Спасти тебя, Мишка

***

Про исповедь Анютки в туалете Юля поведала Мишке почти сразу, как тот вернулся домой. Усевшись на кровать и слушая внимательно, не перебивая, рассказ, тот всё больше хмурил брови, а по окончании и вовсе надолго погрузился в свои мысли. Будто пытался что-то старательно обдумать. Юлия не тормошила парня, давая время обмозговать полученную информацию и может, даже что-то придумать для решения этой непростой ситуации. У ней самой не было абсолютно никаких идей, что можно сделать с этим всем, так что оставалась лишь малая надежда на сообразительность Горшенёва. Молчал Миха подозрительно долго, сплетя пальцы в замок и положив на них подбородок, но в итоге медленно выдал: — Знаешь, Юль, я за жизнь успел повидать много разных людей. Конечно, далеко не все были белыми и пушистыми. Да и случалось всякое. Но чтобы вот таких мразей… С ней надо реально что-то решать, иначе… — Может у тебя есть идеи? — девушка присела рядом с парнем на кровать, ожидающе глядя на него. — Не так, чтобы какие-то конкретные… Насколько я успел понять, она у вас любит всякие дорогие цацки, шмотки, понты всякие короче. Что, если её побить её же оружием? — медленно проговорил он, глядя на выключенный экран маленького телевизора. — Что ты имеешь в виду, Миш? — тихо спросила Юля. — Погоди Юль, мысля щяс соскочит, — поднял палец Миша, призывая к тишине и снова замолчал, продолжая глядеть в пространство и заставляя шестеренки мозга работать быстрей. Юлька больше не перебивала, просто глядела на его сосредоточенно-серьёзное выражение лица и ждала. Ждала, пока кусочки пазла в голове парня соберутся в единую картинку. Честно говоря, такую глубоко задумчивую гримасу редко доводилось видеть на обычно улыбающейся безмятежно физиономии. Так что крепко задумавшийся Миха даже казался девушке каким-то странным, что ли. Словно такая задумчивость не была естественным состоянием Мишки и от этого становилось слегка не по себе. Спустя, наверное, минут двадцать он, наконец, вылез из своего глобального обдумывания и слегка встрепенувшись, глянул на девушку. Положив руку на плечи Юле, Миша подтянул её к себе поближе, поцеловав в висок. — Ну что там мысля твоя, созрела наконец? — поинтересовалась Юля, прижимаясь к парню. — Созрела, кажись, — кивнул Миша. — Я тут чего подумал… Саша эта, она ж нас всех знает уже. Ну, в смысле как мы выглядим, кто есть кто. Если мы хотим избавиться от неё, нам нужен тот, кто в случае чего не вызовет особых подозрений, понимаешь, да? — Ну, если честно, пока не очень. — Короче, если мы будем пытаться что-то сделать против неё сами, она сразу поймёт, что это мы воду мутим, понимаешь, да? Значит что в таком случае нужно? — он выдержал после вопроса паузу, словно давая Юле возможность поразмышлять и самой понять смысл его идеи. А Юлька совсем не понимала, чего Миха от неё хочет, так что пауза после вопроса ни к чему не привела. — Нужно, чтобы действовал тот, за кого она вообще не в курсе, — вздохнув, продолжил Миша. — Пацан там или девчонка, неважно. А лучше, наверное, чтобы и тот, и другой. — Может, ты расскажешь уже свой гениальный план полностью? — попросила девушка, потому что сил думать уже практически не осталось. — А то я совсем ничего не понимаю. Миха отрицательно покачал головой. — Не сейчас пока, оленёнок, надо ещё кое-что будет продумать. Потому что саму идею я в принципе придумал, но надо ещё довести её до ума. А вообще хорошо бы обговорить всю эту хуйню с остальными и послушать их мнения. И ещё — у тебя остались контакты этой… как её… — Мишка защелкал пальцами, пытаясь вспомнить имя. — Ну, девчонка с вами сидела тогда в Анапе, в баре. Вы еще виски вместе пили. — А, Маша что ли? — уточнила Юля. С чего это вдруг Мишка вспомнил о ней? — Да, она бы здесь тоже пригодилась. Вы как, это самое, нормально с ней заобщались? — Ну, не так чтобы стали лучшими подругами за один вечер, но контакт наладили сто процентов. Погоди, у меня вроде её номер в мобильнике записан… — Юлька было подорвалась искать мобилу, вскочив с дивана, но Миша удержал её. — Сейчас не надо, Юльк, потом. Главное, что к ней, если чё, можно обратиться с просьбой и она не кинет. — М-м, ну думаю, что можно, — поразмышляв, кивнула Юлька, кладя голову к Михе на плечо. Она все еще не могла понять, что за идею такую придумал Миша и зачем ему могут понадобиться контакты Маши. Лишь только надеялась, что после осуществления задумки зловредная девчонка отстанет от них раз и навсегда. — Отлично, — улыбнулся Горшок, беря ладони девушки в свои. — Я так понял, что понравился этой Сашке… Ещё тогда на совместной с вами паре, помнишь? Когда она с подружкой подходила своей, чтобы сесть рисовать вместе. — Да, как же такое забудешь, — усмехнулась девушка, вспоминая лицо Яковлевой, когда ей дали от ворот поворот аж два раза подряд. — Знаешь, а ведь это можно использовать… — Не поняла, — Миша повернул голову и увидел слабый, но всплеск искорок в темных глазах. Слабо улыбнувшись, он взял и посадил девушку себе на колени, обхватив покрепче в районе живота и положив подбородок на её макушку. Сколько всего они уже прошли вместе, а она всё еще думает его ревновать… — Сейчас всё поймёшь, Юльк. Я подскажу — у нас ведь существует ещё один чувак, который похож на меня, — подталкивал к правильной мысли девушку Горшенёв. — Точно. Лёшка… — тихо ахнув, догадалась девушка. Кажется, она потихоньку, со скрипом, но начинала понимать, к чему клонит Мишка. — Ну, вы не так, чтобы очень с ним похожи… — Ты чего? Да мы одно лицо просто, — улыбнулся Миша. — А вообще нам же не нужно идеальное сходство, так даже лучше. Меньше шансов, что девчонка что-то заподозрит. Главное, что есть общие черты и всё. Только вот согласится ли брательник на нашу авантюру — ещё тот вопрос.

