Новенькая

После разговора с Бяшкой, я был блять злой! Схуяли он творит пиздабол, нахер! Меня это дико бесит! Он же сука, знает как трудно расположить доверие партнёра, особенно когда ты - особенный. Злость так и бурлила во мне. Потопав на лестницу, я услышал не самый красивый и полный радости диалог: - Ты правда хочешь знать? Не думаю, что тебе это понравится, - услышав голос любимого, я насторожил с. Он был наполнен горечи, той которую он пережил со мной. Она была ядовита. Нахмурив брови я подумал не о самых хороших воспоминаниях, тем более если затрагивать эту тему. - А ты давай за меня не решай тут. Мамочка нашлась. «Вот сука, мы тут ей жопу спасли, а она блять ещё и выебывается, мразь» - процедил я у себя в голове. Ну все блять, держитесь, папочка выходи в студию. Щас будем разбираться, и мочить ебальники. Пытаясь совладать с бурей эмоций, я достав из кармана спортивок пачку сигарет и вытащив одну. Поднёс ко рту и зажигая, закурил. «Прости, Тох, но если я не покурю, быть беде». - Он не мамку включает, а предупреждает, ебанутая. Ты хоть бы раз прислушилась, - облокотившись об дверной косяк, затянувшись и выдыхая дым, сказал я. Влезь надо было, иначе ничем хорошим это бы не кончилось. Антон тут же подскочил. Я горько усмехнулся. - Рома, сколько раз я тебя просил не курить в доме. Родаки узнают, без головы оставят, - начал было Петров. - Подумаешь, мы проветрим, не ссы, - спокойным голосом ответил, смотря куда-нибудь, лишь бы не в глаза моему зайцу. Я столько раз его подводил, а он терпит меня, как отбитый. От таких мыслей хотелось лечь на дно. Цокнув, Антон замолк. По нему сразу было видно, что такой исход событий ему не понраву, но и выгнать меня он тоже не может, слишком предан. Любовь иногда ослепляет. Настолько, что хочется бежать, как от огня. - А Бяша где? - вздрогнув, я перевёл взгляд на Нику. - Мне казалось ты его боялась, буквально пять минут назад. - я сказал это с нотой жалости, но это было на столько поверхностно, что никто не заметил. Звучало колко, но подругому я и не умею. Антон сжался, этот разговор давался ему не легко. - Не путай настоящее с прошлым, Пятифан. Что было, то прошло. Сейчас меня больше интересует его поведение. - Его поведение за чистую зависит от тебя. Вы с ним связанны. - Чего, блять? Пургу мне не неси. Почему то когда я обосралась, он в ярости был. От такой резкой смены настроения, Антон вздрогнул. Я начинаю закипать, жилки так и наровятся оставить меня без головы. Ну что за баран, стоит и стоит на своём. Нет чтобы узнать что-то, послушать мудрых, которые в этом дерьме, подольше её. Она упершивсь всеми ногами, трындит, как попугай. - Он походу другой реакции ожидал. - а что ещё мне оставалось ответить? Я сам если честно в ахуе, но гон объясняет начало всех невзгод. Только как это донести до нашего слушателя, который ни в какую не собирается переваривать сказанную ранее информацию? - Видимо, ты просто не знаешь почему. Эти слова въелись мне в голову. Поганка, да как она смеет! Да чтоб я и не знал своего друга! Это издевательство какое-то, она у меня по пляшет. В висках накипало, я был натянут до предела. А Ника, словно никудышный гитарист, который так дёргал струны, что додергался. Струны порвались. Я терпел, терпел это блядство, но больше так продолжаться не может. Терпению пришёл конец. - Это ты ничего не знаешь! Ничего блять! Так ещё и хуету свою наговариваешь! - я рычал. Будто голодный волк в клетке, перед которым махали куском мяса. Ярость наваливалась, как туман, обволакивая всего в этой грязной пучине тьмы. - Ну так, объясните мне, черт возьми. На