Странница

***

      Юса проснулась, как обычно, с восходом солнца. Привычку рано вставать она выработала ещё в детстве, потому что в школе учителя не терпели опозданий. Голова немного покалывала, но она уже привыкла к этому. Девушка оделась и вышла на порог, сразу увидев Изуну, стоящего напротив её двери. Иногда рядом с ним она чувствовала себя приятно волнительно, но при этом одновременно хорошо и спокойно. Странный феномен. Возможно, это из-за того, что он является одним из немногих людей, которых она встречала во время путешествия. — Доброе утро! — поздоровалася юноша. — Как тебе спалось? — Всё хорошо, спасибо, — вежливо ответила она и поклонилась. На это действие он чуть поморщился. Он, кажется, говорил, что не любит официальный тон. — Пойдем завтракать? Не переживай, Мадары дома нет, — успокоил её Изуна, едва она об этом не спросила.       Они пришли на кухню, где уже был накрыт стол. Яичный рулет Юса очень любила, поэтому с удовольствием согласилась позавтракать вместе с другом. Горячий чай был уже разлит по кружкам, а рулеты было рассчитаны на двоих. Видимо, Изуна точно знал, что она не откажется от блюда. — Кстати, — внезапно сказал Изуна, засунув руку в карман и вытащив оттуда подарок Хибики. — Это мой гребень, который я тебе подарила, — мягким голосом произнесла девушка, — ты все ещё хранишь его? Тогда на рынке ты мне его показал и я не сразу поняла как он у тебя оказался. Только потом вспомнила.       От этой теплоты в её голосе Изуна чувствовал себя неловко. Он иногда сам не понимал, зачем хранит его, зачем разглядывает каждый вечер перед сном, зачем кладёт его под подушку и для чего сжимает, думая о плохом. — Я подумал, что люди должны всегда возвращать вещи, — он протянул ей гребень, хотя внутренний эгоистичный голос настойчиво кричал ему не отдавать и оставить себе. — Изуна, подарки, они на то и подарки, что их дарят, — улыбнулась девушка, отталкивая его руку и вынуждая забрать гребень обратно. Она встала из-за стола. — Спасибо за завтрак. Было очень вкусно.       Она направилась в сторону выхода, но он остановил её. — Тебе нельзя возвращаться, — внезапно сказал он. Тут же одернул себя, понимая, что ведёт себя странно. Её взгляд ясно об этом говорил. — Я сейчас. — А... — начала Юса, но парень уже убежал в комнату. — Извини, что не сказал сразу, но просто у меня есть очень хорошее предложение, — вышел он. — Возьми эту одежду, — он протянул ей свободные серые штатны и водолазку. Она немного удивлённо косилась то на него, то на одежду. — Я подумал, что неплохо было бы нам сразиться, — засиял парень.       Ей это предложение понравилось, поэтому она решила согласиться. Хоть это и было неожиданно. Меч она давно не брала в руки, надо бы наверстывать упущенное. Изуна предложил поляну за лесом, где люди не ходят и место для сражения превосходное. Юса решила, что деревне она в таком виде разгуливать не может, поэтому переоденется уже там.       Никто не встретился им по пути, но дорога оказалась дальняя. В такую рань и в выходные людей на улицах почти не было, поэтому никто на них не глазел, но если таковое и было, то одного взгляда Изуны хватало, чтобы они быстро разбежались по своим делам. С недавних пор, личностями Юса и Изуна были известными. Вокруг главных кланов всегда ходили много слухов. Например, однажды все были убеждены в том, что Сенджу Тобирама боялся Учих настолько, что поседел ещё в детстве. Или например, что Хокаге на самом деле шпион из другого государства, при этом сам Хаширама давно мёртв, а Мадара - сын Дайме, которому силу вручил придворный монах. Об этих слухах ей как-то рассказывала Киёка. Юсе это казалось смехотворным. — Мы пришли, — сказал Изуна, кивая головой в сторону солнечной зелёной поляны, окружённой лесом. Изуна отошёл в другой конец, чтобы она поменяла одежду на более удобную. Водолазка хорошо прилегала к телу и на удивление в ней было даже не жарко, а штаны были свободными и удобными. Она вышла, махая ему рукой, в знак того, что они могут начинать. Учиха протянул ей меч. Юса его внимательно осмотрела: оружие было все в царапинах и зазубринах, но при этом хорошо заточено. Металл пропускал чакру, поэтому она сможет использовать пару своих техник, которые её требуют. — Начнем, — улыбнулся Изуна и встал в стойку напротив неё.       