***

— Да ну Мишк, фигня какая-то. Если эта девчонка действительно такая, как ты рассказываешь — какие у меня вообще шансы? Ребята сидели вдвоём в небольшой продуваемой ветром железной беседке в парке, захватив с собой пару баночек пивка. Вообще, это не самое лучшее место для собраний, потому как здесь в основном любили тусоваться разные алкаши, бездомные и прячущиеся от народа нарики. Беседка удобно находилась в отдалении от основного гуляющего по дорожкам народа, рядом с полуразрушенным давно не работающим фонтаном. Заросшая по периметру невысокими колючими кустарниками и молодыми деревцами, она почти идеально скрывала сидящих внутри от чужих глаз. Да и сами люди тоже старались особо не ходить этой дорогой, во избежание разных прецедентов. Потому как жизнь дороже какой-то короткой дороги к дому. А валяющиеся в самой беседке и за её пределами грязные обломки шприцов, стекло разбитых бутылок и другой мусор давали четкое представление об обитающем здесь контингенте. Но нашим панкам все опасности нипочем. Увидев, что в злополучной беседке никого нет, парни сразу направились туда, чтобы не мозолить глаза гуляющим мамочкам с детьми своими пивными посиделками. — Она ещё хуже, Лёх. Я б не обращался к тебе за помощью, если бы не вся эта хуйня… — словно оправдывался Миша, отпивая немного пива и меняя положение, горизонтально закинув правую ногу на плашку скамейки, так что подошва ботинка торчала. — Но ты ж понимаешь — если её не остановить сейчас, она просто сожрёт Юльку и девчонок, бляха-муха. С потрохами сожрёт и костей не выплюнет. — Да понимаю я всё, понимаю. И то, что сожрёт, и что помочь надо. Но блин, то, о чём ты меня сейчас просишь… Мишк, ну я так не могу, — ответил со вздохом Лёша. — Блин, ну я ж не прошу тебя трахаться с ней, семью там заводить, понимаешь, да? — Ещё бы попросил! — воскликнул младший, чихнув. — Тем более, тебя она ни разу не видела, так что даже проще. Риска гораздо меньше, если будешь действовать ты. Да и потом — это ж просто девчонка, ё моё. Злая, высокомерная и жадная, но девчонка. А ты пацан, понимаешь, да? Но, видимо, Лёшка не понимал, потому как продолжал сидеть на изрисованной маркерами лавочке, опустив голову и ковыряя землю носком ботинка. Разыгравшийся ветер трепал полы распахнутой куртки и заставлял пальцы рук мелко дрожать, так что пришлось убрать их в карманы. Ух, холодает стремительно, однако. Миха расстроено вздохнул, первый раунд дебатов он проиграл. Соображая, каким еще способом попытаться убедить брательника помочь им, он достал пачку и вытащив любимую папиросу, зажёг её. Вроде и сильно давить не хотелось, брат всё ж таки. Да и вдобавок Мишка понимал, чего просит от Лёхи, и что дело это требует определённой внутренней решимости. Конечно, если эта решимость есть. Он никогда не забудет, что брат защитил от ночных отморозков и привел домой Юлю. А для таких подвигов как раз нужно обладать стойким характером. Хотя, если так рассуждать, это Мишка обязан ему, хотя Леха ничего не требовал за свою душевную доброту. А после придуманной им идеи Горшок ещё больше будет должен брату. Ладно, сочтутся уж как-нибудь, чай, не последний год живут эту жизнь. И всё же нужно, чтобы младший Горшенев согласился участвовать в этой авантюре. Миха, конечно, мог бы попросить знакомых ребят из клуба помочь, но во-первых, не хотелось посвящать в это дело лишних лиц. Потому как и среди них могут быть подставные, они с Князем это усвоили еще тогда, когда их повязали менты за уличную драку. А во-вторых, раз ставка делается на симпатию Сашки к нему, то необходим именно Лёшка. Жаль, что второго Миши в мире просто не существует, иначе он бы непременно обратился к нему и тот помог без лишних вопросов. А Лешка вот пока неуверен. Может он поменяет свое мнение, если Миха расскажет ему всё начистую? — Вот ты думаешь, что девчонка эта просто высокомерная дочка богатого папочки. А если я скажу тебе, что она виновна в том, что поломала подруге Юли жизнь? Да и Юльке тоже… досталось от неё. Леша поднял голову и уставился на брата непонимающим, но заинтересованным взглядом. — Это как? Собравшись с мыслями, Мишка глубоко вздохнул и принялся рассказывать брату всю историю вражды с начала. Про совместный урок их с Юлей групп и попытки подката к нему со стороны Саши, про угрозы, про случай с зачетками и самую важную и страшную часть — произошедшее в туалете ТамТама после их концерта в июле. На этом моменте он не стал сильно зацикливаться, поскольку перед глазами сразу всплывала ужасающая картина, рвущая на части сердце и заставляющая сжимать яростно кулаки. Леша слушал рассказ брата, медленно попивая пиво и с каждым словом все больше поражался человеческой жестокости и жадности. Неужели такие люди и вправду существуют? Хотя, учитывая тот мир, в котором они живут, мир, где чуть ли не каждый пятый совершил какой-либо грех, вопрос наверняка покажется глупым. Под конец рассказал Лешка и вовсе загрузился. Вытащив из кармана чёрных джинс пачку он медленно взял папиросу в зубы и поджёг её. Вроде не так часто старается курить — не только потому, что отец может его спалить, но и чтобы поберечь здоровье. Как бы иронично это не звучало. Он вообще начал это дело спонтанно и не так давно. Так, побаловаться немного, только и всего, а не как Мишка — назло самому себе. Но после услышанного сегодня точно будет дымить больше обычного. Леша хорошо помнил состояние Юли, когда нашёл её — грязная, заплаканная и съёжившаяся, словно маленький котёнок, выброшенный как ненужная больше игрушка. Он искренне сочувствовал ей и её ситуации, выслушивая рассказ о ссоре с Мишей. Он не мог винить брата за его вспыльчивость, не хотел винить девушку за то, что она убежала в дождь, лишь бы только больше не видеть этой грязи. Леша не любил судить людей со своей позиции — он не посланец Бога, чтобы карать людей за их грехи, а всего лишь один из нескольких миллиардов людей. Причём людей равных друг другу. Лишь только порадовался, когда на очередной репетиции, где он подменял Поручика, заметил этих двоих вместе и довольных. После того, что он услышал про любимый клуб Миши, представил, каково тогда пришлось Юле… Бр-р, аж невольно содрогнулся всем телом. — Теперь ты понимаешь, чего я хочу от тебя? — закончил Миша и взглянул на брата, ожидая, пока тот переварит его продолжительный монолог. — Нужно сделать так, чтобы эта сука больше никогда не раскрывала свой рот в сторону Юльки. Ты можешь помочь в этом, Лёх. — Остальные в курсе? — тихо спросил Алексей, выдыхая медленно сигаретный дым и вновь затягиваясь. — В курсе чего? — Всего этого дерьма. Ты рассказывал им то, что сейчас рассказал мне? Просил их помочь? Или попросил меня из-за того, что я твой брат? — Я попросил не «из-за», а «потому что», — спокойно ответил Миша, сминая жестяную банку от пива рукой. Он чувствовал, что брат проникся его рассказом и вот-вот согласится. — Андрюха, Балу — они, конечно, друзья в первую очередь. Но ты… Лёх, я ведь и правда прошу, потому что ты мой брат. Но мля, не могу заставить тебя насильно помочь. Далеко не мне помочь, Юльке. Если эта поганая девчонка сгноит её… Я здесь тоже не задержусь, понимаешь? — Мишка отчаянно заглянул в глаза брату. Лешку пробрал холодок от осознания, что Миша не шутит. Что действительно, если с Юлей что-то вдруг случится, то Миха уйдёт вслед за ней и глазом нисколько не моргнёт. Даже друзья и любимая музыка ему не помешают это сделать. А до такого нельзя никаким образом доводить. Собравшись с мыслями, Леша докурил сигарету до самого фильтра, решаясь, и бросив ее под ноги, затоптал. — Хорошо. Я согласен. Чего конкретно делать нужно?

