Разбитые судьбы

Я не успела опомниться, как меня, ребят из разведкорпуса и некоторых солдат заперли в тюрьме. Все были на взводе. Никто не понимал, зачем нас здесь держат. Как сказал один из заключённых — мы не являемся йегеристами и обязаны быть за решёткой. Достаточно странное решение, учитывая то, что многие из нас могли спокойно помочь братьям. Пока Элис находилась под арестом, Леви сумел перебить всех титанов в лесу и даже смог схватить Зика. Нельзя сказать, что ему было легко. Он был истощен как физически, так и морально. Сражаться с титанами, которые ещё мгновение назад были его подчинёнными — тяжело, но всё же это было необходимо. Аккерман, находясь в такой ситуации, хотел выжить только ради своего долга — не дать звероподобному сбежать, но и ради Элис. Он считал, что должен защитить её от всего дерьма, которого навалилось слишком много за такой короткий период времени. Связав Зика в небольшой повозке, Леви делал «последний штрих», а именно — привязывал к шее Йегера громовое копье, что было также воткнуто в его живот и при любом резком движении могло разорвать того на мелкие кусочки. Тогда капитан ещё не знал, что это действие почти свело его в могилу. — Ну что, приступим к тому, ради чего мы все здесь собрались? — сказал Аккерман, доставая клинок. Сейчас в его глазах не было ни малейшего сомнения. Он уже решил для себя, что заставит его рыдать от боли. За все что он сделал: за смерть Эрвина, за разгром в городе, за те мерзкие слова в сторону Элис, ну и просто за то, что Зик был слишком раздражительным. Первые удары полностью отрубили тому пальцы на ногах, дальше Леви поднимался выше. Уж очень ему хотелось осуществить обещание, о котором Аккерман говорил в лесу, но подумав, что такой боли Йегер не выдержит — остановился на голенях. «Черт подери этого Зика» — размышляла я, сидя на койке рядом с Армином. Надеюсь, Леви ещё цел. Боже, лишь бы Ханджи с Флоком быстрее добрались до него. Не знаю, сколько уже времени мы сидим здесь. Мои мысли полностью были заняты самыми ужасными вариантами развития событий. Единственное, о чем я думала — своё будущее. Должна ли я спасти _его_ жизнь? Зависит ли его жизнь от меня? Должна ли я поступить так, как велит  драгоценный амулет, или я могу избежать этого? Но ведь всё-таки матушка предупреждала меня…не могла же она соврать… или могла… Черт, кажется, будто всё человечество сейчас в моих руках, которые сейчас сжимают столь родную вещь, подаренную капитаном. Глядя на это прекрасное кольцо, в глазах начинают скапливаться слезинки, так и норовя скатиться вниз. Заметив моё состояние, сидящий рядом Армин аккуратно положил руку на моё плечо, спрашивая: — Эй, Элис, ты как…? Что-то не так? Тебе страшно? Если да, то я могу… — Начал тараторить парень, искренне пытаясь успокоить меня. — Спасибо, Армин. Всё хорошо, наверное мне действительно страшно. — Ответила я, смущенно и резко начиная смахивать слезы, видя, что многие солдаты начали смотреть в нашу сторону. — Тогда садись ближе, я обниму тебя, если, конечно, ты не против, — Произнёс Армин, прижимаясь к стене и протягивая руки. — Спасибо большое, ты лучший. — Я села к Арлерту, обнимая его. Он был, наверное, лучшим из моих друзей. Только в его компании я могла по-настоящему успокоиться (не считая капитана, конечно). Находясь в уютных объятиях блондина, я начинала засыпать, но резкий звук разбудил меня. Виновником этого звука оказался Жан, который резко вставая из-за стола — ударил кулаком об него. Вся эта обстановка действительно выводила его из себя. «Ну и на кой черт мы здесь сидим?» — произнёс парень на повышенных тонах. — Жан, прекрати, — сказал Армин, пытаясь усмирить своего товарища, но тот явно не хотел останавливаться. — А чего