Mint grass.

С каждым разом символы получаются всё лучше. Нил не хочет этого признавать, но подобная практика действительно улучшила его навыки не только в рисовании символов, но и в терпении. Пару лет назад дядя Стюарт буквально заставлял Джостена отрабатывать каллиграфию, рисование символов магического алфавита и чуть ли не привязывал к стулу, дабы Нил прекратил пытаться ускользнуть, стоило ему хоть на секунду отвернуться от племянника. Джостен не перестал ворчать в душе, сетуя на нестандартные подходы дяди в обучении, но свыкся с мыслью о том, что это необходимо для него. Для его волшебства. «Без знания базовых принципов, человек не стал бы, например, художником. То, что он понимает, как правильно держать в руке кисть – совершенно не означает, что это автоматически делает из него художника, верно?» Да, верно. К сожалению, даже волшебники не могут взмахнуть палочкой и получить все знания мира за долю секунды. Такого заклинания ещё не придумали, да и человеческий мозг не выдержит подобного объема информации. Зависнет, перегрузится, а затем взорвется, пачкая ошметками мозговых извилин окружающее пространство. Поэтому и волшебникам приходится трудиться. Бесконечно повторять одно и то же, доводя заклинания до автоматизма и каких-то собственных идеалов. Нил морщит нос из-за неприятного запаха, исходящего откуда-то из дома. Явно не с улицы. Эндрю закрыл окна кабинета ещё утром, стоило ему заметить Нила, стоящего напротив окна в легкой одежде. Заклинание для крайне любопытной дамы с Уэнс-стрит почти дописано, но Нил встает, решив разобраться сначала с тем, что в очередной раз учудил его фамильяр. – Терпение, – твердит Нил себе под нос, – Эндрю ведь только начал… Эндрю. О да, Эндрю действительно сдержал свои слова и полностью оккупировал небольшую кухню Нила, выталкивая Джостена всякий раз, когда тот приближался к плите или мультиварке. Последнюю купили после того, как Эндрю краем глаза посмотрел кулинарное шоу по готовке роллов. Фамильяр твердо заявил, что без этой вещи им не обойтись. Не стоит говорить о том, что Нил зеленел всякий раз, стоило ему заметить что-либо, содержащее в себе рис. Нил чихает, чувствуя, как глаза непроизвольно начинают слезиться. Несмотря на опасения – кухня не выглядит как поле боя. Из привычной обстановки выбивается лишь перепачканный чем-то Эндрю, отчаянно вытирающий лицо рыжим полотенцем. – И что здесь произошло? Фамильяр поднимает голову, закидывая полотенце на подкаченное плечо, и Нил едва сдерживает улыбку. Волосы парня очаровательно торчат в разные стороны, в то время как на его чумазом лице удерживается маска полнейшего безразличия ко всему. – Нам доставили бракованную кофемашину. Нил удивленно приподнимает брови, наклоняясь в сторону. Стоящая за спиной Эндрю кофемашина была покрыта плотным слоем кофе, молока и, вероятно, одного из сиропов, которые Эндрю заставил купить Нила после разговора с баристой в кофейне. И действительно. Бутылка с карамельным сиропом, почти полностью опустевшая, торчала из забитой грязной посудой раковины. Эндрю подошел к новым обязанностям с крайне…творческим подходом. Он старательно изучал инструкции пользования кухонной техникой, но знанием некоторых нюансов, например, таких, как «не греть яйца в микроволновке» или «жарить мясо на медленном огне» – он не обладал. Фамильяр жаждал быстрых результатов, что оправдывали бы трату его драгоценного времени. Именно по этой причине Нил немного просрал дедлайны и был вынужден объяснять Эндрю основы для чайников, попутно оттирая томатный соус от оконной рамы. – Эндрю, мы проверяли её после покупки. Она совершенно точно не бракована. Фамильяр переводит равнодушный взгляд на волшебника, тщетно пытающегося отодрать застывшие кофейные зерна с кнопки включения. – Я действовал согласно инструкции. Она определенно сломана. Джостен обреченно вздыхает. Незаконченные дела раздражают всё его существо, но, глядя на Эндрю, так