донхек должен был прийти на следующий «урок» через три дня. учебная смена выпала на утро. марк пришёл за два часа до открытия кофейни, чтобы побыстрее подготовить все оборудование к работе, а все оставшееся время посвятить вкушению новой пачки сигарет со вкусом клубники. после всех выполненных дел парень вытащил стул из кофейни на улицу и поставил его около входа. на улице начинало холодать: жаркий сентябрь перерос в холодный октябрь, и погода все больше начала портиться. на небе без конца плавали серые тучи, а ветер заставлял минхена все больше укутываться в куртку. он чувствовал себя умиротворенно. не хотелось ни о чем думать, ни о предстоящей смене, ни об учебе, ни о том, что сейчас на нем лежит ответственность обучать донхека-первокурсника. вдруг вдалеке марк заметил знакомую фигуру. в силу своего плохого зрения, он не мог понять, кто это идёт. главное, чтобы это был не донхек. в принципе, он относился к нему нейтрально, но сейчас хотелось как можно больше времени побыть с собой наедине.
тем временем фигура приближалась все ближе и ближе, пока марк не смог разглядеть черты того, кого он не хотел сейчас видеть.
—здравствуйте, инструктор-хен,—светловолосый поклонился на 90 градусов. минхена до жути раздражали формальности. он очень не любил, когда к нему обращаются слишком «официально»: для него это было незачем. все мы люди, все «варимся в одном котле».
—не думаю, что у нас с тобой слишком большая разница в возрасте,—парень протянул свободную руку.
—правда?—удивился донхек, пожав руку парня,—а сколько тебе?
—мне двадцать лет. я на третьем курсе эконома учусь.
—ого. а я там же учусь, только на первом. мне ещё только восемнадцать. и как там тебе на третьем?—донхек подошёл ближе и облокотился на стену кофейни. марк затянулся и выпустил дым, который направился прямо к стоящему парню. тот сильно закашлялся.
—блин, прости пожалуйста,—минхену стало неловко перед своим новым знакомым,—давай я потушу.
—забей, переживу.
—мне тут трупов потом не надо,—ответил марк, все равно потушив сигарету,—нам кстати уже пора кофейню открывать, а ты ещё не переоделся. бегом одеваться.
—так точно, минхен-хен,—ответил светловолосый, открыл дверь и сразу пошёл в раздевалку.
***
на сегодняшнюю смену, к сожалению, джехен не попал в список, поэтому на перерывах марк ходил в «курилку» служебного туалета один. иногда ему нравилось такое одиночество, ведь можно остаться и подумать о чем-то своём, а можно, в конце концов, пообщаться с джехеном в какаотоке. сейчас парень стоял, облокотившись на стену и листал ленту твиттера, пока дверь резко не распахивается, что заставила марка даже дернуться. это снова был донхек.
—о, минхен,—улыбнулся он,—мне сказали тебя здесь искать.
—господи, можно не так резко? ты что колокольчиком, что этой дверью меня до инфаркта доведёшь.
—извини пожалуйста,—донхек снова начал кашлять от запаха сигаретного дыма.
—выйди из туалета, иначе ты тут задохнёшься.
—нет, я нормально, правда.
—выйди говорю.
на этот раз донхек послушал своего инструктора и направился в комнату отдыха, где сел на небольшой диван. через 2 минуты вышел марк.
—ты что в итоге хотел-то?—парень сел рядом со светловолосым.
—а, ну…-донхек сильно засмущался от такого близкого, «не рабочего» расположения собеседника,—вообще, я хотел тут твой номер попросить…мало ли какие инциденты произойдут, если что на связи быть…
—серьезно? вот из-за этого меня надо было искать так срочно в курилке? вопрос не мог подождать до конца смены?
не дождавшись ответа, минхен продиктовал номер донхеку.
***
поздно вечером марк получает сообщение от неизвестного номера.
«
привет!!! не пугайся, если что, это донхек. просто хотел сказать, спасибо, что обучаешь меня!!! ты очень умный. ответь на это сообщение что-нибудь, а то вдруг я номер неправильно записал…»
минхена до жути выбесило такое количество лишних знаков препинания, но сам посыл сообщения выглядел довольно мило. несмотря на то, что у него не было выбора, обучать донхека или нет, было очень приятно слышать, что с обучением он справляется на отлично.
«
привет, да, это я, номер ты верно записал :)»
минхен положил телефон на прикроватную тумбу и лег в кровать. «а все-таки он правда милый»,—подумал он и заснул.