прекращать? Из-за этого Йегера и так проблем полно, а тут мы ещё и за решёткой оказываемся, из-за того, что защищали этого гребаного смертника. Вот такая вот нам благодарность, да? Саша из-за него умерла, а вы вообще видели его реакцию на её смерть… — Жан, ты действительно перегибаешь. — Вступился Конни. — Я говорю как есть. Он рассмеялся, узнав о её смерти. Рассмеялся, понимаете?! И после этого всего, мы. — Жан, правда. Ты не прав, он не смеялся. Ты не понял его эмоций. — Теперь вступилась я, отстраняясь от Армина. — А тебя кто спрашивал? По-любому в разведку только из-за Эрвина попала. Тот ведь знал о твоих «особенностях», да? Это даже сейчас звучит как бред, Господи. Ты так и не пригодилась ни разу… — Успокойся уже, пока лишнего не ляпнул… — Начал было Конни, кладя руку на плечо другу, но тот быстро скинул её, отходя в сторону. — Кому ты нужна здесь? Толку от тебя никакого за все эти годы. Твои умения — никчёмны, если действительно хочешь помочь, то у тебя это очень плохо получается, знаешь ли. — После этих слов, в камере воцарилась тишина. Да такая, что казалось, что она бьётся об стены и мерзко режет уши. — Извини, я наверное… — Мы должны помочь братьям Йегерам. — Это единственное, что я произнесла, отсаживаясь от Армина в противоположную сторону. Говорить большее не хотелось, а слышать извинения Жана — тем более. Он действительно сказал слишком много. — А девчонка-то правду говорит. — Неожиданно для всех сказал Оньянкопон, который будто бы вырос из-под земли. — Выходите, мы правда должны помочь им, пока здание не обрушилось. И в правду, сейчас отчётливо стало слышно, как с потолка сыпется пыль и камни. Выйдя из подвала, в котором мы находились, нам стали выдавать упм. Так началось наше следующее задание — охрана Йегера от Марлийских титанов и воинов. Всё это время длилась продолжительная битва, которая была невероятно тяжёлой. Чего только не происходило. Эрену сносили голову, а также тот принял вид титана-прародителя и вызволил колоссальных титанов из стен. Единственным счастливым моментом для меня стал Леви, с которым я встретилась совершенно случайно. Тогда ближе к вечеру я, Жан, Оньянкопон, Елена и Флок сидели на крыше. Жан искренне извинялся, краснея, ему действительно было неловко. К тому времени я его уже давно простила. Я понимала, что он не специально оскорбил меня, да и в чём-то он был прав. Последующие события могли показаться безумными, но тем не менее, это было реальностью. Пик в виде титана-перевозчика появилась будто из ниоткуда. Пытаясь схватить Оньянкопона, Елену и Флока — та промахнулась и вместо Флока подобрала нас с Жаном. Без понятия, куда мы направлялись, но спустя некоторое время, после начала нашей «прекрасной прогулки» я услышала голос Ханджи, а вскоре и… Леви? Да, сейчас точно стало ясно, что это он. Я очень рада, что тот жив, а главное в сознании. Наконец Пик выплюнула нас. Мы мгновенно отправились к реке, дабы отмыться от этих мерзких слюней. Господи, я еле держалась, чтобы не сблевать прямо на месте. Вернувшись обратно к Ханджи и Пик, я первым делом подошла к Леви, который лежал под одеялом на кушетке, что смастерила учёная. Я перевела взгляд на неё, кивнув в знак благодарности, на что та улыбнулась и подмигнула мне, что выглядело весьма подозрительно, но да ладно. Главное — что все обошлось. Я взяла Аккермана за руку, глядя на швы на его лице. — Ты как? — Спросила я. — Дерьмово. — Ответил тот, на долю секунды поднимая уголки губ. Несмотря на его состояние, он по-прежнему был безумно красив. — Рада, что ты жив. — Взаимно. — Искренне произнёс капитан и чуть сильнее сжал мою руку, поглаживая пальцы. — Хэй, голубки, я конечно всё понимаю, но может вы продолжите потом, все же нам нужно идти. Хотя, если