кой хер мы тогда здесь сидим, чего ждём блять? Чуда? Так вот его не будет. Я не умею читать ваши мысли, а вы мои. Так что, научитесь наконец-таки пользоваться языком и разъясните все в подробностях, - она проорала не хуже, голос сорвался на хрип, слышались нотки отчаяния. Совсем не уловимые. Антон, понимая, что точка кипения уже под двести градусов, заговорил. - Хорошо, если ты так просишь, то так тому и быть. Только не мы, а Бяшка все тебе разжует. Её словно током прошибло, она поменявшись в лице, перевела свое внимание на Антона. Глаза пылали интересом и недопониманием. Словно огонь и лёд сцепились воедино. - А вы? - Мы не вправе. Это слишком запутанная история, просто заткнись и перепихнись с этой информацией. Я перевёл тему, на столько, на сколько это позволяло в моё положении. - Хорошо, допустим. Где он? - Он сейчас за.. - Пошёл к Полине, - тут же перебил я Атошку, не дав тому договорить. Антон обеспокоенный взглядом посмотрел на меня. В этот момент я хотел было отвернеься, но понимал. Отвернусь - и тогда между нами тоже будет стена. Я такого не хочу. Посмотрев в глаза Антона и ясно давая понять свои намерения по поводу происходящего. Это не может длится вечно, рано или поздно, эта тема бы всплыла. Лучше сделать это сейчас, дабы огородить от той боли, которую предстоит им пройти вместе. - Что он там делает? - её голос дрогнул. Она не глупая, она уже все поняла. Но ей надо было подтвердить свои догатки. - Удовлетворяет свои плоские утехи, - я отвернулся, не желая смотреть ей в глаза. Я понимаю, такое не каждому удаётся взять и переварить. Особенно, когда подобное совершает близкий тебе человек. Хотя разве Бяша ей близок? - Ну нихуя себе! Вы тут говорите, про какую-то связь, а он блять пошёл развлекаться. Пиздец, ну спасибо за то, что хотя-бы блять правду сказали. А я наверное, как дура, до последнего бы верила всему вашим треплу. С Полиной, ахах, нет вы уж извините, но чтоб до такого опускаться, - слеза скатилась по щеке, словно хрусталь. Она была расстроена. Она поторопилась убрать её. Я сам прекрасно видел Антона, в том состоянии, что и Ника сейчас. Узнать об измене, равносильно самоубийству. - Успокойся, все норм будет. Завтра как новенький пришпарит, - не даются мне ваши сопли. - Ага, зато у меня завтра нормального уже не будет. После услышаного, поверить тяжко. А уж не показывать виду, так вообще подавно. На этом наш не супер разговор, подошёл к концу. Посмотрев на Веронику, я убедился, что сейчас её лучше не трогать. Она погрузилась в себя с головой. Положив свою руку на плечо Антона, немного толкнув его. Тот посмотрел на меня. Я качнул головой в сторону двери, жестом показывая выйти. Петров грустно улыбнувшись, послушался. Тихо встав и взяв меня за руку. Мы вышли из комнаты. Спустившись по лестнице, я моча побрел в коридор. Удивишись, Антон тихо спросил: - Ты куда? Я посмотрел ему в глаза. Его лицо дрогнуло. А глаза блестели. Он отчаянно пытался сдерживаться. - Иди ко мне. Я протянул свои руки к нему, а тот будто ждав этого, прильнул ко мне уткнувшись мне в грудь. - Мне больно смотреть на их страдания, - он говорил тихо. Грудь его вздымалась в такт Ромкиной. Поцеловав его в лоб и вытрив слезы с глаз. Я посмотрел на него, и приказал: - Одевайся. Тот улыбнувшись, не стал мне перечить, быстро натягивая куртку и ботинки с шапкой, он поглядывая на меня, прищуриваясь. Одевшись он посмотрел на меня, готовясь. Я взяв его на руки и закинув к себе на плечо податливую тушку, придерживая за упругую задницу вышел из дома. Не обращая внимания на его тихий задористый смех. Хитрый зайка.