Слепой — не значит не полноценный

Ледяная вода сомкнулась над головой. Из-за сильного удара об воду из лёгких вышибает часть воздуха, болотная вода заливается в рефлекторно открывшийся рот. Боже, ну и мерзость! От привкуса тины и гнили начинает тошнить, но, пожалуй, это вообще не главное. Это блять совсем не главное! Меня сейчас тащит под воду непонятная хтонь, которая явно приглашает не просто выпить чаю с печеньками!       Валет, собрав все силы, делает отчаянный рывок, попытка выскользнуть из стальной хватки, хотя бы освободить руки, хотя бы зацепиться за что-нибудь... Что угодно! Коряга, корни, дно. О боги, его уже затащили на дно. Уши закладывает от резкого перепада давления, ощущение, что барабанная перепонка вот-вот лопнет. Драгоценные секунды кислорода, которого в лёгких осталось не так уж и много, тратятся на попытку 'продуть уши', дабы избежать кровотечения раньше времени.       Новая, ещё более отчаянная попытка выбраться на свободу, Вару впивается зубами в щупальце на руке. Снова провал. Во рту остаётся мерзотный вкус тины, гнили и тухлого мяса, а ещё земли, теперь на зубах трещит песок. И.. кажется это разозлило тварь. Она перестает тянуть, валет уже было обрадовался, эта отчаянная, бредовая, попытка увенчалась успехов, снова рывок, гребок руками и ногами...        Воздух, его жалкие остатки, вышибает из лёгких. Щупальца дёргаются и с силой кидают тело о острые камни, они впиваются в спину, руки, затылок, агония заполняет сознание. Он задыхается, лёгкие горят огнём, в горло неконтролируемо заливается вода. Кажется начинает гореть каждая клеточка тела, умоляя о пощаде, о глотке кислорода. Больно так, что даже пошевелится не выходит. Левая рука и вовсе не слушается, где-то в ворохе мыслей, что словно встревоженный улей мелькают в его сознании, проносится предположение о переломе. Как же больно... Сознание медленно угасает, Вару делает ещё пару отчаянных попыток грести к поверхности, но это было заведомо проигрышным вариантом: очки с него слетели ещё при попадании в воду, а без них... Он совершенно не мог понять где верх, а где низ. Разочарование и отчаянье окончательно поглощают его, когда руки.. рука? Упирается в твёрдый грунт, покрытый омерзительным илом. Сознание уплывает в темноту.       Никогда не думал что сдохну вот так вот..       Последняя мысль валета пропитана горечью и желчи, разочарования в себе и жизни. Темнота окончательно поглощает его... На этот раз не та уютная тьма, что всегда была рядом с ним, вокруг него, нет... Эта — вязкая, липкая и холодная, эта — падальщик, а не хищник, эта.. просто мерзкая.

