нужно больше
17 февраля 2022 г., 09:05
Эти руки... Руки Ян Чонина словно зависимость Ким Сынмина. Его руки, конечно, тоже прекрасны, но... свои руки — это всё-таки свои руки.
И он не может поверить, что сейчас сидит на кровати Чонина, ожидая того.
Началось всё на вечеринке пару дней назад. Тогда они играли во всем известную игру "правда или действие", и парня как-то уговорили выпить больше, чем его установленный лимит в голове. И, конечно же, Сынмину выпал вопрос:
– О чём ты в последнее время думаешь чаще всего?
– Руки. Руки Ян Чонина, – ляпнул он, только через пару секунд осознавая, ЧТО он сказал.
Парень сразу сбежал.
***
Следующий день был спокойным, и Сынмин решил игнорировать вчерашнее. Правда, сегодня заявился Ян Чонин собственной персоной, видимо, вчера он отсыпался после вечеринки и сюда не пошёл. И тот, заметив Мина, продвигается в его сторону с ухмылкой на губах. – Что, настолько нравятся мои руки, что ты пьяным о них только и лепечешь? Внезапный прилив смелости. – А что если да? – Тогда я сделаю тебе этими руками настолько хорошо, что ты полюбишь их ещё больше, – горячим шёпотом выдыхает он в ухо, неожиданно вжавшись в тело Сынмина вплотную. – Сегодня в 8 вечера приходи, адрес знаешь или скинуть? – Х-хорошо, я приду. Адрес я знаю.***
Вот так он и оказался тут. Сейчас придёт Чонин, который впустил Сынмина и сразу убежал, по его словам, в магазин, потому что в холодильнике мышь повесилась. Мин волнуется, болтает ногами, свисающими с края кровати, осматривая комнату. Как он заметил при входе, в кровати есть несколько ящиков, почти незаметных. Рядом стоит тумбочка, и Сынмин, вспомнив о том, где обычно лежат все атрибуты для секса, усмехается, краснея. Постельное бельё совпадает цветом со стенами, скрывая тёмную кровать. Они же светлые, почти белые, только с небольшим персиковым оттенком. На них висят картины, которые, как оказалось при более детальном расмотрении, рисовал сам Чонин. Над столом, довольно тёмным по сравнению с оформлением стен, расположена парочка полок, полностью заставленных книгами. Они стоят и на самом столе, только тут уже корешками к стене, открывая вид на кучу закладок в них. На поверхности лежат тетрадь и несколько стикеров, маркеров, ручек. Похоже, он делал какой-то конспект до того, как пришёл старший. Рядом стоит вешалка, открывая вид на гардероб парня, поражающий своей разноцветностью. Сынмин отмечает в процессе просмотра комнаты, что Чонин довольно интересный человек, и не помешало бы познакомиться с ним поближе. Наконец слышится звук открывающейся двери вкупе с шуршанием пакетов и шагами. – Прости, что ушёл так, завтра днём мама приезжает, а другой возможности сбегать не будет, всё-таки я планирую до утра быть занятым тобой. – А? – Ну ты же, надеюсь, не думал, что я тебя сразу же выгоню? – Продолжает тише, – Я хочу поваляться с тобой утром. Сердце сделало неожиданный кульбит. – Окей, я останусь. Правда, из вещей я ничего не взял. – Могу дать свою одежду, трусы есть новые на всякий случай, – Сынмин покраснел, – комплект вещей для гостей где-то в шкафу, я потом найду. А сейчас я хочу начать, за чем ты пришёл, – вдруг милое личико загорается предвкушением, расцветает коварная ухмылка. В контраст с этим он аккуратно давит на плечи, плавно перемещая их в горизонтальное положение. Чонин внимательно осматривает лицо напротив и шепчет: – Ты такой красивый, знаешь... – С-спасибо. – Можно тебя поцеловать? Ответом на вопрос становятся руки, устроившиеся на шее. Ян прижимается к губам чужим, перекатываясь набок. Будто время остановилось, остались только они и их поцелуи. Руки блуждают по телу, и одни из них в итоге натыкаются на ягодицы, на автомате сжимая их. Сынмин стонет в поцелуй, зачёркивая в мысленном списке желаний один пункт. Незаметно исчезает верх обоих, но это их не волнует совсем. – Ты уверен, что хочешь продолжить? – оторвавшись от губ, раскрасневшихся от поцелуев, спросил Чонин. – Да, точно уверен. Вздох проносится по комнате, как только пальцы пробираются под джинсы и гладят член через ткань трусов. – Давай немного сменим позу. Рука сразу исчезает, а Ян садится и тянет за руки Сынмина, заставляя сделать то же самое. Последний расстёгивает джинсы, собираясь стянуть их. – Трусы тоже сними сразу. Поэтому пальцы цепляют ещё одну кромку и стаскивают всё. Чонин помогает немного, но наконец приподнимает взгляд, останавливаясь на члене. – О господи. – Что? – Ян смотрит прямо в глаза. – Ты так на него глядишь... будто это твоя самая любимая сладость, которую ты давно не ел. – Ну, давай проверим, станут ли твои теории правдой? После этих слов он тянет руку ко рту Сынмина и надавливает на губу, прося разрешения. Тот приоткрывается, и пальцы втягиваются внутрь, попутно облизываясь языком. Чонин выдыхает, завороженно наблюдая за тем, как губы плотно обхватывают фаланги, оставляя блестящий след. Наконец пальцы, покрытые слюной перемещаются изо рта, останавливаясь в паре сантиметров от кончика. Чонин опускается вслед за своей рукой, и его голова оказывается прямо между ног Сынмина. Палец касается головки, немного массируя её, и ладонь ложится на член, делая первое