Назад нельзя

— Итак, — Юджи прокашливается, — вы были в Токио? — Не очень часто, — покачивает головой Сугуру и поворачивается лицом к Секо. — Я была только один раз, еще в детстве, — пожимает девушка плечами и все переводят взгляд на зазевавшегося Сатору. — А ты, Сатору? — Итадори с интересом обводит его взглядом. — Должно быть, ты знаешь Токио лучше меня? Как-никак, ты отсюда родом. — Ага, — флегматично отвечает подросток, с безразличием пялясь в противоположную стену. — Но ты все равно пойдешь с нами, — улыбается широко сенсей и достает смартфон, чтобы заказать такси. Сатору хмыкает себе под нос и опускает подбородок на ворот своей ветровки. Им еще не выдали форму. Сенсей сказал, что уже позаботился об этом и одежду они получат завтра. А сейчас, чтобы не так выделяться на фоне подростков, Итадори сменил свою форму на спортивный костюм из красной ветровки, черной футболки и серых спортивных штанов. Комплекция у учителя очень сложенная, но, несмотря на это, в их подростковую компанию он идеально втесался. И не скажешь, что ему тридцать. — Так, сегодня только разговоры, — говорит Итадори и шагает вперед, чтобы оглядеть всех троих учеников, — и осмотр достопримечательностей. — А куда именно мы отправимся? — заинтересованно спрашивает Секо. — Куда вы хотите? — ученики отвечают ему молчанием. Итадори вздыхает, прекрасно понимая почему все такие молчаливые. Стесняются, для них это все впервые, ново и наверняка, очень страшно. Юджи помнит, как Яга вел его в колледж пешком, рассказывая подробности и вводя в курс дела. Ему тоже было неловко, и страшно, но он умело скрыл все волнение за беззаботной болтовней. Этих ребят ему еще предстоит разговорить. — Тогда… — сенсей подносит пальцы к подбородку глубоко задумываясь, — что насчет… Сибуя? — восклицает он и ухмыляется, заметив как блеснули глаза юных шаманов. — Это вроде молодежный райончик, — принимается рассуждать мужчина вслух, — так что вам точно должно быть весело. Кто-то из уже бывал там? — Нет, — берет слово Сугуру, а Секо и Сатору отрицательно качают головами. — Вот и отлично! Едем в Сибуя! — Итадори широко улыбается и поворачивает ребятам смартфон с горящим уведомлением от такси.

* * *

Юджи прекрасно осознает ситуацию. И более чем понимает, что ожидать от ребят дружелюбности или доверия сейчас не стоит. Нужно проявить терпение, нужно показать авторитет и то, что он не просто учитель, но еще и друг. На первый взгляд: они неловкие от того, что оказались неизвестно где и неизвестно с кем. Сугуру, несмотря на стеснение, все же верно занимает лидерскую позицию. Сам юноша опрятный, выглядит ответственным и очень вежливый. Итадори прячет улыбку за сжатым кулаком. Ах, Тодо, если бы он был тут, наверняка стал донимать ребят насчет типажа. И наверняка, вся троица залилась бы краской. Сугуру больше всех. Вот от Секо сразу чувствуется бунтарский дух. Может быть все потому, что она старше и несмотря на то, что пока еще стесняется, выглядит более раскованной, чем тот же Сугуру. Она более прямолинейна, ее взгляд более осознанный и этим самым, более открытый. Сама девушка, кажется, проще, чем парни. А там, кто знает. Сатору — ходячий вопросительный знак, со всеми изгибами и жирной точкой. О нем ничего толком неизвестно, в частности из-за пребывания на домашнем обучении. Если о Сугуру и Секо, какие-то короткие табели и рекомендации от прошлых учителей, и еще немного информации от Яги, который подсуетился с этим, то о Годжо только его инициалы и названия техник. Даже как-то обидно становится. Сатору действительно бросили как что-то ненужное, хотя думалось — великий клан, наследник великих