Чертово место.

Только я с опаской перешагнула порог пятифановской гостиной, как меня резко прижали к стене за дверью, порывисто схватив за горло грубой, мозолистой ладонью, отчего я закашлялась. Не каждый день, знаете ли, меня за глотку хватают и к стене жмут. На это паскудное действие спина отозвалась резкой болью в пояснице и лопатках. На бордовый ковёр рассыпалась пара печеньев из миски, которые мне заботливо передала теть Лена, ибо не дай боже её сыночек окажется голодным. –Ты, мразота, за каким хером ко мне домой приперлась?! –прорычал Пятифан сквозь плотно сомкнутые зубы, обдавая меня смрадом ранее выкуренных сигарет и еловых веток из своего рта. Но помимо запаха табака также не пропал запах женских духов и мужского одеколона. Если второе я могла спокойно объяснить, то женский парфюм… Но ясно одно, что это не духи теть Лены, ибо когда я заходила от неё пахло совсем иным. В полнейшем недоумении от такого резкого напора, я смотрела на избитую харю живодера, испуганно хлопая глазами. Вроде бы держит не крепко, но воздуха уже не хватает.  Рот беспомощно открывается в попытке схватить кислород, как рыба выброшенная на сушу. Мой взгляд, насколько мог, пробежался по его телу буквально за десятую долю секунды. Я смотрю, Ромочка, у тебя даже одежда отчасти нормальная в гардеробе имеется. Старый, поношенный и вонючий спортивный костюм, Роман (или вас предпочтительнее называть Ромаша?) решил  сменить на идентичный со мной свитер «Boys team» зелёной расцветки и чуть потертые светлые джинсы. Возвращаясь обратно, мои глаза ненароком остановились на его шее. Боже, лучше бы они это не делали. Там красовалось весьма заметное бордово-фиолетовое пятно, которое под воротником олимпийки не было настолько заметно. Первой мыслью было, что его просто-напросто туда ударили, но, сопоставив это с запахом чужих женских духов… Господи, какая же все-таки это мерзость. Так и хочется задать не особо приятный вопрос: «Неужто тебя так друзья разукрасили?» или «Своеобразные у твоих товарищах предпочтения о наказаниях, Пятифан.» Это насколько же девочка отчаилась, что с этим необразованным идиотом, да по своему желанию. Какой же конченой мазохисткой нужно быть чтобы пойти на такое? Интересно, это несчастная с нами в одном классе учится? Хочется ей лично выразить сожаление и чисто по-женски поддержать.–Ты откуда знаешь, где я живу, паскуда?! Следила за мной? –Заняться мне больше нехер, как за таким идиотом следить–я буркнула слова себе под нос, но живодер их отчётливо услышал. –Язык прикуси, пока я его тебе не вырвал, –встретившись с глазами живодера, я молча пялилась на него, не говоря ни слова, ещё перед таким уродом мне оправдываться осталось.–Я смарю, ты на себя че-то много брать начала. Не прихуела ли случаем? — Как бы я не пыталась казаться хладнокровнее, непоколебимее и бесстрашный, в глубине души я знала, что не могу произнести ни слова от сильного шока и страха. Настолько серьёзные разборки у меня происходят в первый раз в жизни. Ты думаешь, что он не увидит твои огромные от испуга глаза? Само собой Пятифан это заметит. В таком случае ты точно станешь более уязвимой и лёгкой для него добычей. Продолжая с большим трудом вдыхать поступавший воздух в легкие, я перевёла взгляд на застеленный ковром пол–И хули ты молчишь, а?! Сразу такая тихая… Ясен хуй ты тихой будешь, здесь же спрятаться негде. Че, и не борзая уже? — Живодер хрипло рассмеялся, немного расслабляя руку, которой я была пригвоздена к стене. Все нутро выжигает невыносимая обида. Этот придурок первым начал идиотизм с фотографиями, а виноватой осталась я, только потому, что просто смогла заступиться за себя. Даже сбежать не могу, приходится терпеть это унижение. Первые несколько секунд пыталась вырваться, но бестолку. Живодер лишь посильнее сдавил мою глотку. Приходится смиренно стоять и ждать, когда же окончится эта клоунада.