Не смей забывать.

 Какое-то время назад Эррор замечает изменения в Инке. Нет, конечно, он знает о чужой забывчивости, знает, что это ненароком и неспециально, и знает это забавное лицо, стоит только спросить о забытой просьбе: поднятые брови вверх, отвлечение от дел и полное непонимание во взгляде. А после обязательно идет "Ох, блин, неужели снова забыл? Оши, прости, пожалуйста..." Это всегда невольно заставляет его улыбаться. Эррор иногда шутит над Инком и спрашивает что-то совсем случайное и абсурдное. К примеру: "Успел ли забрать мелкого со школы?" Или то же "Мы договаривались поужинать сегодня, ты готов?" "Мелкого" у них не было, а договариваться с художником он перестал практически сразу, когда осознал его забывчивость. В таком случае "неожиданные" сюрпризы были намного приятнее и ярче. Сначала Инк просил попозировать для автопортрета, ведь он – Эррор – хорошая модель и черты лица интересные – разве он не признавал его своей музой лет эдак 7 назад и не рисовал по памяти? Он, конечно, соглашается, ведь знает, что художник не отстанет, и спокойно вяжет, затаив дыхание и практически не двигаясь. Странно это все, да и ладно, с кем не бывает? С Инком так точно бывает, да еще и чаще, чем с другими. Потом он стал отключаться. Самое долгое его "отключение" было в течение целого часа, и ни вода, ни огонь, ни боль на него не действовали – Эррор пробовал все, что мог. Сначала казалось, будто он просто задумывается и отходит в собственные мысли, и правда, с кем ведь не бывает? Даже Эррор иногда задумывается над чем-то настолько глубоко, что зависает на месте и смотрит в одну точку, но ситуация с Инком – страшнее в разы.

Это был уже второй тревожный звоночек.

