Dragon's Flame/Пламя дракона

Энди никогда не чувствовала себя полностью комфортно в офисах "Подиума". Поначалу она была аутсайдером и богохульницей, ходила по священным залам, где размещалась миссия моды, до которой ей не было дела. Даже после того, как она преобразилась в руках Найджела, она всё еще чувствовала себя притворщицей, которая просто играет удобную для всех роль. Даже когда игра, вдруг оказалась реальной, а притворство исчезло, и вся «эта» одежда вдруг стала «ее» одеждой, всё равно внутри оставался какой-то легкий холодок, который постоянно напоминал ей, что расслабиться – значит погибнуть. Она всегда помнила это, оставаясь в офисе допоздна. В этом была какая-то неправильность. Она часто оставалась одна, ожидая Книгу, доделывая текущие дела, которые не смогла закончить в течение дня. Время от времени она видела, как охрана делает обход, иногда поддерживая с парнями-охранниками непринужденную беседу, готовилась к следующему дню, стараясь, чтобы все прошло гладко. Однако она прекрасно осознавала, насколько неудобным и нежелательным было ее присутствие в офисе по вечерам, когда ее боссу тоже приходилось задерживаться допоздна. А это случалось время от времени. Новый выпуск необходимо было доработать, прежде чем он будет отправлен в печать. Еще раз придирчиво оценить результаты фотосессии, вопросы бюджета, конференц-связь с важными людьми, которые зачастую оказывались в другом часовом поясе. Энди втайне поражалась тому, сколько Миранда делала ради «Подиума». Все знали Леди-Дракона, патрулирующую свой замок, и пылающую огнем и гневом. Кто-то видел одинокую Ледяную Королеву, сковывающую холодом все кругом, но видел ли кто женщину, живущую, чтобы создавать памятники искусства и красоты? Точно так же, как Энди была выбрана для того, чтобы приносить Книгу в дом Пристли, она была выбрана и для того, чтобы стоять на страже и помогать женщине, постоянно работающей при свете лампы; Миранда как то заявила, что верхний свет вызывает у нее головную боль. Энди приносила ей чай или кофе, когда это требовалось, и ее часто посылали бегать по разным отделам, чтобы собрать необходимые материалы. Поэтому она сразу же вскочила со стула и быстро встала перед столом Миранды, когда услышала: - Андреа… Ее босс развернула свое кресло и смотрела в окно, так что Энди отчаянно оглядывала стол в надежде выяснить, что ей нужно. Она уже приносила Миранде кофе и открыла для нее свежую бутылку воды. Все необходимые макеты лежали на столе. Что ей могло понадобиться? Она была поражена до глубины души, когда Миранда просто сказала: - Сигарету. Энди замерла от шока и замешательства. Что? Сейчас? Прямо в офисе? Миранда ведь даже не курила. - Немедленно, - последовала строгая команда, которая вытолкнула ассистентку из кабинета, теперь обремененную задачей найти сигареты, когда сама она не курила. Энди на мгновение подумала, что ей платят явно недостаточно, прежде чем кинуть взгляд в сторону стола Эмили. Рыжеволосая британка не курила. Времени бежать в магазин явно нет. Найджел ненавидел саму идею сигарет. Но Энди отчетливо помнила запах в этом самом кабинете. Эмили. После ее обеденного перерыва. От Эмили слегка пахло сигаретным дымом после её обеденных перерывов с Сереной. Брюнетка побежала в бьюти-отдел, игнорируя чувство вины от того что придется рыться в личных вещах. Личные ли это вещи, если они в ящике в офисе? Как только она нашла открытую коробку и вернулась в кабинет, держа в руках и зажигалку, найденную рядом, последняя капля вины испарилась. Миранда будет довольна, она исполнила ее волю быстро, даже не бегая в магазин. И в этом было что-то восхитительное. Словно разделенный грязный секрет. Курение ведь было одним из проявлений минутной слабости, верно? Это