***

      Сознание возвращается резко, рывком, словно на голову вылили ушат холодной воды. Резкий вдох, глубокий настолько, насколько вообще это возможно сейчас. Валет вскакивает, переворачиваясь на бок и пытается откашлится, выкашлять всю воду из лёгких.       Резкий скачок с места очень скоро аукнулся и аукнулся он пиздецки больно. Левая рука повисла плетью вдоль туловища, абсолютно бесполезный кусок плоти, от которого шли целые волны агонии, расползающиеся по телу, от предплечья в плечо, оттуда в шею, голову и виски. На секунду даже потемнело в глазах. Ха-ха.. блять, как смешно. — Су-ка... — шипит юноша сквозь зубы, зажимая здоровой рукой пострадавшую. Пальцы натыкаются на... Кость. Блять, это моя кость торчит!       Острые края, прорезавшие плоть, кожу.. ещё горячие, влажные, наверняка я весь залит кровью.. своей собственной кровью... Вспомнить бы формулу, собрать магию.. слабое зеленоватое свечение исходит от ладони. Залечить хотя бы рану, остановить кровь.. чтобы не привлекла хищников, чтобы... Чтобы остановить заражение, хотя бы попытаться.       Блять, блять, блять... БЛЯТЬ!       Паника накрывает с головой. На глазах собираются крупные капли слёз, мерзко, от себя. И чем же он теперь отличается от тряпки? Страшно... До одури страшно, его трясёт, натурально трясёт, ноги подкашиваются. Он падает на каменный пол пещеры, в коленки впиваются мелкие камушки, неровные участки основной каменной пластины. Темнота, беспомощность.. магии настолько мало, что он не может 'прощупать' ничего дальше расстояния вытянутой руки, а вскоре и даже эта возможность исчезнет и всё... Он останется совсем без ориентира. Нет, конечно же он, блять, мог ориентироваться на звук, запах и вибрацию, всего-то надо скинуть напрочь испорченные и мокрые насквозь сапоги, но... Насколько это вообще реально? Ну ведь все понимают, что местные твари умеют быть очень незаметными, если хотят? А они явно захотят, конечно, тут ведь такой лакомый кусочек: раненный, слабый, от него так соблазнительно пахнет кровью и свежей плотью, деликатес в этом мире гнили и смерти, ах, да ещё и мяско такое нежное... Пальчики оближешь, правда ведь? Он поднимает голову. С губ срывается неконтролируемый всхлип. Вару зажимает рот рукой, кривит губы. Горячие капли скользят по щекам, дрожь становится отчётливее, ноги слабеют. Нельзя, ну пожалуйста, только не сейчас... Можно его накроет позднее? Встать, нужно встать и идти, куда угодно, подальше отсюда, от лужи крови, от места, куда его притащила та тварь... Эта пещера.. в ней есть воздух и кто знает что ещё. Зеленоволосый прикусывает губу, чтобы не заорать.. отпускает свою пострадавшую руку. Слышен треск ткани, плащ.. или то, что от него осталось, разорван, один кусок в зубах, один - в целой руке. Вару сжимает челюсти, так, что жвалки играют на щеках. Осторожно, медленно и аккуратно он подвязывает пострадавшую руку. Она уже опухла, валет старается не думать о том, что возможно её придётся ампутировать в походных условиях, что возможно придётся прижигать рану.. ещё один кусок ткани, тот, что подлиннее, обвязывается вокруг торса и подвязанной руки, закрепляя, чтобы не болталась, чтобы не выпала, чтобы не пострадала ещё больше. Валет раздражённо стирает слёзы с щёк целой рукой. Мысленно ругая себя. Он еле как стаскивает с ног сапоги. Подошва у обоих почти отвалилась, такие уже не будут греть.. он думает, кажется, целую вечность, но всё же отставляет их в сторону, еле как разобравшись с испорченной молнией и тугой шнуровкой. Шнурки он забрал — ещё могут пригодится.       Пальцы на ногах поджимаются, холодно, больно, камни впиваются в ноги, обмотанные в портянки. Мокрая одежда, прилипшая к телу, тоже не согревает, даже наоборот. Но снять он её сейчас не сможет. Остаётся только одно - двигаться, идти вперёд, медленно, не издавая ни звука и не привлекать внимание и...

Слушать.

