Heartbeat

Бог знает, как долго он уже стоит в душе, но с течением времени вода стала холоднее. По его волосам стекают струйки воды, он низко опускает голову; плечи сгорблены, рука прислонена к стене, другая потирает грудь, пытаясь успокоить странное трепетание внутри и наладить дыхание. Это продолжалось уже несколько недель: периодически возникала легкая одышка, головокружение, когда он слишком быстро вставал, и, о боже, усталость. Не было смысла отрицать, что он истощен, последние несколько месяцев его расписание было изнурительным и беспощадным. Большую часть времени он забывал о том, что тоже человек и ему необходим отдых, ведь ему так много надо переделать, со столькими людьми встретиться, побывать на стольких съемках и мероприятиях. Это его обязанность, его ответственность. Сон стал роскошью, он уже и не вспомнит, когда последний раз полноценно спал всю ночь. Единственной постоянной составляющей было вздремнуть в машине и между делом, пока ждали макияж и прическу. И не важно сколько он ест, его быстрый метаболизм тут же всё сжигает. Да и не то чтобы у него сейчас был большой аппетит. Он вздыхает, перекрывая воду, его дыхание выравнивается и странное чувство несколько утихает. Ненадолго опустив руку, челюсть сжимается, когда он заставляет себя подняться на ноги. Он сможет это сделать. Он ДОЛЖЕН это сделать. Ради фанатов, ради его семьи, ради его любви. Пора начинать представление.

***

Крики фанатов, вспышки камеры, громкие звуки, микрофоны, направленные ему в лицо, толкучка, он был знаком со всем этим, но сегодня все казалось таким чужим. Он чувствовал, будто находится не в своем теле, и всё, начиная его улыбкой, и заканчивая ответами, были вымученными. Он надеется, что достаточно выжал из себя, чтобы отдать своим поклонникам, и что этого было достаточно. Его зрение сделалось серым на долю секунды, заставляя его споткнуться. Нонг’Сту, который был рядом, немедленно поймал его за руку, и поднял обратно в вертикальное положение, пока его лицо не встретилось с полом. — Спасибо, кхраб, — он ослепительно улыбается старшему мужчине. Сту оценивающе посмотрел на него, на что Галф просто отмахивается, считая это своей обычной неуклюжестью. Вообще это была правда, большую часть времени он спотыкается или врезается во что-то, это было нормально, о чем пи’Бест и Мью хорошо знают. — Не волнуйтесь, кхраб, я в порядке, — попробовал он снова. Может, широкая улыбка убедит мужчину. Он не уверен, что может сделать, чтобы мужчину поверил, что он в порядке. Последнее, что он хочет, это чтобы о нем волновались, и особенно, если это был нонг’Сту. Он непременно доложит Мью, а Галфу абсолютно не надо, чтобы мужчина сейчас за него волновался. Как только они вошли в лифт, который довезет их до парковки на цокольном этаже, Галф вытаскивает телефон, чтобы проверить, как там Мью. Он увидел обновление от Мью: фотография с его лицом с "Bare Bears" фильтром, которую он прислал ему сегодня утром. Его парень правда любит этот фильтр, и Галф не будет врать, что Мью выглядит очень мило с ним. Это вызывало улыбку на его лице. Но сейчас его внимание привлекло кое-что другое, и он боролся между желанием оттащить своего парня обратно в больницу или самому лишить мужчину чувств. В инстаграме пи’Молли был новый пост. Мью вернулся на съемки, значит доктор должен был дать ему зеленый свет на выписку. А этот желтый браслет на правой руке — это же метка риска падения! Галф уже собирался позвонить Мью прямо здесь и сейчас, но открывающиеся двери лифта заставили его отложить эту мысль. Он шел с пи’Бестом к машине, медленно пробираясь сквозь толпы поклонников, которые ждали его, чтобы передать ещё больше подарков. Галф был очень благодарен фанатам за то, что они нашли время и силы встретиться с ним, и осыпали его подарками, и он даже попытался ответить на некоторые вопросы, которые ему задавали. Он знал, что некоторые фанаты снимают его, но не придал этому значения. До того момента, пока он не повернулся и не увидел вспышку. Его зрение застелило белым, мгновенно ослепив и приказав остановиться на месте. Он сразу же зажмуривает глаза и пытается заставить яркий нимб исчезнуть, постоянно моргая. Несколько ударов сердца, и его зрение каким-то образом снова пришло в норму, и ореол уступил место тусклому красному мигающему кольцу за веками. Он почувствовал, как кто-то схватил его за руку и направил к машине. Сквозь размыленное зрение ему удается разглядеть знакомые очертания фигуры пи'Беста, и сразу становится немного легче дышать, зная, что это его менеджер помогает ему. Садясь в машину, он мысленно поблагодарил за темноту в салоне, которая начала успокаивать напряженные мышцы его глаз. И с глубоким вздохом он позволяет себе еще больше опуститься на сиденье. Он откинул голову назад, едва замечая пи’Беста, садящегося на водительское место рядом с ним. — Ты в порядке, нонг? — услышал он вопрос. Даже не удосужившись открыть глаза, он бормочет согласие. Небольшой инцидент заставил его сердце сделать странное сальто в груди и он потирает это место, слегка надавливая на него. «Я ненавижу эти вспышки», подумалось ему. Он моргнул еще несколько раз, пока его зрение окончательно не прояснилось. Он мог ощутить, как глаза пи’Беста задерживаются на нем, поэтому слабо улыбается своему менеджеру, уверяя мужчину, что он в порядке. Он не хотел беспокоить пи’Беста с чем-то таким незначительным, и не был уверен, если честно, как сказать ему об этом. Боль и недомогания были тем, что он привык держать в себе, и обычно либо его мама, либо отец улавливали это. Ему не было больно, и зрение его больше не беспокоило, поэтому он молчал. Видя, что на шоссе образовалась небольшая пробка, Галф понял, что им потребуется некоторое время, чтобы добраться до следующего пункта назначения. Он закрывает глаза, позволяя тихому стуку дождя по окну убаюкать его и погрузить в столь необходимую дрему.