больше не было стильно. Теперь повсюду крутились рекламные ролики, требовавшие бросать эту нездоровую привычку. И вот, после стольких месяцев размышлений о том, что она знает абсолютно все о Миранде Пристли, Энди вернулась в офис и вручила своему боссу требуемое, все еще ожидая, что женщина сделает с сигаретой нечто этакое, помимо курения. Миранда медленно развернулась вместе со стулом и сосредоточила взгляд на подношении в протянутой руке Энди. Теперь помощница увидела, как редактор устала. Разумеется, Миранда выглядела всё такой же живой, цветущей и могущественной, как улицы Нью-Йорка, которые сверкали огнями в окне позади нее. Гламур, имидж, сияние. Но такими поздними вечерами, как сегодня, Энди научилась различать едва заметные признаки подкрадывающейся усталости в глазах Миранды. В тех самых глазах, которые сейчас скользили вверх, к лицу Энди. Ассистентка затаила дыхание. Не прерывая зрительного контакта, Миранда осторожно взяла сигарету и с большой осторожностью зажала ее между губами, и молодая женщина беспомощно наблюдала, как ее рот практически целует фильтр. Затем она наклонила голову, и ее бровь дрогнула в безмолвном раздражении. Энди наклонилась вперед с зажигалкой, собрав все свое самообладание, чтобы сохранить твердую руку. В ту секунду, когда сигарета была зажжена, тело Миранды утратило всю свою жесткость и царственное величие. Она откинула голову назад, откинув челку с лица, и рухнула в кресло. Ее глаза затрепетали и закрылись. Она вздохнула. Ее пальцы обхватили и погладили этот новый подарок между губами, ненадолго вытащив его, чтобы выпустить небольшое облачко дыма. Энди решила, что ее задача выполнена, и, почти покраснев от интимности момента, решила, что лучше всего отступить и оставить женщину в покое. Но легкий, леденящий душу голос Миранды спокойно приказал: - Сядь. Энди медленно отвернулась от двери и оглянулась на своего босса, глупо надеясь, что в кои-то веки редактор объяснит, почему это было необходимо, и проявит благоразумие. Миранда любила давать ей длинные списки дел. Энди нравилось быстро выполнять их. А теперь она просто хотела, чтобы девушка села? Миранда неторопливо вдохнула, казалось, игнорируя колебания Энди, и выпустила новое облачко дыма, дожидаясь, когда девушка усядется. Энди изобразила на лице полную готовность и внимание и уселась на краешек стула, спрятав свое замешательство где-то в глубине души. Она ждала, что Миранда что-нибудь скажет, но ничего не последовало. Энди наблюдала за Мирандой, пока она курила, Миранда рассматривала ее, по крайней мере, так думала Энди. Она забеспокоилась, гадая, что же такое видит в ней эта женщина. И тут она вдруг вспомнила, что на ней нет обуви. Ее туфли были забыты под столом, она их сняла, чтобы размять ноющие мышцы. Неудивительно, что бегать через весь офис было так легко. Но Миранда не смотрела на её ноги в одних чулках. Она смотрела на ее лицо. Ее платье. Энди подавила желание поерзать или отвести взгляд. Прежняя Энди неловко запнулась бы или пробормотала что-то невнятное. Но теперь все не так. Ее макияж был ее боевой раскраской. Ее облегающее черное платье было ее броней. Нейт, убравшийся из ее квартиры и ее жизни в прошлом месяце, оставил ее закаленной в боях. Она знала, что чертовски хороша в своей работе. В какую бы игру Миранда не играла сейчас, Энди будет играть. Она откинулась на спинку стула, скрестила ноги и встретила внимательный взгляд Миранды своим ответным пристальным и твердым. Они играли в гляделки до тех пор, пока Миранда не выкинула окурок, бросив его в уже остывшую чашку кофе и не сказала: - Это все. Ее выгнали из кабинета. Больше ни слова по этому поводу произнесено не было. Энди украдкой купила пачку сигарет на следующее