Оригинальная профессия

Саске замер, пытаясь понять, к чему сказано это короткое и неприятное на слух слово. «Вас». Итачи было не узнать. Саске привык видеть блеск в его глазах, полуулыбку, которая порою делала его похожим на кота. Где легкий наклон головы, пронзительный взгляд, полный каких-то совершенно потрясающих мыслей? - Я же не работаю здесь. - И что? От этого твой статус повысился? Не забывайся, мы из разных миров. Саске кивнул, уводя взгляд куда-то в сторону. - Я пришел, чтобы поблагодарить вас, господин Учиха. «Думаешь, твое спасибо мне что-то даст?» - Саске не мог знать, что ему ответит Итачи, но ждал нечто подобное. Он упоминал об оплате, и если речь идет о деньгах, то это будет проблемой, но весьма разрешимой благодаря тому же кредиту. - Это я уже понял. Твои слова много значат? Какая честь. - Нет, не значат. А что значит? - Ха… с этого надо было начинать, - Итачи поднялся с кровати, убирая гребень в шкатулку. – Значит, ты пришел говорить о цене за твою душу? - Не рассчитывал на подарок, - снова Саске позволял себе лишнего, однако это уже была рефлекторная реакция. - А сам как думаешь? Чего я хочу? – Итачи вскинул брови, ожидая ответа. Почему-то это было совсем не похоже на его привычный жест. Он слишком холодный, слишком отчужденный. Саске не привык видеть его таким серьезным. Где же его коронная усмешка? - Если речь идет о деньгах, то назовите… - Вот как ты собрался платить? Нет, деньги мне не нужны. Еще варианты? Саске опустил голову, всматриваясь в палас. - Как пожелаете. - Я разве озвучил свое желание? - Это очевидно. - Ну так просвети меня, потому что лично я ничего столь очевидного здесь не наблюдаю. - Если вам нужно мое тело, я не против. Думаю, я должен гораздо больше. Итачи подошел к Саске, приподнимая его подбородок своими длинными тонкими пальцами. Даже сейчас, немного поцарапанный, он выглядел так мило. Наклонившись к парню, Итачи остановился, казалось, в паре миллиметров от его губ, и Саске ничего не осталось, как послушно прикрыть глаза. - Я не пользуюсь услугами проституток, - прошептал он. – Не нужно продавать мне то, что я могу взять просто так. С чего ты взял, что настолько привлекателен в моих глазах? - Тогда почему? – в полном недоумении спросил Саске. - Что почему? - Почему я здесь? - А ты хочешь обратно? Поверь, устроить это будет нетрудно. - Итачи-сама, я действительно благодарен вам за ваш поступок и я понимаю, что это не просто так. Я просто хочу знать, что мне нужно сделать, чтобы хоть как-то отплатить. - Хочешь, я тебе скажу, что тебе нужно на самом деле? Ты боишься, вот и все. Боишься, что я потребую от тебя что-то важное и в совершенно неподходящий момент, и никакого желания отплатить у тебя нет. Разве я не прав? Ты сам сюда пришел, сам заговорил об этом, потому что боишься ждать. - Вы сами сказали… - Я спросил, что будет, если я потребую от тебя плату. Ты слышал из моих уст требований? Слышал какое-то желание? - уточнил Итачи, чувствуя где-то глубоко внутри, что снова начинает злиться на себя. Этот парень ему просто на просто противен! Его жалкий взгляд, убогие слова. Только вот чувство, как и многие в последнее время, взялось из ниоткуда и кануло в никуда. - Тогда… что мне делать? Собирать вещи и уезжать? Итачи положил руку на плечо Саске, неслабо надавив, и тот скорее от неожиданности, нежели от приложенных сил, бухнулся на колени. Значит… ртом? Саске сразу же отвел взгляд, чувствуя внутри жгучее чувство неприязни. Удивительно, что самого Итачи даже не посетила такая мысль, хотя здесь он являлся спецом по непристойностям. «Исчезни!» - это была бы награда, но ее Итачи так просто не получить. Отойдя от Саске на приличное расстояние, Учиха поставил на поднос почти пустую бутылку бурбона, снова бросив взгляд на парня. - Ты много себе возомнил. Это твое место. И я не советую тебе пытаться подняться в моих глазах. Постарайся не попадаться мне сегодня на глаза, и я буду действительно рад, если по