Немощность.

Алкоголь заставлял Пятого расслабиться. Забыть о всем, что с ним случилось. На деле, он начал страдать не только от немоты, а еще и от маразма. Пятый вообще не подавал каких либо признаков болезни Альцгеймера. Но, временные "отплывы" и "приплывы" воспоминаний пугали и продолжали посещать его, иногда, он не понимал, что это за бело курая и красивая девушка, как ее зовут, почему она так печется о нем, и кто она вообще? Кто все эти люди? Что им нужно от него? Но он радовался. Радовался не оттого, что у него, у молодого парня старческий маразм который не лечится, ведь болезнь Альцгеймера это нарушение в головном мозге, а от оттого, что память возвращалась. Она возвращалась к нему не так часто, но на долго для этой болезни. Примерно, на 3-4 часа, а потом, все опять уплывало, уплывало на весь оставшийся день, и тролль чувствовал себя маленьким и напуганным ребенком. По сути, таковым он и являлся. Прячась за толстой маской шута, прячась за толстой но такой хрупкой маской, что сломилась в дребезг больно шумя и ударяясь о пол, от одного прикосновения. Этим прикосновением стал не умышленный поступок Создателя. Вару нравилось употреблять спиртное. Больше всего, ему нравился коньяк. Крепкий коньяк. Пятый умышленно шел, шел в магазин, брал наличку с не поддельным документом о подтверждении личности, и шел в магазин. А точнее, ехал. Ведь от серого дома Клонов, до ближайшего супермаркета ехать целых три с половиной километра. Потому, братья когда ехали в торговый центр, закупались сразу на два месяца, да бы, лишний раз не тащиться в город. Продолжим, Пятый ехал в магазин, а после, брал один из своих любимых напитков. Он брал либо дешевую пародию на "Николашку", либо коньяк "Элитный", но иногда, брал легкий и миловидный "Strawberry Sweet", он называл его сокращая, SS. Strawberry Sweet–Продавался только в городе возле которого жили Клоны, сам Strawberry Sweet был изготовлен на фабрике Доминика Вишнева. Фабрика эта, находилась как раз в центре города возле которого мирно обитали братья, потому этот коньяк так прославился, и стал почти изюминкой бренда, и его, свойственно, стали поставлять по всему городу и во все торговые центры. Не без блата Вишнева конечно. В руке крутилась кругловидной формы бутылка. Аккуратно выкроенная надпись "Элитный" сверкала серебряными печатными буковками. Валет чувствовал себя инвалидом. Беспомощным инвалидом, который даже не может толком объяснить свое состояние. Туманный напиток подавлял приступы яркого выражения эмоций, и кидал в эйфорию. Во рту был привкус чего то кислого. Пот лился по белому лицу, щекам с ямочками, скулам. Не вольно бросает в жар. Малец быстро, но прерывисто захватывает ртом воздух. Нежная ладошка все сильнее сжимает горлышко бутылки. Азарт и жадность поглотили Клона номер Пять, ему так захотелось швырнуть эту неудавшуюся попытку стать сильнее, а если точнее, то саму бутылку. С Вару никогда не было такого, как бы он не напивался, как бы не доводилось довести себя до белой ручки, но такого ни разу ни было. Бутылка в дребезг разбита. Осколки впиваются в ладони, оставляя за собой алый след, напоминание о том, как он жалок. Так страшно. Руки тряслись сами собой, тот же ритм взяли и колени. Зеленый взялся за голову, сжимая в руках свои локоны, пытаясь, как будто вырвать их. Он боялся. Боялся что тут, сейчас, его снова прокараулит приступ маразма. Он, он глупая истеричка маразматичка. Раньше, он смеялся с таких, коим сейчас является. Но теперь, не до смеху.