утро и держала её в ящике своего стола, на всякий случай, как поступил бы любой ответственный помощник. Жизнь продолжалась. Энди проводила со своим боссом почти весь день каждый божий день, и все же не было ни единого признака того, что Миранда курила или хотела курить. У них обеих все также были напряженные дни и поздние вечера. Ничего неожиданного. Поэтому, когда Энди ответила на зов “Андреа” однажды вечером несколько недель спустя, она первым делом предположила, речь пойдет о еще одной чашке чая, быстро залетая в кабинет Миранды. Когда она вошла, ее встретила склоненная белая голова и такие же белые костяшки сжатых кулаков. Когда голова ее босса медленно поднялась, и она увидела темные круги и поджатые губы, Энди просто кивнула. - Сию минуту, Миранда. На этот раз она действовала гораздо быстрее. Она поспешно схватила то, что ей было нужно, из ящика своего стола, протянула Миранде сигарету и зажгла ее, когда она оказалась зажата между губами Миранды. Эффект был мгновенным, и напряжение в плечах женщины, казалось, покинуло ее тело и вырвалось через тонкий дымный след, выходящий из ее рта. Глаза снова закрылись. Два пальца нежно обхватили тонкий белый цилиндр и нетерпеливо потянули его, позволив этим идеальным губам издать полный удовлетворения вздох. Энди восхищалась профилем и позой своего босса, вспоминая старые фотографии кинозвезд, черно-белые с мечтательными улыбками. Она знала царственную королеву с холодными глазами, силой и гневом настоящего лидера. Но она также знала мягкость и уязвимость женщины, которая просто хотела быть лучшей в своем виде искусства, желание, которое стоило ей так дорого. Именно во время этого созерцания прекрасного лица Миранды глаза этой самой женщины лениво открылись. Энди немедленно отвернулась и отошла к другой стороне стола. Она разгладила юбку сзади, села, скрестила ноги и сложила руки на коленях, все еще держа пачку сигарет и зажигалку. Она была в состоянии сосредоточиться. Она могла сидеть там и позволять Миранде курить. Энди была практичной девушкой и осознала свою привлекательность, в корне изменившись несколько месяцев назад. И она была вполне способна и выполнять свою работу и прятать все личные дела в самых глубоких уголках своего воображения. По крайней мере, так подумала Энди, когда Миранда снова окинула взглядом тело молодой женщины. Раньше она предполагала, что это своего рода проверка, своего рода профессиональный взгляд. Может быть, даже желание простого человеческого контакта, пока она курила. Но ассистентка поняла, что и сама наслаждается возможностью расслабиться и просто смотреть на своего босса в тишине и покое. Однако спокойная созерцательность Энди немедленно сменилось паникой, когда голос Миранды прорезал тишину, когда она беззаботно приказала: - Скажи что-нибудь. Энди инстинктивно съязвила: - Как поживаешь? Женщина закатила глаза и продолжала молча курить. Энди вздохнула, откинулась назад и посмотрела на вазу с цветами, стоявшую на столе Миранды, пытаясь думать о своем дне. И она пробормотала первое, что пришло ей в голову. - Я думаю, что у Эмили появился новый парень, потому что теперь она даже иногда улыбается. - Улыбается? На работе? Я не припомню, чтобы позволяла это, - саркастически протянула Миранда, любуясь своими идеальными колечками дыма. - Я уверена, что это для того, чтобы нивелировать ее невероятный страх и стресс из-за работы на такого требовательного босса, - ответила Энди с ухмылкой, такой же саркастичной. - Приемлемо, - задумчиво произнесла Миранда, прежде чем повернуться и посмотреть на свою помощницу. - А ты? Ты слишком часто улыбаешься. Энди выдержала взгляд Миранды, словно отвечая на невысказанный вызов. - А мне доставляет удовольствие помогать