***
- Чем вы там занимаетесь? Работать за вас никто не собирается! – крикнул прокуренный голос из кухни. Я быстро спрятал блокнот, Кайя захихикала. - Все правда так и было? – спросила она шепотом. - Нет, - я выдержал трагическую паузу, - ВСЕ БЫЛО ГОРАЗДО СТРАШНЕЕ! Пугливая химерочка вскрикнула и тут же прикрыла рот ладошками. Я засмеялся, потому не заметил приближения ДиВи. Он отвесил мне звонкий подзатыльник и за уши вытащил из кладовой, несмотря на верещание Кайи. -Оторвешь! Бедненький.. Пусти! -Оторву. И в жопу затолкаю. Дай сюда свои хуежества,- свободной рукой ДиВи вырвал из трясущихся лапок официантки блокнот и выдал после паузы вдумчивого изучения, - Это че еще за «тентакля»? Ты историю пишешь или дешевый хентай? Позорно заволоча меня за барную стойку на глазах всей таверны, он оставил многострадальные уши в покое и кинул книжецу. -Сначала научись писать, потом твори, - я потер хрящики и виновато потупил глаза, - И, между прочим, сейчас рабочее время, вперед. ДиВи кивнул в сторону ничего не понимающих, но хихикающих Подпольщиков и удалился к своим любимым грилям. Покажу еще тебе, педиком в моих историях станешь..Пролог
1 февраля 2022 г., 22:44
Впереди будут тяжелые времена. Хад как никто другой осознавал бедственность положения и собственное бессилие. В момент бега, будто в бреду он чувствовал неровно колотящееся сердце то ли от страха, то ли от столь большой нагрузки.
Впрочем, он и не задумывался о своей, наверняка печальной, судьбе, только семья крутилась в мыслях: дети, Ксардекс, братья.. что с ними станет в случае провала? Оши не остановится, пока не перебьет Уинслоу и проклятых Куорвеноори.
Два верных шуангоу, с которыми пройдено не одно сражение, привычно и все же как-то по-другому оттягивали плечи, прячась под форменным плащом краттениадской армии. Они придавали уверенности, но как в первой битве, предательски дрожали чувствительные к эмоциям уши. Профессионал, испугавшийся мелкой избалованной девчонки – смех, да и только. Только вот Голос, увеличивающий мощь по мере приближения к Парящим Островам, давал ясно понять, что знакомая дайер каким-то образом увеличила душу до титанических размеров.
Мерзкая зловонная слизь стекала по корням одного из островов, в свете заходящего солнца бурлила она особенно отвратно. Ее исток, очевидно, был в Кристальной Пещере. «Нехорошо» - подумал Хад и, достав клинки из креплений, двинулся внутрь.
Некогда чудесно мерцающие зелено-голубым цветом кристаллические наросты, сейчас были покрыты толстым слоем черной дряни. То ли она была свежей, то ли не засыхала, прямо как у ..
- Хадди! – воскликнул тонкий звенящий голосок из недр пещеры, - Ты пришел, какая радость!
Что-то забулькало. То, что раньше было Оши смеялось.
Молча, Хад выставил один из клинков перед собой – показывал нерасположенность к разговору.
-Я радуюсь, а он опять молчит, - обиженно всхлипнула наконец показавшаяся девочка, - Ничего-то в тебе с годами не меняется.
Миловидное личико, обрамленное ухоженными красными волосами, могло вызвать жалость, если бы не поплыло на следующей реплике.
- Молчит, молчит, будто меня и не существует, будто я табуретка, с которой не нужно говорить! – правая часть совсем растеклась, обращаясь в черную амебу.
Из этой массы стремительно атаковало щупальце, целясь в маску противника. Хад, не расслабляющийся ни на минуту, увернулся, одновременно обрубая вторую тентаклю. Моментально вскочил, нападая в ответ.
Огромное пространство под куполом Пещеры давало Хаду преимущество: он всегда изматывал жертву, заставляя за собой гоняться, путал сложными маневрами.
Но Оши будто не знала слова «усталость». Она рассказывала о своей жизни без Хада, о достижениях, параллельно атакуя с такой силой и скоростью, что электросущества обзавидуются. Прошел не один десяток минут, прежде чем Князь начал выдыхаться. Его легендарная в народе неутомимость подводила, повизгивающая от восторга девочка все чаще попадала, пока, наконец, не сбила еле дышащее тело с ног, откидывая к стене с колючими портационными камнями.
Она смотрела на тщетные попытки встать, наслаждалась запахом свежей крови, так соблазнительно стекающей по разбитой маске на подбородок, от него ниже и – она не сдержала рваного вздоха и присела, касаясь пальчиками мягкой шерстки, слипшейся теперь от Гнили.
- Все хорошо, милый, не сопротивляйся, - Оши повернула голову к рослой запыхавшейся фигуре у входа, - Теперь будем только мы. Я разберусь с уродцем, не переживай.