техник. Должны носиться с ним, оберегать, Сатору ведь очень важен, он ведь последний в клане и вообще единственный, кто унаследовал такую коллаборацию техник? Сколько еще предстоит узнать о них. Эта мысль вызывает улыбку у Юджи. — Итак, — произносит он, когда такси останавливается на остановке и все они выбираются из салона, — вы, наверняка проголодались, — обращается мужчина к ученикам. Те выстроились в ряд, совсем как солдаты и по росту. Фыркнув на эту картину, Итадори обвел глазами раскинувшуюся улицу в поисках какой-то забегаловки. — Так, — вздыхает он на затянувшееся молчание, — не молчим, сенсей все расходы берет на себя, об этом не стоит беспокоиться, — улыбается сосуд Двуликого. — Хорошо, — говорит наконец Секо, — тогда может быть, что-то типа булочек? Можно перекусить на ходу, если никто не против, — пожимает брюнетка плечами, оглядываясь на одноклассников. — Мне все равно, — хмыкает Сатору. — Мы здорово сэкономим время, — соглашается Гето. — Тогда отлично, — лучезарно улыбается Юджи и указывает головой в сторону ларька. — Можем взять мороженное, — добавляет мужчина, — не стесняйтесь, — поддавшись моменту, Итадори легко ерошит короткие волосы девушки. Йери удивленно застывает, а потом смешно фыркает. Кажется, первый контакт налажен. — Что бы вы хотели узнать? — спрашивает Итадори, неспешно направляясь по аллее. Ученики идут немного позади, уже немного подкормленные сладостями. — Ам, — Секо прикусывает нижнюю губу, — я немного знаю о шаманах, но слышала, что они и проклятия делятся на ранги? На какие именно и почему? — преподаватель удовлетворенно кивает, довольствуясь хорошим вопросом и смелостью ученицы. — Давайте начнем с того, откуда вообще они берутся, — Юджи откусывает от мороженого небольшой кусочек. — Проклятия, говоря простыми словами — преобразованные негативные эмоции: страх, ненависть, боль, зависть, отчаянье, все эти эмоции, обычно в огромном количестве и порождают проклятую энергию, а после уже рождается дух. — Значит, большая вероятность, что проклятие появится в скоплении людей, а не где-то в пустыне? — Сугуру нагоняет Итадори и заинтересованно наклоняет голову. — Верно! — восклицает сенсей и показывает большой палец. — В каких местах обычно больше всего скапливается людей с негативными эмоциями? — Школа? — фыркает Секо. — Верно, — смеется Итадори, — еще варианты? — он мельком оборачивается на Годжо. — Сатору, это и тебя касается. — Больницы, — неохотно отвечает тот, дернув головой, — кладбища, тюрьмы. — Верно! И пусть для образования проклятия, требуется много отрицательных эмоций, отправной точкой все же является что-то колоссальное. Например: страх перед риском смерти, — кивает сенсей, показывает юноше большой палец и продолжает: — Всего рангов пять, — обращается шаман к девушке, отвечая на ее вопрос, — четвертый, самый низший, с ним справится шаман соответствующего уровня. Третий, уже посильнее, — Итадори корчит лицо, — но не так уж их разница с четвертым велика. Так что тоже справится шаман четвертого разряда. Второй, это уже посерьезнее, они действительно могут сильно надрать вам зад и не только, — мужчина весело фыркает, — к ним соответствующий шаман. Первый уровень, вам он пока вряд ли попадется, но личности это серьезные. У них большой запас проклятой энергии и еще какие-нибудь тузы припрятаны. И последний уровень, ранг, как вам удобно — особый. Это те сволочи, которые могут восстанавливать себе конечности, могут хранить огромные запасы энергии и плюс еще и разговаривать с нами. С ними так просто не расстанешься. Они хитры, умеют думать и прочее. Но вам пока этим голову занимать не