After verse

Хэнк смотрел, как Мэнни отправляется за горизонт на газовой тяге. Мысли роились его голове: Сара получит судебный запрет. Меня положат в психушку. Они всё засняли на камеру. Я буду чокнутым парнем с зомби. Блять. Он подёргал руками в наручниках. Его сердце сжалось от боли. Мэнни уплывал всё дальше, разрезая кристальные волны. Внезапно Хэнк почувствовал небольшой толчок – наручники упали. Он обернулся, поражённый. Маленькая девочка хихикала, в её пухлой ручке был зажат ключ. – Это было мерзко. – рассмеялась она, показательно помахав рукой перед своим носом. – Крисси! Что ты наделала? – воскликнула Сара и оттащила дочь от безумца, который приволок труп к ним во двор. Полицейский выхватил ключ из руки девочки и двинулся за Хэнком. Тот кинулся к воде, но раненая нога напомнила о себе, и он упал в океан с оглушительным плеском. – ЭЙ, МЭННИ! ПОДОЖДИ МЕНЯ! — он ахнул, как только солёная вода обожгла его раны. – Сэр, остановитесь! Уходите оттуда! – заорал полицейский. – Стоять! – он побежал в воду вслед за Хэнком. Но Хэнк не собирался останавливаться. Коп схватил его за ногу, и он в отчаянии лягнул того по лицу другой ногой. Боже мой, я только что стал свидетелем полицейского произвола. Мэнни всё ещё был на виду и пердел – Маленький-Мертвец-Который-Смог. – МЭННИ, ПОДОЖДИ МЕНЯ! ХЕЙ! К счастью, был отлив. Хэнк был хорошим плавцом, он провёл немало времени, плавая вокруг острова в безуспешных попытках наловить рыбы. (Он обнаружил, что голыми руками её не разделать. А вот песчаные крабы оказались довольно вкусными). Он сосредоточился на том, чтобы не дышать слишком тяжело, не бороться с течением и не переставать смотреть на горизонт. Доносившиеся с берега крики становились тише. Боль пронзала ногу при каждом движении. Не отвлекайся, не думай о боли, продолжай плыть, просто продолжай плыть. Он был уверен, что может разглядеть Мэнни вдалеке. «Мэнни!» – закричал он. Волна ударила его по лицу, солёная вода попала в рот. Он закашлялся, сплюнул, и продолжил плыть. Сейчас я утону. Или меня сожрёт акула. Черт возьми, Мэнни, ты спас меня от самоубийства, от одиночества на необитаемом острове, от жажды, голода и помешательства на мысли, что Сара — моя единственная, от медведя, ты не можешь позволить мне умереть сейчас, мудила! Хэнк обернулся. Фигуры на берегу стали совсем крошечными. Он повернулся обратно. Море было зеленовато-синим, небо над ним — голубым. Его сердце заколотилось. Он вдохнул, набирая воздуха. Даже если он захочет вернуться обратно, у него не хватит сил. Он утонет. В фильмах смерть от утопления казалась такой простой: герой попадал в воду и исчезал в волнах, может быть, картинно попускав пузыри. В реальности всё обстояло хреново. Хэнк едва двигал отяжелевшими конечностями. Он перевернулся и поплыл на спине, восстанавливая дыхание. Его жизнь оборвётся в море. Ладно. Я сейчас утону. Обсираешься ли ты, когда тонешь? Я об этом узнаю? Небо было голубым, в нём парили чайки. Он закрыл глаза, теряя сознание от усталости и надеясь, что они не насрут ему на лицо. Хэнк распахнул глаза, когда его перевернуло волной и чьи-то руки подхватили его под мышки. Он был из воды на полпути, будто бы доской для сёрфинга. Кто это: дельфин, Мэнни? – Хэнк! Что ты делаешь... Хэнк закрыл глаза. «Как ты долго». – сказал он и потерял сознание. *************** — Хэнк! Хэнк! Он пришёл в себя и обнаружил, что лежит поперёк торса Мэнни лицом вниз, волоча руки и ноги по воде. Во рту было вязко от морской воды. Большие голубые глаза озадаченно смотрели на Хэнка. Мэнни держал голову над водой. Каким-то образом ему удалось сбавить газ, так что они плыли в медленном темпе, как на маломощной моторной лодке. – Хэнк! Ты поблагодарил меня, сказал, что с тобой всё будет в порядке и мне нужно идти. – Не в порядке. — прохрипел Хэнк. — Ты хотел утонуть? – Мэнни, нет... – Хэнк вдохнул и закашлялся. Он подвинулся, с силой надавил рукой на грудь Мэнни и получил фонтанчик свежей воды. Начал жадно глотать, когда тот брызнул ему в лицо. – Спасибо тебе, спасибо. Ты моё универсальное орудие. Мэнни засмеялся: «Я твоё универсальное орудие!». — Чёрт, нога болит. — Почему ты пришёл? Что если бы ты утонул? Все бы так грустили. – Мэнни, я не хочу быть с теми людьми. — Даже с твоим отцом? – Особенно с ним. — А с Сарой? Ты пел ей