***

Ночь — это время открывающихся опасностей, потому как с заходом солнца наружу выползают самые потаенные кусочки зла. И ладно, если ты какой-нибудь спортсмен и сможешь дать сдачи в случае чего. А вот тем же девушкам нужно быть особо бдительными, потому как подвыпившие старые алкаши или компания гопников могут поджидать на каждом углу. И неизвестно, закончится ли такая встреча хорошим концом. Так что если решишься прогуляться по мощеным улочкам, поглощенным ночным мраком, нужно быть предельно осторожным. Более-менее безопасно ходить по главным улицам, их освещали, хоть и скудно, уличные фонари. Но стоит только свернуть в темные непроглядные дворы — перекрестись несколько раз и иди на свой страх и риск. Вот Сашка и пошла по такому принципу, решив срезать через дворики путь до дома. Засидевшись в гостях у подруги, шумно отмечая дембель её брата, она даже не заметила, как за окном зашло за горизонт солнце и улица стремительно погрузилась в темноту. Несмотря на то, что внешне девчонка старалась храбриться, маленькая частичка страха все же клокотала внутри. Вот она проходит наискось через детскую площадку, совсем пустую в такое время, к тропинке, проходящей меж двух углов панельных домов, стоящих совсем близко друг к другу. Тропинка, наполовину заросшая сорной травой и колючими кустами, была узковатой и какой-то полузаброшенной. Словно по ней не ходили несколько недель или вообще забыли о её существовании. Девушка шла быстрым шагом, гордо подняв голову и показывая мнимым бандитам, что она ничего и никого не боится. Ведь не боится же? Каблуки звучно стучали по старому асфальту, на плече болталась маленькая сумочка. На этот раз её парней здесь нет и придется в случае чего справляться самой. Как же она это не любит… Внезапно Сашка остановилась прямо посредине тропки. Ей вдруг показалось, что из-за угла одного из близстоящих домов показалось два смазанных силуэта. Они прошли быстро, словно скользящие по воздуху невесомые призраки, и скрылись за соседним домом. Тонкие иголочки страха начали впиваться в кожу девушки, больно пронзая тело. Может быть, просто показалось? Вдруг один из ближайших к ней кустов с колючками зашевелился, треща ветками, и оттуда вылез невысокий парень, застегивающий на ходу ширинку джинс. На голову его был плотно надвинут капюшон балахонистой шуршащей куртки, так что лица не разглядеть толком. Сашка бросила быстрый тревожный взгляд на парня, и приняла решение продолжить движение. Может он и вовсе не обратит на неё внимание, а она к тому времени быстренько уйдет. — Девушка, — раздался вдруг громкий окрик. — Ну стой же ты, кому говорю, блин. — Чего тебе надо? — ответила раздраженно Саша, надеясь спрятать за этим раздражением свой возникший страх. Всё-таки обратил внимание. — Чё ты так грубо-то сразу? Познакомиться может хочу, это самое, — усмехнулся парень, шурша своей курткой. — Не знакомлюсь. Тем более, с такими, как ты, — грубовато ответила девушка, надеясь, что от такой грубости он растеряется и отстанет от неё. — С такими, как я? Это с какими это, с чмошниками и лохами? Давай, скажи мне, бляха, что я чмошник, — парень начал наступать на девушку, в голосе звучали явные угрожающие нотки. Чёрт, грубость не прокатила. Он вдруг резко схватил её за руку и не давая опомниться, притянул к себе. Одной ладонью крепко удерживал, а другую нагло положил на выпуклость ягодиц под джинсами. — Ты совсем обалдел что ли, нахрен? — Сашка вдыхала неприятный запах вонючих папирос, исходивший от парня. — Пусти, я буду кричать. Ты вообще знаешь, кто мой отец? Он тебя вмиг найдет и переломает тебе все кости, ясно? — Мне похуй, кто твой батя, и кричать ты не будешь, поняла? — заверил парень, нагло щупая ладошкой все причинные места. Здесь Сашке и правда стало страшно, обычно пугалка отцом срабатывает на все сто процентов. Что этот мерзкий тип может с ней сделать, изнасиловать, обокрасть, убить? А может быть все вместе? — Пойдем со мной, у нас пацанов много, а женской компании как раз не хватает, — он начал медленно её волочить за собой к темным кустам, из которых вылез. — Да хватит брыкаться, ё моё. — Эй, что за дела? — раздался вдруг голос. Оба повернулись к источнику звука — из темноты выплыл высокий силуэт и явно направлялся к ним. А не один ли это из тех, кого Сашка видела возле угла дома несколько минут назад? — Тебе ещё хули надо, пацан? — зло ответил державший девчонку парень. — Это я у тебя должен спросить. Ты в курсе, что девушке сначала надо хотя бы букетик подарить, чтобы она с тобой пошла? А вот так ловить девчонок и тащить насильно с собой как-то не по-пацански, знаешь ли. — Плевал я на эту хуйню, понял? Давай, катись отсюда колбаской, шкет, — парень в шуршащей куртке издевательски плюнул прямо в лицо второму и развернувшись, продолжил тащить девчонку за собой как ни в чём не бывало. Вытерев с лица чужие слюни рукавом куртки, парнишка тихо рыкнул и побежал за этими двумя. Догнав ублюдка и развернув его к себе лицом, с размаху и без предупреждения заехал тому по носу. Надо сказать, что драки — это не совсем по его части, больше по части его шебутного брата, но когда в крови зашкаливает адреналин… От удара пацан в капюшоне выпустил-таки руку Сашки, схватившись картинно за свой нос и слегка постанывая. Пока он очухивался, наш спаситель скоро подхватил девчонку за руку и они рванули по тропинке прочь, в темноту. Позади раздавались возгласы и маты от униженного пацана. Отбежав на приличное расстояние, они завернули в какую-то темную высокую арку. — Уф-ф, ну и пробежка, — прислонившись к стене рукой для устойчивости, судорожно выдыхал парень. Да уж, давненько он не устраивал такие марафоны бега. Сердце колотилось как бешеное, дыхание срывалось на хрипы, а ноги едва держали на весу. Отчаянно хотелось опуститься куда-нибудь и посидеть хотя бы минут десять. — Да уж. Никогда не бегала так… быстро, — отвечала с одышкой Саша, отбрасывая со лба длинные волосы. Она ещё и на каблуках сегодня, просто ужас. — Слушай, ты бы не ходила в такое время одна по улице, — говорил парень, оглядывая девушку. По её лицу и не скажешь, что пару минут назад её хотели уволочь неизвестно куда. Словно она вовсе и не испугалась. — Ладно я мимо проходил… — Мне тебе «спасибо» надо сказать? — проворчала Александра, разглядывая мимоходом свои руки. — Черт, я, кажется, ноготь сломала… — Серьёзно, ты беспокоишься о своих ногтях вместо того, чтобы прислушиваться к дельным советам? — возмущенно проговорил парень. — Это был очень дорогой маникюр, знаешь ли, — фыркнула Александра. Парню стоило больших усилий не сказать, что дороговизна вовсе не означает красоту. — Вообще было бы неплохо и поблагодарить. Я так-то спас тебя от ужасной участи только что. За тобой должок. — Ладно, спасибо, — это прозвучало таким тоном, будто это не она должна благодарить спасшего парня, а он её. Парнишку невероятно возмутил такой пренебрежительный тон. Вот и спасай после такого девчонок из всяких опасностей, сам же после и окажешься виноватым. — Неплохо. Еще пару раз потренируешься говорить это слово — еще лучше прозвучит, — попытался подколоть девушку парень, взъерошивая ладошкой волосы. В ответ она показала ему язык, но он этого в темноте не увидел. — Ладно, я не за «спасибо» тебя спас. Отдышавшись и приведя себя в порядок, они вышли из темной арки и направились по улице, не сговариваясь, прямиком до дома девушки. — А почему тогда? — спросила Саша, разглядывая мимоходом парня. Высокий и темноволосый, одетый в джинсовую куртку, он источал какое-то странное невидимое спокойствие. «А ещё, — подумала девушка. — Он мне кого-то напоминает, причем очень сильно. Блин, точно, лицо как будто знакомое… Где я его видела?» — Не смог мимо пройти, — просто ответил парень. Сашка призадумалась с этих слов. Быть может, она всё же слишком строга с этим симпатягой, которого видит в первый раз, ведь по факту он ей ничего не должен. Наверное, надо маленько смягчиться. — М-м, ну раз так… Меня, кстати, Александра зовут, — сказала Сашка, заправляя прядь волос за ухо. — Можно просто Саша. Она решила сменить свою колкую тактику и действовать по-другому. Вдруг он спас её не из соображений чистой совести и благородства, а потому что она ему приглянулась? А все эти рассказы про совесть и тому подобное просто чтобы её впечатлить. — Меня, кстати, Лёша. Будем знакомы, «просто Саша», — ответил парень, доставая из кармана сигарету и зажигалку. Остановившись на пару минут, он чиркнул зажигой, огонек осветил на несколько секунд его чуть нахмуренные брови. «А он, кстати, ничего, симпатичный такой пацанчик… С юмором, ну всё, как я люблю. Вот только бы вспомнить, кого он мне напоминает…», — Сашка напрягала свою память и никак не могла вспомнить. Вот же блин. Ну ничего, у ней ещё будет время обдумать всё произошедшее дома.