тебе вселять страх в других. - Разве ты не скрываешь свой стресс? - Еще одна затяжка, еще один сигаретный выдох. - У всех бывает стресс. - Неужели ты не знаешь страха? - зловеще прошептала Миранда. Почти немного даже соблазнительно. - Я способна сделать все, что угодно, - ответила Энди с решительным спокойствием, которое тут же заставило ее задуматься, откуда взялась эта смелая женщина внутри нее. Ее слова повторили слова Миранды, сказанные в тот роковой день. Взгляд Миранды потемнел. Не обычный темный цвет, означающий, что она сердита или сильно недовольна; Энди видела такой взгляд много раз раньше. Нет, это было то непонятное, что мелькнуло в глазах Миранды в тот день, когда Энди с дьявольской усмешкой положила рукопись неизданного Гарри Поттера на ее стол. Миранда выглядела так, словно готова была проглотить ее. - Это все. Действительно, это было все. В течение целых двух недель ни у Энди, ни у Миранды не было ни одного сверхурочного вечера в «Подиуме». Энди даже начала расслабляться. В следующий раз, когда Энди ощутила запах дыма, это была ее собственная вина. Она открыла сумочку и осторожно достала маленькую коробочку. Ее пальцы слегка прошлись по краям. После последнего инцидента в офисе она позаботилась о том, чтобы обновить упаковку, как обновляла все предметы первой необходимости в офисе, и теперь всегда носила пачку сигарет с собой на случай, если они понадобятся Миранде. Энди осторожно откинула крышку и заглянув внутрь, обнаружив, что пачка полная, за исключением той сигареты, что сгорела в прошлый раз между губами Миранды. Губами, которые всегда выглядели такими мягкими, даже если извергали резкости. Такими нежными и такими полными… Молодая женщина резко выхватила сигарету из пачки, бросила картонную коробку на стол и яростно принялась искать зажигалку на дне своей сумки, полной всякой всячины. Найдя, она поспешно щелкнула ею, и прихватила губами тонкую зловонную палочку. Затем вдохнула. И вздохнула. Она не делала этого со времен колледжа, когда попробовала, ей не понравилось, на этом все и закончилось. Но запах напомнил ей о том, как она сидела в кабинете Миранды, глядя в сверкающие сталью глаза своего босса. Жжение, заполнившее ее легкие, не отвлекало ее от тепла, распространяющегося по всему телу. Отнеся новое сокровище к своей кровати, она откинулась и расслабилась на груде подушек, прислоненных к изголовью. Она закрыла глаза и позволила дыму мысленно унести ее обратно к Миранде. К ее властному поведению, источавшему уверенность, к ее наводящему на размышления обаянию и уравновешенности, к ее такой редкой уязвимости и соблазнительной скрытности. К силе ее шага и щелканью каблуков. К идеально скроенному покрою ее нарядов, который одновременно открывал слишком много и недостаточно. К быстрому взмаху ее головы, когда волосы падали женщине на глаза. К ее лицу, рту, губам. К ее языку… Андреа. Андреа. Андреа! Глаза Энди распахнулись, словно очнувшись ото сна. Холодная реальность нахлынула на нее, когда она пристыженно посмотрела вниз на свои плотно скрещенные ноги, отчаянно пытаясь подавить растущий голод. Она поспешно затушила сигарету о тарелку, забытую на прикроватной тумбочке возле кровати. Даже в одиночестве, в безопасности своего дома, эти мысли содержали что-то слишком запретное для её воображения. Призраки Миранды начали преследовать ее, вгоняя в тоску, которую, как она знала, никогда нельзя будет утолить. Они следовали за ней, как тень, по офису. Они нашептывали ей на ухо восхитительные вещи, пока она делила ужасно тесный лифт со своим боссом. Эхом щекотали ее по спине, когда Миранда устало разглядывала ее во время встречи, как будто делились каким-то секретом. Все это сводило ее с ума в замкнутом пространстве