Звезда

Антон стоял возле главного входа, ожидая половины четвёртого, чтобы зайти в здание, где его должен был провести менеджер некого «Арсения Попова». Сигарета уже потухала, поэтому парень пытался растянуть её на максимально долгий промежуток времени. На левом плече висела довольно тяжелая сумка с фототехникой, светом и зарядками для всего этого. Была ранняя весна и снег монотонно капал с крыши здания, под козырьком которого и стоял Шастун. Он немного переживал насчёт того, как пройдёт фотосессия с человеком, на аккаунте которого свыше 2х миллионов человек. Хоть Антон его ни разу и не видел, но такое большое количество людей, следящих за ним, заставляло задуматься. Менеджер Арсения написал ему пару дней назад, с просьбой устроить фотосессию для медийной личности, а затем скинул аккаунт самой «звезды». Ему так и не удалось понять, что за человек этот Попов и почему он такой популярный, но задавать лишних вопросов не стал, сделав вид что давно его знает. Его больше интересовал вопрос того, почему такая популярная личность хочет фотосессию от него, фотографа с 2000 подписчиков в Инстаграмм и парочкой нормальных сетов? На раздумья времени не осталось, потому что часы уже показали половину четвёртого и Антон поспешил зайти с мороза в тёплое здание. Коридор представлял собой большой концертный зал, как будто бы холл в театре, украшенный очень по богатому в бело-серых тонах, с небольшими серебряными деталями. Парень неуверенно сглотнул обводя взглядом убранство дома. По обе стены от главного входа вились две лестницы, на второй этаж, где прям над холлом возвышался балкон. Не успел парень толком оглядеть помещение, как к нему сразу же подошёл мужчина, на вид ему было около 25, но одет он был очень вызывающе. Обтягивающие чёрные кожаные штаны, будто из БДСМ магазина, портупея и какой то фартук, прикрывающий его голый торс. Первой мыслью было сбежать, если у хозяина этого дома такие требования к прислуге, то чего он попросит от молодого фотографа?  — Здравствуйте, Антон Шастун, верно? — мужчина бережно снял с плеча парня его тяжелую сумку и потянулся к куртке.  — Здравствуйте, да. — Антон немного помог ему с курткой и приступил к ботинкам.  — Меня зовут Макс, я сейчас предупрежу Арсения о том что вы пришли и спущусь за вами. — он повесил куртку парня и направился в сторону лестницы. — Пока можете присесть. Послушав довольно приятного мужчину, Антон уселся в кресло, стоящее недалеко от двери. Немного вытянув отёкшие от долгого стояния на морозе ноги, он пошевелил пальцами на них и потянулся в карман за жвачкой. Хоть он был не очень популярным фотографом, но рамки вежливости и хоть какой-то профессионализм не позволяли ему обслуживать клиента с сигаретным запахом изо рта. Закинув мятную пластинку за щеку, он продолжил осматривать убранство дома. Все было на столько чисто, что казалось что он мог увидеть своё отражение в бликах на полу, на столько он был отполирован. Вскоре на лестнице показался Макс, а затем подошёл к Антону и взяв его сумку, молча пошёл наверх, с лица его не сходила улыбка.  — Арсений Сергеевич, он пришёл. — Макс с легким поклоном зашёл в красиво убранную комнату с большим зеркалом, напротив которого сидел Арсений.  — Мм, Шастун, ты уже пришёл? — мужчина повернулся на своём стуле и уставился на парня, изучая его синими глазами.  — Эм… Ну да, вроде. — немного смутился парень под таким пристальным взглядом.  — Ну что ж, присаживайся, поболтаем немного. — и он указал на кресло, рядом с его столом, за которым он сидел. — Максик, оставь нас пожалуйста. Мужчина без возражений покинул комнату и в ней тут же повисло неловкое молчание. Оба изучали друг друга, Арсений в открытую пялился на нового фотографа, а Антон лишь осторожно рассматривал будущую модель. На Попове было что-то вроде большого халата, алого цвета, с длинным шлейфом и перьями у горла и рукавов. Глаза мужчины были подведены чёрным, углубляя взгляд его синий бездн, а волосы были красиво взъерошены.  — Что ж, я думаю, мы можем сразу переместиться в спальню. — вдоволь насмотревшись на парня в кресле, выдал мужчина и чуть откинутся на своём стуле. — Идём, Тош.  — Арсений Сергеевич, а фотоаппарат брать? — немного смущенный таким предложением спросил Антон, но все же решил поинтересоваться, стоит ли ему таскать всю аппаратуру, если они хотят просто посмотреть локацию.  — Да, поснимаешь меня обнаженным. — и Арсений Сергеевич, не смотря за реакцией парня, направился во вторую дверь в этой комнате, что выходила прямо в спальню. У Антона же не было выбора, как взять все нужное и последовать за мужчиной. Большая кровать, облачённая в чёрное шелковое белье, была главным предметом в комнате и занимала почти все место. Мужчина без раздумий скинул с широких плеч свой халат, ещё не дойдя до спальни, оставаясь в одном лишь нижнем белье, а именно красных трусах, плотно облегающих его… достоинство. Антон на это лишь смущенно отвёл взгляд, не видя как Арсений наслаждается его реакцией. Шастун стал устанавливать в комнате свет, открыл шторы, настроил фокус на камере и нацелился прямо на свою модель, что лежала на кровати и пристально следила за всеми действиями парня. Под тонкой, чуть загорелой кожей перекатывались кубики пресса, а вены, что шли от самой резинки боксеров, буквально перетягивали все внимание на себя, не давая парню сосредоточится на своей работе.  — Нравятся мои вены? — с хитрой ухмылкой спросил мужчина, видимо заметив взгляд Антона.  — Не то чтобы… хм… — решив уйти от неловкой темы, Шастун потянулся к камере и начал фотосессию. — Позируйте как нибудь.  — Как? — все с той же ехидной ухмылкой спросил Арсений.  — Ну там, лягте на бок и положите одну руку под голову, а другую на другой бок. — постарался объяснить Шастун, но мужчина либо намеренно не понимал, либо и вправду парень хреново обьясняет.  — Я не совсем понимаю, Тош, не мог бы ты мне показать? — молящим взглядом попросил мужчина на кровати и Антон раздраженно подошёл к нему.  — Смотрите. — парень лёг на кровать и постарался изобразить нужную позу. — Понятно? — но стоило ему повернуть голову в сторону мужчины, как его губы тут же были взяты в плен. Мужчина целовал умело и жадно, прекрасно понимая чего он хочет и как сделать так, чтобы было приятно и его паре. Мускулистые руки отработанным движением шарили по худощавому телу, нависая сверху. У Антона не было и шанса выбраться из цепкого плена этих горячих ладоней, да и желание отсутствовало. Было ощущение, что стоило ему увидеть Арсения, как он сразу понял, что от него хотят далеко не фотографий. Парень отвечал на мокрые поцелуи мужчины, не зная куда деть длинные руки, что продолжали метаться по телу верхнего, не зная куда им пристроиться. Вскоре на пол полетела футболка Шастуна, повиснув на штативе для света, от чего в комнате стало немного темнее. Попов стал перемещать поцелуи с губ на шею, а затем на ключицы, водя дорожки вокруг эрогенных зон парня, будто полностью изучил их. Покусывая мочку его уха, до мужчины донеслись томные вздохи нижнего и губы его тронула довольная ухмылка. Большие и горячие ладони сжимали торчащие из-под кожи рёбра, оставляя красные отпечатки от пальцев. Мокрая дорожка опускалась все ниже, уже подступая к джинсам, где между ног заметно образовался нехилый выступ, который так и норовил лечь в руку мужчины, но тот сдерживал сам себя. Синие глаза словно море затягивали Антона, что лежал и не мог оторвать взгляда от мужчины. Пусть завтра он пожалеет об этом вечере, но сейчас он хочет запомнить его прикосновения каждой клеточкой своего тела. Осторожно, будто боясь испугать Антона своей настойчивостью, Арсений отодвинул ширинку джинс парня, наблюдая за его реакцией. Парень легонько кивнул и мужчина резким движением сбросил лишнюю ткань, захватив с джинсами и чёрные боксеры, что отлетели куда-то на пол. Мужчина жадно разглядывал приподнятый член Шастуна, что покачивался от напряжения, ещё больше заводя Попова. Плюнув на руку он захватил орган в свою ладонь и поверх вверх, а затем вниз к самому основанию, заставляя его приподняться, а затем и вовсе встать во всю длину. Антон же лишь тяжело дышал, с трепетом наблюдая за каждым действием мужчины, пытаясь понять, как тот, практически ничего не делая, доставляет ему столько удовольствия? Наконец добившись полной фиксации полового органа парня, мужчина медленно стянул с себя боксеры, открывая обзор к своему агрегату, а затем жестом показал Шастуну слезть с кровати. Не ожидав такого резкого поворота событий, Антон продолжал сидеть как сидел, за что сразу же получил. Резко взяв парнишку за волосы, мужчина сам скинул того с кровати, уставив между своих ног на колени. Времени на раздумья не было, ведь ко рту уже подставили пульсирующий орган и Антон осторожно открыл рот, неумело погружая аппарат в горло.  — Только попробуй укусить — тебе же хуже будет. — шепотом, как будто с удовольствием сказал Арсений, от чего Антон сглотнул, чуть не поперхнувшись членом. Девственник в этом плане, Антон ещё не умел брать глубоко, но похоже мужчину это никак не волновало. После пары неглубоких заходов, он сам стал насаживать мальчика на себя, буквально трахая того в рот. Ощущения были не из приятных, по крайней мере со стороны Шастуна, но ему было приятно наблюдать как на него реагирует Арсений Сергеевич. Но больше всего реакции он получил когда мужчина подходил к кульминации. Темп наращивался все больше и больше, и вот уже Арсений пытается отстраниться от мальчика, но тот упорно не отодвигается, дожидаясь пока тепло разольется по горлу. Сглотнув, Шастун с ожиданием похвалы уставился на мужчину, вытирая нижнюю губу от белых остатков.  — Умничка. — только и сказал Попов, помогая парню залезть обратно на кровать. — Прогнись для меня. Теперь уже зная, что возражать и не выполнять поручений нельзя, Антон неуверенно выгнулся в своеобразную кошечку, так, что его таз оказался выше головы. Шастун буквально услышал довольную ухмылку старшего, как тот потянулся к ящику и достал лубрикант. Раздался щелчок, оповещающий об открытии баночки, а в комнате запахло мятой. Предвкушая ментоловую свежесть в районе таза, Антон немного поежился, но легкий поцелуй старшего в плечо заставил его успокоиться. По крайней мере отпустить ситуацию и постараться получать удовольствие. Через мгновение парень почувствовал холодок около своего отверстия, а затем как в него медленно вошли одним пальцем, растягивая неопытного мальчишку. Кулаки парня сжали простынь под ним, давая верхнему понять, что лучше пока не наращивать темп. Подождав пока Антон привыкнет к объекту внутри него, Арсений стал медленно выводить палец, а затем так же протяжно вводить обратно, заставляя ноги нижнего подрагивать от возбуждения. Шастун томно вздыхал с каждым движением мужчины, жадно вдыхая воздух и стараясь по максимуму наполнить им легкие. Вскоре он почувствовал в себе и второй палец, который также принёс с собой холодок. Темп стал постепенно наращиваться, ведь Арсений уже не боялся навредить парню, так как он был достаточно растянут. Через минуту присоединился и третий палец, а Антон ещё сильнее сжал кулаки от удовольствия, что подступало к низу его живота. Но удовольствие накатившее резкой волной, отступило, оставив после себя лишь пустоту и холод внутри. Нижний услышал как раскрывается пакетик и как мужчина раскатывает презерватив по члену. Волнение от предстоящего подступило комом к горлу и парень сглотнул его, словно семя несколько минут назад. Головка члена остановилась у растянутого отверстия Шастуна, ожидая когда её обильно обольют лубрикантом, заставляя ягодицы парня покрыться мурашками от холода. Арсений на это лишь усмехнулся и достаточно резко ввёл головку в парня, тут же получая сладкий стон снизу. Остановившись на этих нескольких сантиметрах, Попов вывел их и вошёл снова, на этот раз чуть глубже и медленнее, давая Тоше привыкнуть к новым ощущениям. Такими темпами они дошли до полной длины и Попов, не привыкший ждать, стал с силой и чувством вдалбливаться в зад парня, иногда оставляя красные следы от своих ладоней на его ягодицах. Антон лишь громко стонал, уткнувшись лицом в подушку и стараясь быть как можно тише, надеясь что их не слышит вся прислуга мужчины. Когда до кульминации обоих оставалось совсем немного, Арсений чуть нагнулся вперёд, взяв рукой за член парня и стал водить по нему снизу вверх. Уже успевший упасть, ствол «проснулся» в предвкушении новых ощущений и готовый извергнуться. Темп наращивался и вскоре не было ничего кроме бесконечных мокрых шлепков, что эхом разносились по комнате, заставляя кровать дрожать и биться спинкой о стену. Вскоре тепло разлилось по руке Арсения, а после и он сам излился в презерватив. Не желая преть в пластике, он снял его и завернув в кулёк выкинул в мусорку возле кровати. Попов улёгся головой на подушки, тяжело дыша и прижав к своей груди Антона, что тихо посапывал, уснув от усталости. В голове парня вертелись лишь две мысли, что донимали его во снах: надеюсь об этом никто не узнаёт и надеюсь я этого никогда не забуду.