Юса напала первой. Её техника заключалась в слабых и быстрых ударах, которые её сокомандники в детстве не всегда успевали отражать. Изуна двигался быстро и даже без Шарингана улавливал каждое её движение. Девушка чувствовала себя уже уставшей, что было очень странно. Она никогда не выматывалась в самом начале боя. Когда противники были слишком быстрыми, чтобы сражаться с ними, используя слабые и быстрые удары, она меняла стиль на точные и более медленные. Она сконцентрировала внимание на руках и ногах и направляла меч строго в суставы, соединяющие руки и ноги. Изуна и здесь приуспел отражать удары и выполнять выпады, отходя назад и вынуждая Юсу двигаться ближе к нему. Он и сам в перерывах атаковал и Юса призналась, что с отражением атак она справлялась менее просто, чем её соперник. Когда она поняла, что простыми взмахами меча ничего не добьётся, решилась на использование чакры, но это значило, что оппонент тоже начнет использовать её. Взвесив все за и против, она решила немного вымотать его физическую силу, поднажимая в скорости и вновь возвращаясь к технике быстрых и произвольных ударов, но уже подключая прыжки и движение вокруг оппонента. Изуна активировал Шаринган и на это она улыбнулась, радуясь тому, что всё-таки способна на что-то. Хотя, победитель в реальной схватке был бы уже давно известен. Изуна заметил, что даже когда она в детстве раскидывала разбойников, её удары были и сильнее и точнее. С ней сегодня определенно что-то было не так.       Юса почувствовала головную боль и пропустила один удар Изуны, пришедший ей небольшой царапиной в зоне предплечья. Парень обеспокоено на неё посмотрел, но она продолжала наступление, делая вид, что ничего не произошло. Всё же решившись использовать чакру, она сконцентрировала ее в руку и направила клинок, посылая в сторону Изуны большое режущее лезвие чакры, от которого ему пришлось отпрыгнуть в другую сторону, отбить его без Сусано он бы не смог. Мадара ему как-то рассказывал об этом приеме, которому обучают самураев. Изуна начал складывать печати, но Юса не давала ему это сделать, вновь посылая в его сторону лезвия. Изуна почувствовал, что начинает не на шутку злиться. Вспомнил слова Мадары о том, как именно самураи побеждают шиноби, которые даже не успевают подумать о том, чтобы сложить печать. Он мог бы использовать Сусано, но вовремя вспомнил, что это закончит схватку очень быстро и боем он не сможет насладиться. Лезвия чакры, выпускаемые из меча Юсы настигали его даже тогда, когда ему оставалось хотя бы одно движение для завершения техники. Когда он заметил вторую заминку Юсы, он мигом сложил печати и выпустил в её сторону довольно слабую земляную технику, которой она избежала, отпрыгнув в сторону. Стихию Огня он не мог использовать, так как этим может поджечь их площадку.       Кажется, Юса сейчас сконцентрировала в руке в несколько раз больше чакры, чем выпускала до этого, Шаринган не мог его обмануть и не обманул. Она протянула меч ближе к себе и закрутилась вокруг себя, выпуская почти одновременно множество лезвий чакры, от которых ему пришлось очень внимательно и быстро уклоняться, ведь они шли почти со всех сторон, снизу и сверху, причем произвольно и их порядок было невозможно отследить и предугадать.       Кайдо почему-то резко прекратила технику и упала на одно колено, хватаясь за голову. Подбежавший к ней Изуна потряс её за плечи и попытался поднять ей голову, чтобы заглянуть в глаза. — Юса? Всё нормально? — спрашивал Изуна. — Посмотри на меня. — Наверное, солнечный удар, — неловко рассмеялась девушка, с трудом поднимая на него свои затуманенные глаза. Дышала она тяжело.       