стоит, — Юджи оглядывает притихших учеников взглядом, те похоже, действительно слушают и даже Сатору, что очень радует. — Ну, а как мы поймем, какой перед нами уровень и стоит ли вмешиваться? — на этот раз задает вопрос Сугуру. — О, — фыркает шаман, словно ожидал этот вопрос, — это очень просто. У каждого проклятия или шамана есть уровень проклятой энергии. Простым людям она не видна, а вот нам с вами — очень хорошо. Это что-то наподобие энергетического поля, чем оно больше, тем сильнее ваш противник. Например, я бы четвертый и третий ранги объединил, разница у них действительно незначительная. Как второй и первый, там не так все сложно. А вот особый я бы оставил, по сути таких проклятий не так уж и много. — Почему? — Сатору тоже подбирается поближе. — Особый ранг очень распространен. Разве сильных проклятий мало? — Ммм, — тянет Юджи, зарываясь свободной рукой в волосы, — дело не в количестве, я бы сказал в качестве. Ну, взять четвертый и третий ранг и возвести все в цифры, то их проклятая энергия будет от ста до ста пятидесяти. Разница в пятьдесят единиц, не так уж и много, верно? — улыбается мужчина взглянув на юношу, кажется, Сатору понемногу втягивается в коллектив. — У особого ранга, количество проклятой энергии перемахивает за тысячи, и ко всему, они еще и думать умеют. А уровень шаманов уже начинается от двухсот единиц. Нет точной таблицы, но порой оказывается так, что шамана особого ранга отсылают на особое проклятие, а по итогу это оказывается ранг третий, максимум второй. Существует огромная путаница в рангах, их слишком много. — Почему? — вновь спрашивает Сатору, заинтересованно наклонив голову в бок. — Потому что многие из них предпочитают накопить энергии, а потом уже вылезти из своего убежища, чтобы учинить разгром. А кто-то в один миг выплескивает все накопившееся, и люди принимают его за «особый» вид, — с усмешкой отмечает Юджи, вновь ожидая «почему». — Сенсей, — протягивает Секо, обращая на себя внимание, — не разумнее было бы пересмотреть классификацию? — Разумнее, — утвердительно кивает тот и закидывает руки за голову, — это касается и шаманов, — сосуд проклятия окидывает учеников взглядом. — С годами шаманов становится все больше и их сила с каждым поколением увеличивается. Шаманские ранги я бы тоже немного сместил. Но не с нашим руководством. — закатывает он глаза. — А как скоро мы пойдем на задание? — с интересом протягивает Сатору. — Не скоро, — Итадори прикидывает в голове план. — Вам бы еще научиться не путаться в проклятой энергии, а потом уже учиться ее использовать. — Но я уже умею, — Сатору мимолетно хмурится. — Ты, может и умеешь, — кивает Юджи с пониманием, — но твоим товарищам еще следует этому наловчиться. А так как вы работаете в команде, — он выделили это слово, окинув ребят взглядом, — то придется шагать с ними в ногу. — Но я не хочу быть в команде. Я одиночка, — твердо заявляет Годжо, — и потом, вы сомневаетесь в моих способностях? Я наследник двух… — Я не могу в тебе сомневаться, — прерывает Юджи юношу на ходу, — потому что ничего о тебе не знаю, Сатору. То, что ты наследник клана Годжо и у тебя две уникальные техники, мне ни о чем не говорит. — парень хмурится. — Ты должен проявить себя, догоняешь? — Как я это сделаю, если вы не желаете дать мне возможности? — вспыхивает Сатору, сверкая из-под очков недовольным взглядом. — А в чем конкретно ты хочешь себя проявить? — В силе конечно же! — А разве сила — это только техники и проклятая энергия? — Юджи чуть опускает подбородок и поднимает брови, ожидая ответа. — Разве нет? — парень хмыкает, поражаясь неосведомленности учителя. — Нет, — улыбается