Как горит огонь (рабочее название)

Скрип колёс, стук бочек, подпрыгивающих сзади на кочках, жужжание мух – поездка шла неторопливо и спокойно. Немолодая лошадь шла, понурив голову и устало фыркая на попытки её понукать, по просёлочной дороге в сторону большого тракта. Редкие пчёлы, привлечённые ароматом мёда, подлетали к нам, пару кругов гудели возле уха и улетали, не обнаружив ничего интересного. Анар не хотел останавливаться на ночлег до выезда на тракт, так что сейчас тихо похрапывал, прикрыв лицо соломенной шляпой, чтобы дать мне выспаться ночью. Такой режим позволял мне наслаждаться тишиной, не прерываемой болтовнёй купца. Мне было, о чём поразмыслить, хотя ответы на вопросы совершенно не желали идти мне в руки. Полный ужаса взгляд Мирки, то и дело всплывавший в памяти, совершенно не помогал сосредоточиться на важных вещах, однако, у меня не было выбора. Моих невеликих знаний вполне хватало, чтобы понимать опасность произошедшего, и к скольким проблемам оно могло привести. Как всегда при этих мыслях странная метка на груди стала немного жечь. Она тревожила меня периодически, но пока больше никакой активности не проявляла, так что можно было списать это на последствия обычного ожога. Ожога от пламени, способного оставить от меня лишь дымящийся кусок обугленной плоти. Как от Кравика. При воспоминаниях о запахе горящей человечины к горлу подступила тошнота. Пришлось снова искать мысли, способные отвлечь от этого. Деревья. Небо. Пара ворон, летевших над телегой. Видимо надеялись, что лошадь вскоре испустит последний дух и обеспечит им настоящий пир. Колесо подбросило на кочке, от чего Анар всхрапнул и немного повернулся во сне. Мне не хотелось подвергать купца возможному риску, который, судя по всему, сопровождал меня, но без него я бы подверг риску ещё больше людей. Однако, оправдания движению в один из больших городов у меня ещё не было. На услуги любого, кто мог мне помочь требовались деньги, которых у меня не было: большую часть полученной у де Бриско платы я оставил Джерану и Лири за все тревоги и беды, которое им принесла доброта ко мне. Джеран при виде денег сплюнул на землю и сказал, что не хочет денег «этого городского колдуна», но Лири убедила его взять их. В конце концов, им нужно было оплатить приезд кого-то из аристократов, чтобы тот мог провести освящение могилы Мирки и Кравика. Мои раздумья прервал звук голодного желудка. Восстановление от ран и лихорадки требовало много сил, так что моё тело, видимо, решило потреблять тройную норму еды. Остатки сыра, лежавшие в моей сумке, были на крайний случай, так что пришлось задвинуть голод подальше, сосредоточившись на дороге. А как хорош был тот сыр. Луга рядом с деревней были плодовитыми, так что коровы давали много вкусного молока, которое крестьяне умело превращали в мягкий, нежный сыр. Пришлось сглатывать слюну, появившуюся от образа еды. В голове промелькнула мысль: «Если аппетит не вернётся на прежние границы, все остатки денег очень быстро будут проедены». За размышлениями время шло быстро. К моменту, когда Солнце коснулось горизонта своим краем, наша лошадь сделала свой усталый тяжёлый шаг на широкую и ровную дорогу торгового тракта. Свернув в сторону от закатного солнца, проехав мимо каменного знака, указывавшего путь к городу, наша телега проехала пару хоупов, и Анар наконец-то расслабился настолько, что согласился разбить лагерь. Мне повезло поймать пару хороших зайцев с помощью одолженного у Анара лука, которые пошли в рагу. Пара ложек мёда сделала его даже вкусным, а купец занял свой рот едой, так что это был самый приятный вечер за всё наше время пути. ~~~~ Моё тело вновь висело в темноте, сжигаемое изнутри, истязаемое отсутствием ощущений. Огонь заползал мне в глотку подобно раскалённому свинцу, пробираясь к желудку, где он разлился, обжигая мои внутренности. К ужасной боли прибавилось новое ощущение: голод. Неутолимый всепожирающий голод, заполняющий сознание. ~~~~ Реальность подхватила меня, приводя в сознание. Мои глаза