Thief/Вор

      Ах ты хитрая сука!       Мысль осталась не озвученной, но наверняка всё было на моём лице.       — Это что?       — Просто закрепили обещание.       — И что будет, если я его нарушу? — говорила мне мама, читай документы перед подписанием! В этом мире никаких документов не надо с мелким шрифтом, при наличии магии. Ну тут реально, мужик сказал — мужик сделал, иначе…       — Не знаю, но думаю что-то неприятное. Я вообще не думала, что получится. — Лена гаденько улыбалась. Сука. Вот. Сука.       Ты, стерва, использовала какой-то магический словесный… э, контракт? Что это?! Как уйдёт, срочно нужно пойти искать литературу. Плюс головная боль — замечательно. Просто невероятно.       Хорошо. Отныне я в эти ловушечки не попадусь, буду держать язык за зубами и вообще.       — Так, теперь ты — Автолик Дибек. Я на седьмом курсе, поэтому не смогу ему помочь после выпуска.       — Лен, никто не заметит, что ты другой стала? Ну то есть, Нимфадора тут училась семь лет… наверняка у неё есть друзья? Разве они не заметят перемены в твоём поведении. Я так понял, меня приняли только в этом году, прошлый я тут всего неделю ошивался, и я надеюсь, что неделю, а не больше, и всё равно как-то сжимаются некоторые органы от возможности разоблачения.       — В отличие от некоторых, я с литературой ознакомлена. Плюсом я нашла свой дневник.       — И всё же, у Тонкс есть родители?       — Да, но…       — Ты должна быть осторожной. В этой дурке возможно телепатия, чтение мыслей?       — Да, легилименция…       — Мне не нравится этот тон.       — Да, ну, это возможно. И… скорее тебе следует быть осторожным. Э-м, видишь ли… Я точно знаю, что читать мысли может Дамблдор и Снейп.       — Наш неоднозначный директор и… это же тот зельевар, да, Алан Рикман который? — Лена кивнула. Ту-ту-ту. Так и знал, что надо валить. Нет, валить надо точно, но вот в чём вопрос: сейчас, или дождаться, пока раскроют? Там и убить могут ненароком. Ладно, подумаем. — И есть способ, чтобы… ну, не выкорачивали мой мозг наизнанку.       Думаю, правда, я на русском языке. Вот, подлянка будет, конечно. Надолго не спасёт, хрен знает, может они картинки считывают. Но как минимум от поверхностного чтения защитит. Не лезут же эти два гада по любому поводу в голову собеседника? Надеюсь, что нет. Может, у них просто встроенная способность и так, мысли — как белый шум. Но много ли англичан русский знают? То то же! Но подстраховаться стоит. Один вопрос — как.       — Есть, называется окклюменция, ты сможешь закрыть свой разум. Но на это нужно время.       — А есть что побыстрее?       — Не знаю, я не уверена, но…       — Кто у нас тут ценитель канона? Знай!       — Не перебивай! Я не знаю, где достать, но возможно есть артефакты, которые защитят твой рассудок.       Мдам. Ладно. Нужно откуда-то будет взять денег, да и вообще узнать, а есть ли у меня вообще деньги? Найти то, не знаю что, ну ладно, не совсем «не знаю», в магазинчике подскажут. Но это будет возможно только на следующих выходных. А пока — не высовываемся, ведём себя ниже воды, тише травы. И избегаем встреч с дорогим и много неуважаемым директором. Что, собственно, нереально, но да ладно.       — Ладно… Лен, а что ты будешь делать после выпуска?       — Пойду в Орден Феникса, наверное, я же знаю, что будет происходить и как.       — Слушай, может ты год подождёшь, узнаем, что и как. Ну правда, не стал бы я доверять Дамблдору. У меня даже просто при просмотре фильмов к нему пару вопросиков появилось.       — По канону…       — По канону и меня здесь быть не должно, но как видишь — я тут, ты тоже тут. Давай сначала узнаем, что и как, а потом будем решать, соваться в пекло или валить нахрен.       — Ладно, тогда моя задача — найти и уничтожить все крестражи, твоя — следить за Гарри.       — Хорошо. — руку пожимать не стал, и вообще, не хочу я обвешивать себя обещаниями, которые не уверен, что смогу выполнить. Своя шкура дороже, всё же — это факт. А пацана и правда жалко. Если можно будет помочь — помогу.       Мы попрощались, Лена вышла. Я стал думать, ведь было о чём. Во-первых, действительно нужно озаботиться сохранностью воспоминаний. И вести себя осторожно, а то мало ли. Короче, не выделяться. Во-вторых, вызвал зелёное недоразумение, спросил про словесные обещания. «Анунна не знает, профессор, сэр, Анунна…» Ясно. Придётся искать самому в специальной литературе. Опять таки, на следующей неделе.       В-третьих, завтра у меня занятия. Уже. Что ж, я всё равно собирался идти учителем в школу, хотя бы года так на два, набраться практики и затем свалить преподавать в университет. Вселенная решила ускорить этот процесс. Спасибо, что ли…       Бывший преподаватель рассказывал, что в свой первый год в школе, когда он готовил уроки, то не спал до четырёх утра. Десяток просмотренных лекций по Ютуб от разных профессоров — чтобы составить собственный план урока. Ведь дети будут подходить, спрашивать, и какой ты препод, если нехрена ответить не можешь? Да тебя уважать не будут, и за спинами говорить, что предмет твой — говно, и ты сам — говно, раз его не знаешь.       Короче, вариант просто отарабанить лекцию по листочку отпадает сразу. Надо как-то заинтересовать детей. Тем более, первый курс. Я примерно прикинул, им по одиннадцать лет, у девочек уже а самом разгаре половое созревание, они схватывают всё на лету, с ними вроде проблем возникнуть не должно. Пацаны же… мдам, с ними прикольнее работать, когда они постарше, но пока что имеем — то имеем, и постарше мне будут. И помладше. И чего только хочешь и не хочешь.       Благо, узнал у всё той же Аннушки — детей мало, уроки часто совмещали между факультетами. Уже вроде меньше работы, но глаза всё равно слипались. Эту ночь я не спал. От слова — вот вообще не спал. Ютюба у меня не было, из знаний — название предмета.       Но где наш российский студент не пропадал, да? Помнится, пришёл однажды сдавать сессию. Экзамен. Я пьяный. Сдал на «отлично», но то философия, где просто мелишь языком своё мнение и если читал Сократа, Платона и остальных почётных «классиков» — зачем вообще приходил, автомат тебе зачётом.       Защита от Тёмных искусств предполагала какую-то практику, а не просто меление языком.       Но, опять-таки, где русский студент не пропадал?       Первым стояло занятие в десять часов утра. Гриффиндор и Пуффендуй. С английским я не особо дружил, но тут — хочешь не хочешь, изъясняться надо. Поэтому заранее подготовил себе речь, написал её. Отрепетировал перед зеркалом. Три раза.       В итоге, всё всё равно пошло не по плану:       В проходе стояла кучка студентов-первашей, среди которых я заметил Гарри с Роном, отметил это у себя в голове. Гермиона держалась отдельно.       Заранее попросил Аннушку наклёпать большие подушки, чтобы все смогли рассесться. Дети были немного в шоке, потому как с первых занятий их вводили в сам предмет, показывали ли какие чудеса или просто заставляли читать? Я не знал, но догадывался.       — Народы, берите замечательные наши… э-э, — я забыл слово «пуфики». — наши подушки и рассаживайтесь, как хотите. Хватит на всех.       Дети рассаживались кто отдельно, кто мини-группами, перешёптывались между собой. Я разместился за специальной кафедрой, облокотился на неё и смотрел на них сверху вниз.       — Так вот… народы, как у вас дела?              