утрам меня будет навещать Сакура. Саске, совершенно ошарашенный происходящим, не моргая смотрел на Итачи, настроение которого было совсем необъяснимым. Да что происходит? - Отнеси этот поднос в крайнюю по коридору комнату, и я тебе настоятельно советую сделать это очень тихо. Если тебе это нужно, можешь остаться работать здесь, больше тебе бояться нечего. А можешь собирать вещи и катиться куда хочешь, если ранимая душа не в силах тут находиться. Но если сейчас ты уйдешь, сотри из памяти мой номер и не рассчитывай, что раз я помог однажды, я сделаю это когда-нибудь вновь. Мне ничего от тебя не нужно, в том числе и слов. А теперь исчезни. Еще мгновение Саске переваривал все сказанное ему, а потом молча поднялся на ноги, забрал поднос со стола, и выполнил приказ, оставив Учиху одного. Оттого, что Итачи сорвал злость на парня, легче не стало. Чем он может отплатить этому горе-студенту? Ну да. Сперва его следует восстановить в университете, приобрести личные вещи, ведь его-то остались в том городе, возможно, какие-то книги по учебе. Это пока самый минимум, что мог сделать Итачи. Ну надо же. Он чувствовал себя виноватым, оттого обязанным, а это паршивое чувство. Только вот такая мелочь вряд ли что-то стоила. Точнее, стоила, конечно, но стоила много она для Саске, для самого Итачи это была пыль по ветру, а вину нужно загладить не по меркам бедного студента, а по личной мере. Кто чего хочет, кто кому что должен… Итачи и сам не знал, что его так зацепит эта тема с оплатой. Саске считает должником себя, когда на самом деле все совсем наоборот. Инь превратилось в Ян, черное в белое, небо рухнуло в Тартар. Итачи тихо засмеялся. Да что он себе за исправительную колонию придумал? Саске встал посреди коридора, вновь и вновь прокручивая в голове слова Итачи. Сколько же тем для размышлений он подкинул! И это отношение, словно Сенджу сделал что-то, за что его теперь можно было так невзлюбить. Саске, по правде говоря, ожидал многого, но не такого. Построенный за время знакомства образ ослепительного, обаятельного ублюдка, не в меру озабоченного совсем не пристойными вещами, никак не стирался из головы. Потому Саске все еще не мог поверить, что мгновение назад перед ним действительно стоял Итачи. Снова затошнило, и только сейчас парень понял, что, разнося тут завтраки, он совершенно забыл, что сам последний раз ел вчера утром с доброй подачи Ромы. И рацион выглядел как пара пластинок рыбы и миска риса. Так вот почему его тошнит постоянно? Значит, нужно отнести поднос и хватануть чего-нибудь по пути на улицу через кухню. А зачем поднос в эту комнату? Впрочем, Саске решил воспользоваться советом и тихонько приоткрыл дверь, заглядывая внутрь. Не особо большая комната, если сравнивать со спальней того же Учихи. Вообще она была безумно похожа на комнату, которую когда-то занимал сам Саске, только чуть-чуть расстановка мебели была иная и отделана комната была в светло-серых тонах. На кровати спал не кто иной, как Тсукури Дейдара - еще одна не самая приятная личность на памяти Сенджу. Его пиджак валялся на полу, кровать не была расправленной, а судя по уровню лохматости волос, сон у человека был очень неспокойный. Поставив поднос на столик, Саске тихонько выбрался из комнаты, прикрыв за собой дверь. По пути вниз ему встретились незнакомые люди в черно-белых формах, однако ему никто даже взгляда не подарил. По лестнице поднималась Карин, которая, окинув парня взглядом, приветливо улыбнулась. - Ну что? Список заданий? Аль премию на билет? Саске закусил губу, после чего кивнул. - Премию на билет и список заданий. - За вещами поедешь? – уточнила Карин. - Да, думаю через пару дней. И попрощаться там кое с кем нужно, - отмахнулся Саске, сам не понимая, как принял решение без особого мозгового штурма. Он решил это просто инстинктивно. Ему не хватало этого места, этих людей, и если верить Итачи, он ему больше не интересен. В любом случае, даже если бы это было не так, город, в