отчаянно старающегося приспособиться к человеческим изобретениям и жизни в целом, Нилу приходится пересмотреть свои приоритеты. После изучения инструкций, очищения машины и разбора идей Эндрю, Нил, решивший покопаться во внутренностях аппарата, обнаруживает несколько зерен, застрявших между проводом крана подачи и ещё какой-то неизвестной, но определенно важной детали. Волшебник, с элегантностью уставшего от жизни ученого, машет зернами перед носом Эндрю и торжественно выкидывает их в мусорное ведро. Фамильяр захлопывает дверцу машины и ставит чашку, параллельно засыпая новую партию кофейных зерен для своего очередного эксперимента. – Было бы проще брать кофе на вынос. – Нет, не проще, – голос фамильяра заглушается звуками системы подогрева молока. – Неизвестно из чего он был сделан. И, помимо этого, мы здорово экономим деньги, самостоятельно приготавливая кофе. Нил решает тактично промолчать о том, что стоимость кофемашины равна нескольким месяцем его походов в кофейню. Голос Эндрю абсолютно безэмоционален, но Джостен, привыкший наблюдать за каждым жестом своего фамильяра, не может не заметить то, как искры любопытства проносятся на дне янтарных глаз Эндрю. Он похож на ребенка, добравшегося до своих любимых игрушек. Как бы Эндрю не ворчал на «людские сложности» – фамильяр явно испытывал пылкий интерес ко всему тому, на что, будучи в ипостаси кота, практически не обращал внимание. Чего только стоит его спортивное оборудование, которое идеально вписалось в интерьер необжитой комнаты Эндрю. После того судьбоносного дня, когда Эндрю предстал перед Нилом в облике бесстыдного и полностью обнаженного человека – он ни разу не засыпал нигде, кроме кровати Нила. Джостен облокачивался на дверной косяк, глядя на то, как фамильяр, развалившись поперек кровати, тихо посапывал в одеяло, прижимая к груди спальную футболку волшебника. Волшебник уже успел уяснить тот факт, что спящего фамильяра невозможно сдвинуть с места и на пару сантиметров. Во сне Эндрю будто становился в десять раз тяжелее, и на все жалкие попытки Нила отвоевать себе законный кусок кровати – фыркал, прижимая тяжелой рукой к кровати. Поэтому Джостен справедливо решил, что может позволить себе сделать пару фотографий безмятежно спящего фамильяра. Нил бегло осматривает внешний вид Эндрю, заинтересовавшегося бурчанием кофемашины, и тихо хмыкает. Он вновь стащил из шкафа Джостена одежду. Волшебник потратил кучу денег на новую, действительно качественную одежду для фамильяра. Он привел Эндрю в один из торговых центров, обозначив чересчур улыбчивому консультанту проблему, сетуя на то, что его друг терпеть не может примерять вещи. И едва успел поймать Эндрю за руку, когда тот, решив, что консультант вознамерился его ограбить, замахнулся со всей своей нечеловеческой силой. Касание парня за секунду остудило его пыл, поэтому при взгляде на ошарашенного Джостена, Эндрю был абсолютно спокоен. – Этот человек должен узнать твой размер, дабы подобрать тебе подходящую одежду. Ради бога, постой несколько минут спокойно и прекрати прожигать взглядом ту даму с крысой. – С крысой? Странно, пахнет она как самая настоящая шавка. – У меня язык не повернется назвать чихуахуа собаками, увы. Спустя несколько часов, Нил развалился на диване, ощущая себя полностью выжатым и заебавшимся. Он не испытал ни капли угрызения совести, обвешав Эндрю пакетами с вещами и продуктами с ног до головы после того, как тот на добрых полчаса застрял в отделе со сладостями. – Было бы намного удобнее мотаться в город, если бы у нас была машина, Нил. – Ни за что не поверю в то, что ты устал. Ты выглядишь, словно несокрушимый терминатор. Или какой-нибудь андроид с охрененно качественным скином. Сидение дивана слегка прогнулось, а затем Нил ощутил легкое давление на свою талию. Он тут же подвинулся, давая Эндрю больше места, но фамильяр, вопреки ожиданиям Джостена, прислонился своим горячим телом к бедрам