Изуна подхватил её на руки и отнёс в тень, после чего дал ей отпить воды из своей фляжки. Они просидели под деревом десять минут, но её состояние так и не улучшалось, а она лишь продолжала пускать странные шутки, неловко смеясь. Изуне было вовсе не до смеха. Он завернул её в кимоно и завязал пояс, затем подхватил на руки и побежал в сторону деревни. Хашираме он ее показать не может, так как он сразу раскусит её настоящую личность. Он забежал в деревню, незаметно пробираясь сквозь темные и неосвещаемые улицы, неся старую подругу тому, кто мог ей помочь. Клан Яманака находился в самом краю деревни и Изуна боялся не успеть. — Господин Изуна, — поздоровалася с ним шиноби-медик из его отряда, Итсуке Яманака. Он посмотрел на девушку, лежащую в руках Учиха и что-то бормотавшую. — Это Таранука Аори? — Итсуке, пожалуйста, посмотри что с ней, — попросил его Изуна. — И оставь это между нами. — Слушаюсь, — ответил Яманака, унося Кайдо внутрь клана.       Итсуке активировал технику и просканировал тело девушки, которая всё ещё продолжала странно улыбаться. Итсуке сразу выявил долгодействующий яд Узумаки, который вызывает у жертвы головные боли, мигрени, физическую усталость и вялость. Он сталкивлся с такими ядами неоднократно, пока сражался с кланом Красноволосых Демонов. Извлечь яд оказалось непросто и для этого ему пришлось воспользоваться помощью своего недавно явленного младшего товарища, предварительно накрыв лицо девушки полотенцем. Смертельный яд извлекали долго, Узумаки тщательно позаботились о том, чтобы он надолго остался в ней, но не было отравы, которую бы не ликвидировал Яманака Итсуке. — Господин Изуна, девушка должна проспаться. Пусть остаётся в нашем клане, приходите утром, — сказал ему Итсуке, поклонившись. — Хорошо, понял.       Яд извлекали долго, поэтому был уже поздний вечер. Изуна в подавленном настроении возвращался в клан. Мадару он увидел в гостиной, он попивал сакэ и выглядел слегка недовольным. Изуна вошёл и присел напротив брата. — Что с тобой? — спросил Изуна. — Это я у тебя должен спрашивать, — ответил Мадара, улавливая паршивое настроение младшего брата. Изуна ничего не ответил, поэтому глава начал первым: — старейшины уже организовали мою помолвку с Хацуру, — угрюмо закончил старший брат. Изуна подавил смешок, на что Мадара окинул его холодным взглядом, эффект которого уже давно не действует на Изуну. — Хацуру хорошая девушка, хотя и бывает... — остановился Изуна, подбирая нужное слово, — грубоватая. — Бывает? Грубоватая? — ощетнился старший, который порой слишком эмоционально реагировал на свою будущую невесту. — Да она дьявол во плоти! Вот увидишь, однажды она подбросит яд мне в чай! — от последнего предложения младшего бросило в холод, когда он вспомнил состояние Юсы. Мадара заметил это, но младший продолжил разговор: — Ты ей нравишься, сомневаюсь, что она так с тобой поступит. — Мне это конечно льстит, но в выигрыше останется она, эта хитрая... Женщина. — Я знаю Хацуру с самого детства, ты думаешь, я не смогу понять, чего она хочет? — спрашивал Изуна, цепляя на лицо веселую улыбку, тем самым ещё больше раззадоривая старшего брата. — Почему же нельзя было тогда сделать её твоей невестой? — спросил в ответ Мадара, делая глоток из бутылки. Младший брат на это заявление лишь подавился сакэ и удивлённо таращился на него. — Ну, вообще-то.. эээ... — ему было трудно подобрать слова для оправдания действия старейшин. — Тебе она больше подходит, — улыбаясь заключил Изуна, а Мадара ударил себя ладонью по лицу. — К тому же, ты глава клана, а тебе нужны наследники. Представь: у вашего ребенка будет в одном глазу Бьякуган, а в другом Шаринган, — смеялся Изуна, тем самым вгоняя Мадару в ещё большую краску и делая тень над его веками всё более тяжёлой. — Обещаю тебе, если моя помолвка не сорвётся, твоя станет следующей через два месяца, — угрожающе сказал Мадара, улавливая изменения в поведении брата. Он опустил глаза в пол и даже немного покраснел, то ли от алкоголя, то ли от смущения. — И я сам выберу тебе невесту. — Эй! — запротестовал Изуна. — А если я к тому времени найду ее? — неловко спросил Изуна, на что Мадара начал заподозривать причину плохого настроения его брата. — Всё равно выберу сам, — пришла очередь Мадары издеваться над братом.