***

      Сколько он уже идёт? Вару без понятия, грудь сжимает от боли, не физической, к ней он уже привык, привык к тому, как ещё иногда ноет рука, просто так, даже не трогая её, привык к боли от впивающихся в ноги камней и ещё чего-то острого.. осколки камней? Он не знает, да и, если честно, не хочет знать, просто не хочет. Во рту уже успело пересохнуть, а живот, кажется, прилип к позвоночному столбу. Блять.. Вару сейчас бы всё отдал за хотя бы один бутерброд и чашку горячего чая. Но, чего нет — того нет. Остаётся только идти вперёд, придерживаясь правой рукой за неровную стену пещеры. За всё это время, что он шёл тут было абсолютно тихо.. как в могиле. В голову уже начали закрадываться абсурдные мысли... Вдруг он умер? Вдруг это всё — бред воображения и на самом деле он всё ещё там, в воде, корчится от боли переломанных костей и нехватки кислорода, от того, что лёгкие заливает вода? Вдруг..?       Ноги болят... не только ступни, о нет, к боли в них он уже привык, как уже говорилось, даже внимания сейчас не обращает. Болят икры, бёдра. Колени... всё болит так, будто ему резко прибавили лет 40-60, будто бы тело разваливается на части. Из плюсов.. стало теплее, он согрелся пока шёл, а то что кости ломит и тело охватывает слабость... это не важно. Он справится, он всегда справляется, он должен справится и на этот раз. Обязан. Просто.. нельзя по-другому... Шаг, ещё шаг. Ещё шагов 15 и он сядет отдохнуть... ... ... Ну ещё хотя бы шажочков 15... 10... 5... Ещё немного, он найдёт убежище и отдохнёт. Нельзя спать на таком открытом участке. Нельзя.. ещё немного и...       Ноги дрогнули, подводя хозяина. Валет падает на пол пещеры, растягиваясь на холодном камне. Рот заполняет привкус крови — он прикусил язык чтобы не заорать от боли, прострелившей пострадавшую руку. Кость упёрлась в пол... Кажется он слышал глухой хруст. Снова слёзы на глазах. Да кого он обманывает? Он не справится... Он слабак. Впервые Вару хочется сесть, разреветься и ждать помощи, да хоть от Зонтика! Блять, он будет ноги ему целовать, сапоги вылизывать, будет вилять воображаемым хвостом, как самая уёбищная дворняга, которую подобрали... Подберите его, заберите. Пожалуйста. Ну пожалуйста... Что он такого сделал? Больно... Так больно..       Вару выдыхает, уже не вытирает слёзы, встаёт, приподнимаясь на локте здоровой руки, затем подтягивает ноги, сначала одну, потом вторую, опереться о колени.. подвернуть носки, перенести вес на них, сесть на 'корточки', встать.. шаг... Ещё один. Медленно.. просто идти, плевать, что по щекам катятся слёзы. На всё плевать... Боже, как же жалко он, наверное, выглядит..

***

      Он не знает когда, но в какой-то момент под ногами появился мох, а не камень, потом он ещё и услышал воду. Это было благословением. Или, наоборот, проклятием. Вода, оазис? Судя по растительности - да. Ну и кто же может обитать в столь уютном местечке? То-то же.. слишком тут хорошо, чтобы быть бесхозным местом, тем более таким хорошим. Но делать нечего. Нужно сходить к воде, попить, хотя бы немного, иначе он точно сдохнет, и так много крови потерял. Источником воды оказался небольшой подземный родник, тоже окружённый мхом, только гуще, ещё мягче... Так хорошо, сейчас бы лечь, отдохнуть, может быть поспать... Немного, хотя бы минут 15, вот прям вот тут, под шепот воды, на мягком, таком комфортном для сна мху. Мысли текут вяло, словно сонные мухи, гниют в голове. Тело жадно пьёт воду. В какой-то момент рука натыкается на что-то, что не было мхом..

Гриб.

      Это была еда... Он не думал в этот момент. Просто трогал, пытался на ощупь определить съедобный ли это вид. И.. Сука! Как же тяжело было без привычных и таких любимых очков! Он колеблется всего несколько секунд, прежде чем сорвать гриб и потянуть в рот, прям так, даже не помыв, этот, если он определил правильно, можно есть сырым, не сдохнет, не должен, по крайней мере... Рука уже тянется дальше, рыщет в пространстве вокруг себя. Он ползёт на коленях, ощупывая пространство вокруг. Наконец, находит ещё один, потом ещё, а вот и целая колония! Он хомячет эти грибы уже особо не разбираясь, главное просто набить брюхо, чтобы хотя бы мутить от голода перестало. Валет совершенно потерял контроль за окружающей средой...