–А теперь повтори, как меня называла седня с утра. Я сказал повтори, сука. НЕ БЕСИ МЕНЯ, ОТВЕЧАЙ Я СКАЗАЛ! –Пятифан зашипел своим прокуренным голосом мне в лицо, сдавливая свои когти на моей шее. Куда ещё сильнее-то?! Сейчас ведь задохнусь, боже. Он словно хотел вдавить меня в ледяную стену, дабы я больше не раздражала его своим бесполезным существованием.  Ещё каждая мразота будет меня своими вонючими ручищами хватать, да последними словами оскорблять. Наконец-то вспомнив, что у меня тоже как бы имеются руку, я кинула миску с печеньем на край старого дивана с спавшим покрывалом и моментально вцепилась ногтями в пятифановское запястье, оставляя после себя маленькие белые полоски. Были бы длинные, давно всю рожу этому выродку в кровь расцарапала. Я старалась со всей имеющийся у меня силой надавить на его избитые костяшки, но он лишь чуть слышно шикнул от боли и поморщился. Пришлось перестать разглядывать узоры на цветастом красном ковре и найти силы взглянуть в чёрные, от неконтролируемой ненависти и отвращения ко мне, зрачки своего мучителя. Ромка пялился на меня  остекленевшими от злобы глазами сверху вниз с сильно поднятыми бровями, отчего я чувствовала себя ещё в большей опасности. Челюсть сжата, а крылья носа то и дело раздуваются как у дикого зверя. Он рассматривает каждый сантиметр моего лица с таким видом, будто перед его глазами самое отвратительное существо, которое только можно встретить в этом мире. Вот его взгляд встретился с моим, отчего глаза живодера презрительно сущурились, а губы скривились от омерзения. Неужели я настолько противная? На меня с такой ненавистью и брезгливостью ещё никто не смотрел… Нет, ты совершенно нормальная, просто Пятифан таким способом пытается сделать из тебя запуганную жертву, чтобы показать полное доминирование и потешить свое эго. Не ведись. Он действует по такой смене из раза в раз и ждёт от тебя полного смирения, страха и подчинения. Темные глаза безразлично скользнули к носу, к родинке над губой, остановились ненадолго на бровях, видимо, рассматривал шрам, который я получила ещё в детские годы. –Руки убери, –я сдавила челюсть, только бы не заплакать. До слез обидно за своё паршивое положение. Господи, как до этого вообще можно докатиться? Я же домашний спокойный ребёнок, которому чужды все эти подростковые разборки. В моем круге общения всегда находились только схожие со мной по интересам и поведению люди, а с такими уродами как Пятифан мы даже взглядами не пересекалась, не то чтобы как-либо контактировать. Как я могла подумать, что когда-то меня будет зажимать в углу за глотку местный гопник, дабы я ответила, почему же унизительно окрестила его пернатым.–Я тебе не собака команды выполнять. –А кто же ты ещё? Самая настоящая шавка–голос так и кишит надменностью, брезгливостью и даже некой жалостью ко мне. Как я до сих пор не сломалась и не зарыдала-загадка. В дальнем углу дома послышался радостный смех матери и заливистое причитание теть Лены. Как же я хочу сейчас быть там, а не выслушивать весь этот поток дерьма, направленный в мою сторону.–Самая настоящая сука, которая заслужила такое обращение. И вообще должна мне спасибо сказать, что я такой добрый сегодня, тебе досталось самое простое, что я хотел с тобой сделать. Оказывается я ещё осталась виноватой. Заслужила, чтобы меня за горло к стене прижимали. Так ещё должна его благодарностями одаривать. Будь я на безопасной территории, такими ласковым словами побеседовать бы с Пятифаном, что «опущенный петух» показался бы комплиментов. Придется смириться и продолжать терпеть упрёки этого ничтожества. –Это твой Тоха меня к дому потащил. Видите ли, учебнике он своей подружке понес, –Я почувствовала как напряглись мышцы на его руке. Только бы снова не сжимал глотку. Голова поникла, чтобы живодер не увидел, что мои глаза уже на мокром месте.