котором с ним сделали такое, стал черным пятном на карте. - Что ж, рада снова видеть в строю. Ты у меня тут больной и чахлый, так что иди на кухню к Сакуре на подмогу. Посидишь пару деньков там, а после снова в привычный темп до девятого июня. - Что будет девятого? - Или абсолютное затишье, или банкет века, в зависимости от того, где решит праздновать свой день рождения Итачи-сан. В прошлом году у Дейдары были, так что полагаю, груз с плеч мне снять не удастся. А хотелось бы, - задумчиво произнесла последнюю фразу девушка и направилась дальше вверх по лестнице. Значит, к Сакуре, отлично! Саске с удовольствием отметил, что нога уже совершенно в рабочем состоянии, Суйгецу сделал чудо. Когда же Сенджу залетел на кухню, его встретила уже порядком взбудораженная девушка. - Ты где так долго был? - Ааа… - Садись кушать, только вот там, под ногами не мешайся, ладно? – девушка указала на столик в углу комнаты, где уже стоял поднос с миской, с парой ломтиков хлеба и чашкой чего-то, очевидно, некрепкого. И после этого Саске может утверждать, что фраза «Домой, Сенджу, домой» не являлась чем-то особенным? Его привели в порядок, и, даже не спрашивая, уже садят кормить. Супчик. - Я подумала, что к нормальной пище стоит переходить постепенно, ты же там по любому не как на банкете питался, так что начнем с малого, через пару дней накормлю хорошим стейком. На кухне было шумно, Сакура отдавала приказы, но сама в большей степени руки не марала. Большую часть времени она проводила именно здесь, хотя не была кем-то вроде повара. Ну, так это понимал Саске. Харуно просто отвечала за этот участок дома, как Саске отвечал за комнаты для гостей и в том числе спальню Учихи младшего, а Карин - за весь персонал. Но это готовила действительно сама девушка, и… на такой бы жениться. В супе не было почти ничего. Картошечка, морковка, какие-то незнакомые овощи и немного специй, но вкус получился - пальчики оближешь. Саске действительно оказался голодный как собака, но стоило закончить с едой и чаем, как, правда, жизнь показалась ярче. Прошла тошнота, головокружение, и настроение появилось. Не просто настроение, а именно на работу. Только вот, что произошло в комнате Учихи пятнадцать минут назад? «А можешь собирать вещи и катиться куда хочешь, если ранимая душа не в силах тут находиться», - это же намек на причину, по которой Саске ушел в прошлый раз. Мол, воспоминания задавят? В любом случае это был упрек, как на него не посмотри. «Но если сейчас ты уйдешь…» Контекст полностью менял смысл этих слов, но все-таки одно оставалось неизменным. Это была не угроза, даже не предупреждение. Да и на констатацию горького факта тоже походило слабо. Можно было просто сказать, что помощи в следующий раз ждать не стоит. Но именно это необычное сочетание слов заставило улыбнуться. Это странно немного. Почему Итачи себя так повел? Он столько сделал, достал Саске из ада за пару часов. Но даже слова не воспринял всерьез. «Может, я должен сам что-то сделать?» Ну да, когда тебя выставляют ничтожеством, только и остается, как способы благодарности придумывать. Саске помнил, как первый раз оказался на коленях перед Итачи и сколько гнева это вызвало. Утром же не было и следа тех чувств, ну поставил и поставил. Зная Учиху и то, на что он способен, это вообще безобидный и ничего не значащий жест. Нет, по правде говоря, насколько бы неприятной не была эта мысль, Саске ожидал, что утренний визит закончится в кровати. Он даже себя настроил на это, но все оказалось вроде и лучше… а с другой стороны, черт его знает, что выкинет новый Итачи, который настоятельно порекомендовал не попадаться ему на глаза. Да без проблем! «Ты просто боишься ждать». Увы, что верно, то верно. Хотелось бы сразу знать, чего теперь ждать. Хотя Итачи и сказал, что ему ничего не нужно. Но если так, и если Саске настолько стал ему неприятен, почему он помог? «Шоу тысяча и один вопрос». Итачи любил белый цвет, но именно