автомобиля после очередного благотворительного банкета. - Андреа. Она бросила лишь взгляд на женщину, сразу же узнав команду по тону, которым она была произнесена. В этот раз сигарета не оказала своего обычного воздействия на уставшую женщину. На самом деле, скорее как раз наоборот. Она не вытянулась на заднем сидении автомобиля с облегчением и вздохом удовольствия. Никаких признаков удовольствия. Вместо этого она казалась взволнованной больше обычного. Ее нога, в изящном образчике от Луи Виттона, дернулась по ковровому покрытию машины. Миранда щелкнула кнопкой опускания стекла на дверце автомобиля, и стекло опустилось на дюйм, позволив дыму выйти наружу. Пальцы редактора нервно постучали по подлокотнику. - Итак? - Миранда, не пытаясь скрыть своего разочарования, глядя в окно. Энди наблюдала за этой сценой краем глаза и размышляла, что ей следует сказать, чтобы успокоить дракона. Поэтому спокойно заметила: - Обычная вечеринка. - Вряд ли, - усмехнулась ее босс, делая очередную затяжку. Как и в случае с гала-концертами, этот конкретный вечер ничем не отличался от кучи подобных. Почти каждый гость, подходивший к Миранде, невинно спрашивал, почему Стивен не смог присутствовать, как будто все последние недели они не читали о разводе на первой полосе газет. - По крайней мере, напитки были неплохими, - Энди осталась тверда, поворачиваясь, чтобы взглянуть на женщину рядом. - Гораздо лучше, чем на том гала-концерте в прошлом месяце, где шампанское на вкус напоминало пену для ванной. Глаза Миранды медленно скользнули к ней. - Ты должна была лучше работать, - строго ответила она, но в ее словах не было обычной язвительности. Энди хлопнула глазами и ответила с приторной сладостью: - Пожалуйста, дай мне знать, что, по твоему мнению, было мною сделано неправильно, чтобы я могла улучшить качество своей работы. Миранда фыркнула от явного сарказма, но Энди заметила улыбку, которую женщина попыталась скрыть, отвернувшись к окну. - Дерзкая. Услышав это замечание, ассистентка отвернулась к своему окну, чтобы скрыть улыбку. - Когда я была помощницей редактора журнала «Вог», - спокойный голос Миранды наполнил машину, - мы всегда предварительно устанавливали полное взаимопонимание с барменом. Гораздо проще незаметно сделать напиток за стойкой бара или на кухне и быстро вернуться на свой пост. - И если когда-либо меня поймают за этим занятием, меня уволят. - А ты не попадайся, - пробормотала Миранда, и с ее губ повалил дым. Энди, наконец, почувствовала на себе взгляд ее лазурных глаз. На разрезе ее платья, через который были отчетливо видны ее скрещенные ноги. На своих обнаженных плечах. На вырезе лифа в виде сердечка; этот наряд Найджел вытащил из Шкафа специально для нее, так как он прекрасно акцентировался на тех достоинствах, которыми она могла похвастать. Запах дыма, витавший в салоне автомобиля, теперь намертво ассоциировался у нее с Мирандой, целовавшей ее кожу в ее снах. Энди встретилась с ней взглядом. Как часто теперь она позволяла Миранде открыто смотреть на нее? Молодая женщина поддалась яростному искушению и повторила действия своего босса. Она тоже смотрела, смотрела и восхищалась завернутым в наряды от кутюр телом, к которому не могла прикоснуться. - Мне нечего скрывать, - медленно произнесла Энди, ее голос был глубоким, а веки тяжелыми от сильного жара, разливающегося по всему телу. Их глаза снова встретились. Миранда облизнула губы. С изящной и нарочитой неторопливостью она поднесла пальцы к губам и сделала долгую, глубокую затяжку. - Я знаю. Затем она выбросила окурок в окно, так и не отвернув головы от стекла. Остальная часть поездки прошла в тишине. Энди повернулась к своему окну и попыталась очистить легкие и голову от дыма, запаха