***

      В какой-то момент волосы на затылке встают дыбом, горло пережимает и еда лезет не в то горло. Это страх. И самое паршивое... Он знает когда такое ощущение возникает, знает почему и чем это грозит. Точнее, чем это грозило в реальном, а не сумеречном мире. Все же хоть раз в жизни просыпались с ощущением, что за ними смотрят? Или им казалось, даже сквозь закрытые веки, что кто-то стоит рядом и наблюдает. Так вот... Интуиция никогда не врёт особенно сейчас. Особенно здесь.       Что-то громадное и тяжёлое приземляется рядом с ним, громко ударяя о землю. Ветерок щекочет щёку, колышет волосы. На затылке они уже встают дыбом.       Он вскакивает на ноги, бросая недоеденный гриб и, запинаясь, срываясь с места на бег. Сердце стучит громко, валет слышит как оно стучит в ушах, чувствует его в горле. Сзади раздаётся громкий, разъярённый рык, добыча сбежала, хищник негодует. Магия пульсирует в груди, паника застилает сознание. Это почти больно, становится трудно дышать, буквально нечем, как тогда, в воде. Невидимая волна энергии расползается по округе, охватывая всё пространство. Примитивная эхолокация. Импульс возвращается обратно через долю секунды, ударяя с силой, проникая в каждую клеточку, напитывает её, даруя уставшему организму заряд бодрости и энергии. Вы когда-нибудь работали или тренировались до так называемого 'отказа'? Ощущения очень похожи, каждое движение через силу, через 'не могу'. Рывок в сторону, он слышит как щёлкнули челюсти рядом, прямо у уха, чувствует жар огромного тела. В мозгу, буквально на подкорке 'вырисовывается' окружение. Вот, рядом с ним только что было нечто громадное, одна только голова метра полтора в длину, не меньше. Оно похоже на ящера, тот самый Тирекс, которого рисуют в фильмах про динозавров, очень похоже, тоже чешуйчатый, только вот в отличие от того динозавра эта тварь движется на всех своих 4-х лапах, тело массивнее, неповоротливее, что только и спасает валета сейчас, хвост, пусть и пытающийся рулить этим телом не справляется со своей задачей, монстра заносит в стороны, он скользит по мху, выдирая его из земли. Дальше - больше. Вару ненавидел магическую эхолокацию за то, что она считывает абсолютно всё, все 360°, всё вокруг отпечатывается в сознании, затрачивая слишком много энергоресурсов и грозит дикой мигренью впоследствии. Но сейчас ему так плевать, блять, он заново влюбляется в эту способность, особенно когда вновь избегает возможности быть съеденным заживо. Он резко наклоняется, как раз в тот момент, когда тварь пролетает над ним. Затылок пронзает болью. Оказывается чешуя существа острая и твёрдая, как камень, а на животе и вовсе торчит каким-то образованиями, похожими на руды кристаллов или просто скопление острых камней, я уж не спец.       