Дети подзависли, смотрели с недоумением, кто-то выкрикнул «нормально» и за ним потянулся нестройный хор ответов.       — Отлично. Так вот, вы…       Меня прервал стук в дверь. Опустив глаза в пол, зашёл…       — Извините, профессор, сэр. Можно войти?       — Фамилия?       — Л-лонгботтом       — Присаживайтесь на свободное место, пожалуйста. И мы продолжим… Так вот, вы уже были на прошлом занятии, вводном, уже возможно запомнили моё имя. Я повторюсь, меня зовут Автолик Дибек. И насколько я помню, — не помнил я ничего. Абсолютно. Тут немного слукавил. — …вам пришлось писать эссе. — некоторые закивали, подтверждая мои слова. — Что-нибудь в головах отложилось, или пролетело, как фанера над Парижем.       Наверное, последнего моего высказывания они не поняли.       — В одного ухо, как говорится, влетело, в другое вылетело. Или не так.       Сразу словил реакцию от Грейнджер, она подняла руку, дабы поделиться своим мнением, я кивнул, разрешая.       — Это наука о защите и атаке, профессор Дибек, зародилась она в… — Остапа… то есть, Гермиону понесло и было не остановить. — …таким образом и появилась эта дисциплина.       — Я так предполагаю, вы — Гермиона Грейнджер?       — Да, сэр. — послышались тихие смешки. Грейнджер смотрела прямо, пропуская всё мимо ушей. Всё-таки, заучка… Да, сложно ей в коллективе придётся.       Была у меня в группе одна такая, прям как Гермиона, только старше. И мы всей группой подозревали у неё шизу, но это второе дело! Бесила она знатно и не только нас, одногруппников, так ещё и преподы её недолюбливали. Выступала суфлером для них, вставляла какие-то свои фразы, при объяснениях уходила в какие-то дебри, мол, смотрите какая я умная, сколько всего читала! Невольно проассоциировал Гермиону с одногруппницей, но мысленно постарался отложить это. Нельзя так, она ж ещё ничего не сделала. Но внутри коробило сильно.       Еле сдержался, дабы не вякнуть, «да, Гермиона, с вами будет сложно». Прикусил себе язык.       — Спасибо, Гермиона, за такой развёрнутый ответ. У кого-нибудь будут дополнения, какие-то мысли на этот счёт?       Я уже второй раз назвал её по имени, это немного её смутило, и… порадовало? Да, наверное. Тут же принято «мисс» и по фамилии. Господи, спаси и сохрани мою душу. Ну что ж, раз попёр, при до конца.       — Ну… предмет изучения — это тёмные силы, там, какие заклятия против этих сил использовать. — я кивнул, подтверждая ответ одного из Пуффендуйцев.       — Верно, мистер…       — Джастин. Джастин Финч-Флетчли.       — Хорошо, спасибо, Джастин. Кто-нибудь ещё?       Ребята выдали ещё пару своих версий, я внимательно всё выслушал. Некоторых не очень понимал, в силу их манеры говорить и акцента, но всё компенсировалось их небольшой неуверенностью, а оттого медленностью, которая со временем, как я предполагал, уже где-то к концу занятия, должна была немного спасть.       — В чём смысл, народы. Держи своего друга близко, а врага — ещё ближе. Знайте такое выражение? Так вот, я бы сказал так: «хорошо знай своего друга, а врага — ещё лучше». Знания — вот в чём ваша сила. Не дай бог, конечно, но — встретите вампира — не будете кидаться в него ступефаем. — я поблагодарил третий курс, с которыми у меня должны быть следующие пары, за тему с вампирами. Хотя план утверждал не я, но всё же!       Тут же вверх взлетела рука.       — Да, Гермиона.       — Вы говорите, что не нужно использовать «Ступефай», а что тогда нужно использовать?       — Это тема третьего курса, но если вы на следующее занятие принесёте ответ на вопрос и расскажите всем нам — будет здорово.       