Третьим оказалось то, что после каких-то событий – Эррор до сих пор не установил закономерность – Инк мог забыть его. На недолгое время, конечно, сначала это было лишь на несколько секунд; пугался, когда встречался с партнером в коридоре – снова это запутавшееся лицо – и облегчённо выдыхал. Это же Эррор. Точно. А потом Инк и вовсе не пускал его в их собственный дом. В течение первых 10 минут Эррор пытался зайти через основную дверь, а после, "срезав путь", оказался внутри. Ему не впервой видеть чужие слезы, не впервой успокаивать истерику, Дельта руна, они ведь вместе уже больше 6 лет! Но подобное он видит впервые – полноценное неузнавание самого близкого ему монстра. Пока художник не "перезагружается". Он будто по щелчку вспоминает все связанное с Эррором, все-все-все без исключения. И ничего из того, что было до этого. Очень пугало. Амнезия у монстров вообще бывает? Ни Дрим, ни Найтмер не дали ответа, тупые идиоты, а ведь казались умными, поэтому Эррор принимает решение чаще находиться рядом. Чтобы точно не забыл. В какой-то период это действительно помогало, и казалось, что все кончилось. Обычные дни, обычные вылазки в другие вселенные, чтобы прогуляться и дать этому художнику порисовать, а Эррору – насладиться тишиной и чужой компанией. Он больше не отключался, не забывал его, и, возможно, именно это было лечением от амнезии Инка. Что же происходит в этой голове, полной хаотичных мыслей? Что же так сильно увлекает его, что тот "вылетает" с разговора, уставившись в одно место? Осторожные поцелуи и объятия, по совету Дрима, "будят" лучше тех методов, что использовал Эррор, будучи испуганным за своего партнера. Он аккуратно берет партнера за руку, притягивая к себе ближе и целует чужой лоб, а после висок – Инк хихикает, "просыпаясь", обнимая Эррора полноценно и нежно шипя что-то вроде "щекотно ведь, Оши" в районе его плеча. Все было хорошо. Инк был в порядке, а значит, Эррору тоже было хорошо. Обычный вечер. Инк засыпает рано, как обычно, ведь по мультивселенному телевизору его любимая – для сна, невольно отмечает Эррор – передача. Ошибка как обычно относит его в кровать уже ночью, когда устает сам, ведь знает – художник не проснется до утра. Как обычно помогает снять проснувшемуся Инку кофту, тот отпирается, но не просыпается, и жалуется на холодную постель. Эррор невольно улыбается, переодевая футболку и выключая свет. Пусть он и, по официальной версии, отвергает присутствие подобной эмоции, но умиление захватывает его с головой. Он, кажется, даже противостоять не может. — Эррор,— тихо зовет Инк, пока Ошибка закрывает шторы. Ему хочется поспать подольше утром. Он прикрывает шторы до конца и ложится в постель, сталкиваясь с чужими ногами. Неудивительно. Снова Эррор проснется на уголке кровати, без одеяла, но зато Инк будет дышать ему в шею, обмотанный в одеяло и плед, словно кокон. — Там... Холодильник попросил, чтобы я сказал: Весемир просил... — Что просил-то? — Эррор тихонько смеется. — Сумку принести ему, сумку, ну как же можно не понять с первого раза... — Ошибка даже в темноте видит, как тот хмурится недовольно. Он чувствует. Диалог обычно длится недолго, всего пару минут, и Эррор действительно жалеет, что снова оставил телефон на диване. Даже сейчас все было обычно. Как всегда. Что-то типа рутины, от которой Ошибка никогда не устанет. От этого невозможно устать. ××× Эррор просыпается лениво, неторопясь. Кладя, хотя скорее сонно кидая руку на чужую сторону, он не надеется почувствовать там спящего монстра. Инк всегда вставал раньше него, что разительно отличало его от всех обычных Сансов, но и с этим можно жить. Эррора же не будят. Уже хорошо. — Дрим... — голос звучит крайне приглушенно, практически шепотом, но даже в таком случае его можно было различить. Утренние звонки? К чему бы это? Закутавшись в плед, Эррор широко зевает и поднимается с кровати нехотя. — Дрим! Дельта руна, наконец ты ответил... Послушай, я..- — Что случилось? — Эррор прерывает его, подходя ближе и вновь зевая. — Назад!

. . .

