Белокрыльник

Уговаривать Минхо–самая наихудшая вещь, которая может прийти вам в голову. Особенно если необходимо отправить какого-то сосунка на другой конец города, где живут его якобы родственники. Сколько не пытались Феликс с Чанбином, результат был одинаковый. —Я не собираюсь этого идиота сопровождать–говорил Ликс, передразнивая своего друга, попутно кладя в рот очередной лист салата. Джисон лишь продолжал возить вилку по фарфоровой посуде, задевая при этом кусочки некого салата «Цезарь». На столе было ещё пару блюд из картошки и мяса, но есть совершенного не хотелось. Хан оторвал глаза от тарелки и посмотрел на пустующий стул, на который так никто и не сел спустя 20 минут от начала ужина. Примерно неделю он проживает в этом доме и примерно неделю он не может от сюда уйти. Но бабушка с дедушкой не вечные, время тоже. Ему нужно уже быть там, а не прохлаждаться и доедать салат, который ты ненавидишь. Поэтому Хан встаёт из-за стола, благодарит за ужин и выходит на улицу, чтобы снова обдумать план действий. Завтрашнее утро будет последним пребыванием в доме этих замечательных, великолепных людей. Они правда оберегали его, но нужно уходить. Джисон правда не сказал им об этом, однако ничего не случится если он скажет завтра, правда?

***

Минхо, помимо, любованиями на закаты, любил проводить время на свалке металлолома, особенно вечером, особенно сейчас. За неделю он успел восстановится, правда не полностью. Шрам на виске точно останется, благодаря острому камню на который он приземлился в тот вечер. Сейчас, сидя на одной из заброшенных машин Ли смотрел на поле мусора, освещённое лунным светом, в то время как на горизонте прорисовывались жилые дома с выключенным светом. —Люди ложатся спать довольно рано–сказал Джисон, взбираясь на старый неработающий автомобиль и подсаживаясь к парню. Минхо ничего не ответил, даже взгляда не перевёл, продолжая смотреть на дома и блуждать в своих мыслях. —Даже ничего не ответишь мне? —Они умерли —Что?–Джисон посмотрел на Ли. —В том районе проживают одни старики, их давно нет в живых–Минхо вздохнул и закрыл глаза на несколько секунд, переходя в положение лёжа. Хан больше не смотрел на парня, он устремил взгляд на большой, серый шар на небе. Таинственная луна, окутанная пеленой приближающегося тумана, создавала атмосферу одиночества и некого спокойствия. —Я не буду твоим спутником —Ты не обязан–Джисон опустил голову и смотрел на свои колени,–а я не настаиваю Минхо лежал с закрытыми глазами и видимо притворялся мёртвым, дабы не отвечать Джисону. Но он не просил и, видимо, даже не надеялся. Зачем Хан пришёл сюда и завёл этот разговор? Что он хотел? Вероятно, просто составить компанию, которая Ли не нужна. Они не нуждаются друг в друге, но, они неплохо справляются с образованием тишины. Если бы было соревнование «Нет звука лучше, чем тишина», эта команда бы выиграла. Нет, выиграл лишь Минхо, потому что Хан решил поговорить. —Дедушка всегда был со мной рядом. В трудные времена он оказывал мне поддержку, обнимал и целовал в лоб, если этого требовалось. Я всегда был и буду благодарен ему за эту заботу. «Если ты не можешь изменить ситуацию, то просто переступи через нее и иди дальше»–так он говорил мне каждую ночь. Будучи подростком, меня эта фраза мотивировала, и сейчас…–он выдохнул воздух воспоминаний, наполняя лёгкие новой порцией,–Я верю этим словам. Я хочу верить в то, что смогу их вывести из этого ада. Я не могу изменить ситуацию, но могу спасти дорогих мне людей пока продолжаю дышать—горло предательски стало тяжёлым, такое бывает, когда пытаешься сдержать слёзы. Правда у Джисона это не получалось, солёные капли сползли по холодному от воздуха лицу. Но их сразу не стало, парень стёр эти остатки позора, надеясь на то что Минхо их не увидел. Но он видел. На протяжении секунд так 5, Ли уже наблюдает за этим парнем в сидячем состоянии не открывая глаз. Можно подумать, что ему понравился этот грустный монолог, но, нет. Ему не нужны от этого «эгоиста» сладкие речи, не нужны эти слёзы, которые так старается спрятать парень. Просто, это успокаивает. Мысль, что ты не одинок. Просто не одинок в этом огромном мире. Что есть люди, которые продолжают бороться за своих родных, близких. Что у них всё ещё есть надежда что они будут жить. Та самая надежда, которую потерял Минхо. Те потерянные души, что продолжают слепо верить в какую-то надежду, ничего для этого не делают. Они текут по одной реке не в силах остановиться или найти другой путь. Но этот паренёк старается превратить надежду в реальность. Это ощущается, словно у тебя есть маленький домик, куда тебе хочется вернуться, когда тебе плохо или очень хорошо. —Извини ещё раз за пистолет–Джисон начал слезать с дряхлого механизма–Не засиживайся допоздна, заболеешь–с этими словами, он покинул свалку. В голове, до самого утра, остался этот обычный и необычный одновременно вечер у обоих.