***

      Юса проснулась в полночь, в совершенно незнакомом ей месте. На полу, рядом с ней сидел Гаку, кролик Акито. Из открытого окна падал лунный свет и треск светлячков приятным шумом сказывался на ушах. — Доброй ночи, госпожа Кайдо, — кролик подбежал к ней и сел рядом, смотря на неё своими красными глазками. — Привет, Гаку, — она лёгким движением почесала его за ушком. — Что произошло? Где я? — Тебя принес мелкий Учиха, ты была без сознания, — начал кролик. — То состояние, в котором ты находилась уже не первый день вызвано не случайно. Тебя отравили, — Юса удивлённо подняла брови, — ядом, который используют Узумаки. Я уже доложил госпоже Хибики и она предположила, что отравили тебя прямо на чаепитии. — Узумаки? — неверующе спросила девушка. Она бы никогда не подумала, что эта женщина захочет её отравить. И Киёка всегда вызывала доверие, почему же они так поступили? — Акито начал пристальную слежку за Киёкой и самой Мито по приказу Хибики, — продолжал ёкай, — дела намного хуже. По видимому, Мито Узумаки хочет убрать тебя по какой-то причине.       Кролик испарился, оставляя девушку одну. Завтра придет Акито и подтвердит её мысли. Ей казалось, что между сестрами возникли разногласия и она невольно встала в середине конфликта. Ей нужно было тщательно взвесить все за и против. Мито хотела убрать ее не просто так, видимо, она видела в ней препятствие для деревни. Хотя Юса могла поклясться, что повода не подала никакого. Неужели узнала о Какузу? Кайдо думала, что если ее решили устранить незаметно, значит нет нужды кого-то подставлять и по её расчетам, Акито, как человек Хибики, тоже был в опасности и ей нужно было срочно его предупредить. Но она не имела понятия, где может находиться рыбак.

***

— Госпожа Таранука, вы очнулись, — утром в её комнату зашёл светловолосый мужчина. — Как вы себя чувствуете? — Всё хорошо, спасибо, — ответила Юса, разглядывая незнакомца. — Где мои манеры? — чуть усмехнулся мужчина. — Меня зовут Яманака Итсуке. В вашем организме был найден яд и я его вывел, но в ближайшее время не рекомендую вам физическую нагрузку. Телу нужно восстановление, а это никогда быстро не происходит. — Спасибо, господин Яманака, я правда чувствую себя намного лучше. — Раньше вы не думали, что вас отравили? — спросил мужчина. — Я думала, что это просто вирус, — честно призналась она, — не рассчитывала, что меня отравят, когда я даже полугода здесь не прожила, — она легко улыбнулась. — Всегда знал, что даже дочерям купцов иногда приходится трудно, — вздохнул Яманака.

***