–Да если бы я знал, что… Нееет, ты на меня смотри, –живодер наконец-то убрал с моей шеи свою избитую в мясо руку, видимо, его стала напрягать моя красная от напряжения и недостатка воздуха харя. Боже, кислород в ту секунду показался мне настолько прекрасным. Я судорожно вздохнула порыв воздуха, резко проникший мне в легкие. Ладони мигом скользнули к шее, только бы он больше не касался меня. Но счастье моё длилось недолго, буквально меньше секунды. Пятифан жёстко схватил меня за подбородок, заставляя через нехотя посмотреть на него. Представляю, насколько странно со стороны это выглядит. Я, держащая одну руку в районе шеи и ключиц, а второй охватывая Пятифановское запястье и он, беспардонно хватающий меня за подбородок. Чувствую себя такой жалкой и ничтожной. –Отвали от меня, –Я начала мотать головой, в попытке отцепить его грязные пальцы от моего лица, но они будто вросли в мою кожу. Пыталась двумя руками поцарапать его тыльной сторону ладони, его запястья, но все бестолку. За это он сжал мои щеки до боли, не обращая никакого внимания на тщетные попытки сопротивления, –Убери свои вонючие ручищи, –Лера, какая же ты слабая. Не можешь за себя же постоять. Ничего не сможешь сделать против этого идиота. Спустя ещё несколько секунд упорные вырываний, я просто сдалась. А что мне ещё остаётся? Все равно ничего не смогу сделать, как бы не пыталась. Чувствую к себе ещё бóльшее отвращение, нежели Пятифан. Хер с ним, будь что будет. Просто смирись. С тихим вздохом, руки, немного подрагивая безвольно повисли вдоль тела, а голова рефлекторно чуть поднялась, взглянуть на эту поганую рожу в очередной раз. Как же болит и ноет шея, просто невыносимо. Не удивлюсь, если на ней останутся следы его лап. И вся эта херота происходит из-за несчастных фотографий. Да пусть эта тварь подавится ими. Тупое животное. Живодер осмотрел на меня с едкой ухмылкой. Он добился своего. Он смог сломать меня.–Нехер было языком хуйню про меня молоть. Ты, шалава, не на того нарвалась. Сидела молча, осталась бы целочкой. В городе у себя пизди че хочешь, а тут ты никто.–Он наконец-то убрал свои вонючие ручищи и немного присел, отчего оказался на моем уровне. Я скривилась от отвращения. Его нахальная харя подвинулась очень близко ко мне, нас разделяют буквально ничтожные 15 сантиметров. Меня не покидает жгучее желание смачно харкнуть ему в физиономию, но чувствую, что за это моментально получу коленом в живот. Придётся играть по его правилам. Терпеливо выполнять все то, что хочет от меня Пятифан.–Знаешь, что за это я бы с пацаном сделал? От тебя, суки, живого места бы не осталось. Я бы тебя так отпиздил, мать родная не узнала.–Ромка не отводил взгляд ни на секунду, в то время как я старалась избегать с ним зрительного контакта. Как же я ненавижу этого ублюдка. В голове возникла эта идиотская сцена из кухни. Какой же лицемеры тупой идиот–Вот только ещё раз увижу, выебываться на меня будешь, мразь, отвечаю, времени не пожалею, по всем школьным толчкам тебя шмару протащу, –Ромка буквально окружил меня со всех сторон. Он искусно давит на потенциальную жертву. Какой же мерзкий. Мои губы затряслись то ли от злости, то ли от обиды. Господи, как же хочется заплакать, но нельзя. Забудь про это раз и навсегда. Даже если закричу, меня скорее всего не услышат в первый раз, а второй сделать уже не успею. Тем более зал же находится на другом конце дома от  кухни, так эта паскуда ещё врубил телевизор на всю. Подготовился заранее, гад. Такой сильный страх я ощущаю второй раз за сегодняшний день. Сердце буквально сейчас выпрыгнет. Все тело трясет как в припадке. Ощущение, что я сейчас задохнусь. Именно этого живодер и добивался, именно такой реакции. Даже за себя стыдно, ей богу стыдно. Воздуха не хватает. Глаза мечутся к каждой вещи в поиске помощи, может быть какую-нибудь вазу об его башку разобью. Но как назло ничего под рукой нет. За те несчастные десять минут, что я продолжала сидеть на безопасной территории, мой мозг успел обдумать множество вариантов такого развития событий. Одной из них была как раз эта ситуация. Я несколько раз прокручивала в голове наш полный диалог, но именно сейчас все будто вылетело из головы. На ум совершенно ничего не идёт. Пустота.  