вы… — начала было Зоэ, но заметив грозный взгляд Леви — быстро замолкла, слегла смутившись. Чуть позже. Корабль. Каюта, где отдыхает Леви. Заметив, что Леви спит, я тихо зашла в каюту, сев на стул напротив его. Сейчас он выглядел как маленький котёнок. Такой же уставший, беззащитный, но по-прежнему грозный и гордый. Наблюдая за ним в этот момент — что-то, нечто новое для меня. Его швы на лице выглядели очень плачевно, но в то же время — очень величественно. Никогда не думала, что соглашусь с такой фразой, как «Шрамы — украшают мужчину». — Долго ещё планируешь пялиться на меня? — Произнёс Леви, не открывая глаз. — Любуюсь твоей красотой и вообще, ты не спал? — Я даже не заметила, как он проснулся, хотя спал ли он? — Спал, потом заметил, что некая особа положила на меня глаз. Как оказывается, в обоих смыслах я был прав. — Сказал Аккерман, наконец смотря на меня и резко вставая. — Эй, постой, тебе нужен покой! Ляг же ты обратно, черт. — Я поспешно подошла к тому, приобнимая за талию и пытаясь уложить этого неугомонного мальчишку в постель. — Как бы я не прислушивался к твоему мнению, но сейчас лучше отойди, мне нужно выйти. — Леви в самом деле старался отодвинуть меня, делая аккуратные шаги в сторону двери. — Постой же ты, наглец. — Произнесла я, обнимая его со спины. Наконец Аккерман посмел остановиться. — И кто из нас ещё наглец, после такого трюка? — Капитан в самом деле больше не двигался, разве что положил свои руки на мои, что находились на его груди. — Скажи, ты ведь знала… Про то, что будет в лесу. Я молчала. Лишь бы он не подумал, что я специально ушла оттуда. — Значит Зик был прав… Извини, мне действительно нужно идти. — Произнёс Леви, убирая мои руки и открывая дверь. — Да, я знала, просто… Я… Не могла ничего сделать, понимаешь… Извини, мне жаль. Я правда виновата перед тобой и… — Что за бред ты несёшь, Элис? — Аккерман обернулся на меня. Заметив, что мои глаза начинали слезится, тот моментально закрыл дверь, подошёл ко мне и обхватил мои щеки руками, тем самым поднимая мой взгляд на него. — Эй, ты чего? Не говори только, что я обидел тебя. Здесь нет твоей вины, я не это имел в виду. — Леви аккуратно смахнул мою слезинку большим пальцем и прижал к себе, даря нужные мне объятия. — Я рада, что ты жив. — Только эта фраза пришла мне на ум в тот момент. Именно тогда я чувствовала себя по-настоящему любимой. Мы стояли так ещё пару минут. Капитан гладил мои волосы, а после поцеловал в макушку и всё же вышел из каюты. Вот серьёзно, как малый ребёнок. Этой ночью мы впервые спали вместе. Кажется, я впервые поняла, почему Леви решительно отказывался спать в одной постели. Все дело в его кошмарах, которые сопровождались бессонницей и мучали того каждый Божий день. В эту ночь произошло то же самое.  Леви резко приподнимается на кровати, тяжело дыша. Я от неожиданности приподнимаюсь следом за ним. — Что случилось? Тебе снился кошмар? — Спросила я, вглядываясь в его лицо. — Всё в порядке. Ничего не произошло. — Ответил тот, пряча лицо ладонями. — Леви, ты всегда можешь рассказать мне, мы постараемся пройти через это вместе, поверь, тебе станет легче. — Сказала я, приобнимая его за грудь. — Спасибо, мне будет легче, если ты ляжешь ближе ко мне, если ты можешь… — Аккерман убрал руки, тем самым открывая мне свое лицо. Он выглядел очень обеспокоенным, и старался скрыть дрожь. — Может воды? — Нет, спасибо. Давай лучше ляжем, все же, я разбудил тебя, извини за это — Произнёс Леви, укладываясь на подушки. — Не извиняйся за это, слышишь? Все в порядке, если тебе ночью вновь станет тревожно — сразу буди меня. Мне важно знать, что происходит с тобой. — Сказала  я, укладываясь на его грудь. Аккерман обнял меня, наконец чувствуя расслабление.