кристально-белый, такой, как одежда, что была сейчас на нем. Удивительно, как не светится еще. Он уже час торчал у себя в комнате, тупо глядя на себя в зеркало. Ну, правда, что он может сделать? Он даже как-то выглядеть стал по-другому, не лучше, не хуже, просто по-другому. Утренний визит Саске сбил весь настрой, а ведь Итачи уже прокручивал возможные варианты разговора в голове, но все случилось слишком неожиданно. И реакция была непредсказуемой. Снова чувствовать себя виноватым еще и потому что нагрубил, это уже совсем перебор. - Ну где ж я так накосячил, - вздохнул Итачи и откинулся на подушки. Он уже решил, что комнату нужно полностью переделать и сменить практически всю мебель. Что-то ему тут не нравилось. «Рождение Венеры». Ну что за ерунда с ним происходит? Он постоянно на кого-нибудь за что-то злился, ему все не нравилось и он постоянно ловил себя на мысли, что он плохой. А если человек плохой, то это действительно хреново, и это надо исправлять. Ну что за детский лепет? Так и не собирая волосы в привычный хвост, Итачи решил, что если не выйдет из комнаты сейчас же, он не только интерьер, он скоро собственное отражение критиковать начнет. Это депрессия. На ровном месте. С маниакальным наклоном. - Лин, - парень поймал первую попавшуюся горничную за руку, оглядывая коридор. – Сделай мне зеленого чаю. - Да, сейчас принесу. - Нет, не в комнату. Просто сделай, я сам заберу. И что-нибудь… Черт… ну давайте хотя бы на еду не будем перекидывать проблемы жизненного мрака? Итачи усмехнулся, что привело в замешательство невинную девчонку. А Учиха просто охреневал со всей происходящей с ним ерунды. Вроде и тупо все до смешного, но ведь не избавишься. Кто бы мог подумать, что его коснется эта проблема? - …сладкого, только без шоколада. Сделаешь? - Вам в гостиной накрыть? - Я сам заберу. Девушка кивнула и помчалась на первый этаж, а Итачи приготовился к непростому разговору, неспешно направляясь в конец коридора. - Рота, подъем! – громогласно объявил он, швырнув в друга подушку. На столе все так же стоял тот поднос, который утром Саске принес для Итачи. Вот как раз шоколадные рулетики и кофе. - Иди к черту, Учиха! - Ах, значит, к черту? – Итачи запрыгнул на кровать, расставляя ноги по обе стороны от плеч друга. – Я сказал, подъем. Дейдара попытался натянуть одеяло на голову, что ему сделать ни в коем случае не позволили. Пнув разок Дейдару, Итачи вздохнул. - Ну хочешь, поцелую? – несчастно поинтересовался Итачи, ожидая реакции. Не пришлось считать и до десяти, как Дейдара соизволил продрать глаза. - Я еще раз повторяю, иди к черту! - Головка болит? Нехрен жрать чужой алкоголь. - Какая разница, чей? Итачи поставил руки в боки, пожав плечам, а после, грохнувшись на колени, придавил Дейдару, который только охнуть успел и то больше от испуга. - Верно. Без разницы. Поэтому просто завязывай пить и курить в моей спальне, меня это просто жутко раздражает. Ну что, мой гордый и смелый самец, расскажешь, какая кукушка тебе вчера череп проклевала? Или мне просто поржать и оставить тебя в покое? А? - Боже, моя голова. - Эээ, нет, это сейчас не сработает. Тем более, это вечная отмазка Хидана. Все, что могу предложить, это остывший кофе и недопитый вчера тобою бурбон. Но доступ к этой явно не спасительной жидкости ты получишь только после того, как ответишь на выше поставленные вопросы. - Слушай, я был пьян, я не знаю. Можно подумать, тебя этот поцелуй так оскорбил. Хотя здорово было бы если так, но я и не надеюсь. - Я вообще-то не об этом. Но об этом я могу поговорить с тобой отдельно. Я о том, что заставило тебя так рискованно кидаться на меня? Ты же знаешь, если один трезвый, а другой пьяный, кто-то может пострадать, и обычно это второй. Но это не важно, откуда у тебя смелость, меня волнует, что тебя так душевно травмировало? С чего ты вдруг возомнил себя одиноким и ненужным. - Я этого не говорил. - А я и не пытался тебя цитировать, я смотрю глубже, в саму суть. Так