Как горит огонь (рабочее название)

Похоже удача отвернулась от меня: мои глаза закрывались после нескольких ночей без сна, живот сводило от голода, но это были мелочи по сравнению с новой проблемой. Несколько ночей подряд я слышал волчий вой, раздававшийся всё ближе ко мне. Смена лагеря не помогала, звери продолжали приближаться, хоть и не нападали. Пока что. Волков было не много: судя по следам не более двух-трёх тварей, но и это было чересчур. Возможно они были ранены, возможно больны. Слишком мало для полноценной стаи, да и то, что они ходили вокруг меня, не нападая, тоже говорило в сторону этой версии. И давало надежду. Такие бы не вышли за мной из леса, так что нужно было просто двигаться в сторону границы. Но прежде понять, где она, ведь на тракт возвращаться желания у меня не было. Над огнём болталась пара белок, которых мне посчастливилось поймать прямо у дупла. Они только начали обрастать жиром, готовясь к спячке, так что это был далеко не пир. Шкурки лежали в сумке: когда доберусь до города попробую их продать, может на ужин хватит. Если доберусь до города. Вой раздался неподалёку. Меньше половины хоупа от меня. Сон становился всё более опасной идеей и всё более желанной. Если бы только у меня было время выточить колья и лопата — я бы сделал волчью яму. Хоть один напарник, и проблемы бы не было вовсе. Но я остался в лесу один, а волки подходили всё ближе. *** Ноги шагали по лесу больше по привычке, чем по моему указанию. Голова соображала туго, на виски давила усталость. В глазах начало темнеть. Кровь стучала. Колени подкосились. Я крепко схватился за ствол ближайшего дерева, грубо проведя по твёрдой коре не зажившей до конца ладонью. Боль немного взбодрила меня, но долго так продолжаться не могло. Нужно было идти дальше, дойти до границы леса. Деревья уже были реже, чем вчера, так что она должна была быть где-то рядом. Среди шуршания листвы от моих сапог, я услышал новый звук: хруст ветки. Одной. По шее побежали мурашки. Страх оказался отличным лекарством от сна: глаза распахнулись сами, шаг ускорился, все мускулы, ранее устало-расслабленные, напряглись. Топор уже был в руке. Все эти ночи волки давали мне знать, что они рядом: выли, ходили вокруг, пугали птиц, шуршали листвой, но сейчас они шли тихо. Настолько тихо, что мне потребовалась ошибка одного зверя, чтобы осознать, насколько близко они подошли. Звери изматывали меня, выжидали, наблюдали, но, поняв, что я собрался выйти из леса, решили напасть. Судя по звуку, они были где-то слева и позади, но они вполне могли опередить меня, чтобы отрезать от спасения, могли окружить, чтобы загнать, как охотники загоняют зверя. Умные твари. Если бы один из них не издал звук — об их появлении меня предупредили бы клыки на шее. Слева от себя среди деревьев мой взгляд наткнулся на жёлтые глаза. Голодные, полные холодной злобой. Волк шёл с моей скоростью, изредка поглядывая на меня. Я знал, что если посмотрю направо — увижу ещё одну пару жёлтых глаз. Они вели меня, как пастушьи собаки овцу. И итог должен был ждать меня тот же. Инстинкты внутри кричали бежать, рваться из леса, но было нельзя. Быстрее волков точно не побегу, а в ловушку зайду. Мысли метались в голове, искали выход, пока я шаг за шагом шёл в капкан. Нельзя было провоцировать волков на нападение: втроём они меня загрызут очень быстро. Нельзя было разворачиваться: в лесу мне конец придёт ещё быстрее. Нельзя было останавливаться. Нельзя было идти вперёд. Но что-то делать было необходимо. Мысленный пересчет имеющихся инструментов для борьбы привёл к неутешительным итогам: топор, не очень длинный нож, да сами доспехи, которые по большей части были простой кожей, лишь пара мест покрыты металлом. То, что в бою с человеком могло дать мне столь важные подвижность и скрытность становилось бесполезным в бою с намного более ловким и чутким зверем. В голове сформировалась идея, настолько же безрассудная, насколько ситуация вокруг меня становилась безвыходной. Опасная идея, ведь для неё надо было зайти прямо в волчий капкан. Топор в левой руке лежит уверенно, как лежал много раз до этого. Нож, занявший место в правой руке был больше инструментом для снятия шкур и заточки веток, чем оружием, но вполне мог сгодиться. Шаг. Второй. Третий. Тело натянуто подобно струне лютни. Сердце стучит от предвкушения не битвы даже, а попытки бегства. Слегка ускорить шаг. Это не должно спровоцировать зверей, но мне поможет. Волк дышит тяжело, с хрипом. Больные. Это хорошо. Лес редел, спасение было близко. Как и третий волк. Правый зверь выдал себя лёгким рыком. На краю зрения появляется третий волк. Если бы не подсказка, заметил бы его только когда почувствовал бы дыхание на лице. Рука взлетает вперёд, выпуская нож. Не дожидаясь результата, ноги бегут за ним. Визг волка, сопровождаемый рычанием двух других, разрывает тишину. Удар топора наполовину отделяет голову волка от тела, но лезвие застревает в мясе. Нож торчит среди меха на боку. Второй волк уже летит на меня. Увернуться шанса нет. Подставляю стальной наруч. Зубы скрипят по металлу, двигаясь к ладони. Третий заходит сбоку. Правая рука пытается выдернуть топор из волчьей шеи. Наконец-то с хлюпающим звуком лезвие покидает плоть, но тут же приходится рисковать им снова. Удар по волку, повисшему на руке мог бы прикончить его, тогда остался бы лишь последний. Моргнул в момент удара. Усталось наваливается грудой камня. Топор пролетает практически мимо волка, но он всё же отскакивает. Тут же уворот от второго зверя, летящего прямо на меня. Он сбивает с лап любителя грызть руки, давая время воспользоваться ситуацией. Искать нож нет смысла, нужно со всех ног бежать из леса. За спиной тяжёлое дыхание волков. Всё ближе. Лес сменяется на пни срубленных деревьев. Спасён. Подобно камню из осадного орудия в спину бьёт вес зверя. Земля уходит из-под ног, вместе с волком летим вперёд. Сзади слышен скулёж второго зверя, но мне не до него. Получается перевернуться, перед лицом пасть, полная длинных острых зубов. В нос бьёт мерзкий смрад. Руки ищут топор, упавший где-то рядом. Волк рвётся к горлу. Попытки защититься левой рукой малоуспешны, но хотя бы переводят удар к ключице. Крик вырывается из груди, в глазах темнеет от боли. Топор наконец-то нашёлся. Высвободить руку так, чтобы перерезать лезвием горло не получается, приходится раскрывать брюхо. Волк отпускает плечо, с клыков на лицо стекает кровь. Моя кровь. Бьёт второй раз, получается снова защититься наручем, но удар вбивает предплечье мне в лицо. Нос неприятно хрустнул, рот наполнился кровью. Правая рука находит подходящий угол и распарывает живот зверя. Одежду пропитывает что-то мерзко-тёплое. Волк взвизгивает, отпрянув, катается по земле от боли. Поднимаюсь на ноги, в глазах темнеет. Нужно добить тварь. Топор опускается, раскраивая волчий череп. Кровь вытекает из раны в плече. Колени подкашиваются, роняя меня на волчью тушу. В ушах стучит всё медленнее. Темнота застилает глаза. В голове мелькает мысль, что умереть лицом в волчьих кишках было бы заслуженно. В рот заливается волчья кровь. ~~~~~~~ «Ешь!»