толстовка с кальмаром

      расслабленно открывает глаза, выдыхая в шею. случайно тыкается носом в позвонок, улыбается этому, стараясь не разбудить. бросает взгляд за шторы, закрывающие рассвет от глаз. с потеплевшим сердцем позволяет себе снова провалиться в дрему, крепче прижимая к себе своего парня. теперь не отпустит одного гулять под дождем, оставаясь наедине с холодными каплями и каменной брусчаткой. снова позовет в «три чашки в порту», специально предложит морковный торт, заранее ожидая услышать отказ, в попытках поднять настроение. обязательно сводит на алькор, покажет океан и ветер свободы. никогда не отпустит руку, будет рядом, пока он сам захочет оставаться под этой крышей, пока он сам будет сжимать ладонь в ответ.

***

      доедает последний блинчик, обмакивая в варенье из валяшки, облизывает пальцы. благодарит за завтрак, убирает тарелку в раковину. — что сейчас? предлагаю зайти к твоему отцу, а потом прогуляться, как ты вчера обещал. — в принципе, мне нравится. только вот, зачем именно мы идем к отцу? — хитро прищуривается, глядя чуть ли не с вызовом, и несмотря на это вызывает умиление. — во-первых, потому что ему надо сообщить о твоей смене жительства. и. — неловко запускает руку в волосы, почесывая затылок и слегка краснея. — .и ее причинах. во-вторых, в гильдии, вероятно, накопилось много дел. тебе либо придется остаться там на какое-то время и разобраться с этим всем, или опять брать все сюда. если уж ты остаешься здесь, то тебе придется ходить туда, когда будут появляться дела. в комнате места на двоих хватает едва ли, а на кухне неудобно, так что лучший вариант — работать в твоем кабинете. — даже не поспоришь. ладно, собирайся, пойдем. когда с отцом говорить будем, лучше ничего не добавляй, не знаю, как он отреагирует.       достает все из того же шкафа свои шорты, рубашку с узорчатыми рукавами и накидку, которые не видел уже целую неделю. удивляется, насколько привык к свободной одежде и отвык застегивать пуговицы. бросает короткий взгляд на себя через зеркало на внутренней стороне дверцы, принимает боевую стойку, держа в руках воображаемый меч. остается доволен и улыбается через зеркало сидящему на кровати позади юню. немного позже им действительно стоит продолжить тренировки, за неделю без физических нагрузок он мог и форму растерять.       выходят из дома под шутливое предложение син цю зайти к сян лин погрызть заоблачных перчиков. снова светило солнце, словно архонт ветра специально подгадал, чтобы ни одного облака не появлялось над ними последние несколько дней. шумно возмущаясь, юнь аккуратно берет его за руку, переплетая пальцы.

***

      где-то далеко, за километры от син цю и чун юня в «доле ангелов» кто-то громко чихнул. — никак твои ненаглядные тебя вспоминают? ни стыда, ни совести, даже по утрам уже по барам шастаешь, бродяжка! — ничего я не бродяжка! а, ну так понятно-оо, — качнувшись, падает лицом на стойку и смотрит исподлобья, — у тебя лицо постоянно — ну прям всегда, даже когда мы тебя в фонтане искупать хотели! — как кирпич. вот и ясно, зрение затрудняется! не видишь моего величия сквозь свой кирпииич! — всхлипнув, шумно бьется носом об столешницу. — проваливай. не смей мне здесь буянить. — ну и пойду! ты меня не любишь, а вот кэйушка, солнце, всегда приютит! около выхода оборачивается, обиженно глядя: -я ухожуу! уже ушеел! — катись давай уже.

***

держась за руки, проходят мимо народного выбора, помахав на прощание сян лин, выходят к небольшой площади с фонтаном. из-за столика «трех чашек в порту» слышат немного повышенный голос: — добрый день. — господин чжун ли! вот это да, не ожидал случайно встретить вас, подождите пожалуйста пять минут, я сбегаю за книгой! не хочу задерживать, отдам сразу. — расцепив руки, о чем пожалел уже на бегу, отправился домой перебирать стопки литературы, оставив син цю наедине с мораксом. — вы наконец-то вместе? я рад. — спасибо, господин. да, можно сказать, что мы вместе, хотя мы еще не обсуждали уровень наших отношений на данный момент. — надеюсь, вы проведете свои жизни счастливо. желаю оставаться рядом даже в сложных ситуациях. и да, син цю, перестань краснеть, как закатник. тебе придется привыкнуть, что люди будут смотреть на вас немного по-другому. надеюсь, ты был готов к этому, признавая свои чувства. — он тяжело вздыхает, опуская тяжелую руку на плечо мечника, слегка похлопывая. — тебе не стоит волноваться, вместе у вас все получится. — его лицо озаряет мягкая, еле заметная улыбка, что редко можно заметить. эти молодые ребята, которых он видел еще детьми, бегающими по пристани, были ему словно родные, напоминая о молодости. — смотри, твой юнь-юнь бежит. запыхавшийся чун грозно приближался, помахивая в воздухе томиком «горных бесед». — спасибо вам большое! я все записал, мы обязательно сходим проверить то место! а теперь извините, мы торопимся, пора идти! — по пути вы выглядели просто прогуливающимися. удачи. — спасибо, господин! надеюсь, мы еще встретимся!

***

      по дороге син цю задумался. напутствия чжун ли звучали, как отеческие, напомнив том, куда именно они сейчас идут. судорожно перебирал в голове варианты построения предложений, которые не вызвали бы у отца переживаний, раздражения, или, самое худшее — отвращения. прохладная даже в летнюю жару рука крепко держала его ладонь, придавая уверенности.       проходя по мосту, скинул в воду несколько камешков, подобранных на клумбе, задумчиво наблюдая за их падением. всплеска воды не было слышно за шумом небольшого водопада, но, увидев брызги и ненадолго появившиеся круги, остался удовлетворен и потянул юня дальше. проходя, здороваются с чан шунь и син си, что интересовались самочувствием синеволосого. рассказав любопытным торговкам все, что их интересовало и наконец отвязавшись, дошли все-таки до площади-перекрестка, откуда их заприметил сюй, сразу же паникуя по поводу наплыва бумажной работы в гильдии в преддверии праздника морских фонарей. прервав его, когда сотрудник гильдии уже начал задавать конкретные вопросы по решению проблем, попросил сходить к отцу и передать, что к нему личное дело.       сюй убежал, син цю и чун юнь, не дожидаясь его возвращения, вошли в тяжелые деревянные двери. знакомый полумрак коридоров, освещенных напольными лампами. запах древесины и мягкий ковер грязно-бордового цвета. пройдя вперед, к кабинету чжан цю, застали выскакивающего из дверей сюя, который обливался седьмым потом. он принял подобающее встрече с молодым господином положение и пригласил пару войти.