***

На смену ярко-золотой осени незаметно начала приходить холодящая кости зима. Дни становились всё короче, а температура воздуха падала всё ниже и ниже. Ранним утром шедшие на работу люди выдыхали из ртов облачка пара и кутались плотней в свои меховые куртки и пальто. Конечно, сезонный цикл происходит каждый год и каждый же год приходит зима, однако всё равно раз за разом надеешься, что в этот раз суровая снежная хозяйка забудет принять эстафету у летней веснушчатой красавицы. В одну из таких холодящих ночей Юлька проснулась от того, что жутко замерзла. И не мудрено, она заснула за просмотром очередного сериала, забыв надеть свои шерстяные носки. Отопление, как таковое, в квартирах конечно дали, но оно как-то не особо помогало прогревать жилища, а уж тем более их обитателей. Так что приходилось согреваться еще и своими силами, чтобы избежать превращения в ледышку. Осторожно перелезая через безмятежно похрапывающего Мишку, наполовину сбросившего на пол одеяло, содрогающаяся от холода девушка направилась к шкафу, дабы найти там что-нибудь теплое, чем можно было спастись от гуляющего холода. Странно, телевизор не работал, может Миха проснулся и выключил? В комнате темным-темно, лишь только свет фонарей с улицы слабо проникал сквозь грязноватые окна. Так что приходилось Юле ориентироваться в пространстве буквально на ощупь. Маленький Горшик дремал, уютно свернувшись клубком в ногах Миши и спрятав носик под лапку. Говорят, верная примета к морозам, если кошка нос прячет. Медленно открыв дверцу шкафа с глухим скрежетом, Юлька прикусила губу и глянула на Мишу — тот от скрипящего шума слегка покашлял и только, мол, «меня такими звуками не разбудить». И вот как, скажите на милость, этому человеку удается спать в таком холоде совершенно безмятежно, да ещё и будучи полураскрытым? Либо же это Юлька такая мерзлячка? «Или же мысль, что у Михи под кожей проведены тонкие ниточки согревающих батарей перестаёт казаться фантастической», — с лёгкой улыбкой подумала девушка, наощупь ориентируясь в недрах этого старого шкафа. Так, тут какие-то майки, нужно будет их подальше убрать, уже не май месяц; вот плотная ткань джинс и какой-то шуршащий материал — всего лишь одежда. Значит надо спуститься на полку пониже и проверить там. Наконец рука наткнулась на нечто колючеватое, плотное и явно тяжёлое. Ура, победа. Теперь она спасена от смертельного превращения в Снегурочку. Осторожно вытащив большое одеяло, девушка расправила его. Хм, достаточно большое, как раз хватит чтобы укрыться им двоим. Бр-р, зимой как никогда ощущаются все оконные сквозняки. Накинув одеяло на ночную рубашку, девушка прошлёпала босыми ногами на тёмную кухню. Может налить себе кружечку чая для согреву? Только не помешает свет включить для начала. Прикрыв дверь на кухню, чтобы не разбудить своей вознёй Мишу, Юлька достала кружку из шкафа и кинула туда пакетик с заваркой и пару ложек сахара. Так, осталось только погреть немного чайник. Поджигая плиту спичкой из коробка, лежащего на столе, девушка увидела валяющуюся рядом пачку Горшенёвских папирос. Первое знакомство с сигаретой у ней не очень заладилось, но может сейчас они подружатся? Пока грелся пузатый чайник на плите, Юлька взяла пачку и вытащила одну сигарету, чуть понюхала. Воняют, конечно, неимоверно, но если Мишка как-то их курит, то и она, наверное, тоже приноровится к этому делу рано или поздно. Взяв сигарету в зубы девушка достала из коробка ещё спичку — зажигалки рядом не оказалось. Первая попытка зажечь не увенчалась успехом, вторая тоже. Сигарета попросту не поджигалась, а если и поджигалась, то тут же тухла. «Давай Юль, как там Мишка это делает…», — девушка не сдавалась и наконец с третьей попытки кончик скрутки начал слабо тлеть. Конечно, курить прямо в квартире — это совсем уж по-свински. Поэтому девушка, зажав сигарету зубами и стараясь не закашляться от подступающего к горлу дыма, подошла к раме окна. Открыла створку, на кухню сразу хлынул холодный воздух, Юлька поправила лежащее на плечах теплое одеяло. — Хорошо, как они с Андреем это делают… — Юлька попробовала осторожно затянуться и снова едва не закашлялась. Дым неприятно обжигал горло, хотелось чего-нибудь выпить, чтобы перебить его вкус. Черт, она должна научиться это делать, ей необходимо расслабление после всего пережитого. Мишка так и не посвятил её в таинство своего плана мести, сказав лишь только, что Леха после долгих уговоров согласился им помочь. Конечно, может слегка неправильно, что они привлекают к этому делу не связанных с конфликтом людей, однако Юля помнила слова Миши о том, что Саша их всех почти знает. Да уж, как бы эта месть им потом боком не вышла. Уже слегка приноровившись вдыхать и выдыхать через рот дым, Юлька скоро докуривала остатки папиросы, холодный ветер нещадно морозил тонкие пальцы. Естественно, Миша не одобрил такую её идею ещё во дворе училища, после запретив даже пробовать курить. Хотя с другой стороны… Когда вообще он что-либо одобрял в полной мере? Она даже пиво пьёт не так много, как ей, может, хотелось бы, а вот он не лишает себя удовольствия перехватить бутылочку-другую при каждом удобном случае. Ей, может, хочется соответствовать ему в полной мере, быть такой же слегка хулиганистой. Хотя, наверное, это всё ерунда полная, он же её и такой любит… Чайник уже согрелся, и кружка была наполнена до краёв ароматным напитком, согревающим даже в самые холодные дни. Юлька села на табуретку, размешивая ложечкой сахар и чуть отпивая горячий чай. Хорошо так, сразу легкая дрожь прошлась волной по коже, заставляя согреваться и оттаивать организм. Времени, наверное, уже часа 2 ночи, если не больше, ей ведь к первой паре вставать завтра. Точнее, уже сегодня. Мишка сразу заявил, что ни на какие пары он идти не хочет, а потому девушке придется ехать одной. Ну и ладно, зато ей не придётся тратить полчаса своей жизни, чтобы растолкать засоню. Выпив весь чай, Юлька поднялась с табуретки и помыв кружку, убрала на место. Выключив свет и вернувшись в большую комнату она сняла с плеч одеяло и подхватив его на руки, улеглась на своё место, которое успело уже остыть. Расправив большое теплое одеяло вместе с обычным тонким, она забралась под них, заодно накрыв другой половиной и Миху. Тот сразу начал отбрыкиваться, колючее одеяло ему совершенно не понравилось и он так и остался полураскрытым. «Ну и ладно, значит мерзни», — подумала Юлька, заворачиваясь полностью в теплый одеяльный кокон и согреваемая выпитым чаем, заснула.