что? - Ты пропал куда-то, телефон недоступен, сперва заставил меня волноваться. - Я тронут. - А после… зачем ты солгал мне? Где ты был? И что за поющее настроение? Я уже жду диснеевских птичек, - Дейдара попытался выбраться из-под Итачи. - Да я просто тебя рад видеть, солнце, - усмехнулся Итачи, выискивая взглядом подушку. – Сейчас придушу на радостях. - Ты ответишь на мой вопрос или нет? – устало спросил Дейдара, пронзая Учиху кристально голубыми глазами, не позволяя себе проигнорировать тот факт, что сегодня парень даже волосы не собрал. - Префектура Мияги, - ответил Итачи на полном серьезе, выжидая дальнейших расспросов. - Ну? И это все? - А что если я сейчас тебе скажу город, улицу, дом - что-то сильно изменится? - Хватит, я серьезно. Зачем ты туда ездил? - Я обязательно тебе все объясню, а сейчас пойдем. Меня ждет мой чай, а тебе, чую, не мешало бы выпить минералочки. И я бы на твоем месте был мне очень благодарен. Итачи поднялся с кровати, направляясь на выход. И как бы сейчас не хотелось не слушать треп этого гада, минералка - это очень соблазнительно, а потому, недолго себя мучая, Дейдара вылез из кровати. - А где моя майка? - Я забрал. - Зачем? - Чтобы ночами дрочить на твой светлый образ и обворожительный запах. - Если не знаешь, мог бы так и сказать, - огрызнулся Дейдара, накидывая пиджак на голое тело. Временами Итачи не выносил Дея, но сейчас он вдруг остро понял, что это его кислород. С ним легче, проще, с ним отпускало. Спустившись вниз, он выловил Карин. - Как наш гость? - Гость? Ах, да. Больше не гость. Я снова занесла его в список работников, - улыбнулась девушка, снова поправляя очки и бросая недоверчивый взгляд в сторону Дейдары. - Ну… вполне ожидаемо. - Итачи-сама, я спросить хотела. А вы еще не определились, где будете праздновать день рождения? – спросила вслед удаляющегося парня, который только неопределенно пожал плечами. Свернув у выхода, Итачи направился в сторону кухни, и Дей нехотя поплелся за ним. - Сакура, дай этому идиоту во… Итачи замолк, глядя на то, как Сакура, смеясь, учит Саске выкладывать лепестки мяты на десерт. Вот что он забыл на кухне? Девушка сразу отвлеклась, отходя от стола. - Что, простите? - Вот сейчас мне нужны объяснения с подробностями, - заявил Дейдара, обернувшись к Итачи. – Тебя не было сутки, а вернулся ты с подарком? - Это не связано, - покачал головой Итачи, совершенно позабыв, зачем пришел сюда. – Так. Стоп. Вода. И… - Вот, пожалуйста, - Саске собрал все на поднос и подошел к троице. – Вы же за этим? Итачи приподняв брови, оглядел практически подарок своими руками, после чего отрицательно покачал головой. - Съешь сам, я не голоден. - Мне нельзя пока, но спасибо. Итачи-сама, вы отказались от завтрака, а потому попросили приготовить другой, ведь действительно голодны. Зеленый чай и десерт без шоколада. - Зачем ты это делаешь? – спросил Итачи, неожиданно даже для себя. Сейчас Саске походил на обаятельную телеведущую. Так себя иногда Ино вела, когда была в хорошем настроении. Но для Саске эта черта в любом настроении несвойственна. Он играет, может даже в какой-то степени гримасничает. И больше всего злила очевидность этого факта. - Что, простите? – с полуулыбкой поинтересовался Саске. Сакура подала две маленькие бутылочки с холодной водой, которые сразу принял на себя измученный утренним сушняком Дейдара. - Ничего, - сухо отозвался Итачи, направляясь вон из комнаты, но притормозив у самой двери, он обернулся. – Идем со мной, и чай возьми. Печально, но факт был фактом, завтракать нужно. Дейдара получил невербальный приказ испариться, и, понимая, что объяснения его все равно ждут, выполнил задание. Итачи сидел в кресле гостиной, не сводя взгляд с Саске, улыбка которого постепенно сошла на нет. - Что это сейчас было? – поинтересовался Итачи, пробуя чай. Все равно готовила Сакура, так что во вкусе не стоит сомневаться. - Иначе вы не забрали бы поднос. Итачи все-таки не сдержал усмешки, и