видели, как руки хватали из углей куски овощей и мяса, выпавших из котла, отправляя их в рот. Голод горел в животе, заставляя продолжать животную трапезу. Усилием воли мне удалось привести себя в чувство и остановиться. Ладони были обожжены, хоть и не сильно. Стоны боли срывались с кровоточащих губ. Анар, задремавший, видимо, на своём посту, пытался осознать зрелище, происходящее перед ним. Предстояли сложные объяснения и страх уснуть, терзавший меня до самого утра. *** Усталость Анара оказалась моим спасением. Костёр практически затух, что вызвало бы раздражение в обычной ситуации, но не дало мне спалить кожу ладоней сейчас. Ожоги были намного слабее тех, которые украшали мой ворот, но прикосновения к поводьям или топору вызывали желание сморщиться. Это напрягало: моих рефлексов должно было хватить, чтобы разобраться с парой волков или разбойником, но чуть больше противников или один опытный - и боль, ослаблявшая разум, послужила бы моей смерти. Похоже ночное происшествие было одной из тех немногих вещей, которые могли заткнуть купца. Не то чтобы мне было, что ему сказать. Неловкость висела в воздухе подобно рою насекомых в жаркий день. Разумеется, долго это продолжаться не могло: нам надо было ехать вместе ещё пару дней, а доверие Анара к “бесплатному охраннику” было несколько испорчено. Он долго сидел молча, поглядывая на меня время от времени. Потом начал вздыхать, возможно вызывая меня на разговор, но мне хотелось отложить его как можно дальше. В итоге моё упрямство оказалось сильнее, так что Анар решил пойти в лоб. - Шедвик...а что произошло сегодня ночью? ~~~~ Глаза подобно стороннему наблюдателю видят, как руки выхватывают крохи пищи из углей. Даже сами угли выглядят аппетитно ~~~~ - Мне очень хотелось есть. Я думал, что угли уже остыли сильнее, но ошибся. - Тебе не кажется странным такой аппетит? - Меня сильно ранили пару недель назад, видимо теперь тело восстанавливается. - Аааа - протянул Анар. Пара минут молчания. - А кто тебя ранил? ~~~~ Объятая пламенем девушка парит в воздухе, изгибаясь в агонии, сгорая изнутри. У её ног скорчившиеся от жара и предсмертной боли тела. Люди, которые шли первыми пожелать счастья её новой семье. ~~~~ - Зверь из леса. - Медведь? ~~~~ Лезвие топора свистит по воздуху, приближаясь к обернувшейся девушке. Тонкая шея не становится серьёзным препятствием для острого металла. Стройное тело обмякает и падает на землю. ~~~~ - Вроде того. Несколько минут молчания. - А он же ещё на кого-то напал? Вроде на дочку плотника? ~~~~ Взгляд ненависти и ужаса, беззвучный крик, поток пламени, способный прожечь дыру во мне, огоньки, бегающие под кожей. Горящие руки, удивительно сильные для юной девушки, сжимают моё горло, не давая дышать. ~~~~ - На внучку. И на её жениха. И на несколько других человек. - Ужасно. Ну ты это...держись. Скоро доедем, в городе с меня обед, раз уж тебе так плохо. Мне не хотелось отвечать. Чувство вины перед Анаром мучило меня, ведь я сам не представлял, насколько могу быть опасен. Нельзя было спать. По крайней мере спать крепко. Оставалось не так и много: до города было рукой подать, но там я тоже должен был быть настороже. В душе проснулась ненависть к де Бриско. По его вине это всё началось! По его вине я принёс этот камень в деревню! Нет. По своей. Не было смысла винить археолога, который первым и умер от своего любопытства. Я принёс камень, я подверг всех опасности. Лучшим исходом было бы уйти подальше от людей, чтобы никто не пострадал, но как же не хотелось. *** Анар был в безопасности на тракте, а до города было не больше пары дней пути. Скорее всего, увидев моё отсутствие, купец почувствовал облегчение. Он не был трусом, но даже храбрецу бы не захотелось спать рядом с умалишённым, доверяя ему свои жизнь и имущество. Лес был мне незнаком, но все они по-своему похожи. Костёр поднимал в воздух искры, завораживая своей пляской. С каждой секундой мои желания всё дальше сужались до самых простых человеческих нужд: очень хотелось есть и спать.