Зачем я только ушла из кухни? Отсидела бы там часок другой на спокойной и безопасной территории, а после преспокойно ретировалась домой. Само собой в школе мне бы пришлось отвечать за это. Но от своих слов отказываться я не собираюсь. Сказала-отвечаю. –Что тебе от меня надо вообще? –процедила я дрожащим голосом, смотря в глаза Ромке. Мое лицо старалось как можно дальше отдалиться от него, дабы не чувствовать этот противный смрад сигарет, тошнотворного одеколона и ещё множества противных запахов, свойственных такому раздолбаю как Пятифан. –Че мне надо?! Да чтоб ты за свои слова отвечала, а не поджав хвост домой прятаться бежала, –карие глаза живодера презрительно сузились, а губы скривились от моих слов, словно перед ним находилось что-то действительно  мерзкое и отвратительное. –Просто отвали от меня, ты не представляешь насколько я устала от тебя и твоих выходок–как бы я не противилась по щеке предательски скатилась слеза. Мерзость.–Ты меня просто заебал, Пятифан, как самая поганая собака мне надоел.–я выплевывала каждое слово с такой ненавистью и желчью, которую сама от себя не ожидала. Мой взгляд неотрывно следил за реакцией и действиями Пятифана. Эффект от сказанные слов не заставил себя долго ждать. Живодер живо разошелся от моих нелестных высказываний в его адрес. На шее тотчас появилась маленькая синяя венка, видимо, смогла серьезно задеть. Он рывком схватил меня за край ворота свитера и чуть накрутить себе на руку, создавая звук рвущейся ткани. Пятифан только хотел сказать какую-нибудь очередную гадость в мой адрес, но не успел–Я ведь знаю, что ты так просто от меня не отстанешь… Че мне сделать, чтобы это унижение закончилось, и ты отъебался от меня раз и навсегда? Секунд пять продолжалась звенящая, оглушающая тишина. В моей голове пронеслись миллион мыслей, что же будет в следующий момент. Живодер ждал этого момента. Он наслаждается, как смог сломать такую, на его первый взгляд, борзую и наглую городскую девчонку, коей я не являюсь. На потрескавшихся, обветренных губах как всегда возникла ехидная усмешка, он добился своего.Такие люди как он добиваются высот во всех областях. Потому что он пойдёт на все ради цели, буквально на все. А таким как я лишь остаётся, что пресмыкаться да беспрекословно выполнять их просьбы и поручения. –На коленях вымаливать прощение у меня будешь–отодвинувшись несколькими секундами ранее, Пятифан резко убрал руку с моего свитера и отошёл примерно на полметраметра. –Ты легко отделалась, не то что твой Антошка тогда, можно сказать тебе одолжение делаю. Я бы посмотрел, как он маску с харчком на свою морду натянул.–Парень убрал одну руку в карман и сел на край дивана, закидывая в рот сразу пару печеньев–Учти, был бы кто другой, как свинь… Бабурин например, не удивлюсь, если бы тебя толчки сельские вылизывать заставили,–Живодер поправил спутанные волосы своими грязными ногтями, с интересом следя за моей реакцией. Чего? Может быть я где-то ударилась головой? Какой блять прощение, какие колени, что вообще происходит? Или может он меня конкретно так башкой приложил и мне все это снится? Точно. Скорее всего –Ты серьёзно? –Абсолютно–Парень сказал это таким тоном, словно разговаривал с ребёнком и глаголил ему настолько простую истину, которую просто стыдно не понимать. Он перевёл свой надменный взгляд на избитые костяшки и легонько провел по ним пальцами здоровой руки. –Ну ты же…ты же понимаешь, что я не буду это делать.–я замотался головой, переваривая такой сумбурный поток информации.