сенсей и щелкает того по лбу, — шаман должен не только иметь неограниченный запас энергии, он должен контролировать ее и использовать с толком. А еще, сила это терпение, Сатору, — мягко произносит он и следом ерошит белые волосы на макушке. — Ты очень нетерпелив и это может сыграть с тобой плохую шутку. А обучаясь со своими однокласниками вместе, ты этому обучишься. Терпению, слаженности, пониманию и контролю ситуации, все это можно изучить только в командной игре. — А вы разве командный игрок? — хмыкает парень. — А мы разве говорим сейчас обо мне? — вдохнув, Юджи возвращает прежний темп прогулки. — Сейчас, может быть я не состою в команде, но легко в нее вольюсь, — пожимает он плечами, — мне мой ранг это позволяет. — У вас ведь особый уровень, сенсей? — спрашивает Сугуру, пытаясь разрядить неловкую тишину. — Да, — очевидно кивает мужчина, — вот прямо сейчас, как хотите запоминайте, хоть записывайте, — серьезно заявляет он и останавливается. — Ранг шамана определяется не только количеством проклятой энергии. Это совокупность из умения держаться в бою, черт личности и проклятой энергии. — А какой у нас будет первый урок? Мы будем заниматься в классе? А когда перейдем к практике? А что… — Сугуру! — смеется Юджи и вскидывает руку призывая ученика замолчать. — Все по порядку, ладно? Не части. — И-извините сенсей, — смущенно бормочет он и вздыхает, переводя дух. — Итак, — преподаватель обводит учеников взглядом, замечая что все уже все съели, — давайте все же зайдем в какое-нибудь кафе и перекусим там? — С удовольствием, — почти хором отвечают первокурсники, радуя этим Юджи. — Сатору, и под «перекусить» я имею ввиду все что угодно, кроме сладостей! — Что? Но я не хочу есть! Я не голоден и потом, сладкое стимулирует мозг, а мне нужно быть умным! — Ты себе кариес стимулируешь! — шикает на него Итадори и хмурит брови. Сатору в этом не уступает. Он щурится, весь подбирается, готовый стоять на своем до последнего. Упрямый. Наглядевшись на серьезного и даже грозного ученика, мужчина заразительно смеется. — Все равно нет, я не буду оплачивать твои сладости, — твердо заявляет он. Секо и Сугуру, которые с живым интересом наблюдают за ними, взглянули на Сатору в ожидании ответа. — В этом нет необходимости, — с усмешкой отвечает парень, — я сам оплачу свой заказ. — Нет, — голос сенсея все еще звучит твердо, — я скажу, чтобы твой заказ не брали в расчет. Ко мне, как к взрослому, прислушаются. — Я взрослый! — с детским энтузиазмом восклицает Сатору и для полноты картины ему только нужно топнуть ногой. — Нет, ты подросток, — цыкает Юджи, — и это буквально значит, что тебе нужно «еще немного подрасти», чтобы стать взрослым. — Это злоупотребление должности учителя! — бросает юноша последний аргумент в мужчину, но тот лишь щурится. — Нет, это элементарная забота. — Сенсей, — зовет Секо, прерывая спор, — а вам точно тридцать? — девушка приподнимает тонкую бровь в недоумении. — Вообще-то, — отзывается мужчина с еще более суровым видом, — мне только двадцать восемь. Я выгляжу настолько старым? — удивляется он. — Нет, — отрицательно качает головой брюнетка, — но ваш ментальный возраст, едва ли старше Годжо. — Что и требовалось доказать! — тут же вскрикивает Сатору и победно, широко улыбается. — Ментальный возраст не имеет отношение к физическому, — хмурится Итадори, скрещивая руки на груди, — это разное. — Да, — кивает Сугуру, но то же не может сдержать улыбки, — но ваше поведение, сенсей… — хихикает он. — Так, — отсекает шаман в излюбленной манере, — еще слово про мой возраст, — зыркает он и щурится, — и все останетесь без сладостей! — Сенсей!