наши песни? Показывал, что мы построили? Несколько секунд Хэнк не знал, что сказать. Морская пена попала ему на лицо, он сплюнул, а затем вздохнул: «Сара нас не любит, Мэнни. Она считает меня сумасшедшим». – Почему? — Мэнни нахмурился. — Мы проделали весь тот путь. Мы пели песню из "Парка Юрского Периода". – Она не понимает нас. Она не хочет слушать наши песни. Мэнни, сейчас мы вместе, и я не могу потерять тебя снова. Мэнни блаженно улыбнулся, его голубые глаза засияли. Сердце Хэнка пропустило удар. – Я, правда, скучал по тебе, Хэнк. Я уж собирался снова стать мёртвым. – Не будь мёртвым. — Хэнк улыбнулся, чувствуя себя счастливым до абсурда. – Не будь мёртвым. Мэнни ускорился, погружаясь в волны и рассекая их. – Я буду жить! Я буду живым для тебя, Хэнк! Морская вода плеснула в лицо Хэнка. — Жесть! Помедленнее. Мэнни перестал пердеть и начал опасно заваливаться на бок. – Нет! Мэнни! Продолжай пускать газы! Мэнни снова начал пердеть, выравнивая движение. «Больше так не делай», — сказал Хэнк. Поворчав, развернулся и елозил, пока не оседлал его. В таком положении он сваливал на нём с острова. Только на этот раз Мэнни был повёрнут к нему лицом, его рот был приоткрыт в странной ухмылке. Хэнк задрожал от возбуждения. Волны прибоя хлестали его по лицу. То, как тело Мэнни покачивалось под ним, только усиливало его волнение. Он мысленно вернулся к их нежному, экстренному поцелую под водой. Мягкие губы Мэнни. Выходящий из его рта воздух. Хэнк вдыхал этот воздух, плавая в блаженстве. Взлетал, когда пробка вылетела из задницы Мэнни. Удивительно, но Хэнк не чувствовал себя неловко, глядя прямо в прекрасные голубые глаза Мэнни. Вот так ты выглядишь, когда счастлив. Я тоже счастлив, дружище. Ошмёток морских водорослей попал Хэнку в глаз. Он поднял руку, чтобы смахнуть его, другой рукой взяв Мэнни за ворот рубашки. Мэнни придержал его правой рукой. Хэнк задрожал от удовольствия, когда к его боку прикоснулись. Он и забыл, что Мэнни научился двигаться. Он положил руку на руку Мэнни – его одежда была мокрой, а глаза сверкали. Хэнк вздрогнул, почувствовав, как что-то шевелиться под его задницей. У Мэнни встал, и – о боже, – Хэнк так завёлся. Но они были в море, и если бы он попытался что-то сделать со своим возбуждением, они бы оба умерли. – Твой волшебный компас! Это он! – Да! Мой член счастлив! – Мэнни, твой волшебный компас подыщет нам новый дом. Мы найдём подходящее место и построим хижину. Может быть, я научусь играть на гитаре. Мы будем петь, танцевать и пукать, и нам никого не надо! Больше не нужно скрываться! Я буду пердеть столько, сколько ты захочешь! — Да! Я буду ловить для тебя рыбу! Ты будешь кататься на мне! Ты будешь пить воду, которой я плюю! – после лицо Мэнни вытянулось, и он долго молчал. – Но я любил Сару. Мне плохо, когда я думаю о ней. Очень плохо, Хэнк. – Ты любил Сару, – мягко ответил Хэнк, – но не ту. Ты любил нашу Сару. — Нашу Сару. – Мэнни продолжал внимательно смотреть на Хэнка, обдумывая сказанное. – Я любил нашу Сару. Даже несмотря на то, что она – это ты. Но Хэнк – это тоже ты. Всё так запутано. – Ага. – ответил Хэнк с весёлым смешком. – Мы будем смеяться, петь и запутываться в нашем любовном треугольнике, ведь он – только наш! Его сердце переполняла радость. Раньше они были странными, но теперь, наедине друг с другом, они больше не такие. – Что это значит? — Мэнни улыбнулся. – Мы это выясним. – сказал Хэнк. — Это любовь. Она бывает разной. – Хэнк, прижми свой рот к моему. Наклонившись, он взял лицо Мэнни в ладони, и поцеловал его. Их рты были солоны от воды. Губы Мэнни мягкие и нежные, пусть и слегка серые на вид. В его рту ещё осталось немного свежей воды. Хэнк тихонько высосал её и проглотил. Тело Мэнни дрожало, вырабатывая газы. Волшебный компас упирался Хэнку в зад; с этим они разберутся позже. Хэнк отстранился, любуясь глупым и счастливым выражением лица Мэнни, а затем поцеловал его снова. Я люблю тебя. Он обхватил своего многофункционального парня руками, зарываясь лицом в его шею. Морская вода прилетела ему в лицо. Он снова сел так, чтобы смотреть на Мэнни, и затянул мотив из "Парка Юрского Периода": — Па па ПАМ пам па! Па па ПАМ парарам! Мэнни присоединился, и они запели вместе, упёрдывая в их светлое будущее. – Па па па ПАМ тарам та! Па па ПАМ ПАААМ пара рам!