Что было бы, если...

В ту же секунду стрела пронзает Марвела. А Китнисс бежит ко мне. Ее лицо залито слезами. Она садится рядом со мной и тихо шепчет: - Спасибо. Спасибо? Не веря, я опускаю глаза. Наконечник замер вплотную к Руте. Замер! От облегчения мне хочется плакать, но я понимаю, что по моим щекам и так бегут слезы. Рута жива. Я спасла ее. Темные кудряшки девочки прилипли к потному лицу. Глаза широко распахнуты. Я осознаю, что мои руки с копьем трясутся. Всхлипывающая Китнисс обнимает Руту, пытаясь успокоить ее. Девчушка тоже трясется всем телом. Я медленно встаю, ноги противно подкашиваются. Дохожу до тела Марвела и кладу рядом копье. Я все равно никогда им не воспользуюсь. Подхожу к двум союзницам. Свою цель я выполнила. Но теперь я могу поставить массу других целей. Когда еще представится шанс попасть на Голодные Игры? - Спасибо, - тихо шепчет Рута. Ее сеть уже распутана, и девочка в надежных руках Сойки. Китнисс поднимает на меня взгляд. А я выпаливаю: - Пошли искать Мелларка. Пора менять Голодные Игры. Сойка морщится. - Тут все не так гладко, как ты думаешь. Мы все равно не сможем вместе... - Просто поверь мне, - перебиваю я. Китнисс смотрит мне в глаза. Видимо, выражение моего лица внушает ей доверие, потому что она кивает: - Ну, пошли. Только... - на ее лице появляется торжествующая улыбка. - куда? Здесь уже торжественно улыбаюсь я. И уверенно иду к ручью. Руту мы с Китнисс, не сговариваясь, зажимаем с двух сторон. Руки Сойки незаметно лежат на луке, а я сжимаю в кармане нож. Мы знаем, что на Арене небезопасно, но любой ценой решили защитить Руту. Вода журчит по камням. Китнисс, поспевая за мной, украдкой оглядывается по сторонам. Да-да, я знаю, что здесь мы можем попасть в ловушку. Но я точно знаю, что мы в нее не попадем. И все-таки свою миссию я едва не проваливаю. Первой полоску крови на валуне замечает именно Китнисс. Она садится рядом и проводит по ней пальцем. Полоска смазанная, словно чьи-то слабые пальцы пытались ее стереть. - Пит, - шепчет Китнисс, и ее голос дрожит. Рута рядом со мной тихо всхлипывает. - С ним все хорошо, шепчу я только для нее, стараясь, чтобы не услышала Сойка. Она сама должна это узнать. А Китнисс тем временем уже бойко скачет по камням, ориентируясь по кровавому следу. - Пит!Пит! Затем Сойка спускается к ручью, заходит в воду. Почти сразу на ее лице появляется настороженное выражение, и она резко оборачивается. Как жаль, что я не слышу того, что слышит Сойка. Внезапно на ее лице появляется широченная улыбка. Губы несколько раз шевелятся, я изо всех сил напрягаю слух. Потом она смеется и тянет на себя кромку грязи. Фигура Пита поднимается, и только тут я осознаю все умение маскировки. Тело трибута идеально сливается с окружающей средой. Рута восторженно ахает. - Здорово! - шепчет она. Не могу не согласиться с девочкой. Пит душераздирающе кричит, и Китнисс останавливается. На ее ресницах блестят слезы. Сойке явно надо помочь. Я подхожу ближе, помогаю девушке катить неподвижное тело к воде. Потом мы вдвоем начинаем бережно обливать его водой. Куртка вся покрыта толстенным слоем грязи, но проходит немало времени, пока мы вообще находим эту одежду. Китнисс неуверенно расстегивает молнию, потом стягивает с него рубашку. Мне не удается скрыть вскрика. Все тело трибута покрыто кровоточащими подтеками, на груди ожог. Китнисс закусывает губу. Потом бросает на меня быстрый и виноватый взгляд. Мы аккуратно смываем остатки грязи с волос и кожи. Сойка осторожно вытаскивает жала из его груди, потом прикладывает какие-то листья. Теперь уже я отхожу в сторону, чтобы не мешать. Потом Сойка обрабатывает мазью ожог на груди. Роется в рюкзаке и протягивает Питу таблетку. Тот послушно глотает ее. Я осторожно подхожу к девушке, трогаю ее за плечо. - Я знаю одно безопасное место, - тихо замечаю я. - Одну минуту, - и Китнисс, сделав глубокий вдох, стаскивает с парня штаны. Теперь из ее рта вырывается вздох, и она стискивает зубы. Я знала, какой будет рана. Но я совершенно была не готова увидеть ее. Из глубокой воспаленной раны сочится кровь и гной. А запах гниющего мяса окончательно вызывает у меня слезы. Судя по всему, у Китнисс тоже. Она беспомощно оглядывается по сторонам. Справиться с раной я помогаю ей. Не буду здесь описывать, потому что читала это сотни раз в первой части. Потом мы в четыре руки доставляем Пита к пещере. Китнисс касается его лба и качает головой. Она видит вход в пещеру и улыбается. Ей определенно пришлось по душе наше будущее убежище. Мы помогаем трибуту забраться в спальник,а тот шепчет на ухо Китнисс: - У нас же все равно нет шансов. Сойка грустно улыбается. А в следующую секунду (как вовремя, а!) с неба раздается бодрый голос. В глазах Двенадцатой светится счастье. - Пит... - шепчет она и целует парня. - Теперь все хорошо. Спи. Он отрубается почти сразу, а та поворачивается ко мне. - Откуда ты все знаешь? Я пожимаю плечами. Рута смотрит на меня темными глазами и улыбается. - Ты спасла самых дорогих мне людей. - продолжает Китнисс и внезапно обнимает меня. - Союзники? - Союзники, - киваю я. То ли еще будет, Китнисс Эвердин.