***

— Слушай, ну ты ему знатно зарядил тогда по носу, Лёх. Гошка наш потом еле кровь остановил, — ржал, не переставая, на всю гримёрку Мишка. — А чё он сразу мне в лицо стал плевать? — возмутился младший Горшенёв, разводя руками. — Может мне неприятно было, не подумал об этом? — Короче, Гоха в тебя плюнул, а ты ему в нос ломанул и в итоге вы остались квиты, — улыбнулся Андрей, расслабленно сидя в кресле, закинув ногу на ногу. Ребята сидели общим сбором в репетиционной клуба, разгорячённые и потные после очередного зажигательного концерта, и медленно потягивали только принесённое пиво. Точнее, его потягивали все, кроме Лёшки, которого Поручик попросил подменить за барабанами, потому как слёг дома с простудой. Он довольствовался обычной водой из больших бутылок, не обращая внимания на предложения Михи хлебнуть чуток пивка. Кстати, долг за «аренду» машин компания выплатила Гоше в полном объеме ещё на прошлой неделе, так что теперь спокойно могла дальше опустошать пивные запасы заведения. Гошка починил-таки кожанку Мишки. Ну как починил — налепил на спину большую нашивку с изображением красно-белой анархии в кружке и извечным «Punk`s not dead!» в бело-синей окантовке. А на остальных неровностях материала попытался нарисовать «козу» от руки красками. В итоге получилась полная херня и он просто скрепил расходящиеся швы булавками. В результате чего получились ряды маленьких булавок, идущих по рукавам от запястья вверх, да кое-где на отворотах куртки, где особенно видны потёртости, добавились наклёпки. В принципе выглядело неплохо, да и Михе сразу зашло, едва он увидел свою вещь. Простой трёп ни о чём постепенно перерос в воспоминание о том вечере, когда Леха «спас» Сашу от приставучего хулигана. На самом деле это дело было не чем иным, как постановкой, причем постановкой больше импровизированной, чем тщательно спланированной. В один осенний день, когда они уже отдыхали после репетиции, Мишка вкинул ребятам свою недоработанную идею. Надо было придумать, как свести эту девчонку и Лешку вместе, но при этом так, чтобы их встреча не выглядела слишком уж притянутой за уши. И главное — без подозрительности. Ну, коллективно подумали, каждый накидал своих вариантов и в итоге решили сделать такое вот подставное нападение с подставным хулиганом. В качестве «плохиша» Мишка предложил Гошу, тот почти сразу согласился. Даже уговаривать не надо было, тот особо не вникал в суть происходящего, но понял, что должен, по сути, сыграть практически себя самого. Ну а дальше, как говорится, дело техники — Балу с Андреем начали следить за Сашей, стараясь по возможности быть незаметными и не привлекать внимания. Пару раз Андрей чуть не подставился, едва не выдав себя, но в целом всё обошлось. В итоге узнали, какими маршрутами и куда обычно ходит девушка, во сколько примерно возвращается домой. После того, как Леха проводил девчонку до дома, они обменялись номерами телефонов и вскоре нормально заобщались. Миха строго-настрого запретил брательнику приглашать её домой к себе, даже если она будет очень настаивать. Не дай бог Лёшка спалит все дело — тогда всем придёт кабздец. — Да, квиты… Ты, кстати, рассказывал Юльке с Аней всё, чего мы здесь напридумывали? — Сашка Балунов уселся с банкой пива на полу в одних джинсах, скрестив ноги. — Юльке так, в общих чертах только, без всяких подробностей, — ответил Миша, лениво потягиваясь на диване. — Анютке с Олесей вообще ничего не говорил. А что? — Всё правильно, не надо пока им знать. Меньше знают — крепче спят, — одобрительно кивнул Шурик, с шумом отпивая пенное. — Я сказал Анютке, чтобы одна, куда попало, не шла. Пусть лучше мне позвонит, я встречу и заберу. — Вот это верно. Будешь при ней как сторожевая собачка, — улыбнулся Миха, расстегивая до конца пуговицы своей черно-белой рубашки и проводя ладонью по груди. Жарко здесь, просто ужас. — Только потренируйся запахи различать. — Знаешь Горш, я бы на твоём месте лучше не шутки шутил, а о Юле бы беспокоился, — парировал Балунов. — Случись что с девчонкой… Конечно, думать о плохом — самое последнее дело, но ведь в жизни всякое может случиться, верно? — Да он только о ней и беспокоится, Шурк. Вон даже план какой изобретательный сообразил для мести, — вставил Андрюха, усмехаясь. — И то верно, — вздохнул Шурик, осторожно поднимаясь на ноги. — Пойду, пожалуй, спущусь на первый к пацанам, ещё пивка возьму. — Я с тобой, — вскочил со своего любимого кресла Андрюха. — А то сижу на сухую тут с вами, хоть бы кто угостил. — А я, пожалуй, сгоняю до туалета, — проговорил Яха и парни вышли из гримерки. Воспользовавшись моментом единения Лешка живо присел на диван к Михе, откисающему после урагана концертных эмоций вместе с банкой пивка. — Мих, слушай, я это… — начал он неуверенно, нервно ковыряя ногти. Мишка приоткрыл один глаз, ожидающе глядя на брата. — Не могу я с ней дальше, это самое… Ну, ты понимаешь. — Не понял. Лешк, не бери привычку выражать мысли как я. — Да блин, я понимаю, что это всё для Юли нужно и для тебя тоже. Но эта Саша, она такая… Вот даже вчера я с ней встречался, зашли мы в кафешку посидеть. Так она начала сначала, мол, «а не могли мы в более приличное заведение прийти»… — Ты чё, в стриптиз-клуб на Береговой её привел что ли? — рассмеялся на весь зал Мишка. — Какой, к чёрту, стриптиз? Мы вообще по Ваське гуляли… Стоп, а откуда ты знаешь, что на Береговой есть стрип-клуб? — округлил глаза Лёха, а Мишка неловко закашлялся, ему будто стало жарко ещё больше. — Ты рассказывай дальше, эт самое. — Кхм, ну потом заказали там блюдо какое-то, я уже не помню конкретно. Причём я заказал всего два, а она назаказывала столько, что и рота солдат бы не съела. И ведь не самое дешёвое, понимаешь? Я еле расплатился вчера, блин. — Ну чё могу сказать — хороший у ней аппетит, — хмыкнул Миша, отпивая из банки. — Ничего, скоро мы его сократим. — Да не в этом дело… Неприятная она девчонка, почему-то думает, что всё и все должны вокруг ней крутиться и никак иначе. Я не знаю, как правильно вести себя с ней, что можно сказать, а что нет. Она будто давит морально, понимаешь? — Лешка устало провёл рукой по волосам. Вот зачем он на это подписался, скажите на милость? Алексей лишь утешал себя мыслью, что они делают доброе дело, восстанавливая мировую справедливость. — Я предупреждал, Лёх, что будет непросто, — назидательно произнёс Миша, похлопывая себя по голому животу. — Но ты сам согласился помочь, а отступать теперь… «Да, согласился сам, но не под твоими ли уговорами, дорогой