–Это же унижение. Я п-просто не смогу. –Не сможешь, так не сможешь, –Ромка отвернулся от меня подбирая с дивана пульт–по-хорошему не хочешь, значит будет по-плохому. Воспользовавшись, тем что живодер отвлёкся, я рывком рванула в сторону двери. Мне бы только добежать до кухни, а там спасение. Но меня резко швырнули обратно в стену, будто какую-то ненужную вещь. –И куда ты собралась? –руки Пятифана оказались по две стороны от моей головы, полностью перекрывая путь. В его глазах пылает ненависть и ярость. –Я не буду делать это дерьмо, –Я тихо потирала рукой ноющую поясницу, пялясь на парня как одичавший и загнный в ловушку зверёк, –Лучше избей как Тоху, только отстань от меня. Я уже не могу на твою харю смотреть.–Невыносимо жалко себя, чем я все это заслужила? –Хочешь, прямо сейчас въеби. Я матери скажу, что просто упала. Про тебя не заикнусь вообще. Только отъебись от меня, –Ощущение, словно рука Пятифана повторно очутилась на моей шее. Глотку будто сжимает невидимая рука, не давая мне вдохнуть полной грудью и заставляя задыхаться от собственного злости и слез. Несколько секунд он обдумывал мои слова, но в итоге подытожил: –Не можешь, значит, извиняться… Но зато очень хочешь чтобы я тебя отпиздил? По-человечески, получается, тебе не нравится. Ну хорошо. Въебать, так въебать, если сама же просишь.–излюбленным действием горловина моего свитера оказалась накрученной на его руку, а избитая рука замахнулась для нанесения первого удара. От этого действия я вся съежилась в этом несчастном углу. Глаза зажмурились сами собой. Я уже не помню который раз за день ощущаю себя панически напуганной. Все ещё чувствую не полностью высохшую дорожку от единственной слезы, которая прокатилась по щеке. Ну ничего, я  стерплю… Зато потом может быть он наконец-то отвалит и в моей жизни станет на одну проблему меньше. Я ждала две, три, пять, десять секунд, но удара не происходило. С большим трудом я смогла посмотреть на своего мучителя. –Какая же ты жалкая и слабая–живодер говорил спокойный тоном, немного растягивая слоги. Рука, до этого замахнувшаяся для удара, оказалась в кармане джинс–Неужели все девки в городах такие тупые идиотки? Или ты у нас исключение из всех правил? Че за дерьмо он извергает из своего рта? Что тут вообще происходит? –И че ты не бьешь? –покрасневшие от негодования глаза остановились на Ромке. –До такой швали как ты дотрагиваться лишний раз противно, не то, что бить. Да и вообще ты невзрачная. Ни рожей, ни кожей не вышла. Ни сисек, ни жопы. А ебало это вообще отдельная тема, я тут могу долго говори… –Если бить не хочешь, че тебе тогда надо вообще?! Отпусти меня, зачем ты меня держишь?! –я начала вырываться как ненормальная. Минут 5 так точно, я стою в углу, зажатая этим выблядком и для чего? Чтобы в конце концов он обосрал мою внешность и тело?! Мы же никак не обсудили нашу ссору и не пришли к выводу, который будет удовлетворять нас обоих. Этот человек реально ненормальный. –Не наигрался ещё, вот и держу.–Вдруг у него в  руке оказалась бабочка. Отточенным, ловким движением он раскрыл нож прямо перед моим носом. Немного притихнув, я начала брыкаться ещё сильнее, стараясь вырваться из его мёртвой хватки–Успокойся, а то больно будет. Нет, я все понимаю, но бабочка это уже слишком. Он че совсем охерел? Я конечно многое могу стерпеть и понять, но чтобы ещё эта гнида меня ножом своим запугивала. Не наигрался он ещё… Я что игрушка  какая чтобы он тешил мной свое эго?! Живодер же неадекватный, прирежет и все равно будет. Не, не, не, такую учесть себе я не хочу. Только вот что мне сделать? Попробовать убежать? Пока его руки были на не мне, я попыталась ещё раз сбежать в сторону коридора. Но меня в тот же момент повторно кинули в стену. –Я щас заору, Пятифан, –руки с растопыренными пальцами уперлись в грудь Ромки, не подпуская его ближе. Его рука так и продолжала наматывать на кулак мой бедный свитер, в последствии растягивая его горловину.–Сюда же сразу прибежит моя мать и теть… –Как ты меня уже заебала со своим нытьем, –живодер театрально закатил глаза и цокнул языком. В тот же момент, он отпустил свитер и накрыл своей грязной рукой мой рот–Я сказал заткнись, не беси меня. Ну это уже невыносимая наглость. Чтобы так со мной обращались! Он че совсем охренел. –Ай, блять, –переборов свое отвращение и брезгливость я с силой укусила его руку. Пятифан дёрнулся от меня как ошпаренный. На пол с металлическим лязгом упал открытый нож. По его удивлённой физиономии прекрасно видно, насколько он не ожидал случившегося.