6 часть
22 июля 2022 г., 13:15
В нос просочился резкий запах лекарств и хлорки, от чего девушка поморщилась. Она медленно открыла глаза, стараясь привыкнуть к яркому дневному свету. Плечо ныло, заставляя испытывать дискомфорт. Другая рука тоже чувствовалась довольно странно. Повернув голову, Миллс наткнулась на Робина, что держал её за руку. Он сидел на кресле, однако его голова лежала на кровати, совсем близко к девушке. Его глаза были закрыты, лишая её небесно-голубой зависимости.
При виде этой картины на душе стало как-то спокойнее. Миллс зачарованно смотрела на мужа, что, судя по всему, провёл здесь всё то время, которое она была без сознания. Пытаясь как можно осторожней высвободить руку, Миллс приняла положение полусидя. Боль в плече была не значительная, но двигать им девушка не решалась.
Локсли почувствовал пустоту, его веки затрепетали и он тут же открыл глаза. Его голубой взгляд сфокусировался на жене, что пришла в себя и рассматривала повязку на плече. Робин улыбнулся, ведь даже в этой отвратительной больничной сорочке, с взъерошенными волосами и без макияжа, Миллс выглядела как настоящая королева.
Осторожно поднявшись, Робин привлёк внимание жены. Его вид был помятым, будто он спал впервые за несколько дней.
– Давно я здесь? – тихо спросила девушка, отводя взгляд в сторону. Почему-то в её памяти всплывали непонятные фразы, произнесённые его голосом.
– Почти сутки, – спокойной ответил мужчина, поднимаясь с места и разминая затёкшие конечности. – Тебе зашили рану и дали снотворное, чтобы ты как следует отдохнула. Потому ты и провела здесь ночь, – добавил он присаживаясь на больничную койку. Реджина хотела было отодвинуться от мужа, уж слишком близко он сел, но почему-то она этого не сделала.
– Спасибо, – почти шёпотом сказала она, ещё помня о том, что он словил её, когда она потеряла сознание.
Локсли ничего не ответил, лишь слегка улыбнулся. Мужчина встал с кровати и, поправив немного помятый воротник рубашки, направился в сторону выхода. Лишь у самых дверей он остановился, поворачиваясь к брюнетке:
– Мы нашли того, кто сделал это, – сказал он, прожигая её настойчивым голубым взглядом.
– И кто же? – с интересом спросила Миллс, прежде прочистив пересохшее горло.
– Люди Леопольда, – ответил он.
– Кинг? Но что ему было нужно? Чего они добивались стрельбой? – с растерянностью в голосе спросила девушка.
– У них была одна цель – твоя смерть, – ответил мужчина, наблюдая, как карие глаза расширяются от удивления. – Они хотели ослабить меня и твоего отца, прибегнув к твоему убийству. Вот только снайпер не думал, что ты в последнюю секунду решишь развернуться. Это спасло тебя, – он говорил таким спокойным и чарующим голосом, что Реджине приходилось внимательно слушать, чтобы не упустить деталей. Произнеся эти слова, мужчина скрылся за дверями палаты, оставляя Миллс наедине со своими мыслями.
А она просто уставилась на дверь, совершенно не понимая действий Леопольда. Какой толк убивать её, если это ничего не изменит? Ни её отец, ни муж не будут ослаблены из-за её смерти. Они оба практически не принимают участие в её жизни, так чего же на самом деле ожидает Кинг от смерти Реджины?