духов и похоти. Ее босс. Ее босс! Ее босс, которая управляла элитой богатых и могущественных, женщина, которой есть что терять и есть что скрывать. Женщина, которая никогда не теряла контроль над собой достаточно надолго, чтобы наслаждаться, прячась за дымовой завесой. Весь Нью-Йорк взбесился бы, если бы узнал, что у королевы утонченности и стиля была такая порочная привычка – курить в состоянии стресса. Но в гораздо большей степени Нью-Йорк слетел бы с катушек, узнай все, что она восхищалась женскими ногами, делая это. Энди ухмыльнулась. Ее обязанностью было обеспечить удовлетворение всех потребностей ее босса. В конце концов, кто мог бы хранить оба секрета лучше, чем собственная помощница Миранды? Не попадайся. О, она с этим справится. В следующий раз Энди принесла пачку сигарет и зажигалку без подсказки. Она просто знала. Миранда сидела на своем троне, в своем офисном кресле, отвернувшись от двери и глядя в большое окно на мерцающий мир города, точно так же, как в тот первый вечер, когда начался их тайный ритуал. Энди закрыла за собой дверь кабинета и направилась к женщине, которая царила в ее мыслях. Однако вместо того, чтобы протянуть сигарету в ее руку, Энди сунула ее между своими губами, щелкнула зажигалкой и затянулась, наблюдая, как глаза Миранды удивленно взглянули на нее. Бровь редактора поползла вверх, оценивая эту новую неизвестную смелость. Энди и сама не знала, откуда это взялось. Но теперь пути назад не было. Она уселась на стол за стулом Миранды, глядя в то же окно, которое раньше привлекало внимание женщины. - Почему ты смотришь на меня, пока куришь? Пауза. - Распространено мнение, что курить не следует, - медленно ответила Миранда, ее голос был легким и спокойным, как будто она что-то скрывала. Ее помощница знала лучше. Энди сделала еще одну долгую затяжку, прежде чем, наконец, передать сигарету Миранде. - Но ты все равно это делаешь. - По закону могу. Это снимает стресс. Молодая женщина скрестила ноги, практически мурлыча, когда взгляд Миранды метнулся к ним. - А я снимаю стресс? - невинно спросила она. - Напротив. Именно ты виновата в нем, - последовал резкий ответ. - Но моя работа – помогать тебе во всем. - В данном конкретном случае это не так, - строго заявила Миранда, - я выбираю выполнить одно желание, чтобы облегчить и подавить другое. Она сделала паузу, поднеся сигарету ко рту. Этот процесс был таким долгим, что больше походило на затрудненный вздох. Взгляд Миранды вернулся к окну. Оставив сигарету болтаться между губами, она пробормотала: - Когда сигарета погаснет, все вернется на круги своя. Энди наклонилась вперед, положив руку на подлокотник кресла Миранды. - Похоже, тогда у нас осталось не так уж много времени. Энди вынула сигарету изо рта Миранды, затушила ее о стеклянный стол редактора и приложила свои губы к тому месту, где она раньше свисала с губ Миранды. Эффект был столь же мгновенным. Миранда откинулась на спинку стула, отринув свой легендарный контроль, который она постоянно демонстрировала при дневном свете. Ее глаза закрылись. Она вздохнула. Короче, все те же результаты, которые давало ей курение, но поцелуй оказался во сто крат действеннее. Энди, в свою очередь, тоже, наконец-то, почувствовала облегчение, позволив каждой надежде, мечте и желанию выйти на волю из темного места, где она похоронила их в тишине своей спальни. Тревога и страх исчезли, и на их месте появился растущий голод. Губы Энди нетерпеливо прижались к губам Миранды, когда она наклонилась со своего места на столе. Ее руки взволнованно нашли плечи Миранды, притянув женщину ближе, коснулись шеи и приподняли подбородок, добавляя себе больший доступ. Миранда не просто приблизилась к ней на дюйм. Она быстро встала со