— Что?..— Эррор, несмотря на подобие испуганного приказа, делает шаг ближе. — Не смешно, Инк. — Я сказал назад! — Инк отпрыгивает назад, ударяясь спиной о стену. Эррор не понимает. Он хмурится, опуская плед. Что за бредни? — Дрим, мы были вчера вместе? — видимо получив отрицательный ответ, Инк хлопает по стенке с разочарованием. Он выглядит пугающе странно, и Эррору это не нравится. Совсем. — Я перезвоню. — Инк, что происходит? Что за розыгрыш? Хватит. Мне не смешно. Пусть это будет розыгрыш. Глупый розыгрыш. А Эррор, дурак, повелся. Ведь так? — Послушай, ха-хах, у меня есть способность... Нет, недостаток, забывать что-то. Я тебя не знаю. И не помню. Раз уж наше первое знакомство не заладилось... Я Инк? — вытянув руку вперед для рукопожатия, художник неловко хехекнул. Не знаю. Не помню. Эррора глюкануло. И довольно серьезно впервые за долгое время. — Это шутка?! — Эррор подходит вплотную, отбивая чужую руку подальше. Его затрясло. — Инк?! Прекращай эти игры. Прекращай, я говорю! Хватит! Это за игры ты удумал, Инк?! — Слушай, если между нами что-то было и я не помню... Извиняюсь. Но это правда не моя вина, послушай! — Инк невольно переходит на крик. — ЭТО ТЫ МЕНЯ ПОСЛУШАЙ! — Эррор взрывается окончательно, с силой ударяя стенку рядом с партнером. — О чем ты, блять, можешь говорить?! Мы... Мы в отношениях 6 лет! Даже больше! Мы знакомы почти 10 лет! Что за бред ты несёшь?! Какое забыть...- О. Вот оно что. Кажется, он совсем забыл о тех инцидентах, что случались раньше. Делая шаг назад, Эррор смеется, закрывая лицо руками. Забыл. Он забыл. Забыл. Снова. — Извини, но... — Инк заводит руку за голову и нервно чешет затылок. Он неловко смеется. — Я правда не помню ничего, что может быть связано с тобой. Я вижу тебя впервые. — Как ты можешь, блять, забыть?! — Эррор кричит, чувствуя, как задыхается. По телу снова и снова, с новыми волнами идёт ряд ошибок, а голос звучит крайне неясно из-за помех. — Как ты можешь забыть нашу войну?! То, как мы ссорились, мирились, и так по новой снова и снова?! Почему ты... Ты даже не помнишь меня? Забудь что угодно, кого угодно! Почему меня?! Инк притих. Он свел брови вместе, не двигаясь и боясь попасться под горячую руку. Он сжал руки вместе у груди, потирая те, словно пытаясь успокоиться. Не помогало. Он ведь не знает, что Эррор никогда не тронет его. — Пожалуйста, Инк, — Эррор подходит, касаясь чужой руки и пытаясь погладить – художник крупно вздрагивает и испуганно поднимает взгляд, боясь даже пошевелиться. — Прошу, умоляю, пожалуйста, скажи что ты шутишь. Инк. Пожалуйста. — Я не... Не помню. Правда не помню. Я стараюсь вспомнить, честно стараюсь, но я... Даже имени твоего не помню, — голос звучит тихо и тускло, не давая даже надежды. — Дельта... — опуская голову на чужое плечо в бессилии, Эррор жмурится. Ему очень хочется проснуться от этого кошмара, проснуться и узнать, что все хорошо. Проснуться и увидеть, как Инк снова измазался в краске, ловя утреннее вдохновение, как пытается готовить, как он... Просто улыбается в ответ на недовольное Эррорское "утро". — Меня зовут Эррор. Ты звал меня Оши. Иногда "дорогой". Иногда "любимый". Эррору хочется проснуться и узнать, что Инк хотя бы его имя знает. Ну пожалуйста. Он сделает, что угодно. Даже простит, если это шутка. Пожалуйста. Подняв голову, Эррор застывает и пристально смотрит на Инка, даже не пытаясь считать эмоции – у него появилась идея. — Жди здесь. Не уходи никуда. Даже не смей, я найду тебя в любом случае и заставлю все вспомнить, Чернильница! Разворачиваясь, Эррор быстрым шагом достигает их "стены памяти". Раньше он считал это сентиментальной глупостью, сейчас же – истинным спасением и корил себя за то, что отказывал в фотографиях. Это может помочь. Это должно помочь! Срывая какую-то часть из них со стены, даже не смотря, какие конкретно, Ошибка срезает путь и оказывается около с Инком. Он впихивает ему в руки эти фотографии, с надеждой смотря на монстра. — Посмотри же. Это наши фотографии! Что-то вспоминаешь?? — внимательно следя за реакцией партнера, Эррор берет чужую руку и нервно теребит ее, пытаясь унять дрожь и страх. Это то, что они делали друг-другу, чтобы расслабить. — Вспоминаешь, да? — Я не понимаю, — Инк выглядит сконфуженным, все еще ощущая себя неловко. — Я не вижу тебя на фотографиях. Тут только... Я. И я не помню, как я их делал. — Что?.. — заглядывая в чужие руки, Эррор действительно не видит себя ни на одной. — Не может быть... Нет, нет, стой, там еще есть! Идём! Крепко хватая руку монстра, Эррор тащит его к той самой стенке и пихает ближе. — Посмотри же! Инк, посмотри! — Эррор... Мне жаль, но... Внимательно, но быстро осматривая каждую фотографию, Ошибка отпускает чужую руку. Это просто, блять, невозможно. Он прислоняется спиной к противоположной стене и медленно по той съезжает. Его действительно не было ни на одной фотографии.