* * *

Ладно, может быть, преподавательство не такое скучное дело, как представлялось Юджи. Возможно, преподавательство в обычной школе, с обычными учениками, да, дело скучное и гиблое, но не тогда когда ты шаман, а под твоей опекой юные шаманы, которые так и норовят залезть на вершину. То, что ребята рвутся к ней, не имея ничего и не зная тонкостей, даже мило. Их упрямство, дальнозоркость, упертость и стремление — те качества, без которых ни один шаман не смог бы выстоять в поле боя. Чего ребятам не хватает это чуточку безумства, так чтобы искры из глаз и занавес пыли от одного движения неопытной руки. Но, как бы все радужно не представлялось на первый взгляд, ситуация намного сложней. Юджи должен разобрать им основы, показать на практике, к каждому найти подход, найти сильные и слабые стороны. Это не так просто, но все же, что-то внутри него вспыхивает ярким, маленьким огоньком. Что-то, что заставляет Итадори чувствовать себя более живым и переворачивает внутренности в легком возбуждении. Да, будет тяжело, но что будет, когда ребята пройдут путь? От начала, от сегодняшнего момента и до конца, когда колледж выпустит их и они уже будут в состоянии сами решать, куда податься дальше. Когда они вырастут, набьют себе не одну шишку, прольют еще немало слез, запасутся веселыми моментами, чтобы когда прижмет, это было их стимулом встать вновь и продолжить с того момента, где они остановились. Вот это звучит весело. Наблюдать и поддерживать их на протяжении всего пути. Защищать и оберегать от опасностей, или наоборот подсылать к ним опасности, чтобы они поняли очередной урок жизни. Можно было спихнуть на Мегуми, можно было спихнуть на Юту, он бы точно не отказал. Но… что-то, еще помимо желания приобрести собственного палача, заставило его согласиться на эту авантюру. Что это за спонтанное чувство? Что он чувствует сейчас? Волнение, и странное щекочущее чувство под ребрами и между грудными мышцами. Итадори уже забыл это чувство: когда ты смотришь на чужие успехи и влюбляешься в то, как горят глаза человека; когда человек, так искренне горит своим делом, что ты невольно подсаживаешься на его волну и работаешь в том же темпе; когда чужое стремление, вдохновляет тебя на что-то большее и ты, заразившись и подсев на эту волну, становишься зависим от человека. Тут даже не нужно скрытых или открытых манипуляций. Впервые, за очень долгий срок мужчина возвращается в свою квартиру с огромной неохотой, несмотря на усталость во всем теле. Он устал. И физически и эмоционально. Подростки выжали из него просто максимум за один день. А впереди еще три года. Впереди еще столько всего предстоит узнать о них и столько получить в ответ. Иэйри чем-то напоминает Нобару, такая же дерзкая и не нужно лезть к ней за словом в карман. Может быть, у нее нет такой самоуверенности, но вот самоотверженности достаточно. Она многое знает о своих способностях, очень хорошо слушает, умеет выделять из контекста самое важное. Она строга по отношению к обязанностям и всему тому, что имеет какой-то распорядок или сводку правил, которых нужно придерживаться. Она имеет свой взгляд на вещи и не боится об этом говорить. Прямолинейна, но не бестактна. Гето, кажется, вообще не от мира сего. С его мозгами в пору поступить куда-то в университет, а потом податься в президенты. Если такое все же случится, Юджи обязательно проголосует за него. О Сугуру можно сказать, как о человеке, который всегда имеет запасной план. Буквально на все случаи, а если и нет, то он придумает и он обязательно окажется выигрышным, потому что брюнет продумывает даже мельчайшую деталь. Учитывая это, табель из школы с наивысшими баллами теперь не кажутся Юджи удивительными. В противовес Сугуру — Сатору. Вот он не особо задумывается о чем-то, но всегда уверен в своих действиях. Действует на инстинктах? Может быть, а может быть и нет. Из всей троицы, этот парень самый темный. Несмотря на сегодняшнюю атмосферу веселья, открытым Сатору назвать нельзя. Юджи чует ложь за версту. Нельзя сказать в полной мере, что Сатору врет, скорее — недоговаривает, но это связано с тем, что юноша просто еще не открылся. Точнее, он не доверяет никому из их компании настолько, чтобы сразу показать все слабые и сильные стороны. Да, Юджи ожидал этого и был готов, но, наверное все же не на все сто процентов, раз внутри что-то скребет. Эти дети удивительны. И он, Итадори, тот кто должен выточить из них алмазы. Итадори тот, кто должен помочь им раскрыться, а чтобы ребята доверяли ему, нужно приложить достаточно усилия. Главное не переборщить с доверчивостью, достаточно того, что они будут свободно полагаться на него в бою. Пусть, они не доверяют ему, но между собой у них должно быть доверие, например, как у него с Нобарой и Мегуми. С большой силой приходит большая ответственность. Юджи ответственный и сильный, и если бы была возможность, он бы не брал на себя еще больший груз. Ему достаточно и того, что есть сейчас. Безумно страшно за них и безумно интересно, что из детей выйдет. Итадори разрывается на две части, они еще помотают ему нервы. Впервые за долгое время, спать Юджи ложится с огромным желанием поскорее увидеть следующий день. И впервые, он засыпает с предвкушающей улыбкой.