***

Медленно начинает светать. Солнечные лучи пробиваются с востока сквозь облака, слегка рассеивая тьму. Небо становится серым и постепенно светлеет, оставляя на другой стороне всё ещё темноватые и густые тона. Июньский туман окутывает зелёную траву, а воздух будто становится чище. Хочется прожить это утро ещё раз. Хан отворачивает взгляд от окна и смотрит на письмо, которое не может написать. Трудно излагать свои мысли в письменном виде. Для многих это наилучший вариант признания, если боишься сказать на прямую. И он боится писать. Боится ошибиться и сказать не то, что чувствует. Боится, что его не поймут и начнут искать, тем самым подвергая себя опасности. Однако выбора уже нет, он ещё давно решил уйти от сюда. Нужно писать письмо.

«Передаю привет всем, кто читает эту записку. Простите, если вы не нашли меня утром и простите что вам пришлось найти это прощальное письмо. Здесь я хочу сказать вам, что я ушёл. Мне давно пора уходить, и я не должен был оставаться у вас. Но я благодарен за вашу помощь. Феликс. Спасибо что выслушал и напоил меня чаем. Твои пластыри с рисунком цыплёнка я надолго запомню, они правда, как ты и говорил, вылечили меня за несколько секунд. Спасибо что накормил меня самыми вкусными булочками. Благодаря им, Хан сто процентов набрался в весе. Я сдержу обещание. Я не умру. Ты самый лучший человек, не забывай об этом. Чанбин. Спасибо, что на протяжении недели тренировал и помогал мне. Я буду помнить и защищаться так, как ты мне показывал. Надеюсь, что не встречусь с врагом, а если всё-таки это случится, то выиграю уж точно и мы сравняем счёты. Защищай Феликса. Вы отличная пара. Минхо. За эту неделю мы не особо взаимодействовали, но я тоже тебе благодарен. Ты остаёшься хорошим человеком, не смотря на нашу ссору. Надеюсь, ты простишь меня за пистолет? (наверное, я надоел тебе об этом напоминать) Когда весь этот апокалипсис кончится, мы с вами встретимся, правда? Я не умру, я дал обещание. Надеюсь, вы дадите мне обещание что мы встретимся. Спасибо ещё раз. Вы хорошие люди, а быть хорошим человеком — это искусство. Хан Джисон»

Он отложил ручку, сложил в 4 раза бумагу и положил на один из столиков обслуживания. Парень вздохнул, взял рюкзак и вышел из пекарни, направляясь в далёкую неизвестность. Но не успел он пройти и 10 метров, как из глаз полились слёзы. Он пытался не кричать, не издавать звуков, но предательские всхлипы и стоны всё-таки были слышны. Ему слишком были дороги эти люди. Хан слишком сильно привязался к ним. Простите, но мне нужно уйти…