движение. Сынмин закусывает губу, заглушая невольно вырвавшийся стон. Язык Яна лижет по всей длине, заставляя старшего сжать простыню в кулаках, лишь бы удержаться хоть за что-то. Вот уже и второе отклонение от плана на вечер. Минета там точно не было. Но Чонин так смотрел, что Ким и забыл, что договаривались они только на руки. Вообще, отсасывают Сынмину впервые, поэтому он мечется от новых ощущений. – Чонина-ах. Он же, приободрённый этим стоном, медленно насаживается ещё дальше, пропуская член в горло. – Блять-блять-блять, что же ты творишь... – Ты так реагируешь... Только не говори, что... – он выпускает член изо рта, чмокая головку напоследок, и внимательно смотрит наверх. – Нет-нет, я не девственник. Просто мне ни разу не делали минет, да и сам я был лишь в пассивной позиции. – Стоп, серьёзно? И никто не захотел твой идеальный член в себе? У них нет вкуса, явно. Сынмин смущённо хихикает, смотря на возмущённое лицо Яна. – Зато я буду первым твоим членососом! – он поднял палец вверх и с гордящимся собой лицом поднялся, вставая с кровати. Его путь до тумбочки сопровождается тихим смехом Кима, который так теперь обожает Чонин. Он выдвигает ящик, роясь в тёмной куче, насколько понял Сынмин, носков, доставая оттуда смазку. Старший замер от предвкушения. Наконец Чонин возвращается обратно и открывает тюбик, щёлкнув крышкой. Голова Мина откидывается назад, когда Ян на пробу проводит пальцами между ягодицами, и парень сразу пользуется этим, начиная зацеловывать шею. Вслед за головой Сынмин падает на постель, соприкасаясь с прохладной поверхностью спиной, из-за чего она покрывается мурашками. Чонин продолжает прикасаться губами к шее, прикусывая её иногда, и вводит первый палец, аккуратно начиная двигать им. – Можешь добавить второй сразу, я немного растягивал себя дома. Следующий толчок был уже двумя пальцами, как и просил Сынмин. Пока были лишь вздохи, но Чонину нужны стоны, поэтому добавляя третий палец, он касается простаты. Старший выгибается, шепча проклятья вперемешку с именем Яна. Эта сладкая мука так захватила Кима, что тот даже не заметил, что акция 3+1 уже в нём. Через несколько долгих минут старший на грани оргазма, и Чонин уже собирался довести своего партнёра до пика, пока не услышал тихое: – Стой-стой-стой, пожалуйста, остановись. – Что случилось? – он обеспокоенно посмотрел в глаза Сынмину и остановился. – Я-я хочу ещё. Я хочу тебя во мне. Твой член во мне. Пожалуйста. Парень застыл на пару секунд ошарашенно глядя на лицо напротив, но быстро пришёл в себя и стащил оставшиеся элементы одежды. Да уж, его вещи никогда так не летали, как штаны с трусами сейчас. – Ты уверен? – Да, – хныканье ему в ответ. – Иди сюда, – Ян похлопывает по своим бёдрам и тянет руки, чтобы помочь Сынмину сесть. – Аккуратнее, не спеши, – шепчет Чонин, чувствуя на своём члене руку, смазывающую его и направляющую внутрь. Младший хватает руками за бёдра, осторожно давя их вниз, но не давая им самим двигаться быстрее. Наконец Сынмин опустился полностью. – Всё хорошо? – Всё прекрасно, бляяять, – вдруг делает резкий толчок, вызывая стон у Чонина. – Что же... ты сам... творишь со мной... – Может, поможешь? Чонин вместо ответа отталкивает Сынмина обратно и закидывает его ноги на свои плечи, начиная двигаться в быстром темпе. Мин стонет и всхлипывает от попаданий по простате. Учитывая, что его уже чуть не довели до оргазма ещё руками, долго он не продержался, и сперма начала вытекать из его члена сразу стекающими струйками. Чонин останавливается, видя лицо тяжело дышащего Сынмина, и хочет уже дойти до конца самому, но... – Не останавливайся, пожалуйста. Ян, озадаченный довольно странным поведением старшего, неуверенно толкается вновь. Слышится скулёж. Чонин обхватывает полувставший член, начиная водить рукой по нему в темп. Теперь уже стон, граничащий с криком. Младший ухмыляется недолго, радуясь повышению громкости звуков. Сынмин же облизывает пересохшие губы, что сразу притягивает Чонина к ним. Они целуются рвано, смазанно, но оторваться друг от друга не могут. Вдруг Мин всё же разрывает поцелуй и выдыхает: – Я близко, ты... можешь придушить меня? – А? Д-да, хорошо. Чонин отодвигается и кладёт руку на шею, сжимая постепенно всё сильнее. Чувствуя, что Сынмин скоро кончит, да и он сам тоже, парень не особо долго сжимает чужое горло, перемещая руку на член с покрасневшей головкой, вновь наклоняясь ближе. Единственным, что он успел прошептать прежде, чем опуститься в лавину оргазма, было: – Минни, ты такой прекрасный сейчас. Эта фраза, вид Чонина и разлившееся тепло внутри толкнули Сынмина через край. Оба обессиленно распластались на кровати, не замечая, что их руки сразу сплелись в замок. Первым заговорил Чонин. – Могу ли я рассчитывать на что-то большее, чем просто секс? Сынмин растерялся. Понял, что сегодня он не думал вообще. – Я не знаю. Но... я хочу попробовать? Нужно узнать друг друга лучше, чтобы ответить на этот вопрос. – Значит, я могу тебя сейчас поцеловать? – Да, – поворачивается, – можешь, – шепчет в самые губы. И, возможно, знакомство с родителями будет намного раньше даже планов об этом, ведь проснутся они поздно.