братец?», — подумал младший Горшенев, но не стал говорить это вслух, дабы не усугублять взаимоотношения. — Я знаю, что ты для Юли своей всё сделаешь. Я б тоже сделал, если по чесноку, девчонка хорошая у тебя, — проговорил Лёша и заметил во взгляде брата подозрительные огоньки. — Это в каком это смысле? — Да не о том ты думаешь, Мишк. Я про то, что как человек она хороший, видно ж сразу. Не то, что Саша ваша… Вздохнув, Мишка отставил почти допитую бутылку пенного на пол и развернул брата к себе лицом, оставив руки на его плечах. — Вот поэтому нам и нужно её прижать как можно скорей, понимаешь, да? Иначе она ещё столько пиздеца натворить может… А насчёт Юльки ты прав — хорошая она у меня, а хороших нынче не приветствуют. Потерпи еще маленько, лады? Скоро Машка подключится и тебе не придется видеться так часто с этой фифой. — Погоди, Машка — это кто? — Ай, долго рассказывать… Одна из подружек Юльки, если коротко. В Анапе познакомились. Да это не так важно сейчас. Ты мне вот что скажи лучше — ты ей нравишься? — Ну, вроде бы да, — после недолгого молчания произнёс Леша. — По крайней мере, по таким, как она, всегда можно это понять. — Это по каким же? — ухмыльнулся Миша, отпустив плечи брата и вновь беря в руку банку, отхлебнул напиток. — Ну ты понимаешь, у таких людей практически всё напоказ. Они любят внимание и всякие понты. Вот идём, бывает, по улице и разговариваем, а она раз — и ладошку мою хватает. Ну как парочка, типа. Или сидим где-нибудь в парке, и неожиданно мне поцелуй в щёку прилетает. — Дак ты не теряйся, целуй в ответ, — смеялся Мишка, слушая рассказы брата и честно сопереживая. — Нам надо, чтобы она тебе верила, понимаешь, да? — Понимать-то понимаю. Боюсь только, лишь бы она не догадалась, кто я есть. Ну, в смысле, что мы с тобой родственники, похожи ж. Знаешь, иногда так пристально на меня смотрит, будто догадывается, что мне нужно. — Наверное пытается вспомнить, где тебя видела. Херня, пока нас вместе не увидит — не догадается, — махнул беспечно рукой Горшок. — Главное, чтобы ты ей нравился, делай для этого все возможное. Соглашайся с ней, води куда-нибудь, девчонки вроде неё любят, чтобы их водили по всяким прикольным местам. Только сильно о себе не трепись и не называй адрес, где живёшь. — Я и не собирался, — опустил глаза Лёшка. Не нравится все это ему, ох как не нравится. Предчувствие такое нехорошее, словно беда должна случиться… — Веселей, братух. Хорошее дело делаем, — ободряюще хлопнул брата по плечу Миша и снова приложился к банке. Хорошее пиво, однако, освежает так неплохо. — А точно хорошее? — сомнительно поднял тёмную бровь Лёша. Ну прям как Князь. — И что будет в конце этого дела? — Да хорошее, не сомневайся. А что в конце… В конце, как обычно, заебись всё будет, — подмигнул таинственно Мишка, отчего Леха неосознанно дрогнул, а по коже будто пробежал холодок. Что вообще значат слова «хорошо будет»? Какой смысл они могут нести — негативный или позитивный? Наверное, зная Мишу, скорее негативный, если учесть, что Саша со своей стороны сделала с девушками… А вот что они собираются с ней делать по итогу всей своей мести — для него есть загадка. Ведь Миша посвятил брата только в ту часть плана, которая касается непосредственно его участия. А по поводу самой идеи мести Миха как-то умолчал, ловко соскользнув с темы. Ну что ж, остаётся только надеяться, что для ребят это закончится благополучно, а не станет очередной больной темой, которую придется залечивать внутри себя. Посидев ещё немного за разговорами о планах на запись первого альбома, с которым Гоша обещал помочь, чем сможет, парни начали потихоньку расходиться. Надевая на рубашку вязаный свитер и набрасывая сверху куртку, Мишка попрощался с парнями и спустился на первый этаж к выходу. Как обычно, здесь тусовались группки по интересам и гремела музыка, он быстро поздоровался со всеми знакомыми и направился на улицу. Ну вот, уже совсем темно, что конечно немудрено, учитывая стремительно наступающий декабрь. Скоро опять эта ебучая сессия, к которой надо будет готовиться… А может и не надо, он ещё подумает. Хотя, наверное, Юлька всё равно посадит его рисовать тренировочные работы, так что никуда ему не деться от этого. А тем временем с непроглядного неба неспешно падали хлопья маленьких снежинок, искрящиеся в желтоватом свете уличных фонарей. Похрустывал тихо снежок под подошвами ботинок, морозный ветер полизывал холодом щёки и пальцы. Что тут ещё скажешь — зима. Вообще, он не особо любил зиму как состояние природы — всё живое будто разом впадало в некий анабиоз, который продлится до самой весны, куда ни глянь — вокруг всё однообразно снежное и белое, да ещё и холодно пиздец. Солнца и так почти не видно даже летом, а зимой вообще можно спокойно забыть про него. Хотя не сказать, что зима — это нечто полностью отрицательное без знака плюс. Катание с ледяных горок на картонках, которое так любит малышня, снежные баталии, после которых надо потратить несколько минут, чтобы вытрясти снег из всех закромов одежды, коньки и хоккей на льду. Ну и конечно же куда без одного из самых главных и любимых праздников — Нового Года. Потому что с его приходом сразу появляется весомый и так скажем, «легальный» повод выпить. Хотя у Мишки и так все поводы легальны, за исключением некоторых моментов. Тут уж, как говорится, никто не без греха. Миша шёл по тёмной, почти безлюдной улице, наступая на маленькие лужицы, покрывшиеся корочкой льда и выдыхая морозный воздух вперемешку с пивными отрыжками. Снежинки падали прямо на ничем не прикрытые волосы, ибо шапок он не носил. Незачем в принципе, так как редко по-настоящему мёрз. Горшок даже сам иногда удивлялся своей «тепловой способности», каждый раз улыбаясь при виде укутавшегося в сто кофт Князева, да ещё и надевавшего варежки. Вместе они смотрелись весьма забавно — полураздетый Мишка и похожий больше на многослойный лук Андрюха — что, конечно, не упускали подмечать Яшка с Балуновым. Даже шутили, что один из них огонёк, а другой холодок. Князев ворчал и говорил, что не хочет слечь с простудой, а Мишка только улыбался, вспоминая извечное изречение, что противоположности притягиваются. Ощущая нехватку никотина в организме, Миха достал одну из последних сигарет из пачки и зажигалку. На минутку остановившись, он подкурил папиросу, прикрыв огонёк ладошкой, и двинулся дальше по заснеженной улице, впитывая зимнюю атмосферу. Эх, в такую погоду с Юлькой бы прогуляться, пошататься вместе по улицам, такая красота волшебная. Мишка было начал думать, что