***

06:03

Феликс просыпается от надоедливого будильника. Когда ни будь в голову точно придёт мысль о том, чтобы ложится спать раньше. Особенно тогда, когда на следующий день нужно идти на работу. Парень выключает противный звук и поворачивается обратно к Чанбину, зарываясь в его изгиб шеи, обнимая при этом своей правой рукой и ногой. От тёплого дыхания пошли мурашки, отчего Со недовольно пробурчал (лёжа на спине), накрывая голову Ли одеялом и отворачиваясь в левую сторону. Если это война, проигрыша не будет. Феликс притянул соулмейта обратно к себе, обнимая двумя руками и ногами спортивное тело, снова зарываясь, на этот раз в затылок. —Ликс~ Хватит–спина рассыпалась тысячами мурашек от чего парень вздрогнул. —Дай поспать 5 минут…–Феликс оставляет лёгкий поцелуй и зарывается сильнее. Поначалу Чанбин не сопротивлялся, позволяя поспать заветные минуты, но после того как увидев на часах 06:10, начал ёрзать, пытаясь не только разбудить своего парня, но и самому встать. —Солнышко, нам нужно вставать. —Я не хочу, давай поспим ещё, пожалу- –громкий звук, раздавшийся точно с первого этажа, заставил замолчать Ликса. Чанбин напрягся, а Феликс перестал обнимать его. Несколько секунд они молчали, переваривая неожиданную информацию о том, что кто-то мог проникнуть. Но этот вариант сразу же отпал: они закрывали все двери, выходящие на улицу, когда наступила ночь, а ключ, хранился внутри дома. Соответственно их могли забрать либо Минхо, либо Джисон. Но никто вчера не говорил, что рано утром будет куда-то направляться. Что-то тут не чисто. —Я проверю–сказал Чанбин и принялся надевать джинсы с футболкой. Феликс приподнялся и пожелал удачи, наблюдая как широкая спина спускается по лестнице. После того как ушёл Чанбин, звуков не было. Даже спустя 10 минут никто не поднялся, чтобы сказать, что произошло. Феликс больше ждать не стал, сам оделся и спустился на 1 этаж. Сначала он искал парня, но после того как нашёл его во дворе, принялся разыскивать двух друзей, которые к слову тоже должны были проснуться в 6 утра. Не найдя их в своих комнатах Ли спустился на кухню чтобы посмотреть ключи. К сожалению, на привычном гвозде их не было. —Надеюсь, они не ушли далеко–Ликс закрыл дверцу маленького шкафчика, висевшего около входа на кухню и посмотрел на входную дверь. Парень надеялся, что у них есть мозги и эти двое не пошли в лес за новыми дровами в самую рань. Хотя, даже если и пошли, должны были предупредить или оставить записку на всякий случай. Феликс невзначай осматривает столики и замечает что-то на одном из них. Подойдя поближе, он увидел сложившийся листок бумаги, лежащую рядом ручку и ключи. Кажется, это та самая записка. Чанбин заходит в комнату как раз в тот момент, когда Ликс падает на колени и хватается за рот, роняя мрачное письмо. Парень быстро подбежал к соулмейту, прижал к себе хрупкое и одновременно тяжёлое тело пытаясь успокоить, пока с другой стороны доносились, изначально не планированные горькие всхлипы. —П-письмо...т-там написано…–Феликс правда старался произнести правильно и внятно, но из-за слёз не мог. Родная рука стала перебирать прядки запутавшихся пшеничных волос на затылке, выцеловывая поочерёдно сначала правую, потом левую щёчку. —Успокойся, я рядом–он мельком посмотрел на причину слёз своего солнышка, оставил последний поцелуй на кончике носа и медленно разорвал объятия. Чанбин стал вытирать солёные дорожки с лица Ликса. —О-они ушли…Джисон и Минхо…–Феликс решил сам убрать нескончаемые слёзы, пока его парень читал письмо. Когда весь этот апокалипсис кончится, мы с вами встретимся, правда? Я не умру, я дал обещание. Надеюсь, вы дадите мне обещание что мы встретимся. Спасибо ещё раз. Вы хорошие люди, а быть хорошим человеком — это искусство. Он улыбнулся краешком губ и перевёз взгляд на Ликса. Такого домашнего и непривычного Ликса, которого с самого утра расстроили и довели до горьких слёз. —Минхо пошёл с ним, они не пропадут. Нам остаётся только верить в них и ждать–Со притянул Феликса обратно к себе и поцеловал в лоб, давая понять, что всё будет хорошо.

В конце письма, красовалась новая надпись: «Хан Джисон и Ли Минхо»