Теперь он 'видит'. Видит неровный рельеф пещеры, крупные камни, узкие проходы, видит низкий тоннель на той стороне этого огромного расширения пещеры. И видит тварь, которая очень быстро оклемалась от неудачного броска и снова бежит на него. Уж непонятно как и чем он рассуждал, когда в ответ тоже бежал на тварь, точнее бежал по диагонали, приближаясь к каменной стене, выигрывая секунды, чтобы напитать ноги маной, больше, ещё, пока каждый толчок от земли не начнёт отдавать режущей болью в икрах. Прыжок, бегу по стене ровно три шага, словно ёбаный ниндзя уворачиваясь от мощных челюстей, ещё один рывок, толчок от сены в сторону и бежать, бежать к низкой и узкой расщелине. За спиной слышен грохот, это тварь вписалась со всего размаху в каменную стену. Пульсация от этого столкновения отдаёт в ноги. Но не стоит обращать на это внимание, оно уже снова у него за спиной, бежит быстрее, переставляя ноги отчаянно, яростно, громко топая, так, что меня подкидывает на вибрирующей земле. Пригнуться, в сторону, сделать крюк вокруг камня, чтобы эта мразота по инерции пролетела в сторону, а самому.. юркнуть, наконец, в убежище, прокатившись задницей и локтём по земле и камню, сдирая кожу на руке.       Сердце бьётся в висках, тут узко и пыльно, хочется чихать, дышать нечем.. нет, дышать то можно, но так сложно из-за мелкой каменной пыли, оседающей на языке и в глотке. Лезу дальше, спиной в глубь, проталкивая себя глубже, не обращая внимание на то, как впиваются камни в спину... И правильно делал. Через буквально пару секунд в расщелину протискивается пасть. Точнее пытается. Потом когти, они скребут по камням и, судя по звукам, высекают сноп искр. Ещё одна волна магии.. теперь я знаю, что эта тварь торчит у моего убежища, пытаясь расцарапать голую породу и протиснуться внутрь, чтобы сожрать меня или откусить хотя бы кусочек. Но... Камень слишком твердый, тварь слишком жирная и громадная, у неё не выйдет. Не. Выйдет. Нет.       Это осознание позволяет наконец расслабится, наконец выдохнуть и закрыть слепые глаза, что были распахнуты всё это время. Сердце всё ещё колотится в груди, это больно, адреналин гуляет по крови и мне жарко, кажется от меня идёт пар, не знаю, этого я не могу увидеть, слишком мало магии, слишком давно я не пользовался эхолокация, слишком... Слишком много и слишком часто я полагался на очки и Рея... Снаружи беснуется тварь, наворачивает круги перед щелью, рычит, снова скребётся. Но это уже будто и не со мной происходит. На тело накатывают волны усталости и апатии, сначала подвели ноги, они расслабились и вытянулись, хотя до этого я поджимал их под себя, затем рука, она повисла вдоль тела, совсем будто сломанная, но она... Нет. Или всё-таки да? Да нет, пальцы шевелятся и боль совсем не такая же, как была в левой руке, когда я очнулся. Затылок прижимается к холодному камню. Нет, всё же я горячий.. это от бега так? Или магия? Ну, хоть одежда высохла.. почти, она сейчас лишь слегка влажная.       Снова открываю глаза. Зачем? Что я вообще пытаюсь увидеть.. очков нет, перед глазами тьма, забавно, я так привык что-то видеть.. это так себя ощущают люди, когда теряют зрения, будучи зрячими? Перед глазами мгла, которая постепенно заменяется лицами родных, ну.. такими, какими мне их рисовали очки. Пик, зануда, плакса, любовничек и биполярка, монах и эльф в тот день не пошли с нами, так что я помню только спокойного короля с кружкой целебного настоя и эльфа, жующего соты с мёдом, которые тот умудрился достать на какой-то вылазке. И... Рей. Его морда, его прижатые уши, раскрытые слишком широко глаза. Воу.. не знал, что у волков они вообще могут так раскрыться. Как он там без меня? Я не чувствую его.. впервые за всё время нашего знакомства я не могу отследить его магический след, просто 'присутствие по ту сторону связи'. Канал будто оборвали... Это больно. Не физически, нет, эмоционально. Губы кривятся в ядовитой усмешке.       