толчков, старания блондина становятся безрезультатными и у него действительно нет сил себя сдерживать. Он хватается за плечи неформала крепко сжатыми руками, постоянно соскальзывающими от большого количества пота, то откидывая голову далеко на подушку, оголяя манящую бедную шею, то упираясь лбом в ключицы Чеса неоднократно кусая их, ведь он может себе это позволить. Его горло болело от громких стонов и криков, во рту пересохло, грудная клетка пульсировала от сбитого дыхания, пальцы на руках и ногах непроизвольно сжимались, и юноша понимает что уже практически доходит до своего пика удовольствия. -Чес, стой! Стой! Пожалуйста, остановись! И мужчина вмиг останавливаясь уже будучи готовым отстраниться от блондина, но ему не дают этого сделать ноги и руки парня, что мертвой хваткой вцепились в его торс. -Что случилось? Тебе больно. Но металлист лишь улыбается. -Нет, ни в коем случае, просто я… Мальчишка облизывает свои поврежденные губы и вновь отводит стыдливый взгляд в сторону, подальше от серьезных карих глаз. -Ди, что просто? -Просто я не хочу сейчас кончать, я хочу чтобы это продлилось еще хоть немного. Шатен не сразу понимает о чем говорит парень, потому как никогда не мог представить что он скажет что-то подобное, его губы расплываются в довольной улыбку, а встревоженные широко открытые глаза вновь становятся хитрыми как у лиса. Он поднимается над юношей, полностью выровняв спину. Его рука соскальзывает с плоской груди до угловатого таза, а с него на бедро, он выводит ногу блондины из-за своей спины, и зажимает тонкую лодыжку между локтем и торсом, придерживая ее под коленом. Его голова как то подозрительно и настораживающе склоняется в сторону, шоколадные, влажные волосы падают на его лицо прикрывая частично один глаз. -Это не последний раз со мной, а на сегодня для тебя и так всего много. Ди хотел уже что-то возразить, но все его мысли и высказывания прерывает внезапно вырвавшийся из его груди громкий стон, вызванный неожиданно резким движением, он почувствовал как сильно выпирающая головка члена уперлась о верхнюю стенку внутри него, что вызвало настолько бурную реакцию. Шатен лицезрел под собой уже растленное, познавшее что такое похоть, и удовольствие от чужих ласк юное тело, от этого оно и сам образ металлиста уже не становились такими чистыми и невинными, а выражали в себе примесь разврата, порока, и тяги к плотскому, примитивному, животному. От таких мыслей четкость перед глазами падала, а руки на соблазнительных бедрах блондина сжимались. Вся сущность мальчишки и его тело билось в агонии, руки мяли и комкали простыни на кровати, волосы путались и из красивых волнистых превращались в спутанную паклю вперемешку с потом, по щекам смазывалась тушь и тени плыли в разные стороны, он кричал срывая голос, все лицо горело, а острый комок удовольствия где-то внизу, что метался между ногами, все больше давил на парня. Где-то между своими стонами он слышит как несколько раз зовет Чеса по имени, он все еще кричит и просит его остановиться, но даже само его тело говорит само за себя и просит приятного окончания. Парень выгибается, пытаясь привести себя в чувства царапает собственные ключицы. Но все его старания как то отсрочить конец идут насмарку, когда он что в момент блуждавший по животу и промежности комок смешанных чувств, концентрируется на самой головке его члена, и заставляет бледную, полупрозрачную жидкость расплескаться по его животу, стекая по талии на кровать. Такого облегчения, как сейчас, блондин не чувствовал еще никогда, даже во время мастурбации. Чес смог довести его до пика его возбуждения и заставить освободиться от него, почувствовать приятное опустошение и не сравнимую ни с чем усталость, приятно расслабится и даже не чувствуя мужчину внутри себя несколько раз тихо простонать от остаточного чувства.