Гермиона кивнула, записала себе в тетрадь. Что примечательно, она использовала обыкновенную ручку и, видимо, принесла с собой блокнот. С котиками. Девчуля словила пару презрительных взглядов, даже не за ручку и блокнот, большинство здесь было либо маглорождённые, либо полукровки, больше презрения она словила за её «неуёмное», по их мнению, стремление к знаниям. Наверняка её уже окрестили выскочкой. И в какой-то мере были правы. Но в какой-то момент я споткнулся о мысль, что ничем не лучше сейчас Гермионы, которая месяц назад и знать ничего не знала про магический мир. Я сам то в него попал три дня назад.       — Так вот. Мы определились, что за дикий такой зверь — Защита от Тёмных искусств. А теперь, давайте определимся с кое какими правилами на занятиях. — дети немного напрягаясь. — Народы, как жить то будем?       — Э-э…       — Первый курс — это исключительно книжки, зубрёжка и никакой практики. Нечего вам ещё практиковать, вы только только пришли, и впереди у вас ещё долгий путь обучения. Из разного рода взаимосвязанных дисциплин у вас будет складываться комплексная картина. На уходе за магическими животными узнаете, какие вообще зверушки бывают, от каких надо сразу драпать ноги, потому что даже всякие непростительные не помогут. На Заклинаниях научитесь, собственно, магичить по большей части. Правильно держать вашу палку, в конце концов. На Трансфигурации — самоконтролю, и далее, далее по списку. Так вот, про «жить». Народы, у вас есть два варианта, как мы будем с вами взаимодействовать на занятиях. Первый — каждый готовит ответы на заранее составленные вопросы самостоятельно, и отвечает мне на занятиях соответственно. Второй способ — вы объединяетесь в группы и готовите каждая отдельно свой вопрос. Выбирайте и скажите своё решение на следующем занятии. У вас же, кстати, ко мне группами факультеты одни и те же приходят, или вас по разному будут формировать?       — Одни и те же, вроде как, утвердили, а вроде как и нет. Нам староста сказал, в начале года расписание плавающее и всё могут поменять. — опять какой-то пуффендуец. Надо срочно узнавать их имя и запомнить, тут обращение «извините», только ко мне применимо. Сам я его использовать уже, увы, не могу.       — Хорошо. Точнее, не хорошо, конечно. Посмотрим.       — А чего думать, давайте второй вариант? Одна голова это мало, две — уже что-то. Будем дополнять друг друга, работать командой.       — Ты не права, Ханна, лучше первый вариант. Так каждый подготовит все вопросы и будет знать бо…       — Тебя, Грейнджер, вообще не спрашивали. Все хотят второй вариант, да, ребят? — некоторые закивали.       Все летело нахер к чертям. Конфликты, ох мои конфликты! Вмешиваться пока не стал, пытаясь сообразить, как выйти из ситуации и не настроить детей ещё больше против Гермионы.       — Но, это не честно, если кто-то в команде не будет работать, то просто так получит баллы, и…       — Профессор Дибек, мы за второй вариант. — пуффендуйка перебила девчонку, а затем обратилась ко всем. — Поднимите руки, кто за второй вариант.       Руки подняли все, кроме Гермионы.       — Что ж, Грейнджер, прости, но решение принято единогласно. Профессор Дибек, мы будем работать в группах. — Ханна обернулась к Гермионе и взглядом ей показала, мол, выкуси, Грейнджер, ты тут не авторитет.       — Хорошо, тогда в следующий… когда у нас там занятия? А, да, в следующий понедельник, через неделю, получается, жду от вас список с распределением на группы. В команде должно быть равное количество человек. Переходить из одной группы в другую до следующего семестра нельзя. Всё поняли? Отлично, а теперь давайте поговорим о житие-бытие нашем. О житухе, о жизни нашей с вами совместной, да. Так вот, народы, как жить то будем с вами?       — В смысле, жить? Мы ж уже…       — Правила, Джастин. Вы должны установить правила. Мы должны прийти к каким-то выводам, которые в итоге должны облегчить нашу с вами совместную работу. У вас есть идеи на этот счёт?       — Не опаздывать. — кто-то тут же отозвался, и я заметил, как Невилл скосил глаза в пол, ведь камень был кинут явно в его огород. — Это отвлекает других от занятия.       — Хорошо, называйте, пожалуйста, ваше имя и фамилию, когда отвечаете. К сожалению, мне потребуется чуть больше времени на запоминание. Вас много. — некоторые дети понимающе улыбнулись.       — Фэй. Кхм, Фэй Данбар, сэр.       — Хорошо, спасибо, Фэй. Все за? — большинство подняли руки. — Так, ты против? Почему?       — Э-э-э, ну… я… — мальчик явно не ожидал, что его спросят. — э-э, просто… ну, нам иногда приходится бегать с одного конца замка на другой, а перерывы не очень большие… ну и, я не к тому, что это плохое правило, просто…       — Я понял тебя.       — Я Симус, кстати.       — Хорошо. Симус подкинул нам задачу, так. Как решать её будем?       — Может быть, у нас будет право опоздать на несколько минут? — голос, уверенно так, подала Гермиона. Её поддержали, но сперва не очень охотно, учитывая личность, от которой исходило предложение. — И я думаю, будет справедливо, чтобы мы сразу начинали работу и относились к этому серьёзнее, а то с начала урока был невыносимый балаган.       — Профессор Дибек, а вы как смотрите на такой вариант решения?       — Почему нет. За полчаса вы же успеете сделать все свои дела и добраться до нужной аудитории? — дети закивали, мол, конечно успеем. Двадцать минут перерыв, плюс мои десять. — Тогда отлично. Что дальше по списку?       — Можно использовать «самопишущее перо»?       Кого, бл… это что? Увидев моё выражение лица, Симус поспешил объяснить.       — Ну, это которое пишет за тебя. Многие преподаватели его не разрешают использовать       — Ты им управляешь сам или оно просто записывает слова.       — Ну, есть разные виды…       — Видишь ли, когда пишешь самостоятельно — запоминаешь некоторый объём информации, разрабатываешь мелкую моторику, связи в своём мозгу, которые нейро… забыл слово, не важно.       — Нейронные? — подсказала Грейнджер.       — Да, спасибо, Гермиона. Нейронные связи. Поэтому, это ваш выбор. Если вы сможете ответить на мои вопросы по лекции, можете вообще её не писать. Если вам так удобнее запоминать. Если нет… — ну на нет и суда нет. Сам виноват будешь.       — Я понял, профессор, сэр.       — Есть ещё предложения? Тогда вы думайте, я ещё немного вам расскажу. У вас тут, кстати, есть оценки, я как-то опустил этот момент.       — Да. Но это факультетские баллы. Личные оценки мы получаем за экзамены в конце года. — снова Гермиона. Экзамены у одиннадцатилеток… мдам. — Но есть экзамены — СОВ и ЖАБА, они пойдут в Аттестат.       — Ага, вон оно как… — так, понятно, оценочная система летит в… придётся им реально учить предмет. И мне тоже. — Ну смотрите, как тогда будет устроена наша жизнь с вами. Занятия с вами у нас — один раз в неделю. Лекция и практика будут чередоваться, считайте, это была лекция. Вы будете получать баллы, группой. От нуля до трёх. Выступать должны будут все, отсутствующие будут сдавать мне лично, поэтому, посещать или нет — ваш выбор, но экзамен в конце года для всех, как я понял. Поэтому в ваших же интересах знать мой предмет.       Дети внимательно слушали. Внесли ещё несколько правил, занятие закончилось.       — Будет домашнее задание?                          — Да, Гермиона, спасибо за напоминание. Так, народы. — дети уже повставали со своих мест, кажется, я немного не рассчитал время. Мда, некрасиво закончил занятие. — Ваша задача на следующее занятие — разделиться на команды и подготовить следующие вопросы в виде выступления.       