***
Несколько дней спустя Реджину выписали. Она ненавидела больницы, но отец был категорически против, чтобы она покидала её раньше, чем разрешит врач. Платье, в котором девушка была в день стрельбы, было бесповоротно испорчено её собственной кровью, поэтому Робин вновь купил ей одежду. На этот раз это был белый брючный костюм, состоящий из брюк палаццо, что идеально облегали её бёдра, а затем красиво струились до самых ног, и укороченного пиджака из-под которого выглядывал кружевной светлый топ, который прикрывал не слишком то и много кожи. У Локсли действительно был хороший вкус, и почему-то это нравилось Реджине. Выйдя на улицу, девушка полной грудью вдохнула свежий воздух, о котором мечтала всё то время, что лежала в больнице. Надев солнечные очки, она опустила глаза, встречаясь взглядом с мужем. Робин стоял неподалёку, облокотившись о свою тёмно-серую «Lamborghini». На нём был чёрный костюм-тройка, так хорошо сидевший на нём. Девушка зашагала в его сторону, радуясь, что глаза скрыты под очками, ведь она слишком откровенно пялилась на мужчину. – Роль шофёра и охранника сегодня твоя? – с усмешкой спросила она, становясь напротив Робина. – Можно и так сказать, – с ухмылкой ответил мужчина, отталкиваясь от машины и подходя к жене. Реджина напряглась, когда Локсли встал прямо перед ней. Их разделяло всего несколько сантиметров и от этого по телу прошёлся непонятный электрический заряд. – К сожалению, твой отец занят, у мамы Джона резко подскочило давление, поэтому я тут. – Я могла вызывать такси, если тебя так затруднило забрать меня, – закатила глаза Миллс, поправляя тёмную прядь. – Ну уж нет. Зная тебя, ты снова попадёшь в какую-нибудь передрягу, а никому из нас этого бы не хотелось, – протестовал мужчина, разводя руками в стороны и делая шаг назад. – Ты хочешь сказать, что я проблемная? – прищурившись, спросила Реджина. – Нет, я не говорил этого. Знаешь, кажется, пора вернуть тебе твою фразу, – с ухмылкой сказал блондин. – Я не виноват, что моя дорогая жёнушка не имеет инстинкта самосохранения. – Это нечестно! – возмутилась Миллс, которой не нравилось такое положение вещей. – Откуда я, мать твою, могла знать, что там был снайпер?! – И то верно, – пробормотал блондин. – Кстати, о матери. Прежде, чем отвезти тебя домой, мне нужно заехать к маме. Ты не против? Почему-то от этого вопроса сердце брюнетки забилось быстрее. Она провела рукой по тёмным волосам, а затем сняла очки. Подняв полный решимости взгляд на мужа, Миллс одобрительно кивнула. – Тогда поехали, – ответил Робин, открывая для девушки пассажирскую дверь.***
Машина подъехала к небольшому домику, расположенному вдали от города. Стены завораживали своей белизной, а подвешенные цветы в горшках и аккуратно выстриженный газон придавал жизни этому месту. На небольшом крыльце стояла кресло-качалка, а рядом небольшой столик со сложенными в стопку газетами. Реджина вышла из машины и вдохнула полной грудью свежий лесной воздух. На секунду она опустила веки, вслушиваясь в мелодичное пение птиц, которые до сих пор не улетели в тёплые края. Открыв глаза, Миллс обнаружила, что Робин пристально смотрит на неё. – Что? – спросила она, чувствуя себя неловко. Локсли лишь ухмыльнулся, разворачиваясь и направляясь в сторону дома. Лишь когда он увидел, что девушка так и стоит на месте, дожидаясь его ответа, он остановился и сказал через плечо: – Mi godo solo la bellezza, – вылился из его уст итальянский, который Миллс не знала от слова «совсем». Она нахмурилась, не понимая, что он только что сказал. – Что ты сказал? – недовольно спросила девушка, теперь шагая за мужем. – Правду, – улыбнулся он и открыл дверь, проходя внутрь дома. Реджина вошла следом за ним, рассматривая прихожую. Рядом стоял небольшой пуфик, к стене