придёт домой и сразу соберёт девушку на прогулку. Но затем вспомнил, что она, должно быть, уже видит десятый сон, время-то позднее. А ведь завтра снова вставать рано на учёбу, будь она неладна. — Чёрт, — расстроено проворчал Миша, стряхивая пепел в тёмные сугробики снега. Ну ничего, у них ещё предостаточно времени, чтобы сходить куда-нибудь, вся жизнь впереди… Кстати, насчёт жизни — после его очередного палева с наркотой, когда его утром застукал Андрюха, он и правда старался быть очень осторожным, стараясь не доводить себя до сильной ломки, а потому периодически уходил в клубешник к Гоше. Там они по-новой вкидывались всем, что только предлагал любитель угара с красным ирокезом. А на следующее утро Мишка мало-мальски приводил себя в порядок и шёл обратно домой. Конечно, Гоша тоже не был совсем дураком, смекнул, что Миха не просто так каждый раз принимает именно у него. И потому, если в клуб заявится Князев или кто другой по Михину душу, он прикроет друга как пить дать. Миха очень не хотел, чтобы Юля узнала о его страшной тайне, а потому старался максимально беспалевно улизнуть из дома под самыми разными предлогами. Доверяющая ему на все сто девушка отпускала практически без лишних вопросов. Конечно, уколы совести иногда начинали подкалывать его, упрекая, что он так жестко обманывает близкого человека, кормя неправдой. Но он успокаивал себя мыслью, что обязательно всё расскажет, только позже. А вообще он не нарик, так, балуется слегка психоделикой, изучает все существующие формы сознания, так сказать. Он яркий исследователь, а не безнадёжный наркоман, что бы там не говорил Андрей. Наконец в темноте показался родной подъезд. Тусклая лампочка на первом этаже слегка освещала новые рисунки на стенах от подростков и выщербленные местами ступени, лёгкий запах сырости подвала — за годы проживания привыкаешь и к нему. Звучали шаги на лестничной клетке, отдаваясь гулким эхом. Вот и дверь квартиры, которая поистине стала самым лучшим местом на свете, стала домом. А вот соседняя квартира, в которой живет тот, кого он бы предпочел смешать с землей. Слава богу, у Василия сейчас большая загруженность по учёбе, так что они практически не пересекаются. Единственным мало-мальски сдерживающим для Мишки фактором являлось то, что Вася до сих пор помогает Олеське, у которой, к слову, уже появился хороший такой животик. Ну и он же обещал девушке не трогать по возможности этого ботаника, хотя, признаться честно, был бы не прочь помять ему лицо. Юльке небезразлична Олеся, а ему небезразлична Юлька. Хотя и к Олеське он относился достаточно хорошо, уже давно поменяв своё мнение о ней. Вытянув из кармана джинс ключи, Мишка открыл дверь. Осторожно входя в тёмную прихожую, стараясь не завалиться набок, он кинул ключи на близстоящую тумбочку. Видимо, выпитое пиво смешалось с теплом квартиры и его слегка разморило. Кое-как стянув ботинки, опираясь ладошкой о тумбочку, Мишка прислушался к звукам. Вроде тихо, и правда что ли спит уже? Хотя нет, кажись, из ванной звуки воды доносятся. Значит еще не спит, это замечательно. Ему тоже не помешало бы постоять несколько минут под тёплыми струйками воды и согреться, особенно если рядом будет Юлька… Начиная разомлевать от своих шальных мыслей, Миха быстро скинул куртку и направился к прикрытой двери в ванную, откуда выбивалась тонкая полосочка света. Девушка даже не думала закрываться, ибо от кого здесь можно было скрываться? Также подумал и Миша, тихо приоткрывая дверь. Шум горячей воды, бьющей из закреплённой на стене насадки для душа, лёгкие облачка пара, витающие в воздухе и фигура девушки, повернутая к нему спиной, слегка теряющаяся в этих облачках. Юля спокойно намыливала мочалку, что-то тихо напевая себе под нос, пока Мишка в это время с довольной улыбкой разомлевал от её вида. Такая худенькая, такая вкусная и только его… Девушка даже не подозревала, что за ней с вожделением наблюдают, пока Мишка в это время скидывал с себя свитер с джинсами. Но вот предательски звякнула пряжка ремня… Вскрикнув, Юлька с испугом обернулась, выронив из рук мочалку и инстинктивно прикрылась шуршащей шторкой для ванны. — Ты чего так пугаешься, оленёнок? Это ж я, — улыбнулся успокаивающе Миша, слегка сощуриваясь. — Господи, Мишка… Хоть бы сказал, что вернулся, — проговорила она, стараясь выровнять сбившееся дыхание. — Я уж думала, кто-то чужой забрался. — Да пусть только попробуют, я бы их всех… — ответил Миха, стягивая с себя остатки одежды и бросая к остальным вещам на пол. — А не сказал, потому что, ну… Подсматривал. — И не стыдно тебе? — улыбнулась Юля, но шторку почему-то не выпускала. Вроде не первый раз Миху видит, должна уже привыкнуть, а всё равно внутри такое ощущение, что какой-то рандомный парень зашел к ней в ванну. Странное чувство. — Конечно нет, — Миша шагнул к девушке, Юля тотчас почувствовала исходящие от него алкогольные пары. Снова пил после концерта? — А ты чего это за шторкой спряталась, а? Неужели стесняешься меня? — Ни капли, — ответила Юлька, стараясь придать голосу уверенности. Ведь она действительно не стесняется? — Это я от неожиданности. Ухмыльнувшись, Мишка залез в ванну. Покрутив ручки, настраивая воду чуть погорячей, он глянул на Юльку — все ещё машинально держит шторку. Он придвинулся к девушке максимально близко, практически нос к носу, не переставая улыбаться. — Вижу, что от неожиданности, — он взял пальцами край шторки и начал медленно отодвигать в сторону, а сам глядел горящими глазами на девушку. Странно, но его ни капли не злило поведение Юли, а даже чуть забавляло, вызывая какой-то внутренний трепет. Он сразу всё понял, что бы ни говорила там про неожиданности и испуги Юлька. Вот шторка отодвинута полностью и ему открылся полный вид на девчонку. Та не знала, куда спрятать свой смущённый взгляд и потому смотрела себе под ноги на стекающую в сливное отверстие воду. Сердце стучало бешено, словно хотело вырваться из груди. Она и правда до сих пор слегка смущалась перед ним, несмотря на все предыдущие заверения. Мишка взял двумя пальцами опущенный подбородок девушки и поднял, побуждая всё же взглянуть на него. Взгляд такой искрящийся, тёплый, хоть и слегка затуманенный алкоголем. — Не бойся меня, я ж не обижу, — хрипло проговорил он, словно успокаивая, другой рукой медленно проведя по девчачьему затылку. Юлька с содроганием прикрыла глаза, чувствуя его горячее дыхание совсем рядом с шеей. — Я и не боюсь, — слабым шепотом ответила она, и уже через секунду почувствовала на себе вкус чужих