Я отдал исписанный пергамент, попрощался со всеми и стал ждать следующую группу. Но вот никак не ожидал, хотя чего греха таить, такой вариант тоже рассматривал — короче, зашла в класс какая-то женщина. Я оторвался от учебного пособия для третьего курса и стал осматривать гостью: высокий пучок седых волос, морщинистая, строго одетая, смотрела на меня сквозь половинки очков. Это?.. Это кто? Блять, вот сейчас меня и спалят к чертям собачьим.       — Профессор Дибек, добрый… день. — подушки явно впечатлили женщину, она шла ко мне и с интересом рассматривала творение. — Смотрю, вы времени зря не теряете. Как ваше третье занятие? К сожалению, я не успела посетить и проверить вас раньше, как вы, справляетесь?       Я поднялся, протянул руку для приветствия, женщина вложила свою ладонь, которую я поцеловал. В голове перебирал всех женских персонажей-преподов, которых помнил. Так, Трелони, но та была специфичной. Амбридж, та розовое носила и была на… короче, не на первом курсе точно. Э… екарный бабай, Макгонагалл. Это же она? Пытка не пытка.       — Спасибо, профессор Макгонагалл, справляюсь отлично. Я заметил, что парты в лекционном классе двигаются с трудом, поэтому решил поговорить с ребятами здесь.       — Что ж… Ваши методы обучения весьма…       — Специфичны? — славьтесь боги, я угадал профессора!       — Да, можно и так сказать. Как вы знаете, я должна присутствовать на некоторых ваших лекциях, как старший преподаватель, но будем честны, с должностью заместителя директора это делать сложнее. Вы не против, если меня заменит, к примеру, Северус? Он также является старшим преподавателем.       — Конечно, мэм, я буду совершенно не против. — я сделал попытку улыбнуться, наверное, вышло немного нервно. Сразу давление подскочило.       Всё. Закончились наши игры в спасателей. Я против, слышишь?! Против, можно другого? Он же меня живьём, он… Блять, ну всё. Это всё.       — Если Северус откажется, то на крайний случай я попрошу Филиуса.       Вот! Северус, будь лапочкой, откажись от меня! Кого хотите подсылайте, но не эту змею-мозгоковырялку. Я ещё не решил проблему чтения мыслей!       — Что ж, я пришла также сообщить, что сегодняшняя лекция является внеплановой, но обязательной для прочтения и остальным курсам. Недавний инцидент, произошедший вчера — будет обсуждаться на сегодняшнем срочном педсовете… Вам плохо? Вы весь побелели, и цвет волос у вас…       — Волнуюсь перед приходом следующей группы, мэм. — надо себя контролировать. Да, я конечно волновался, но новость с Северусом… я внезапно стал верующим и стал молиться всем, кого вообще знал, начал с греческих богов…       — Ах, конечно, у вас же до этого были только младшие курсы. Понимаю. Что ж, не буду более вас отвлекать. Ждите старшего-преподавателя через неделю.       — Конечно, профессор. Хорошего дня вам.       — И вам, Автолик.       Макгонагалл вышла, а я плюхнулся на пуф, посмотрел на свои трясущиеся руки, которые держал за спиной всё это время. Отлично, мне ещё работы припахали. И… что за инцидент? Вызвал Аннушку, спросил.       — Профессор, сэр не знает? Новость, о-о-о, страшная новость, профессор! Профессор Хагрид нашёл труп животного, без крови на территории школы. О-о…       Что, блять, у них тут творится… Отослал расплакавшееся чудо обратно, так как стали подходить третьекурсники. Я поздоровался с ними, сократил обкатанную на первом курсе схему тем, что сразу обозначил правила, некоторые они дополнили. Потом с ними же у меня было второе занятие, прочитал им лекцию по вампирам, вопросов, что примечательно, не было. Все разошлись.       Стал готовиться к совету. Педсовет… пиздец. Там же будут… все.