парня, полностью проигнорировав свободное пространство с другой стороны. – Я не устал, но вот ты явно затаскался, Джостен. Кажется, от твоих тупых пробежек нет никакого толка. Нил в очередной раз закатил глаза, подкладывая под голову подушку для удобства. Эту тему за последние две недели они обсуждали не раз. – Эндрю, в сотый раз повторяю, я не прекращу бегать только потому, что ты придаешь слишком большое значения криминальной колонке новостей. Я, мать его, волшебник, и уж точно способен справиться с каким-то залетным бандитом. Судя по хмурому виду – фамильяр всё ещё не был впечатлен его бравадами. – Физически ты слабее меня, – заявляет в ответ Эндрю, проводя горячей ладонью по вмиг напрягшимся мышцам живота Джостена. – Да, верно, не спорю, – бормочет Нил, прикрывая глаза от приятных прикосновений. – Но никто не запрещал использовать волшебные приемчики для надирания их задниц. Эндрю хмыкает, пододвигаясь ближе, и закидывает ногу на бедра Нила. Тот ожидаемо дергается, но тут же оказывается прижатым крепким телом к дивану. Нил судорожно выдыхает, ощущая, как по шее за воротник скатывается капля пота. Вес тела Эндрю ощущается необычайно приятно. Правильно. И даже тот факт, что из-за этого Нил едва может дышать – точно не заставит его сказать что-либо против. – Лучше просто убегай от них. Ведь это у тебя получается слишком хорошо. Эндрю тычется носом в шею, проводя им от ключиц до кончика подбородка. Его недельная щетина колит чувствительную кожу Джостена, но на немые вопросы о том, стоит ли ему что-либо с этим сделать, Нил лишь отмахивался. Вот и сейчас, вытащив зажатую между диваном и грудной клеткой Эндрю руку, Джостен проводит ладонью по колючей скуле, чувствуя, как подрагивают уголки собственных губ. – Значит, мои тренировки все-таки дают небольшие бонусы, м? Эндрю на секунду застывает, а после, очевидно, различив дразнящий тон Джостена, прикусывает кожу в чувствительном месте под ухом, отчего Джостен непроизвольно дергается вверх. Твою-то мать. – Я бы предпочел постоянно держать тебя в поле зрения, Джостен. Ты словно магнит, притягивающий проблемы со всех сторон. – Ты всегда можешь превратиться в кота и быть рядом со мной даже на пробежках. Эндрю наотрез отказывался бегать будучи в ипостаси человека, отдавая предпочтение силовым нагрузкам на организм. Фамильяр немного сползает вниз, утыкаясь подбородком в солнечное сплетение Джостена. Нил открывает глаза и приподнимает голову от подушки, дабы разглядеть лицо Эндрю. Тот, словно ожидая этого, впивается взглядом в лицо Джостена, последовательно очерчивая всё, даже чёртов шрам на переносице. Нил сглатывает, пальцами сжимая собственную футболку на плечах фамильяра. – Нет. Пока не хочу. У этой формы есть некоторые полезные свойства, которые не доступны другой. – Это какие же? Спрашивает он, и едва удерживает стон, когда Эндрю вдруг скалится, плотоядно облизывая узкие губы. – Скоро узнаешь. – Джостен. Нил вздрагивает, фокусируя внимание на мятной чашке перед собой. Эндрю приподнимает острую бровь, и Нил послушно забирает чашку из его рук. Принюхивается. Да, запах определенно улучшился, но подлянка может крыться в другом. Эндрю тот ещё любитель перебарщивать со сладким или же, напротив, с соленым. Нил выдыхает и делает небольшой глоток, мысленно готовясь ко всему. Например, к очередной атомной войне, как в тот раз, после того, как Эндрю решил попрактиковаться в приготовлении карри. Но… – Вкусно. – Вкусно? Кажется, даже Эндрю не верит в то, что его попытка может увенчаться успехом. Джостен делает ещё один глоток и согласно мычит. – Боже, Эндрю, даже у Кейтлин не получался настолько вкусный кофе. Фамильяр хмыкает, облокачиваясь бедром на столешницу. Весь его вид буквально кричит о переполняющей внутренности гордости и мыслей в стиле «я же говорил». – Как видишь, теория дает свои плоды. – Это значит, что на ужин у тебя получится нечто съедобное? – Ничего не могу обещать.