губ, а на талии ладони. Холодные, к слову, пальцы ласково касались влажной распаренной кожи, вызывая легкие содрогания от такого температурного контраста. Язык активно изучал все уголки рта, проходил кончиком по дёснам, сколотые зубы слегка прикусывали кожицу губ, вызывая мгновенный прилив мурашек. Миха держал крепко и в тоже время осторожно, боясь, как бы Юлька от его напоров не поскользнулась. А когда почувствовал поднимающиеся по спине девичьи пальцы, слегка расцарапывающие кожу коготками, совсем потерял остатки самообладания. Он с пошлым причмокиванием отстранился и взяв девушку за плечи плавно, с осторожностью развернул спиной к себе, боясь сделать лишнее движение, чтобы Юля не упала. Одна рука плавно заскользила вдоль плоского живота, а вторая прижимала как можно ближе и крепче к бедрам. Разморённая усталостью и влажностью Юля слегка повисла в его объятиях, отчётливо ощущая всем телом, как парня просто разрывает от желания. Горячий приятный душ бил Михе прямо по расцарапанной спине, заставляя расслабляться и согреваться, выпуская в пространство ванной еще больше клубов теплого пара. Девушка с содроганием прикрыла глаза, когда ощутила возле своего уха горячее рваное дыхание. Губы смазано прошлись по ушку, слегка оттягивая зубами мочку и вызывая новую порцию вздохов, затем перетекли на шею, слегка щекоча влажную кожу. Похотливые пальцы начали неспешно спускаться от живота всё ниже, словно слегка массируя, к внутренней стороне бедра. — Ми-иш… — с легким стоном выдохнула девушка, слегка приоткрыв рот и пытаясь цепляться за ускользающие остатки сознания. Сейчас остались только откровенные прикосновения и покрывающие каждый кусочек плеч поцелуи. Слабо, но Юлька держалась за руку, чтобы не упасть, ибо ноги подкашивались, так что вес девушки по большей части принял на себя Миха. Чуть грубоватые длинные пальцы двигались то быстро и спешно, то медленно и плавно, будто специально подразнивая хрупкое существо и не давая закончить всё слишком быстро. Горячо, влажно, и так хорошо. Он умел талантливо играть не только на гитаре… — Да, детка? — не собираясь сбавлять свой темп ни на йоту, шепнул Миха и не церемонясь больше, вошел в девушку на один палец, а через пару минут и на все два, чем вызвал рваный выдох. Ему доставляло какое-то садистское наслаждение слушать стенания девушки, отражающиеся эхом от скользкого кафеля, и что причина этих стенаний — именно его умелые пальцы. Он имел право трогать там, где никто больше не смел прикасаться, делать то, что другим строжайше запрещено делать. Вырывающаяся изнутри страсть как голодный медведь сметала всё на своем пути, была готова рвать кожу и сдирать мясо с костей. Он начинал притормаживать себя, когда оставлял на шее девушки заметные глазу засосы, ибо не хотел причинять лишнюю боль. Но Юлька каждый раз уверяла, что всё в порядке и он продолжал сметать своей энергией всё вокруг. Юлька уже не сдерживалась и стонала во весь голос, так что, наверное, даже соседи могли слышать. Но Мишку это не заботило нисколько. Ванная наполнялась заводящими стонами, ласкающими слух словно музыка, влажным водяным паром и близящейся разрядкой, только это сейчас было важно. — Я сейчас… — Я знаю, любимая, — он уткнулся носом в слегка влажные волосы, прикрыв в наслаждении глаза. Господи, как же хорошо… Вот ещё пара последних толчков и девушка ощутимо содрогнулась, слегка обмякая и накрываемая волнами расслабления одна за другой. С губ сорвался последний звук, Мишка тотчас подхватил девичье тело двумя руками, не давая поскользнуться. — Ты как, оленёнок, жива? — довольно улыбаясь, спросил он. — Относительно, — слабым голосом ответила Юля, будто Миха за эти минуты успел высосать из неё всю жизненную энергию. Шея болела, Юля слегка провела по ней рукой. Наверное, наутро она вновь обнаружит на коже следы зубов Михаила, которые придётся замазывать. Девушка позволила себе буквально повиснуть безвольно на Мишкиных руках. После такого «влажного» душа хотелось только одного — забраться в мягкую постель под тёплое одеяльце. — Ну, если относительно, то может продолжим? — усмехнулся Миша. Ему что, приносит удовольствие такое мучение? — Мишк, дай же ты мне помыться нормально, — взмолилась Юля и осторожно развернулась лицом к парню. Ох уж эта извечная его озорная улыбочка… Она не удержалась и потрепала мокрые свисающие прядки, на что получила продолжительное довольное рычание. Эх, кошачья ты душа… — Могу помочь спинку потереть, — ответил Горш, невозмутимо беря мочалку и смочив её под струями бьющей воды начал усердно намыливать. Ему бы тоже не помешало помыться на самом деле, а то принимает душ даст бог раз недели в две. Они аккуратно поменялись местами и теперь уже Юлька стояла под бьющими струями приятно теплой воды, ведь голову она так и не помыла. Налив в руку немного ароматного шампуня, девушка слегка нагнулась под струи воды, дабы смочить волосы. Трущий в это время живот мочалкой с гелем для душа со вкусом персика Горшок не удержался от того, чтобы хлопнуть девчонку по заднице. — Так, сейчас кое-кто получит, — завозмущалась Юля, втирая пальцами в корни волос вкусно пахнущий травами шампунь и слыша сквозь бьющие капли тихий смешок. — А чё ты так соблазнительно наклоняешься, а? — парировал Миха, пытаясь потереть самостоятельно спину. — Ну не для тебя же. — Эт щяс не понял. Кроме меня здесь нет никого, — ответил он, машинально оглядываясь. — И в жизни не будет. Прополоскав хорошо голову, девушка отжала с капающих кончиков воду и откинула рукой влажные прядки назад. Глядя как Миха весь изворачивается, чтобы нормально потереть себе спину, Юля рассмеялась и взяв мочалку, развернула парня спиной к себе дабы помочь. Тот благодарно закряхтел, чувствуя как скользит и заодно чешет спину мочалка, опершись для устойчивости ладонью о скользковатый кафель. Закончив принимать водные процедуры, парочка вылезла из ванной. Юлька надела на себя теплую пижаму и накинула синий махровый халат чтобы не замерзнуть, а полотенце отдала Мишке. — Почаще бы так ванну принимать, да? — улыбнулся довольно Горшок, резкими движениями вытирая волосы, которые тут же образовали причёску мокрого домового. В комнате было достаточно прохладно из-за открытого на проветривание окна, так что быстро закрыв створку девушка тут же забралась под одеяло. Ох, как же хорошо после душа лечь под теплое одеялко, ощущение, словно заново родился. Миха нашёл в шкафу чистые шорты и скоро прыгнул в кровать. Обняв девушку со спины и привычно прижимая к себе, они оба вскоре заснули.