Что было бы, если...

Ну как я могла упустить Китнисс Эвердин? Почему я такая трусиха? Моя боязнь огня раздражает меня еще с детства. У меня репутация бесстрашной, но это дурацкое пламя все время выставляет меня трусихой. Например, Олег пугает меня огнем, направляя в мою сторону факел. - ИДИОТ!!! - воплю я, отпрыгивая в сторону. А сейчас это пламя заставило меня потерять Китнисс! Что же делать? Конечно, нужно ее немедленно найти, иначе я не смогу спасти Руту. Вот только есть одно "но". Я не собираюсь встречаться с пчелами. Рука все еще болит, но я уже могу подняться и двигаюсь в сторону пещеры. Что-то мне подсказывает, что Цеп уже ушел в те самые "поля". В моей голове проносятся кадры из удивительных фильмов и предложения из книг. Все-таки эта серия поистине шедевральна! А потом я внезапно останавливаюсь. У подножия дерева удачно замаскированы силки. Наверное, их установила либо Китнисс, либо кто-то из профи. Но самое главное не это! Я вижу маленькую тушку зайца и невольно вздрагиваю. Бедняга! Как же мне тебя жалко. Я просто неспособна тебя пожарить! Рот медленно наполняется слюной, желудок протестующе бурчит, напоминая, что жалость может привести меня к мучительной смерти от голода. Я содрогаюсь всем телом, представив, как жарю это несчастное животное. Я просто не могу это сделать. Когда мама готовила мясо, даже курицу, я всегда уходила оттуда. Был период, когда собиралась стать вегетарианцем... Что ж, этот день настал. А может, мне тоже уйти в поля? Я невольно улыбаюсь, пальцы касаются кольца Алана. Этот день я должна, как это не грустно, провести подальше от Китнисс Эвердин. Мне совсем не улыбается погибнуть от укусов. Быстро приближаюсь к пещере, но потом понимаю, что лес вокруг стал мрачнее. Ветви смыкаются над моей головой. А потом я слышу странный мерный стук. Что-то мне это не нравится. - Рита! - прямо в проеме между деревьями появляется фигура Алана. Я замираю. - Ал? - в горле внезапно пересыхает, глаза слезятся. - Ты жив? - я безжалостно щиплю себя за руку и вскрикиваю. На коже появляется красное пятно. Это не сон. - Алан! - я кидаюсь к нему. Ясные глаза смотрят на меня, в них загораются огни. Но это не те озорные искорки, которые проскакивали в глазах моего товарища по дистрикту. Я резко останавливаюсь. В воздухе висит запах...роз. Шаг назад. Не свожу пристального взгляда с бывшего товарища. Еще шажок. Под ногой хрустит ветка. Брови Алана сводятся в прямую линию. Он хмурится. - Ты снова хочешь подвести меня? Словно удар поддых. Горло дерет, оттуда вырывается хриплый вой. Ты СНОВА хочешь ПОДВЕСТИ меня? В памяти вновь всплывает бледное лицо Алана. Его руки, раскинутые в разные стороны. Копье в животе. ЭТОТ Алан делает шаг ко мне. Запах роз подбирается ближе. Может, он правда жив? Мы оказываемся вплотную друг к другу. Я невольно чихаю. Сноу что, их духами опрыскивает? - Рита... - он протягивает руку. Я резко отшатываюсь назад, со всей дури ударяюсь головой о ствол дерева. Перед глазами все плывет. Как я оказалась прижатой к дереву? Ладони парня оказываются на моих плечах. Одна перемещается на талию. Мне бы радоваться, что Алан жив, но этот запах не дает покоя. До одури страшно. Алан смотрит на меня, и я вижу, что его глаза светятся незнакомым, жутковатым сиянием. Пытаюсь шарахнуться в сторону, но слишком поздно. Пальцы Ала впиваются в мое тело. Когти? Я чувствую, как струйки сбегают по моим плечам и талии. Из горла невольно вырывается вскрик. Переродок! Мой Алан - переродок! - Пусти! - я пытаюсь вырваться, но делаю только хуже. Боль вспыхивает с новой силой. Создание Капитолия (не Алан это! не он!) обнимает меня еще крепче, и я чуть не теряю сознание. Что я за кисейная барышня в последнее время? Глаза переродка полыхают красным пламенем, его губы приближаются к моему горлу. С нескрываемым ужасом я вижу, как блестят клыки. - Алан! - невольно срываюсь на визг. - Пусти меня, пожалуйста! Его руки обвиваются вокруг меня еще крепче, притягивая меня к себе. Кажется, у меня сейчас затрещат ребра. Переродок не торопится. Вновь откидывает голову назад. Зато его когти еще сильнее врезаются в меня. Внезапно становится трудно дышать. А потом Алан медленно валится назад, и я коротко вскрикиваю. Бока просто горят от невыносимой боли. Мир плывет, я склоняюсь над телом переродка. Его голова расколота. Теперь, без полыхающих глаз и клыков, он так похож на Алана. Я наклоняюсь, и желудок выворачивает. Ненавижу убийства. Зато теперь я точно знаю, что переродки - это очень страшно. А еще я знаю, что в Капитолии искусно играют на чувствах трибутов. Тело Алана мерцает и растворяется. Я смаргиваю злые слезы. Зачем они делают это? Я же не Китнисс! Чья-то рука ложится на мое плечо. Так, кажется, пора знакомиться с моим спасителем. Я с улыбкой разворачиваюсь, готовая увидеть Цепа. Но вместо этого меня внимательно изучают насмешливые глаза Катона.