Убийцы ходят в мечеть

      Эмир уже совсем ничего не видит. В глаза попадают холодные капли, бережно стекающие по лицу. Вокруг не было чего-то особенного или красивого. Только хрущёвки и дворовые шлюхи. Небесный дождь идёт уже пару дней без перерыва. Идеальное время для… точных просчётов. Эмир не любит поддаваться в объятия гневу. Он действует с холодной головой. Каждая мелочь невероятно важна. Это не первое и не последнее убийство. Стиль Кашокова неузнаваем. Он может метко выстрелить из слегка модернизированного ТТ, а может и жестоко расчленить свою жертву, разобрав тело на множество кусочков так, что позже полиция не сможет опознать даже отпечатки. И как бы выигрышно не звучали способности городского маньяка, есть свои существенные минусы. Из дома лучше не выходить, жить тихо и скромно, знать, где и когда поставят камеры и ещё кучу всякого говна. А если ты ещё и что-то не просчитал или боишься, что что-то упустил, то можешь сразу попрощаться со спокойными мыслями. Хотя… их Эмир лишился ещё в детстве, когда муэдзин своими грязными развратными пальцами гладил его коленку. Это очень быстро забылось. Будто и не было никогда. Вот так разум может сделать «щёлк», и ты уже совсем не помнишь плохого, зато напоминают другие. Когда их руки оказываются даже на собственных коленях, Кашоков отмечает, что что-то не так. Он долго пытался понять, что же терзает его подсознание, поэтому решил съездить недалеко в мечеть. Отпустить грехи на утренней молитве, когда солнце только начнёт подниматься над горизонтом. И он понял. Узнал того азанчи, его взгляд и уже дряхлое тело. Тянуло сблевать. Никогда вид простого мужчины не вызывал столько чистейшего отвращения, даже честно вытащенные из утопленника кишки не выглядят столь мерзко. Но Эмир спокойно отстоял молитву и с гордо поднятой головой вышел из здания. Теперь память восстановила с мясом оторванный кусок воспоминаний. С тех пор Кашоков никому не доверяет. Только он, и только в своей голове. Даже блондинка с окровавленной губой, которой, похоже, овладел стокгольмский синдром, не смогла заслужить доверия со стороны убийцы. Блондинку вроде Светой звали… девушка с характером. Никто ещё так долго не терпел набор для выжигания по дереву. Эмир не любил изощрённые способы пыток. Всё по классике: паяльник, да и перочинный ножик. Что дома у каждого есть, чтобы не вызывать лишних подозрений.       Даже сейчас, когда Кашоков идет по лужам, его обдает жаром. Это бывает каждый раз перед очередным преступлением. Казалось, что у него уже развилась чуйка на преступников и обычных кретинов. Все давно ложатся спать… но не Илья Макаров, ведь Эмир знает, когда именно тот выходит из дома и отправляется на прогулку с собакой. Это уже не вызывало безудержную вину или стыд… скорее гордость. Гордость за себя.       Илья живёт спокойно и умиротворённо. У него на подоконнике стоит фикус, который не поливали с года десятого, пара книг по архитектуре и маленькая фигурка гжель. У него есть большой пёс по кличке Барсик (даже Эмир не выяснил, почему его так зовут) и розовая кофта, которую Макар носит с милыми бусиками, которые сделал сам. Этот человек не заслуживает смерти, но Кашоков хочет заполучить именно его. Его рыжие волосы, его голубые глаза и всё, что ему принадлежит. Не деньги. Совсем нет! А нечто другое, что-то личное… тело. Слишком гармонично смотрится побелевшее тело на тёмном паркете, который впитал в себя все грехи этой квартиры «39». Эмир не некрофил, его не привлекают мёртвые в сексуальном плане, ему просто нравится смотреть.       Ох… убийца ведь даже не замечает, как много он использует «не» в разговоре с самим собой. Он отрицает каждую мысль, которая должна была нарушить покой на ближайшие пару часов. И это нормально для него. Он привык, что является одним большим «не» по отношению к себе. Мерзко относить себя к кому-то, когда ты хочешь быть особенным.       Очень темно на улице. Слабо светят фонари. Наручные часы показывают уже «01:09», а это значит, что Макар как раз дошёл до Московского. Эмиру не нравился Коминтерновский район. Он испорчен даже в плане атмосферы. Весь воздух пропах гнилью. Как бы не застраивали этот район новыми домами, не вымоешь этот запах подвальной сырости, и кто же ещё это заметит, кроме как не убийца? Вот недалеко уже «Хмельная миля», которая закрылась пару часов назад, рядом озираются алкаши, которые не против самой дешёвой водки с неприятным послевкусием. Пора бы уже найти Илью. Он где-то рядом…