Что было бы, если...

Этот день я, как и Китнисс, провела на дереве. Мои благие намерения не завершились успехом. Ну, в самом деле, как найти нужное дерево в лесу? Но ничего, я непременно завтра наверстаю упущенное. Китнисс отправится на поиски воды, поэтому я по-любому ее увижу. Да, со стороны это выглядит так, будто я совсем не боюсь прихода профи. На самом деле, я боюсь этого до одури. Но...вроде они сделали годовой запас воды? Во всяком случае, бутылок они волокли много... Да, возможно, все время сидеть на дереве - это довольно глупо. Но здесь выбора у меня нет. Или сидеть на дереве, или умереть. Ну... я сделала свой выбор. В небе повисает портрет девушки, а потом искры гаснут. Я прислоняюсь спиной к стволу и закрываю глаза. Даже странно, что я все еще жива. Рассвет окрашивает небо, и я вздыхаю. Как же хорошо, что я выучила ГИ почти наизусть! А мама меня еще ругала за бессонные ночи. Знала бы она, что они сейчас спасают мне жизнь! Так, кажется, Китнисс плохо спала эту ночь. Потом с большим трудом, тратя на это много времени и сил, собирает рюкзак и собирается на поиски воды. Ладно, Китнисс, даю тебе еще полчаса. Какие полчаса! Она полдня добиралась только до грязи! Внезапно я осознаю, что ужасно хочу есть. Живот жалобно урчит. Перед мысленным взором совершенно некстати появляются пищевые шедевры Капитолия. Да что там шедевры Капитолия, я бы сейчас многое бы отдала за маминого цыпленка... Китнисс по-моему было гораздо лучше, у нее хотя бы кролик был... Голова кружится, я делаю глоток воды, спрыгиваю и чуть не падаю. Лес вокруг расплывается. Ноги подкашиваются. Дело плохо. Очень плохо Достаю из кармана лист. Мда, смола кончилась. Как все вовремя-то. Сжимаю в руке кинжал - без оружия здесь ни шагу не сделаю - и двигаюсь в сторону пруда. Сажусь на поваленное бревно. Оглядываюсь по сторонам. Грязь ведет только в одном направлении. Именно там где-то и Китнисс. Наполняю бутыль водой. Сколько этой воды я уже выпила... А еще говорят, что вода из пруда вредная... Смело двигаюсь в направлении Китнисс. К сожалению, грязь заканчивается чересчур быстро. Я останавливаюсь и озираюсь по сторонам. Именно здесь должна появиться Китнисс Эвердин. Кстати, чем там питалась в первый день Сойка? Занесенным лезвием я отрезаю немного коры и засовываю ее в рот. Даже не знаю, чего больше: кислоты или горечи. Кусочки забиваются в рот, и я кашляю. Бедная, как же можно это есть? Как можно продержаться на этом? Хотя... почему этому удивляюсь я, просуществовавшая целые сутки на смоле деревьев? Примерно полдня я провожу, пытаясь насытиться. Отважно жую кисловатые зеленые листья, добываю новую смолу, разжевываю корешки. Ну, разумеется, все это я предварительно хорошо промываю водой. Да уж, мой коэффициент полезности сегодня равен нулю. Бушующий желудок успокоить я не способна. Он требует чего-то более существенного. Между зубами застряли частички травы. Чувствую себя козой. Потом я возвращаюсь и вновь оглядываюсь по сторонам. Такое, конечно, бывает только в кино, но Огненную девушку я вижу сразу. Она кое-как ползет по земле, тяжело дыша и время от времени запрокидывая лицо к небу. По пыльному лицу девушки стекают струйки пота. - Воды! - хрипит Китнисс. - Воды! Я смотрю назад, на покачивающиеся кувшинки, а потом перевожу взгляд обратно на Китнисс. Теперь понятно, почему Хеймитч не внял ее просьбам. Двенадцатая жалобно воет и плюхается прямо на землю. Кое-как двигается вперед на кончиках пальцев. Я уже собираюсь помочь ей, но вовремя останавливаюсь. Китнисс сама должна наладить контакт со своим ментором. Вспомнив, я резко запрокидываю голову. Маленькая Рута спрятаться не успевает, и мы смотрим друг другу в глаза. Хрупкая девочка с темными кудряшками, чистые теплые глаза, в которых явно затаилось выражение испуга. Я бы на ее месте тоже боялась. Я улыбаюсь Одиннадцатой и подмигиваю ей. Темнокожая вздрагивает и прячется за стволом. Китнисс шлепает ладонью по грязи, водит по ней пальцем, и ее лицо внезапно озаряется. Девушка вскидывает голову, видит кувшинки, а я...замечаю просто безумную радость на ее лице. Не знаю, каким образом, но она все-таки двигается вперед. Я шагаю ей наперерез и хватаю за руку, помогая подняться. Взгляд Сойки совершенно безумный. Вырваться она даже не пытается. Жадно облизывает губы языком, глядя на гладь пруда. Я стягиваю с ее спины оранжевый рюкзак, взваливаю его на плечи и буквально тяну девушку за собой. Китнисс еле переставляет ноги. Я довожу ее до пруда, кидаю рюкзак на поваленное бревно и оглядываюсь на девушку. Та ложится на ствол и запускает руки в воду. Вид у нее действительно безумный. Трясущимися руками Китнисс дергает молнию на рюкзаке, достает оттуда бутылку и отвинчивает горлышко. Тара чуть не выпадает у нее из рук. Я вырываю бутыль, наполняю ее и возвращаю обратно. Китнисс не сводит взгляда с бутылки, капает туда йода и обреченно закрывает глаза. Пока она лежит, я даже не оглядываюсь по сторонам. Какой смысл, в книге был ясно описан этот день... Не знаю, сколько времени проходит, пока Китнисс не делает первый глоток. Бедняга, как она вообще вытерпела столько времени? Примерно два часа она только пьет, а я лишь наблюдаю. Когда еще предвидится случай увидеть героиню любимой серии книг? Наконец Китнисс отстраняет горлышко бутылки от губ и облегченно улыбается. Я протягиваю ей вторую, но девушка с явным усилием трясет головой. Вместо этого она сипло произносит: - Спасибо. - Не за что, - я протягиваю ей ладонь, и после некоторого раздумья Китнисс осторожно пожимает ее В ее зрачках я вижу миротворцев, убивающих Цинну... Пита, бросающегося задушить девушку... И пламя, охватившее ее сестру... И я изменю всё это.