–Сама напросилась, тварь, –в тот же момент я заметила руку, летящую для удара в мою сторону. Не знаю, откуда у меня настолько быстрая реакция, но она сработала в очень удачный момент. –АААА ТВОЮ МАТЬ СУКА– живодер согнулся на две части после моего меткого и тяжёлого удара ему между ног. А теперь нужно бежать, бежать и не оглядываться. Убегать как крыса, как шавка, только как можно дальше от этого ненормального. Он же полный неадекват, ему место в психическом диспансере, а не в обществе с нормальными людьми. –СВОЛОЧЬ, ПОЙМАЮ-УРОЮ, ПАДЛА–под шипение  живодера я рванула к дальнему креслу, около которого на стенке стояла увесистая миска из хрусталя. Пришлось бежать через диван, ибо остальные пути к спасению преграждал этот урод, трясущийся в болезненных конвульсиях. Я вскочила на диван, и оттолкнув от себя этого недочеловека, хотела на коленках быстро переползти хотя бы до середины, а там уже меньше метра до заветной спасительной посуды. Под ногами захрустели несколько печеньев, пустая миска упала на пол. Но тут меня резко за ногу схватила тяжёлая рука и потянула назад, отчего я сильно стукнулась коленкой о деревянный подлокотник. Машинально обернувшись я увидела перекошенной от боли красное, пыхтящее злобой, хлебало Ромки. –Я ЖЕ ТЕБЯ УБЬЮ, МРАЗЯТИНА! –Он схватил второй рукой меня за щиколотку и повторный раз потянул на себя, стараясь скинуть с дивана. Ему даже удалось стянуть край моих джинс, из-за чего сразу же показались колготки. «Ага, много хочешь» –Да пошёл ты, –я начала вырывать изо всех сил, пока живодер успел притянуть меня уже до уровня колен к себе. Я  несколько раз наугад махнула отчасти работающей  конечностью куда придётся, что давалось намного труднее из-за нескольких слоев тёплой одежды. Но вдруг почувствовала, что попала пяткой точно в цель. Конечно, в моих планах было только отцепить Пятифана от своей ноги, а не бить его в очередной раз. Ну и к лучшему, будет знать к кому лезть точно не нужно. –АЙ ГЛАЗ–Пятифан старался не взвыть на всю комнату, держась за ушибленный глаз. Видимо, сила, с которой был произведён удар оказалось немалой. Но, не теряя времени, я бросилась прочь от дивана, стараясь как можно меньше наступать на ушибленную ногу. В мою сторону сыпались такие слова, которые я за свою жизнь ещё не слышала даже от отца и его пьяных собутыльников. Надо запомнить некоторые пожалуй. Спустя секунду я наконец-то плюхнулась на кресло, не в силах отдышаться от таких действий. Ромка бросился ко мне как дикое животное бросается на добычу. –Отойди, а не то, я тебе череп этой херней проломлю–я с ногами залезла в кресло, попутно сжимая в руках глубокую тарелку. Готова поклясться, что Пятифан кинулся бы на меня, не обращая внимание на моё «оружие», но ему сейчас было настолько больно, что он с трудом мог передвигаться и видел всего одним глазом. –Ходи и оглядывайся, мразь, чтобы никакой кирпич тебе в башку не прилетел–Этот взгляд я запомню на всю жизнь. Так на меня даже отец во время белой горячки не смотрел. Даже не знаю как это вообще можно описать. Ненависть, злость, превосходство, отвращение и разочарование. Все это лишь 10, если не 20 часть всех эмоций, скрывавшихся за его взглядом. Пятифан подошёл к креслу ещё ближе, между нами оставалось буквально меньше метра–В понедельник лучше в школу не приходить. Пизда тебе–и тут он в меня просто-напросто плюнул, показав этим все пренебрежение ко мне. Я даже забыла как дышать за это время. Да, такие унижения как сегодня в моей жизни происходят в первый раз. И дай боже последний. –Вот же пидор–Живодер услышал мои слова, но решив, что достаточно отомстил мне за сегодня поплелся как побитая собака к себе в комнату. Меня не покидает желание запустить ему в макушку хрустальную миску.