почему-то от этого легче стало обоим. - Призраки прошлого по углам не душат? - Нет, и не думаю, что будут. Итачи отставил чашку, снова возвращая напряженный зрительный контакт на круги своя. - Саске, ты разочаровал меня, и буду откровенен, я не могу дать ответ на твой утренний вопрос. Я не знаю, почему я это сделал. Но тебе стоит поблагодарить судьбу, что в тот момент мне не захотелось избавляться от тебя. - Я заслужил вашу неприязнь? Вот оно. Итачи утром четко поставил границу, и Саске ее не пересекает, а словно еще сильнее выделяет своим поведением. Раньше такого не было, и он смело переступал через черту, а если и держался рамок, по глазам можно было прочесть такое, за что раньше казнили. - Прекрати. Это действительно раздражает. - Что именно? Я прошу прощения… - Саске. Не зли меня, разве не очевидно, что я не в лучшем своем расположении духа? - Как скажете, - не пытаясь больше делать вид, что не понимает, кивнул Саске. Услужливость и вправду ему не к лицу, потому что она неискренняя. – Можно задать вопрос? - Не думаю, что он мне понравится. - Вы встретили меня так… потому что вам обидно? Сперва Итачи хотелось усмехнуться на это высказывание, но привычный звук не сорвался с губ. Действительно? Это причина, по которой у Саске так изувечено лицо? Просто обидно? Обидно, что кто-то впервые не заценил его роскоши? Признавать этого совершенно не хотелось, но звучало все идеально гладко. И снова захотелось назвать себя ребенком, Саске конфетой, а сложившуюся ситуацию кариесом. - Ты считаешь, мною движет обида? - Я не вижу других причин. Точнее, вижу, но исключаю вариант, что могу нравиться вам. Я могу попросить прощения. И в данном случае, оно будет значить больше, чем какие-то мои поступки. - Чего ты сейчас добиваешься? - Пытаюсь немного разобраться. Я настолько вам неприятен, что вы не желаете есть еду, которая стояла на подносе, что я держал. Вы ясно сказали, что не желаете, чтобы я будил вас по утрам, а это моя обязанность. Но при этом, вы не просто вытащили меня оттуда, вы забрали меня сюда, хотя даже бросить меня в городе было бы подарком свыше. Вы забрали меня сюда и позволили снова работать. Что же получается? Ничего не получается. Вот я и решил, что вам важно, чтобы я извинился. - Что за бред ты несешь? – не сдержался Итачи. – Извинился за что? - За то, что оставил вас. - С чего ты взял, что ты был или сейчас мне нужен? – Итачи сам удивился тону, с каким были сказаны эти слова. Увы, это ему совсем не понравилось. Слишком много резких и неприятных эмоций содержали эти слова. - Вы нервничаете. Значит, помимо того, что это правда, вам она не нравится. Я снова вас разозлил, но вы задали вопрос, а я вам на него ответил. А вы ответите на мой вопрос? Не отрицаю, так, возможно, даже лучше, но все-таки почему ваше отношение ко мне так сильно изменилось? Итачи приоткрыл рот, но ответа не было, а потребность в нем была катастрофической. - Почему? Потому что интерес я склонен проявлять лишь к тому, кого еще не касался. Ты здесь, потому что твоя теория неверна, и я тоже могу быть человечным, меня растрогали твои слезы, и, видимо, я все-таки умею жалеть. Саске поднялся с места, бросив взгляд на поднос, что стоял на столе. Небольшая пироженка была полностью развалена и почти доедена. Улыбка отразилась на лице Саске. - Это первый раз, когда я готовил кому-то десерт. Зная ваш изысканный вкус, я сочту за комплимент тот факт, что вы все-таки не пренебрегли угощением. Саске поклонился и вышел из гостиной, оставив Итачи одного. «Мальчишка»… Откуда у него ответы на те вопросы, которые Итачи не в состоянии задать, и откуда у него смелость говорить об этом в лицо? Зачем он сказал про пирожное? Странно, но от этого почему-то затошнило, хотя десерт был вкусным. А ведь у всех началась нормальная жизнь, и только ему, Итачи, с каждой минутой становилось все хуже. ------------------------------------------------------------ Комм. Автора – Саске его уделал. Лол.