Что ж, вот так я и подохну тут, в темноте, один.. Ах нет! Не один! Компанию мне составляет 4-х метровая тупая ящерица, которая очень пытается достать свою закуску из неудобной дырки. Как мило! Всегда блять мечтал о таком финале! Да я же..-       Вдох. Спокойно, паника мне сейчас совсем не поможет. Стоит.. 'осмотреться'. Всё равно делать больше нехуй, пока этот чешуйчатый обормот не съебёт от меня подальше.       Валет садится ровно, подтягивает ноги к себе, скрещивая их, руки ложатся на колени — классическая форма для медитации. Только прежде всего стоит успокоится: сердце всё ещё бешено колотится в груди и мешает сосредоточиться. Он начинает дышать размеренно: вдох — 4 секунды, задержка на 4 счета, выдох всё те же 4 секунды, снова задержка. Самая простая схема, которую только можно себе представить, обыкновенный 'квадрат'. Он повторяет это еще 15 раз. До тех пор, пока сердечный ритм не приходит в норму, до тех пор пока он не перестаёт реагировать на тварь, бушующую за пределами его укрытия. И вот, наконец, он обращает мысленный 'взор' внутрь себя. Снова, как когда-то давно ему требуется время, чтобы нащупать свой магический очаг. Да уж.. совсем скатился, паника влияет на него отвратительно. Вару слепо шариться внутри собственного тела, пытаясь нащупать следы магии, небольшой живой комок в груди и вот.. получилось! Хотя картина его не радует. Если раньше его очаг представал перед ним как море или же просто слишком широкое озеро, то сейчас.. сейчас это был слабенький ручеёк. Кажется львиную долю энергии он потратил в этом сумасшедшем забеге и ещё часть до этого на заклинание лечения, оно, признаться, даётся ему плохо, слишком много энергии уходит 'мимо', но куда же делась ещё часть? Держит его организм, чтобы он сейчас не рехнулся к чёртовой матери? Да нет же.. паника его уже накрывала и не так это работает, там было бы полное эмоциональное истощение и вовсе не было бы ничего, ни страха, ни раздражения... Валет хмурится, но всё же не прерывает медитацию. Осматривает тело дальше, потихоньку двигаясь вдоль магических каналов и 'увиденное' его совсем не радует: некоторые из них разорваны, другие просто сильно растянуты и не вынесут большой нагрузки. Но даже так, даже с потерями из порванных каналов магии должно было остаться больше. А у него нет ничего.. посему можно сделать вывод, что те щупальца высосали из него часть энергии.. как же противно.       Он выдыхает. Ладно, это не самое страшное. Вару идёт дальше, к.. перелому. Вокруг него собрано что-то вроде 'блокады' из магии, чтобы не начало гнить и магия тщетно пытается залечить это всё, но.. блять, Вару даже шину себе наложить сейчас не сможет, не из чего, да и.. засунуть торчащую кость обратно... Он даже не представляет каким образом. Он не медик, никогда им не был. Вару — правитель, возможно ремесленник, сборщик, волчий всадник, никак не боец. Валет сглатывает, проглатывает своё разочарование, страх и понимание к чему это всё же, наверняка, приведёт. И возвращается обратно к очагу. Глубокий выдох, пора приниматься за работу.