было прикреплено несколько крючков и в углу стояло высокое растение. – Не забудь... – начал Робин, поворачиваясь к жене. Он хотел сказать, чтобы она разулась, но Миллс и так это сделала, снимая туфли и вешая сумку на вешалку. – Робин, это ты? – донёсся нежный голос, заставляя Локсли обернуться. Из-за угла вышла худощавая блондинка, ярко улыбаясь сыну. Она крепко обняла мужчину, вдыхая родной запах. – Как ты, дорогой? – спросила женщина, отстраняясь от Локсли. – Всё в порядке, мама, – ответил Робин, одаряя блондинку тёплой улыбкой. Миллс никогда не видела мужа более расслабленным, чем сейчас. – Я приехал не один, – дополнил мужчина, отходя в сторону. – Реджина! Как же я рада тебя видеть! – воскликнула женщина, заключая невестку в крепкие объятия. – Я тоже очень рада, – с яркой улыбкой сказала брюнетка. Робин так и стоял, не совсем понимая происходящее. – Я так давно тебя не видела. Сколько прошло? – задумчиво спросила женщина. – Всего лишь месяц, Маргарет, – с улыбкой ответила Миллс, отстраняясь от свекрови. – Месяц? Бог ты мой! Целый месяц, Реджина, ты не заезжала ко мне! – возмутилась она, всплёскивая руками. Миллс рассмеялась, слегка запрокидывая голову и вызывая на лице присутствующих улыбки. – Но я ведь работаю, дела никто не отменял, – ответила Миллс, возвращая взгляд на женщину. – Я сделаю вид, что поверила. А теперь идём, я накормлю вас, – добродушно сказала Маргарет, возвращаясь в кухню. Локсли вопросительно смотрел на жену, ожидая её ответа на все его вопросы. Он совершенно не понимал, что только что произошло перед его глазами. Миллс же стояла напротив и неотрывно смотрела ему в глаза, пытаясь прочитать его. – Можешь объяснить? – наконец баритонный голос прервал тишину. – Что именно? – почему-то полушёпотом спросила Реджина. – Откуда вы... – Знакомы с твоей мамой? – закончила она вопрос за него. Блондин лишь кивнул, продолжая прожигать её своим взглядом. – Она была на нашей свадьбе, если ты не забыл. Потом она мне звонила по телефону раз в две недели. В итоге мы сдружились, я навещаю её по мере своей занятости, – с каким-то непонятным волнением говорила Реджина. Всё это время Робин не сводил с неё глаз, пытаясь представить ситуацию, которую описывала девушка. Он столько раз бывал у матери за эти два года, но никогда не думал, что его фиктивная жена посещает её так же часто, как он. – Дети мои, вы там что, заснули? – крикнула из кухни миссис Локсли, заставляя обоих вздрогнуть от громкого голоса. Оставшийся вечер они провели практически не разговаривая друг с другом. В основном за ужином разговор поддерживала Маргарет, избавляя от неловкости между мужем и женой. Миллс помогла миссис Локсли убрать и помыть всю посуду, пока Робин с удивлением наблюдал за ними. У Реджины были такие тёплые отношения с его матерью, что даже не верилось. Он видел, с какой теплотой и любовью его жена разговаривала и улыбалась Маргарет. Женщина же в свою очередь с яркой улыбкой расспрашивала невестку о работе и в принципе о её жизни. Локсли слушал вполуха разговоры, потому что уж слишком залюбовался женой. Он никогда не видел такой завораживающей улыбки, как у неё. Он подмечал все детали, связанные с ней. Маргарет временами ловила взгляд сына и лишь лукаво улыбалась, ничего не говоря. Дом миссис Локсли Робин с Реджиной покинули довольно поздно, когда на небе оставались последние следы уходящего солнца. В некоторых местах даже были видны звёзды, пока ещё тускло сияющие на небе. Всю дорогу они молчали, наслаждаясь красотой природы. К дому они подъехали, когда уже кругом был сплошной мрак. Миллс, сразу как попала в дом, отправилась в свою спальню. Робин сначала зашёл на кухню за виски и лишь потом поднялся к себе. Заснули они с мыслями об этом дне и, как ни странно, друг о друге.