стула, крепко поцеловала Энди в ответ, а затем решительно стащила девушку со стола, отказываясь оставить ее там, как будто это означало бы, что их действия будут сочтены неуместными в офисе. Их обоюдное желание не было стремлением делать что-то неправильное и греховное. Миранда подвела свою помощницу к дивану, стоявшему в углу, осторожно уложила ее на подушки, обхватив рукой затылок, чтобы девушке было удобнее. Ее поцелуи стали медленнее, мягче и совсем не походили на тот первый, на столе. В этом не было никакой игры власти, доказывала она своими мягкими, нежными действиями. Руки Энди обхватили гладкие щеки, поглаживая лицо, так же нежно в ответ целуя уголок рта Миранды. Было молчаливое согласие в этих обоюдных смешивающихся вздохах, что в происходящем не было ничего плохого. Всё это было совершенно правильно. Единственные слова, к большому удивлению Энди, прозвучали из уст Миранды, когда она ненадолго разделила их тела и заглянула в ее расширенные зрачки. - Можно мне? Это был первый раз, когда Миранда задала вопрос, и это было сделано с такой нежностью, что Энди едва смогла прошептать свой ответ. - Да. Согласие было получено. Руки скользнули по бедрам, поднимая ткань юбки вместе с ними. Медленно и словно в тумане, они раздевали друг друга. Еще больше поцелуев покрывало вновь открывающуюся кожу. Энди нежно провела языком по ключице Миранды, расстегивая блузку с воротником, но через несколько мгновений обнаружила, что стонет, когда Миранда прикусила нежную кожу ее плеча, стягивая зубами бретельки лифчика. Она ахнула и закинула голову, чтобы подставить шею всему, что мог предложить ей талантливый рот Миранды. Пальцы зарылись в седые волосы. Пальцы скользнули по бедрам. Живот. Соски. Пальцы расстегнули брюки и стянули вниз. Там же оказались и чулки. Пальцы переплелись с пальцами, а ноги сплелись вместе. Миранда мягко прижалась всем телом к девушке под собой, и ее крепко обняли в ответ. Никаких больше вопросов. Никаких требований. Энди лишь твердила имя своего босса, сладко постанывая на каждом слоге. Рука Миранды действовала быстро, чтобы этот ласкающий ее уши мелодичный звук не прекратился. Кончик ее пальца совершил одинокое путешествие вниз по бледной коже. Энди помнила эти длинные пальцы, осторожно державшие фильтр каждой сигареты, прежде чем его обхватят губы Миранды, и, когда эти губы проследовали по тропинке еще ниже, пересыпая поцелуи, она извивалась от приятного осознания того, что такова будет и ее судьба. Она не была разочарована. Язык Миранды с каждым ударом высвобождал взрыв огня, который обжигал вены Энди, заставляя ее бедра дергаться, пальцы на ногах сгибаться, а голос петь. Изображение этой культовой прически, так надежно уложенной между ее бедрами, было бы достаточно само по себе, так как навсегда отложилось в сетчатке Энди. Глаза насыщенного сапфирового цвета завершали ее погибель. Небрежно брошенный окурок, лежавший забытым, давно остыл в собственном пепле на столе. Миранда приподнялась на руках, нависнув над с трудом приходящей в себя молодой женщиной, осторожно целуя ее в шею, пока ждала, когда возбужденное дыхание Энди придет в норму. Она смотрела на нее, словно опьяненная, и лишь ее прерывистое дыхание ясно сигнализировало о том, что ее собственное желание было на грани взрыва. Отдышавшись, небрежно клюнув Миранду в подбородок, помощница легко улыбнулась, после чего ее рука нырнула между их телами, чтобы с радостным энтузиазмом вознаградить женщину за самоотверженность и терпение, которые она проявила. Вздох Миранды был мгновенным. - Андреа. По мере того как ее имя наполняло кабинет главного редактора растущим уровнем эйфории, ассистентка сияла от счастья, прекрасно зная, что ее больше никогда не пошлют за сигаретой.