***

      Магия здесь густая вокруг, слишком 'жесткая' её тяжело пропустить сквозь себя, тяжело фильтровать, но он старается. Спина плотно прижимается к камню, он старается визуализировать процесс чтобы было легче... Почему-то в камне он видит всё того же ящера, что чуть не сожрал его часом-полтора ранее. Упёртый, злой и неразговорчивый. Так себе наборчик для сотрудничества. Но выбирать не приходится. Он тянет магию из округи, ощущая себя.. кем? Блять, сито. Тем самым, через который просеивают раз за разом песок и глину золотоискатели, в поисках драгоценного металла, именно так он сейчас вычленяет крупицы жёсткой магии, которую бы его очаг смог переработать для себя. Он занимается этим уже целых два часа и резерв всё ещё не спешит восполняться, он не пересёк даже отметки в 1/4. По правде у него скорее 1/25. Дело тут ещё и в том, что организм как не в себя тратит собранную магию, кажется он заболел, с носа начали литься сопли, да и горло побаливало при очередном сглатывании. Боже, как же он надеется что не разболеется окончательно, ведь только этого ему для счастья, блять, и не хватало!       Но вот наконец он собрал достаточное количество маны, чтобы.. осмотреться вокруг. Он собирается, весь как-то подбирается, спина выпрямляется, будто он заглотил ебучую швабру, или как если бы древко этой швабры засунули в место поинтереснее, чем его глотка. Волна энергии исходит от него, Вару старается направить её больше вперёд, к выходу, не тратить попусту на каменную стену под спиной и вокруг него. И оказывается вознаграждён. Через 15 минут приходит отклик и валет шипит, хватаясь за голову, нарушая асану.       В голове отпечатывались подробности места, в которое он забрёл. Это был подземный.. лес? Лес внутри расширения пещеры. Хах, что ещё ожидать от места, расположенного рядом с сумеречным лесом? В любом случае, этот лес отличался от того, что жил и существовал на поверхности. Тот лес именно что жил, этот... Этот был мёртв. Нет, не внешне, внешне он ничем не отличался от обыкновенного леса, разве что был чуть более жутким, но энергетический отпечаток был мёртвым и, если всё же присмотреться, то начинаешь замечать, что стволы деревьев чуть более сухие, чем должны бы были быть, что листья, пусть и кажутся живыми, некоторые даже совсем молодые, но они тоже мертвы, такие не выделяться силой, не укроют от палящего солнца в своей тени. Хотя... Тут и нет никакого солнца, так что технически, свою функцию они наверное выполняют, какой бы она у них не была. Дальше, как уже он и узнал ранее, был подземный родник, образующий небольшой ручеёк, тянущийся куда-то в сторону, вниз. След резко обрывается — закончился магический радиус возможного охвата территории, а собрать новую партию маны Вару ещё не успел. Ещё здесь были грибы, много грибов, возможно.. они светились в темноте, вару не знал. По стенам пещеры, по полу стелился густой мох, похожий на ягель. Стволы некоторых деревьев оплетал плющ, на первый взгляд напоминающий формой листьев ядовитый, но подробнее узнать сейчас Вару никак не мог, да и не нужно оно ему сейчас. С 'потолка' этого расширения, а он, признаться, был очень даже высокий, свисали кристаллы, возможно светящиеся, но.. повторяясь, чёрт знает какие они на самом деле. Самое необычное, что в высоту эта 'комнатка' была наверное километр, может чуть больше. А по стенкам, кое-где, были 'выросты' камня, образующие некие острова, на которых росли либо деревья, либо кустарники, третьего не дано. Почему-то тут не было трав. Возможно им просто не хватало света, возможно.. слишком нежная система и всю площадь и ресурсы для выживания просто забрали остальные растения и трава просто физически не может зародиться в этом месте, да и откуда только семенам взяться?       Боль в висках нарастала. А вот и тот самый 'откат'. Колоссальная потеря магии, потом этот забег, изучение и стресс доконали его. Начинала развиваться мигрень. Валет сполз на пол, сворачиваясь в позу имбриона. На полу был мох, но.. всё равно валет рисковал замёрзнуть во время сна и просто не проснуться.. так что, снова тяжко вздыхая, аки дед, Вару прокусывает подушечку большого пальца рабочей руки до крови, ждёт, пока наберётся капля крови и стал рисовать прямиком на своём теле, под одеждой и на ней руны согревающих чар, потом потратил ещё с полчаса на медитацию, чтобы запитать руны до отказа и наконец можно лечь спать. — Ну и денёк блять.. — шепчет он себе под нос, устраиваясь поудобнее на здоровом боку, хотя даже лежать ему больно. Кажется всё тело у него уже 'завтра' будет покрыто синяками илм он сам будет сплошным синяком, как проснётся. — Сладких снов, сука. — желает он твари, которая уже более лениво и будто уже просто надеясь на чудо, время от времени подходит и скребёт лапой пол, засовывая её в трещину насколько может, но всё равно не достаёт.       Вару закрывает глаза.