***
— Ольга Кирилловна, как вы и просили, я сообщила всем об утреннем собрании, соберутся в зале через 15 минут. — сообщает Лиза, проходя вглубь кабинета. — Спасибо, ты тоже иди, я скоро подойду. — за Лизой закрывается дверь, и Ольга откидывается на спинку кресла, закрывая глаза, самочувствие сегодня обещало ожидать лучшего и пропуск завтрака был не самой хорошей идеей.***
— Всем доброе утро, я не буду вас долго задерживать, постараюсь говорить кратко — Арефьева окидывает присутствующих взглядом, замечая, что Рыков сел на самый последний ряд. — Как всем вам известно, подстанция сейчас проходит серьезные проверки, которые непосредственно могут коснуться каждого из работников подстанции, и вот именно одна из таких ожидает нас завтра, приедут люди из министерства, поэтому прошу — заведующая делает паузу, недолго останавливается взглядом на Павле, но потом отводит и продолжает. — Несмотря на то, что сегодня праздник, отнестись к этой проверке с полной ответственностью, повторюсь, последствия в случае её провала могут коснуться каждого. Проверять будут от руководства до диспетчеров, так что будьте готовы: приведите форму, машины, и оборудование в порядок. На этом у меня всё, все приступаем к работе. — Ольга уже направляется к выходу, но вдруг Витя подбегает к ней, держа что-то за спиной. — Ольга Кирилловна, погодите, мы хотели вас поздравить с праздником, многим уже подарили только вам осталось — Ушаков протягивает небольшую Розу, перетянутую красной ленточкой. Мимо проходит Рыков, пересекаясь с ней взглядом, в котором читается вовсе не обида, а любовь, и небольшое волнение. Сказав «спасибо», Ольга возвращается в кабинет. Конечно такое поведение супругов не осталось без внимания работников подстанции, из-за чего на протяжении рабочего дня, оба получали вопросы о том, что произошло, ведь вчера ещё многие видели как они выходили из здания под руку и ничего не предвещало беды, Ольгу спрашивала Лиза, Рыкова Араш с Кулыгиным, и оба говорили, что ничего не произошло. За целый день, Рыков так и ни разу не зашёл к Арефьевой, что было весьма странно для всех, ведь все знают, что почти каждое время, которое у Паши было между вызовами он проводил с женой. От сотрудников 70 подстанции даже пошли слухи, что Рыковы якобы разводятся.***
— Ольга Кирилловна и ещё вот эти бумаги Сан Саныч просил сверить — Лиза кладёт на стол Арефьевой папку с документами. — Ой, за что нам это всё только Саныч сейчас там сам сидит с огромной стопкой, да и ребята напряглись. — Правильно сделали, как говориться, выживает сильнейший. — успев сказать лишь эту фразу, Арефьева, стоящая рядом со столом, резко оппёрлась на него из-за очередного головокружениях — Лиза ухватила её под руку и усадила за кресло. — С вами всё в порядке? — Лиза наливает из графина стакан воды и подаёт его брюнетке. — Да, просто, видимо перенервничала из-за этих проверок и вот результат, со мной всё хорошо. — Вы меня, конечно, извините, Ольга Кирилловна, но вы не думали, что беременна? — это было именно то, в чем бы Арефьева меньше всего хотела, чтобы её подозревали. — Ерунду не говорили, и только попробуйте мне слухи распустить— брюнетка резко стала очень серьёзной, а во взгляде читалась злость и недоверие. — Я просто предположила. — оправдывается Лиза. — Вместо того, чтобы языком болтать, иди поработай для приличия, или мне ещё раз нужно повторить, что у нас проверка завтра. — Извините. Ольга и сама ни раз делала у себя в голове подобное предположение, ведь головокружения начались больше недели назад, да и многие факторы говорили об этой возможности, но Арефьева до последнего считала, что это не так и отказывалась в это верить, ведь ещё в прошлый раз её предупреждали, что забеременеть вновь после выкидыша будет сложно. Чтобы подтвердить свою точку зрения в обратном, перед работой, она заехала к своему знакомому врачу и сдала необходимые анализы, осталось только дождаться результата.***
Арефьева целый день провела за проверкой и подготовкой документов, некоторые уже были направлены в министерство, другие же потребуются завтра. Сегодня она особенно ощутила настолько устала, сил совсем не было, и больше всего, не хватало присутствия Рыкова, перед которым она так и не смогла извиниться, просто не успев поймать его на подстанции. С одной стороны, она сама злилась на Пашу, что он ведёт себя как ребёнок, но с другой, понимала, что сама перегнула палку. Ночевать ей сегодня тоже придётся одной, ведь как некстати, у Рыкова сегодня сутки. Помимо ситуации с Пашей, слова Лизы не выходили из её головы. А вдруг правда? Она не сомневается, что Рыков был бы рад этому ребёнку, но готова ли она сама и сможет ли вообще, на эту тему внутри только одно — страх. Несколько лет назад Арефьева уже потеряла ребёнка, что без сомнений, не осталось без следа в её душе. Кроме того, сейчас это совсем не вовремя, всё только налаживается, это объединение, проверки. Посмотрев на часы, и убедившись, что к завтрашнему дню всё готово, она смело закрывает ноутбук, перекладывает в полку нужные документы и вызывает такси.***
На столе остывший завтрак, и букет прекрасных алых роз. Без Паши было именно сегодня почему-то особенно непривычно, хотя у него переодически ночные смены, из-за которых Арефьева ночует одна. К тому же, на душе остался осадок от того, что им так и не удалось поговорить. Ольга наскоро приготовила ужин и собиралась лечь спать, когда заметила на прикроватной полке спальни небольшую коробочку, видимо из-за спешки утром, оставшуюся без её внимания. В коробочке лежал небольшой кулончик с запиской: «С праздником, Арефьева» — брюнетка в очередной раз задумалась обо всей этой ситуации и поняла, как была не права, но из раздумий её вывел звук пришедшей на телефон Смски «Оль, твои анализы пришли, могу тебя поздравить» — «Беременность 3-4 недели»